Образ врага

После ужина, прошедшего в спокойной обстановке, ибо говорить на серьёзные темы никто из сидевших за столом не хотел, слишком уж были заняты своими мыслями, Гарри с Драко прямехонько отправились в библиотеку, Сириус же умотал по своим делам. И, судя по всему, эти дела как-то связаны с неожиданными находками. Гарри и самому было интересно, поскольку в течение многих лет являлся невольным носителем этой гадости. Передёрнув плечами, он задумался: а много ли Волдеморт настрогал крестражей, и знал ли об этом Дамблдор? Вот, кстати, хороший вопрос. Может зелья, которыми его пичкали как раз и предназначались для «усыпления» подселенца? Весьма сомнительно, чтобы старик не обследовал его, перед тем как подкинуть Дурслям. Тогда… Гарри потёр шрам на лбу и, вспомнив собственные мысли после того как Дамблдор поведал ему тайную тайну о пророчестве, вздохнул. Углядеть логику в его действиях и словах ещё сложней, чем распутать паутину чар в Комнате наказаний. Там хоть смысл сразу виден. А если предположить, что старик знал о крестраже, свято верил в пророчество, а судя по его пламенным речам — это так, не догадывался о других «захоронках» Волдеморта, то таким вот образом, он «готовил» из него кого угодно, но только не победителя Тёмного лорда. И уж конечно «не облегчал ему ношу». Гарри хмуро уставился на тлеющие огоньки в жерле камина. Вдруг припомнились все странные школьные события и обстоятельства, приведшие к появлению Добби. Похоже, в своих выводах он ошибся в главном. Это, не его загоняли. Таким извращённым способом, Дамблдор загонял на него Волдеморта, потому как пророчество там или нет, но главе Визенгамота по статусу положено избавлять магический мир от всяких там Тёмных лордов, иначе простой люд не поймёт бездействия с его стороны. А дух не так-то просто ухватить за хвост. Да и силёнок у старичка видать маловато осталось. Вот и науськивал прилипал, чтобы те подталкивали его — наживку, в нужную для Дамблдора сторону. А Снейпу наверняка была дана указка сбить с толку, вывести из себя, заставить нервничать, злиться, и психовать, в общем, делать всё, чтобы «наживка» меньше думала, поскольку сильные эмоции напрочь отшибали здравый смысл. Теперь становились понятны и хороводы вокруг его громкого прозвища. Называя его Мальчиком-Который-Выжил, Дамблдор все равно, что говорил — фас! — Волдеморту и его прихвостням. Гарри прищурился и зловеще ухмыльнулся. «Ну-ну, а вот черта с два вам фас! Назвался Главой и светлым магом, вот и корячься! Нечего других припахивать выполнять свои обязанности! А, то: «это твоё бремя, мальчик мой», раскатал губы, козлобородый! — Гарри скрипнул зубами и побарабанил пальцами по подлокотнику кресла. — А вот интересно, «плохой артефакт», подброшенный Уизли, куда девался? Если Волдеморт возродился только этим летом, то для чего Малфой устраивал цирк в магазине? Или ему кто-то помешал выполнить прямой приказ господина? И вообще, зачем было кому-то подбрасывать вещичку, если собственный сын мог спокойненько доставить её в Хогвартс? А может «плохой артефакт» вообще никакого отношения к крестражу не имел, а, следовательно, и к возможному возрождению Волдеморта? И кто тогда стоял за происшествиями на их втором курсе? Василиск окаменял — это понятно, а кто расписывал стены граффити? Неужели Дамблдор так развлекался? Гарри весело хмыкнул, повёл плечами, сбрасывая напряжение, и посмотрел на Малфоя. Надо бы обо всех этих странностях рассказать Сириусу. Глядишь, крёстный во всём разберётся и забьёт ещё один гвоздь в крышку гроба репутации старикашки. — Слушай, — произнёс Гарри, и нахмурился, глядя на Драко. Тот сильно вздрогнул и, бросив испуганный взгляд на дверь, весь как-то сжался, — чего ты