Хороших девочек влечет к плохим мальчикам...

У него был серебряный крестик на самой обычной нитке, надежно спрятанный под пионерским галстуком. Серые глаза с каре-зеленым пятном в одном из них придавали пристальному взгляду жутковатое выражение. На левой руке у него всегда были пластыри или, бывало, даже бинты. Он был левшой и наносил свои сокрушающие противника удары всегда только левой рукой. Писать это ему не мешало, он был переученный. Но, наверное, немногие замечали, как неудобно ему было держать ручку правой рукой, из-за чего в его тетради всегда было полно марких пятен от чернил. Еще у него была татуировка. Кривоватая, сделанная непонятно как и кем, но ясно демонстрирующая его положение в определенных кругах уже тогда… А ведь ему не было и пятнадцати. Только про рисунок довелось узнать намного позже, ведь он был не на всеобщем обозрении. Они были из разных миров и о существовании друг друга даже не знали. Познакомились, когда в 7 класс привели второгодника, и это не было знакомством, запомнившемся на всю жизнь. Просто патлатого мальчишку привели в класс и представили всем, тут же велев сесть на дальнюю парту. Окинув головы тридцати семи учеников невыразительным взглядом, он прошел на последнюю парту и плюхнулся у окна. Это был первый раз, когда Андрей Ларин обратил внимание на Лешу Ефименко. В четырнадцать не думаешь о чужих крестиках и испачканных в чернилах пальцах. Думаешь о экзаменах, предстоящих каникулах и любимых книгах. *** -Андрей, отнеси Ефименко задания. Андрей недовольно обернулся, хмурясь. Наталья Викторовна протягивала ему небольшую стопку расписанных листов. -Почему я? -Ты самый ответственный из класса, - женщина совсем не выглядела довольной. - И вы живете недалеко друг от друга. Андрей неохотно взял в руки листы, прекрасно зная, что преподаватель не обманулась его согласием. Тяжело вздохнув, она чуть тише добавила: -Пожалуйста, ты единственный, с кем он нормально общается. Передай ему задания и можешь идти домой. Я же не прошу тебя с ним заниматься. -Хорошо, - недовольно отозвался парень, благоразумно умолчав о том, что с Ефименко-то он как раз вовсе не общается. -Спасибо, - Наталья Викторовна кивнула. - Пролетарский проспект, дом семнадцать, квартира шесть. Андрей кивнул, развернулся к выходу. Видимо, даже учителям стало понятно, что дружбы в классе второгодник не заведет. Не отличающийся примерным поведением, не в меру нахальный подросток на второй год остался именно из-за ссор с преподавателями, а не из-за оценок. Среди отличников Ефименко не блистал, но и учился вполне сносно. Интереса к наукам он не проявлял, да и вовсе заинтересованным в учебе не был, чем немало раздражал весь класс. Сперва, когда его перевели к ним, над ним нехорошо подшучивали из-за второгодности. Ефименко слушал все смешки и шуточки спокойно, иногда кривился, а порой усмехался чему-то своему. Потом, когда на уроках, откровенно халтуря, он зарабатывал хорошие оценки, это вызывало общее негодование, вызванное непониманием и завистью. Андрей прекрасно видел, что изученный в прошлом году материал слушать повторно парню вовсе не интересно, а учителя не могут совладать с ним, и не видел его вины в сложившейся ситуации. Но идти против класса не пытался: неконфликтный характер, замкнутость, - не располагали к желанию защитить ближнего своего. Да и еще бросаемые взгляды и выражения лица Ефименко останавливали. Люди, которым нужна помощь, не выглядят, как готовые броситься в атаку волки. Узнав о произошедшей драке во главе с Ефименко, Андрей не удивился, а лишь уверился в ненужности своих услуг. С Алексеем они едва ли перекинулись парой слов за неполные учебные два года. Андрей никогда не насмехался над