боишься? — спросил он совсем не то, что намеривался. Более идиотского вопроса сложно было придумать, Гарри понял это, как только его задал. А как бы он себя чувствовал, находясь на месте Малфоя? С одной стороны отец и его жажда подставить собственного сына под пожирательское клеймо, а с другой, взрослый мужик, без пяти минут собственный муж. Действительно, чего боятся? — Извини, — поднял он руки и, досадливо поморщившись, хлопнул ладонью по лбу. Действительно идиот. — Значит, всё уже знаешь, — Драко смотрел куда угодно, но только не на него. — Ну-у-у… — протянул Гарри, а, увидев чуть покрасневшие скулы Малфоя, по-доброму улыбнулся. Очень хотелось Драко успокоить и сказать… А, что собственно, ему говорить? Предложить выбирать между Сириусом и собой? Это ещё больше по-идиотски звучит. Тут нужно как-то иначе подойти. А он-то сам, что об этом думает? Гарри прикинул и так и эдак и понял, что ничего не имеет против. Хотя, до сегодняшнего дня не задумывался о семейной жизни вообще, и о кандидатуре второй половинки в частности. А уж представить, что ей может оказаться парень и вовсе. Хотя Гарри и знал, что в магическом мире на однополые браки смотрят совсем не так как в маггловском, тем не менее, классическую семью представить себе гораздо легче. А детей, откуда тогда брать? — Вроде как мы скоро станем ещё более близкими родственниками, так, что я имею право знать, как думаешь? А… вот, хотел спросить, как насчет детей? Мужчины же, как бы, не могут или… а? — Поттер, — после пары минут тишины, Драко потёр лицо и удивлённо взглянул на Гарри, — ты вообще представляешь, ну, в общих чертах, физиологию обоих полов? А теперь, когда представил, скажи, пожалуйста, чем мужчина будет рожать, уж не горя о том, что ему не в чем ребёнка зачать. Маги и магглы, в этом плане, ничем друг от друга не отличаются. А детей, как бы банально это не звучало, у нас тоже рожают женщины, — добавил он ворчливо, и вздохнул. — Супруги мужчины подыскивают мать будущих детей очень тщательно. В каждой семье свои правила. Взять Блэков. Для них как, впрочем, и для некоторых других родов, главное, чистота крови. Поэтому вариант с магглой или сквибкой сам собой отпадает. Отфильтровываются и древние семейства. Тут есть большая вероятность подхватить какое-нибудь старое проклятье, которое не убрать даже очищением. А ещё в таких семьях возможны близкородственные связи. Маги от таких браков сильны, а вот их дети вполне могут заиметь какие-нибудь отклонения, если, конечно, не подойти тщательно к родословной второй половины. Например, будь я… девчонкой, брак между мной и Сириусом если бы и рассматривался, то общих детей нам иметь было не суждено. Потому как всем хочется произвести на свет здоровых и сильных наследников. Посему, выбор у нас небольшой. Во-первых, матерью наследника Блэков может стать полукровка или чистокровка, но род не должен превышать трёх — пяти поколений. И, разумеется, члены семьи должны иметь хорошие внешние данные. — А как же, ну… триада, что ли? — Можно и так, если обе стороны не против, и имеют… должную кондицию. — В смысле? — Гарри вопросительно вздёрнул бровь. Если вначале разговора, он преследовал цель немного расслабить и направить мысли Драко в другое русло. То теперь ему действительно было любопытно. Сколько сложностей, оказывается, в магических семействах. Обалдеть! — Например, подходящей кандидатурой может стать замужняя леди, или дама старше супругов раза в два, а может и больше. Главное в этом деле, чтобы женщина была в детородном возрасте и хотела получить выгоду от сделки. — А, будь вместо Сириуса, м-м-м… скажем, я? — Поттеры, старый нейтральный род. В узких кругах, про таких говорят: белая кость, — наконец, произнёс Драко. Он так долго и пристально вглядывался в его лицо, что Гарри на секундочку показалось, что Малфой пытается влезть ему в голову и прочитать мысли. — Не будь твоя мама магглорождённой, можно было рассматривать любую кандидатуру, вплоть до магглы. Но сейчас список несколько сужается. Но всё равно он гораздо длинней, чем в случае с Блэками. Больше часа они подбирали паре Поттер — Малфой оптимальную кандидатуру в матери наследников древнего рода. И настолько увлеклись сим процессом, что не заметили, как полушутливый разговор, перетёк в несколько другую, более серьёзную плоскость. — Поттер, ну что ты как маленький: встанет, не встанет! Кто же тебя заставляет спать со старухой? — Малфой закатил глаза и стукнул Гарри по голове свернутым пергаментом. — Супругам надо всего-навсего подрочить друг другу, кончить в бутылёк и отдать сперму колдоврачу, который поспособствует зачатию и будет наблюдать за беременностью до самих родов. — Ух, ты! Какая у вас животрепещущая тема, — опершись плечом о косяк, Сириус широко улыбнулся. — Поздравляю, мальчики! Драко, ты сделал правильный выбор. Но смотрите: обидите друг друга, высеку обоих. На правах, так сказать, крёстного и дяди. Гарри, завтра у нас с тобой на повестке дня Министерство. Так что, спокойной ночи! И не шалите мне тут! — Мне показалось, или нас только что благословили? — осторожно произнёс Гарри, глядя на закрытую дверь и повернувшись к Малфою, вопросительно вздёрнул бровь. Тот выглядел ошарашенным. А вот он облегченно выдохнул. Оправдалась подспудная надежда на вариант, что всё само собой рассосётся, и ему не придётся прямым текстом предлагать Малфою выбирать между собой и Сириусом. — Что? — Пошли спать, — Гарри свернул исписанные пергаменты. Закрыл книги, прихватил с собой фолиант по чарам, убрал писчие принадлежности и потянул Драко к выходу. — Завтра, всё обсудим. Но я согласен с любым твоим выбором. *** Атриум Министерства, встретил Гарри с Сириусом необычным для будних дней спокойствием. Народ, конечно, присутствовал, но не в таких количествах, как обычно. Словно зимние каникулы были не только у школьников, но и у чиновников. Никто никуда не летел. Бумажные журавлики хоть и порхали туда-сюда, но не закрывали собой сводчатый потолок и не «толпились» у лифта. Зайдя в кабинку, Гарри медленно повернулся, прищурился, и цепко оглядел видимое пространство напротив. Ничего необычного: на каменной лавке у фонтана сидело трио в тёмно-серых мантиях, чуть поодаль женщина о чём-то спорила с коротышкой в смешном котелке, справа от лифта, где начинался длинный коридор, стояло ещё двое. Вроде ничего необычного, но чувство, что кто-то дышит в затылок и, что каждое его движение отслеживается, не давало покоя с самого входа в Атриум. Возможно, Гарри и не обратил бы на это внимание, но предупреждение Сириуса: держать ухо востро, глаза открытыми, неукоснительно слушаться его распоряжений, а также переизбыток артефактов, навешанных на него крёстным, обязывали быть предельно собранным. — Сейчас мы быстренько наведаемся в зал Пророчеств, — Сириус нажал на кнопку девятого уровня, и кабинка плавно двинулась с места, — возьмём шарик. Потом в отдел регистрации магических браков, нужно пару моментов уладить, чтобы ни одна блондинистая истеричка или бородатая выскочка не смогла оспорить законность будущего брака. И ты сразу же возвращаешься домой. Завтра свадьба. Быстро, конечно, но тут не до романтики. И, потом, вы с Драко ничего ещё толком не обсудили. Поиск сосуда для наследников, это ещё не все обязанности двух супругов, — Сириус подмигнул и в этот момент лифт остановился. — Ну, а мы… Джи, нас ждут! — крёстный махнул кому-то рукой. Гарри огляделся, но, не увидев ничего кроме плывущей в