новеньким, а тот в свою очередь никогда не обращал внимания на тихого зубрилу. Подобное устраивало обоих, позволяя заниматься каждому своими делами. Андрей бы с удовольствием вообще не общался с Ефименко, но школьная жизнь к этому не располагала. Хотя, - парень признавался себе в этом, - с таким же успехом он бы не общался ни с кем из класса. Ему хватало приятельских отношений с парой ребят со двора. Пролетарский проспект был и в самом деле недалеко от дома Андрея, только улица была не по пути, а до нужного дома нужно было еще прилично пройтись. Таскать с собой учебники охоты не было, потому Андрей сначала завернул домой, чтобы оставить портфель. Коммуналка встретила его тишиной и тиканьем часов. Проскользнул в комнату и убрал портфель подальше с порога,что не заняло много времени. Утянул с буфета кусочек колотого сахара, разгрыз и запил водой прямо из графина, выкинул на свой письменный стол из кармана мелочь, оставшуюся с обеда, задержался у зеркала, чтобы пригладить волосы, но этим только еще больше взъерошил их. Андрей закрыл на ключ двери и сбежал по лестнице вниз, перескакивая через ступеньки. Ключи в кармане звенели, а листы бумаги в руке шуршали, порываясь вырваться и разлететься по подъезду. К нужному дому Андрей подходил с неприятными мыслями о предстоящей встрече, поскольку предугадать реакцию Ефименко на свое появление не мог. То, что они оба будут ей не рады — это точно. Если еще его и дома не будет, то настроения это Андрею точно не добавит. В семнадцатом доме было четыре подъезда, а весь первый этаж занимала взрослая библиотека, так что нужная квартирка находилась на третьем этаже, вместо второго. Поднявшись на нужный этаж, Андрей чуть помялся перед тем как нажать на кнопку звонка. Громкая трель разрезала тишину прохладного подъезда. Андрей прислушался, стараясь уловить движение за дверью, разглядывая мягкую обивку зеленого цвета. Приглушенный грохот и тихие ругательства раздались неожиданно, поскольку шагов до этого слышно не было. Замок с лязганьем открыли и из-за двери выглянула лохматая голова с заспанным лицом. Хотя, не только заспанным, но и помятым, с широким пластырем на щеке. -Чего? - Леша щурился, пытаясь разлепить глаза, и смотрел на Андрея без тени узнавания. -Наталья Викторовна велела тебе передать, - Андрей протянул бумаги, без интереса разглядывая бледноватое лицо. -Какая еще Наталья Викторовна? - Леша потер лицо ладонью, вздрогнув, когда задел пластырь, нахмурился, разглядывая листы, но не делая попытки их забрать. -Вороновская. Учитель литературы. Наша классная, - терпеливо пояснил Ларин, помахав бумажками и протягивая их снова. - Велела тебе передать. -Аа, эта что ли, - Леша скривился, как от зубной боли, но бумаги так и не забрал. Постоял, разглядывая визитера. - Ну заходи. -Я не в гости пришел… -Да заходи, чего мнешься? - Леша кивнул на коридор за спиной, открывая дверь шире. - Через порог не отдают. Андрей тяжело вздохнул, удержавшись от того, чтобы закатить глаза. Шагнул в квартиру, остановившись на пороге. Дверь за ним закрыли, погружая коридор во тьму. Андрею пришлось пройти немного вглубь квартиры, чтобы пропустить ее хозяина. Леша включил в коридоре тусклую лампочку, обернулся к неожиданному гостю, рассматривая его с головы до ног. Хоть он и выглядел только проснувшимся, на нем были джинсы и водолазка, и только ноги оставались босые. Чувствуя себя не совсем ловко, Андрей протянул в очередной раз листы и на этот раз Алексей их все же забрал. Не глядя положил на тумбочку и облокотился локтем о стену, подперев голову, оглядывая с ног до головы гостя. -Я пойду, - произнес Андрей, испытывая чувство неловкости, отчего заявление прозвучало больше как вопрос. Он уже начал