дальнем углу дымки, хмыкнул. Отдел Тайн, что тут скажешь. Шагнув за Блэком в открытую дверь, он задохнулся от обжигающе ледяного воздуха, ударившего в лицо, и, вцепившись в мантию Сириуса, зажмурился. В ушах загудело. Тело словно сплющило. Но неприятные ощущения быстро схлынули, оставив после себя лишь жжение в глазах. — Что это было? — просипел Гарри, падая на диван и принимая из рук Сириуса стакан с водой, который в мгновение ока опустошил. — Ноу-хау, — хихикнул маленький человечек, в буквальном смысле, выплывая из-за тёмного стеллажа. — Приветствую вас, лорд Блэк, наследник Поттер. Я Люка. Заместитель заместителя главного по тайнам, — мужичок широко улыбнулся, и протянул Гарри тёмный шарик. — Вот держите. Фальшивка, хотя, по всем признакам открывается только владельцу. Качественно сделано, ничего не скажешь. Обычно никто не заморачивался на такие тонкости. А тут… Если бы не знал, что искать, долго бы с ним копался. И не факт, что признал бы подделкой. Сожмите его в руке, мистер Поттер. Гарри недоумённо глянул на Сириуса и, покрутив в руке шарик, размером с небольшое яблоко, сделал, как было велено. Сизая дымка внутри сферы посветлела, и раздался грубый хриплый голос: «Грядёт тот, у кого хватит могущества победить Тёмного Лорда... рождённый теми, кто трижды бросал ему вызов, рождённый на исходе седьмого месяца... и Тёмный Лорд отметит его как равного себе, но не будет знать всей его силы... И один из них должен погибнуть от руки другого, ибо ни один не может жить спокойно, пока жив другой... тот, кто достаточно могуществен, чтобы победить Тёмного Лорда, родится на исходе седьмого месяца...» — Не хватает только имени. Вот же сука бородатая! Как же ловко он подводил к хэллоуинскому вечеру, ублюдок! — Сириус злобно сощурился, устремив взгляд в стену, и ухмыльнулся. — Когда, говоришь, шарик создали? В конце января восьмидесятого? Лили уже была, кажется, на третьем месяце. Джеймс с Френком постоянно подшучивали друг над другом и спорили, кто из них двоих станет отцом раньше. Альбус ещё, со знанием дела, словно полсотни баб обрюхатил, учил их, несмышлёнышей, уму разуму. — В зале Пророчеств, стало слишком людно, — Люка прервал воспоминательную речь крёстного, подошел к стене, сделал пару пасов волшебной палочкой, и махнул рукой, подзывая их к себе. От открывшегося перед глазами, Гарри даже на мгновенье зажмурился и ущипнул себя за руку. Но картинка, замерших в проходе между высоченными стеллажами, Гарри Поттера и Сириуса Блэка — не исчезла. Как, впрочем, не испарился Артур Уизли, размахивающий руками и что-то втолковывающий зевающему Блэку. То, что произошло дальше, было настолько неожиданным, что Гарри даже не успел испугаться. Огромный огненный шар с громким хлопком врезался в стену, за которой они втроем стояли и… «голубой экран погас» — сыронизировал Люка, выскакивая за дверь. Сириус, чертыхаясь, потянул его вон из комнаты. А дальше были коридоры, двери, коридоры. Практически в темноте, они куда-то бежали под аккомпанемент гула, то нарастающего, то утихающего. Гарри по ходу дела, пополнял словарный запас, ибо крёстный, после того как понял: артефакты-порталы не работали, матерился не переставая. Вылетели они в Атриум как раз из того коридора, который начинался у лифта и нос к носу столкнулись с Амелией Боунс. Та, стояла, вытянув волшебную палочку вверх, и что-то шептала. Серебристые лучи, шипя и вспыхивая, ударялись в круглую печать на потолке. — Бой в зале Пророчеств! — Сириус оттеснил Гарри к стене и цепким взглядом окинул Атриум. — Знаю, — Боунс мельком глянула на них с крёстным и, послав последний луч вверх, опустила руку. От центра печати стали расходиться серебристые круги, и впитываться в серый камень. — Пара-тройка Пожирателей проскочила заграждения. Еще парочка твоих друзей-орденцев, тоже туда сунулась. Разгромят зал, последние штаны отсужу. А купол захлопнулся, как только они прибыли. Извини, ждать было нельзя, иначе бы ускользнули. И расслабься, с Атриума нас не видно, — Боунс взмахнула волшебной палочкой, и доселе невидимая преграда отделяющая холл от коридора, замерцала. Только переведя дыхание, Гарри, наконец, сообразил сунуть в карман мантии шарик со лже-пророчеством, а волшебную палочку наоборот вытащить. Краем уха, слушая малопонятные для него, отрывистые фразы, которыми обменивались Глава правопорядка, и Сириус, Гарри вышел из-за спины крёстного. Обстановка в Атриуме, и рассредоточение магов, практически не изменились. Только те, два человека, стоявшие в этом коридоре, исчезли. А вокруг фонтана, наоборот, народа прибавилось. Коротышка в смешном котелке сместился вглубь, и теперь вместе со спутницей стоял у стены. А рядом с ними, курсируя туда-сюда, прогуливался франтоватый тип. Поигрывая тростью с блестящим набалдашником, он время от времени смотрел в сторону лифта. У стены с каминами прибытия, внимание Гарри привлёк ещё один маг. С первого взгляда ничего необычного: посетитель или чиновник просто кого-то ждёт, вот только манера его поведения была очень знакома. Четыре с половиной года он наблюдал эту позу и взгляд «с высока». — И, что тут делает Снейп, интересно? — Это тот, который слева от третьего камина? — мадам Боунс бросила одобрительный взгляд на Гарри. — Пока стоит. Пройти вглубь он не успел, а теперь активированный барьер засечёт любого с меткой. Личину-то он изменил, а вот клеймо не замажешь. Привлекать к себе внимание он явно не хочет. И нам пока не понятно, с какой из сторон он тут появился. Дамблдор прибыл за пару минут до Волдеморта. Альбус, двинулся в отдел Международного магического сотрудничества, и только оттуда в отдел Тайн, а его оппонент прикинулся ветошью и расположился в небольшом холле, куда сходятся четыре коридора из зала Пророчеств и комнаты с Аркой… Просто удивительно. Я до последнего сомневалась, что всё получится. «Какой-то театр абсурда», — слушая спокойное изложение Боунс о дислокации противоборствующих сторон, Гарри охреневал и задавался вопросом, какого черта происходит. Но по мере прокручивания в голове всех известных ему деталей, он приходил к пониманию, того, что тут готовится. Недавние мысли о себе — наживке, укладывались в виденное им сейчас, просто идеально. Только вместо него в кругу шайки Дамблдора и Волдеморта кто-то другой. — А кто вместо нас? Там? — Ремус, я, а Дора, это дочь Андромеды, помнишь семейное Древо Блэков, примерила твою личину. Они шли следом под чарами невидимости. Когда мы, активировав пространственно-временной портал, переместились в ту комнату, ребята попали под действие чар, снявших с них невидимость. Так что, тот, кто следил за нашими перемещениями… Закончить Сириус не успел. В Атриум влетело несколько человек, в том числе Люпин с Тонкс и начался бой. Дора-Гарри уворачивалась от летевших в её сторону лучей, в ответ, не мешкая ни секунды, она посылала заклятья, отнюдь не безобидные и уж точно не из школьного курса. Но, кажется, никому из двух взрослых магов, теснивших «пятнадцатилетнего школьника» не приходило в голову: откуда подросток мог владеть такими чарами. Люпин-Блэк тоже не отставал от своей спутницы. Схлестнувшись с двумя противниками, один из которых был в маске, он за пару минут обезвредил одного, а второго просто смело силовой волной, посланной, по всей видимости, аврором. Коротышка с дамой, слаженным дуэтом, вывели из строя франтоватого типа, который, как только началась заварушка, переместился к фонтану и вырубил