поворачиваться к выходу, когда его остановило Лешино: -Заходи. Повисло молчание. -Я… -Да чего, говорю же заходи, - Леша выпрямился, засунув пальцы в шлейки джинс. -Я сюда пришел только по поручению, - упрямо тряхнул головой Андрей, делая шаг назад. -Ну так и поможешь мне. Андрей непонимающе нахмурился, а потом взгляд зацепился за злосчастные листы. Он прямо встретил взгляд Леши. -Меня просили передать тебе записи, а не помогать с их изучением. -Типа посыльного? - кривая ухмылка не была обидной, но Андрей ее все равно не поддержал, серьезно кивая. -Именно. Леша рассмеялся. Коротко, отрывисто, резко, что очень на него походило. При этом он улыбнулся, демонстрируя белые зубы. Андрей взялся за ручку, собираясь уйти не прощаясь. -Эй, посыльный, тебя как зовут-то? -Серьезно? - Андрей обернулся. - Мы уже два года как в одном классе. -Да ладно? - Леша не прекратил улыбаться. -Да кривда. -Ну, не признал. Богатым будешь. Андрей не нашелся, что ответить. -Раз два года почти, то почему бы тебе у меня в гостях не побывать? - Леша кивнул себе за плечо. - Старших пока нет, хоть чаю попьем. Познакомимся. -Что это тебе вдруг захотелось познакомиться? - Андрей с иронией разглядывал странного парня. -Нечасто ко мне однокашники заходят, да еще и такие, с которыми я близко не знаком, - Леша пожал плечами. - А ты, вроде, неплохой парень. -Это ты такие выводы делаешь потому, что мало со мной общался? -Вроде того, - Ефименко кивнул. - А то те, с кем я много общался, потом с синими рожами ходили и больше со мной «общаться» не хотели. -Ага. А я, значит, с тобой должен тоже пообщаться «много». А без разукрашивания моей, как ты сказал, рожи, никак нельзя? Леша рассмеялся вновь, и в этот раз Андрей даже улыбнулся. -Слушай, ты интересный. Так зайдешь? Обещаю, разукрашивать тебе рожу не буду. Андрей усмехнулся и присел, развязывая шнурки. -Так как тебя зовут-то? - прозвучал над головой голос. *** Они сидели в комнате, в которой явно жил только один человек. Андрей с интересом рассматривал листву в окне и единственный горшок с кактусом на подоконнике. Стол стоял в углу, с другой стороны была решетчатая кровать, которая скрипела от малейшей попытки усесться на ней поудобнее. Андрей спал на раскладушке, но даже она так не скрипела. Судя по мятому покрывалу, Леша поднялся с нее, когда к нему пришел Андрей, и удивительно было, что звуки этих пружин не было слышно в подъезде. Леша курил. Он достал сигареты и банку из-под консервов привычным движением, чиркнул спичками, бросив их на подоконник через пол-комнаты. Андрей посмотрел на это неодобрительно, но говорить ничего не стал. Не его эта была забота. -Твои родители скоро вернутся? - Андрей даже удивился, как легко они смогли найти темы для разговора, но молчания между ними не возникало. -Не, папа в рейсе, он моряк. Мама к бабушке уехала помогать. Огородно-дачные они. Мама только на выходных, может, приедет, - Леша пожал плечами. -Так ты живешь один? -Ну да. Чего тут сложного, - Леша посмотрел на Андрея, криво усмехнувшись. - А ты привык, что дома всегда кто-то есть? -Ну да, - скопировал Андрей тон Леши и его ухмылку. - Мы в коммуналке живем, у нас всегда кто-то дома, одному и некогда побывать, разве что в туалете ночью. Леша странно хмыкнул. -А твои тебя не потеряют? Или за тебя всей коммуналкой отвечают? -Нет. Это я за всю нашу коммуналку отвечаю, - Андрей проигнорировал подколку. -Это как? -У соседки мужа нет, у другой уже умер, ему шестьдесят семь было, ну и мы с мамой тоже сами по себе. Вот и получается, что я за старшего. -Так у тебя там целый цветник, - Леша хмыкнул. - И как в окружении женщин? -Шумно, - буркнул Андрей, отворачиваясь. -Без мужского примера, наверное, трудно жить? -А