одного аврора, судя по шипению Боунс. Смотреть со стороны за сражением было жутко, и нервно. Сириус дергался и матерился. Глава правопорядка, замерев и стиснув в руке волшебную палочку, зорко за всем следила. Гарри же, наблюдая за происходящим в Атриуме, неосознанно оглядывался назад и по нескольку секунд, вглядывался в темноту коридора. Было странно, что ни Сириус, ни Боунс не обращали внимания на то, что делалось за их спинами. Они ведь с крёстным спокойно добежали с девятого уровня сюда. Так почему бы и другим так не сделать? Глядя на Снейпа, перемещавшегося вдоль стены, и с первого взгляда, не принимавшего участия в противостоянии «свои-чужие», Гарри вспомнил, одну необычность: за всю дорогу они не встретили, ни одного человека, да и сам путь как-то странно ощущался. — К хозяину пополз, змеюка! — Сириус подался вперёд, едва не выходя за разделяющий барьер. Боунс схватила его за плечо, и в этот момент, часть противоположной стены взорвалась. Камни разлетелись по всему Атриуму. В ту же секунду осколки разбившихся витрин, каменное крошево и пыль закружились в центре холла громадным вихрем. Дору-Гарри затянуло внутрь черной воронки. Остальных же разметало по сторонам. Мощнейший силовой поток и их бы смёл, если бы Сириус с Боунс не успели выставить щит, который сначала сдержал, а потом и отбросил волну обратно. Гарри вжался в стену, с ужасом наблюдая за происходящим. Смерч раскрутило едва ли не в половину холла. Но неожиданно всё резко закончилось. Стекло и камни, превратившиеся в пыль, серой вуалью осели на пол. Из пролома в стене, плавно передвигаясь, словно бы плывя по воздуху, показался некто в тёмном балахоне. — А вот и Волдеморт показался, — напряженным голосом произнесла Боунс. — Да. Только Дамблдора пока не видать, — Сириус наклонился вперёд. — Если мы не ошиблись в предположениях и расчетах, то, как только он войдёт в рунный круг, сработает аркан и Альбуса затянет внутрь. Главное, Дамблдор здесь. — Пожиратели и псы Грюма в отключке. Наши вроде все живы. Дора в сознании, слава Мерлину. Ремус тоже, только, кажется, сильно ранен… еле двигается… Давай-давай, девочка, еще немного и ты будешь за кругом. А куда подевался Снейп? И Крауча не видно! — Сириус смачно выругался. Гарри прищурился и сжал волшебную палочку. Ладони вспотели, а по позвоночнику вверх поползли холодные мурашки. Он совершенно не понимал, что будет дальше, но смотреть на всё это было страшно. Особенно жутко стало, когда Волдеморт, начал медленно наступать на пятившуюся от него Дору-Гарри, что-то шипеть и словно дирижер размахивать желтоватой рукой со сжатой в ней волшебной палочкой. — Да! От торжествующего полувсхлипа крёстного, Гарри вздрогнул и…почему-то резко обернулся. То, что произошло дальше, случилось настолько молниеносно, что казалось смазанным. Уходя в сторону, от атакующей громадной змеи, посылая в её раззявленную пасть режущее заклятье, он налетел на Сириуса, и они вдвоём, разрывая мерцающую мембрану, повалились на пол Атриума. Боунс вскинула волшебную палочку. Бьющаяся в предсмертной агонии змея, вспыхнула. Огненная химера, облизав и превратив длинное тело в прах, шипя, пронеслась над их головами и с чавканьем врезалась в статую фонтана. Полетели искры и брызги воды; отколовшиеся небольшие куски камня, посыпались сверху. Сириус закрыл их щитом. — Убить! Усиленный Сонусом яростный крик отразилось от мраморных стен, ввинтился тупой болью в виски. Гарри, до сего момента сидевший на полу и заторможено пялившийся на кучку пепла, Боунс и Сириуса, крутившихся рядом, резко обернулся. Кому орал Волдеморт, замерший напротив всклоченного Дамблдора, не совсем понятно. Одного беглого взгляда хватило, чтобы понять: те, кто с ним прибыл, обезврежены. Ну, или почти обезврежены, ибо Снейпа — Гарри медленно поднялся и прищурился, — не наблюдалось, среди тех, кого авроры, левитировали или сгоняли в одну разномастную кучу. — О, а вот и свидетели с секундантами пожаловали, — прокомментировал Сириус появление из каминов многочисленных магов и, взяв Гарри за подбородок, повернул его лицо к себе. — Молодец! Змею-то мы прощелкали. Ты как? — Я нормально, — сглотнув вязкую слюну, хрипло выдавил Гарри и судорожно вздохнул. Чувствовал-то он себя действительно нормально, вот только нарастающая внутренняя дрожь, последствие впрыснутого в кровь адреналина, была неприятна. Словно прочитав его мысли, крёстный взмахнул волшебной палочкой, и напряжение схлынуло. Благодарно улыбнувшись, Гарри качнул головой в сторону Волдеморта и Дамблдора. Эти двое были отгорожены ото всех прозрачным серебристым барьером, стояли на расстоянии нескольких десятков футов друг от друга, и разделены белым щитом. Видимо, чтобы не прибили друг друга раньше, чем здесь соберётся весь магический бомонд. Гарри оглядел появившихся магов, в основной своей массе ровесников Дамблдора, таких важных и в торжественных мантиях. Толпа рассредоточилась по Атриуму. — А, что тут вообще происходит? «Что происходит» — Гарри коротенько рассказали, тем самым, частично подтвердив его догадку. И не только Сириус, но и Люпин с Тонкс. Ранение Ремуса было не столь серьёзным, как предполагал крёстный, просто очень болезненным. А вот Дору изрядно потрепало. Что и не удивительно. Но аврор-лекарь быстро подлатал всех «своих». Заманить на Пророчество Дамблдора, а в особенности Волдеморта, было сложно. Поскольку шпиона, в прямом смысле этого слова, в ставке Тёмного лорда у Министерства не имелось. Кроме того, логика поступков этого «недомага», также находилась за гранью понимания. Но всё удалось. И оба старикашки прямехонько угодили в ловушку. Жажда получить желаемое напрочь отшибла осторожность. Хотя, Волдеморт действовал намного тоньше. Головорезов Грюма, и людей Дамблдора вычислили очень быстро. С «сочувствующими» Тёмному лорду было сложней. Единственное опасение вызывал аркан. Рунный круг был заряжен на Образ врага, попавшего в замкнутую цепочку одного из двух магов. Но Флитвик и чаровед из отдела Тайн, сумели изменить катрен, тем самым минимизировав возможность непредвиденных осечек и попадание в сеть не того кого надо. — Ну и клятва Главы Визенгамота, конечно, — Сириус довольно прищурился. — Её текст очень древен. Альбус, видимо, даже не задумывался, что вещая о Высшем благе, о том, что является защитником всех сирых и убогих, он не только пускает пыль в глаза, но и как бы усиливает её; все меньше и меньше оставляя себе лазеек, чтобы увильнуть от исполнения долга. Иными словами: уничтожь названного и признанного врага подзащитного тебе люда, иначе… — Значит, вы отказываетесь сразиться на дуэли чести? Отказываетесь от собственной клятвы? — Вы сами меня лишили… В ответ на несколько истеричный тон Дамблдора, Волдеморт хрипло расхохотался. С кончика его узловатой волшебной палочки начали срываться тёмно-зелёные искры. — После того как разделаюсь с тобой, старик, я с превеликим удовольствием уничтожу твоего Мальчика-Который-Выжил. Слышишь меня, Поттер! — красные глаза, будто бы рентгеном прошлись по Атриуму. — Никакое Пророчество тебя не спасёт, мальчишка! Гарри вздрогнул. Сириус обнял его за плечи и, притянув к себе, прошептал: — Беззубая собака только и может, что гавкать. Помнишь? Оно фальшивка. — Милейший, вам будет дано слово, — проскрипел сухонький старичок и царственно занял кресло, только что трансфигурированное молоденьким клерком. — А, вам, Альбус, хочу напомнить, что совет старейшин пока ещё не отстранил