у самого-то будто пример есть, - огрызнулся Андрей. На его взгляд странные шуточки были вовсе не смешными. Леша сощурился недобро, но Андрей вовсе не собирался и дальше развивать всплывшую тему. Легкое до этого общение непонятным образом как-то вмиг испортилось. Андрей молча поднялся, не собираясь развивать дальше ссору, но уйти ему не позволили, резко разворачивая и впечатывая в стену. -Какого?.. Убери руки, - стальным тоном велел Андрей, вцепившись в запястья Леши, который удерживал его на месте за плечи. -Что, нечего сказать и ты сразу сбегаешь? - прямо в лицо спросил Леша, зажимая его сильнее всем телом. -Я все сказал, - Андрей прямо встретил прищур серых глаз. -Чуть тебе не по нраву пришелся разговор и ты тут же стал огрызаться. -Если ты со всеми так разговариваешь, то я понимаю, почему никто с тобой не хочет много общаться. Руки убрал. Я сказал: отпусти! Андрей пихнул Ефименко, вырываясь из чужой хватки. Как так получилось, он сам не понял, но Леша отшатнулся, держась за щуку с пластырем. Из-под пальцев побежала струйка крови, привлекая внимание. Бросив взгляд на свои пальцы, Леша посмотрел на растерявшегося Андрея нечитаемым жестким взглядом. -Я… - Андрей переводил взгляд с наливающегося кровью пластыря на стальной взгляд серых глаз. - Я не хоте… Резкий рывок за грудки прервал его. Споткнувшись, Андрей устоял на ногах только потому, что его дернули вверх за край пиджака чужие руки. На кровать его повалили, больно приложив головой о стену. -Ты что? Слезь с меня, - Андрей брыкнулся. Пряжка звякнула, а шлейки вжикнули, когда ремень резким движением выдернули из плена ткани. Леша навалился на Андрея всем телом, стягивая ремнем руки сопротивляющегося парня. -Обалдел? Ты что творишь? Борьба больше походил на возню, но спихнуть с себя неожиданно тяжелого парня не получалось. Ремень впился в кожу, и руки опустить уже не удалось. Леша сел Андрею на живот, удерживая локти. Оба тяжело дышали. Леша выпрямился, медленно отпустил, слезая. Андрей дернулся, но ремень больно впивался в запястья, не выпуская. Леша отошел к столу, ковыряя пластырь на щеке, стирая костяшками кровь, размазывая ее по лицу. Глотнув чай из чашки, из которой до этого пил гость, он обернулся, разглядывая Андрея, который под этим взглядом замер. Вернувшись обратно к кровати, Леша оглядел Андрея с ног до головы. Наклонился и выпрямился уже с тлеющей папиросой в руке, - невесть когда оброненной, - затянулся, усаживаясь обратно на кровать, скрипнувшую при этом особенно громко. -Что ты делаешь? Отпусти, - Андрей дернул перетянутыми руками. -Если ты хочешь, чтобы я отпустил, тебе придется быть повежливее, - Леша улыбнулся прямо ему в лицо, выдохнул табачный дым при этих словах. Андрей невольно закашлял и отвернулся, зажмурив заслезившиеся глаза. Его дернули за пиджак, расстегивая пуговицы. Стоило попытаться дернуться, как сигарета оказалась прямо перед лицом, обжигая жаром кожу щеки. -Будешь дергаться, оставлю тебе ожег на носу, - без тени улыбки пригрозил Ефименко, и Андрей вдруг зацепился глазами за тусклый шрамик в уголке его губ. Продолжая расстегивать пуговицы, сперва пиджака, а потом и рубашки, Леша и не подумал убрать сигарету. Выдернув рубашку из штанов, он оголил грудь и живот связанного парня. Только после этого он убрал сигарету, втягивая дым, рассматривая открывшийся вид прищурившимися глазами. Андрей зажмурился, остро захотелось отвернуться и прикрыться. Андрей ощутил жар от сигареты прямо около соска и дернулся в сторону, но увернуться не успел. Горячий кончик прижег кожу, вызвал озноб и мурашки по всему телу, а потом и боль, заставившую его судорожно выдохнуть, почти всхлипнуть. -Какого черта?! - хрипло выдохнул Андрей, пытаясь