вас от исполнения обязанностей Главы Визенгамота. И вы всё ещё можете выполнить священный долг и защитить нас от зла! Или проститься с магией, нашим миром и уйти к так любимым вами магглам. Ибо! Круг силы можно разорвать, только исполнив предназначение. Отстранённо слушая препирательства, пафосные и обличительные речи, членов совета старейшин и Дамблдора; наблюдая за веселящимся Волдемортом, прожегшего себе мантию в нескольких местах, ибо, судя по всему, он мог находиться только в двух состояниях: злобном и веселом, Гарри погрузился в воспоминания о Круге силы, и упустил момент, когда относительно спокойная обстановка накалилась. Проорав что-то о каком-то кольце, Волдеморт хлёстко взмахнул волшебной палочкой и разорвал белый щит, разделявший его и Дамблдора. От дальнейших обменов заклятьями почернела и вздыбилась мраморная плитка. Температура резко подскочила. Согнанные в одну кучу, Пожиратели и «псы Грюма», попытались воспользоваться моментом и улизнуть. Из-за возникшей заварушки, авроры упустили появление новых действующих лиц, которые ударили им в спины. Зато Сириус был начеку. Толкнув Ремуса, он сощурился. Переглянувшись, и подобравшись, как два хищных зверя, друзья текучими движениями устремились вдоль стены, вперёд. — Нюниус! Не на того прыгаешь сучонок! — взревел Сириус, когда Снейп пульнул каким-то заклятьем в аврора, замешкавшегося недалеко от пролома в стене, и собрался дать дёру, так как служители закона быстро взяли ситуацию под контроль. — Стоять! Дуэли между Ремусом и Краучем, как сказала Тонкс; Сириусом и Снейпом, «разбросали» магов по углам и заставили пристально наблюдать не только за противостоянием: Дамблдор — Волдеморт, но и за двумя другими парами. Закрытый щитовыми чарами, Гарри застыл в нескольких десятках футах от дерущихся. Но даже на таком расстоянии мог видеть перекошенное от бешенства лицо Снейпа, хищный оскал Сириуса, панический ужас Крауча, и полнейшую невозмутимость Люпина. Именно он, первым, нейтрализовал своего оппонента и, скрутив по рукам и ногам, отлевитировал к дружкам. А ещё через несколько минут, одновременно с упавшими на пол старикашками, выбитая из рук Снейпа волшебная палочка, покатилась по пыльному полу. Крёстный пригвоздил своего противника к стене и медленно, к нему приблизился. — Сука блохастая! Ненавижу вас всех! — задыхаясь, и скалясь окровавленным ртом, выплюнул Снейп. Гарри поёжился: столько злобы было в этом крике. Казалось, если бы зельевар мог, он бы вцепился зубами в шею Сириуса. — Если быть точным, то кобель. А от тебя тоже многие не в восторге, — невозмутимо парировал крёстный. Склонив голову, он открыл, было рот для какой-нибудь тирады, но аврор прервал обмен любезностями самым категоричным способом: надел на Снейпа наручники, и толкнул того в сторону лифта. Проходя мимо, зельевар наградил Гарри таким взглядом, что становилось понятно: дай ему волю, загрыз бы не только Сириуса. Пожав плечами, ибо к ненависти Снейпа он, можно сказать, привык, Гарри обратил всё свое внимание на Дамблдора и Волдеморта, неподвижно лежащих на обезображенном полу. — Так, этих двоих в соседние камеры, — деловито распорядился старичок, сидевший в вычурном кресле, после того как один из лекарей озвучил вердикт: полное магическое истощение. Авроры подняли закопченные и изрядно потрёпанные тела и двинулись к лифту. — Одного ждет суд, а другого отдел Тайн. Но у обоих будут отдельные апартаменты. Если выживут, конечно. Идём. Завтра много дел, — Сириус потянул Гарри к камину. Уже засыпая, он вдруг озадачился вопросом о «завтрашних делах». Если Волдеморта ждёт отдельная камера, значит, Пожиратели лишились господина, следовательно, Драко метка не угрожает. Тогда зачем им жениться?