вывернуть руки. -Подумал, что как-то слишком чисто выглядит твоя кожа. Ни родинок, ни шрамов, даже загара не видно, - Леша отвернулся, кидая бычок под кровать и сосредоточенно принялся сдирать пластырь со щеки. Судя по гримасам, это было весьма болезненно. -Пошел ты, - прошипел Андрей. - Ты чертов псих. Бросив пластырь прямо на пол, Алексей обернулся, демонстрируя испачканную в крови щеку с темной полоской, пересеченной тремя швами. Кривая улыбка, из-за которой стал еще виднее его шрам в уголке губы, заставила напрячься всем телом. Леша, наконец, посмотрел прямо в глаза Андрея. Встретившись взглядом с неожиданным пленником, он перекатился, наваливаясь всем телом сверху на привязанного парня. -Я — псих? Это мы еще посмотрим. Дальнейшее для Андрея превратилось в один сплошной кошмар, воплотившийся наяву, с Алексеем Ефименко в главной роли. Он пытался брыкаться, высвободить ноги, но скинуть с себя седока не смог. Его ремень скинули на пол, пуговицу и молнию расстегнули. Леша стал пересаживаться ниже, не позволяя вывернуться, и стаскивал штаны вместе с трусами. Это казалось какой-то дурацкой несмешной шуткой, как будто все это было не взаправду. Только вот происходило все на самом деле. Леша не стал стягивать свои джинсы, просто расстегнул молнию и пуговицу, припустив их немного, чтобы не мешали. Из трусов у него было видно член. У Андрея глаза на лоб полезли при виде чужого хозяйства рядом со своим. Разница была в том, что у Леши стоял. Леша привстал, усаживаясь на одну ногу Андрея, вытащил из штанов вторую. Андрей попытался вывернуться, но на него навалились сверху, прижимая своим весом к скрипнувшей кровати. Свободная нога оказалась зажата между парнями. Все, что удалось сделать Андрею, немного повернуться на бок. Леша плюнул себе на ладонь, вцепился в свой член, размазывая по нему слюну. Второй рукой он до синяков сжал ногу все еще выкручивающегося парня под ним. А потом прижался к нему и просто надавил, втискиваясь внутрь такого места, куда не положено вообще что-либо пихать. Андрей взвыл, выгнувшись и напрягаясь всем телом. Мокрая от слюны и крови рука зажала ему рот, вынуждая болезненно мычать уже в нее. Ноги свело судорогой, запястья чуть не выскочили из суставов, так сильно он потянул руки на себя. Даже ожег казался не таким болезненным, как то, что сейчас разрывало его напополам. -Нет! Хватит! Нет, нет, нет! Слезы застилали глаза, горло перехватывало от болезненных вскриков при каждом толчке. Леша рывком развязал пионерский галстук Андрея, все еще висящий на шее, и грубо впихнул ему в приоткрытый рот, пока он кашлял и пытался вытолкнуть чужие пальцы или хотя бы прикусить их. Ткань неприятно скрипнула на зубах, язык стал сухой и шершавый, несмотря на обильное слюновыделение. Вязкая капля стекла по подбородку, медленно и неприятно, отчего кожа зачесалась. Андрей тощий, как весло. На фоне подтянутого Леши он смотрелся не впечатляюще и даже немного жалко. Шансов вывернуться не было. И, невзирая на то, что происходило с ним прямо сейчас, мозг все еще отказывался поверить в это и осознать. Эта невыносимая боль. Ничего подобного он раньше никогда не чувствовал. Внутри словно ножами кто-то резал, пытаясь изнутри порвать его насквозь. Не в силах этого вынести, Андрей ощутил, как перед глазами все темнеет, в уши словно заливают воды, тело окутала слабость... *** Лежать вот так, распростертым по постели, неприятно. Это немного привело в чувство, позволяя отвлечься от безразличия к происходящему. Кажется, он потерял сознание. Сейчас было просто мерзко. Андрей отвернулся, медленно переместил согнутые ноги так, чтобы закрыть уязвимый пах. Боль в животе вспыхнула толчками, вызывая судорогу по всему телу. Низ живота ныл, пульсировал, подрагивал, но желание отвернуться и спрятаться оказалось сильнее. Уткнувшись носом в пыльный ковер на стене, Андрей крепко зажмурился, пытаясь убедить себя, что ничего плохого не произошло. Он уже начал проваливаться в то засасывающее чувство без мыслей и эмоций снова, когда чужие руки бесцеремонно дернули его на спину. Ладонь совсем не ласково отвесила ему оплеуху, и Андрей придушенно, но все же тихо, замычал в ткань. Зажмурился, пытаясь отвернуться, дернул руками. -Не спи, замерзнешь, - еще один удар по щеке, не такой болезненный, и Андрей открыл глаза, лишь бы он перестал. - Ага, хорошо. Галстук вытащили изо рта, заставляя закашляться. Ему пихнули чашку в рот, ударяя по зубам, заставляя глотать содержимое прежде, чем Андрей понял, что это. Он успел сделать несколько глотков, прежде чем осознал, что это не чай и не вода. От водки нестерпимо жгло искусанные губы, а горло сжало так, что Андрей снова закашлял, силясь вдохнуть хоть немного воздуха. Дернув головой, он отвернулся, кашляя и пытаясь научиться заново дышать. Глаза слипались. -Я сказал: не спать, - жесткие пальцы сжали подбородок Андрея, приводя в чувство. Леша наклонился и неожиданно крепко поцеловал прямо в губы, удерживая лицо Андрея пальцами. Это привело его в сознание вернее оплеух. Дернувшись назад, он с удивлением посмотрел в прищурившиеся серые глаза. Леша чуть отстранился, разглядывая его лицо. А потом опустил голову и начал кусать ему шею, облизывая кожу ключиц. Андрей лежал, парализованный, не в силах сопротивляться. То, что с ним делал Леша - слишком, но сил на то, чтобы остановить эту пытку хватило только после того, как стало невыносимо и дальше терпеть. -Лёш, - губы у Андрея дрожали, но не голос. Андрей перехватил взгляд холодных глаз, когда этот мучитель поднял голову и перестал кусать его сосок, который и так болел из-за ожога. Но чужое горячее дыхание на месте тонкой корки поврежденной кожи приносил озноб по всему телу, и терпеть это не было сил. -Хватит, - попросил Андрей. -А «пожалуйста» тебя говорить не учили? - насмешливо вскинул брови Алексей. Горло словно стиснуло спазмом, Андрей с трудом сглотнул, но не произнес больше ни слова. К чему? Он не сумел сдержаться, попросил сейчас, но разве к его словам прислушивались в этой квартире? К чему вся эта вежливость, если парень над ним все равно поступит по-своему, добиваясь, чтобы он просил вовсе не словами, а слезами. Стиснув зубы, Андрей откинул голову на подушку, рвано выдыхая. Он уже просил. -Упрямый? Ладно. Леша встал с кровати, подошел к креслу и взял с него джинсы. Андрей не смог сдержать невольную дрожь, представив, что его сейчас опять прижгут сигаретой, за которой полез его мучитель. Алексей зажал сигарету губами, оглядываясь в поиске спичек. Отложил пачку в сторону и натянул джинсы, не застегивая ремень. Подошел к подоконнику, на котором оставил спички, прикурил. Андрей не смотрел, он не хочет смотреть, только кусал губу изнутри и напряженно всматривался в обои под ковром. Сколько он уже здесь? Час? Два? Казалось, прошла целая вечность с того момента, как он позвонил в эту роковую дверь. Леша вернулся к кровати, и Андрей не в силах скрыть, что он боится. На его попытку отползти Алексей не реагировал. Просто резко дернул и без того натертые руки, и скинул с них ремень. Отошел в сторону, заправляя ремень в шлейки своих джинс и застегиваясь. -Долго еще прохлаждаться собираешься? Одевайся и выметайся. Резкие слова помогли опомниться и заставили, наконец, сдвинуться с места. Андрей медленно подтянул руки, по ощущениям деревянные, перекатился на бок и попытался сесть. Внутренности на это отзывались острой болью, между ног жгло, от малейшего движения казалось, что сейчас он порвется и кровь польется из него ручьями. Взгляд зацепился за покрывало. На нем выделялись темные пятна, но угадать их происхождение было бы невозможно, если бы Андрей не знал, что это его кровь. На удивление, ее не так уж было много. Штаны и трусы неаккуратной кучей валялись прямо на полу у постели, тогда как рубашка и пиджак были все еще на нем. Андрей схватил свои вещи и попытался надеть, замирая от любого болезненного неосторожного движения. Когда он поднялся, чтобы надеть штаны, ноги у него дрожали. Ремень и галстук он просто взял в руки, желая как можно скорее уйти. Повернувшись к двери, Андрей остановился, рассматривая спину стоящего в стороне парня. Сейчас, не скрытая пиджаком, она казалась не такой мощной. Лопатки чуть торчат, левая чуть ниже. Андрей сам не понимал, зачем рассматривает своего насильника и запоминает такую ерунду. Леша уже успел одеться, не обращая никакого внимания на недавно изнасилованного им парня. Глядя на него, Андрей испытывал возрастающее горькое чувство, от которого жгло глаза, кидало то в холод, то в жар, и дополняла это все боль. Андрей наблюдал за тем, как Алексей надевает на идеально выглаженную рубашку свою черную куртку, которая была ему больше на пару размеров. О такой куртке мечтал каждый мальчишка и на нее заглядывались все девочки. Мучительное желание сделать больно в ответ заставляло руки дрожать, но Андрей понимал, что не справится с ним. Для этого у него не хватит сил. Обернувшись, Леша замер, разглядывая напрягшегося парня. Андрей понимал, что не в лучшем состоянии для драки, и отмщение ему ничего не даст, но не собирался позволить сделать с собой что-то еще. Прекрасно теперь зная, чего именно ждать от этого парня, он готов был скорее в глотку ему вцепиться, чем подпустить к себе. Леша усмехнулся, разглядывая его потрепанный вид. -Галстук завяжи, если не хочешь, чтобы все увидели твою шею. Андрей резко развернулся и вышел в коридор, судорожно вправляя ремень на место и застегивая пряжку. Галстук он повязал наспех, просто чтобы освободить руки. Пальцы дрожали, пока он завязывал шнурки. Казалось, Ефименко вот-вот выглянет из комнаты и набросится со спины. Сердце стучало, как ненормальное. Как открыл замок и сбежал по лестничной клетке вниз, Андрей не запомнил, очнувшись на улице. Домой он почти бежал. Прохожие на него смотрели с удивлением и опаской, стараясь держаться подальше. Он трижды выронил ключи, пока смог открыть дверь в их коммуналку. К счастью, в их комнату он просочился незамеченным, а мать еще не вернулась. Подойдя к столу и облокотившись о него, Андрей постарался взять себя в руки. Взгляд упал на запястья, где фиолетовым виднелись синяки с кровавыми потертостями. Из зеркала на секретере на него смотрел взъерошенный парень с бледным лицом и кровью на подбородке. Мятая одежда могла навести на мысль, что он недавно подрался. Андрей скинул пиджак на стул, стянул галстук, вдруг ощутив, как не хватает воздуха. Хотелось в душ, смыть с себя ощущение крови и чего-то липкого. Соседки уже обе были дома, но, к счастью, никто из них в тот момент не был в кухне и не занимал жизненно необходимую ванную. Андрей скинул вещи прямо на пол, старясь побыстрее избавиться от неприятных ощущений и, словно царапающей, одежды. Горячий, почти обжигающий душ. Он тер мочалкой кожу до красноты, не в силах перестать и смыть с себя ощущение чужих прикосновений. Он остановился лишь тогда, когда особенно болезненно задел ожог у соска. Только тогда он сполз на дно ванны, сжавшись в ней в клубок. Андрей сидел в остывшей воде, прижав колени к груди, и прижавшись горячим лбом к кафельной плитке. Закрытые глаза жгло, словно в них насыпали соли.