Give 'em Hell, Kid

Прошёл уже целый месяц. На улице стоит невыносимая жара, и солнце парит нещадно. А нам ещё и тренироваться нужно под этим чёртовым светилом! Благо, можно улучить предутренние часки или вечером придти на нашу крышу. Но сегодня тот самый день. День, когда на нашу крышу придёт Фрэнк, живой и невредимый. Он обещал мне, что отымеет меня, как последнюю шлюху за то, что я тут без него натворил. Я воспринял его слова, как усмешку, но сейчас начинал побаиваться. Ну, как побаиваться. С одной стороны, Фрэнк снова стал тем безбашенным парнем, с которым я познакомился, поэтому ожидать от него можно было всего, что угодно. С другой стороны, я очень сильно хотел его. Я скучал по его телу. Я скучал по его губам, по его пальцам, по его волосам. И мне до одури хотелось, чтобы он отымел меня – хоть как. Нервно смотрю на часы, дожидаясь прихода Фрэнка. Но давайте я пока расскажу вам, что да как, и что произошло за этот месяц. Да, я полностью оклемался от героина, хоть это и стоило мне огромных усилий. Но ради Фрэнка я готов был пойти хоть куда. Майки был безумно рад моему «возвращению в жизнь» - я думал, он задушит меня объятиями до смерти. Фрэнк за это время поправился, бинты с него сняли практически все, правда, из-за смещения позвонков заставляли носить корсет, а сегодня должны были окончательно освободить руку. Кажется, больше мне не о чем рассказать. Я снова вернулся к тренировкам, а парни с радостью встретили меня и вернули в свои ряды. Так, вот и пять часов вечера. Фрэнк обещал подойти к этому времени. Делаю пару элементов паркура. Не знаю, как это объяснить, но за месяц я стал одним из лучших трейсеров. Наверное, это было у меня в крови. Или я слишком усердно занимался. Я приходил на крыши ночью, я занимался здесь практически весь день, кроме особенно жарких дней. Когда я сильно уставал, я вспоминал, как мне хреново было во время ломки, и продолжал заниматься. Результаты были на лицо – я побеждал в 80% игровых забегов с ребятами. 5:12 pm. Где же Фрэнк? Я так давно его не видел за пределами стен больницы. Слышу скрип открывающейся на крышу дверцы, оборачиваюсь, словно в замедленной съёмке, и вижу входящих Билли Джо, а за ним и Фрэнка. Фрэ, завидев меня, немного неуклюже бежит навстречу, а я просто стою, будто вросший в пол, держа в одной руке бутылку с водой, а в другой – полотенце. Одуванчик, добежав до меня, бросается мне на шею, и мы падаем: сначала я, а сверху на меня Фрэнк, затем несколько раз перекатываемся по крыше, смеясь и прижимаясь друг к другу. Этот счастливый момент… я не знаю, как мне его описать. Такое чувство, будто тебя распирает изнутри шар счастья, по венам растекается какое-то щекочущее чувство, а дыхание сбивается от сердца, заходящегося в бешеных ритмах. Если вы хоть раз испытывали такое чувство – вы меня поймёте. Какое-то время мы с Фрэнком так и лежали на горячем бетонном покрытии крыши, смотря друг другу в глаза и касаясь друг друга носами. Казалось, сейчас я вспомню вкус его губ, сейчас, вот-вот, но несколько обращённых на нас взглядов не позволяли нам этого сделать. Похабно ухмыльнувшись – Господи, как я скучал по этой его ухмылке – Фрэ поднялся, отряхиваясь, а затем и я. Мы просто стояли и улыбались как два идиота, изредка переглядываясь, а парни во все глаза на нас смотрели со смесью удивления и радости на лице. Затем Билли Джо подошёл ко мне, обнял меня, прошептав при этом «Неужели ты бы променял всё это на героин?», и, похлопав по спине, отошёл в сторону. Теперь я понял, что он всё мне простил. До сегодняшнего дня он часто бросал на меня какие-то странные взгляды, которые я никак не мог расшифровать. То ли подозрение, то ли что-то ещё. Сейчас этому всему был объявлен конец, поставлена точка. Тренировка пошла своим чередом, кто-то уходил, кто-то приходил, а я сидел с Фрэнком и просто наблюдал за всем этим. Большую часть времени мы молча сидели, касаясь друг друга плечами и наслаждаясь присутствием друг друга. Я вдыхал запах его волос, а он улыбался своей детской наивной улыбкой. Ещё одна вещь, без которой я не могу существовать. Когда солнце практически скрылось за горизонтом, на крышу явились Томо и Боб, явно чем-то взволнованные. Мы все, испытывая некое напряжение, подошли к ним. -Завтра состоится забег, - как-то странно проговорил Томо, чуть дрожа от волнения и проводя рукой по волосам. -И что в этом забеге такого, что вы как испуганные дикобразы? – чуть скривив губы в усмешке, спросил Би Джей. - А то, что забег с теми парнями… - В забеге с которыми упал Фрэнк, - я не дал Томо договорить, перебив. -Да, - выдохнул парень, покосившись на меня. - Мы должны им отомстить! – победно вскинув руку и нахмурившись, вскрикнул Фрэнк. - Ты постоишь на зрительских местах, - оттеснил я его. -Нет! Я им покажу! – Фрэ нахмурился, пытаясь убедить меня. Наивный. Только вышел из больницы, а уже собирался участвовать. -Нет, - громко отрезал я. В мгновенно наступившей тишине я добавил, - Я отомщу им за тебя. Я выиграю этот забег. Несколько минут все вокруг молчали, а затем Би Джей попытался что-то сказать: -Нет, Джи, слушай, тут есть люди и поопытнее… -Это должен сделать ни кто иной, как я. Парни понимающе кивнули, лишь Фрэнк вцепился в моё запястье и отвёл от толпы. -Джи, это не совсем разумно, - почесав затылок, промямлил он. -Нет, Фрэ. Всё будет хорошо, я тебе обещаю, - я приподнял его за подбородок и улыбнулся. Он чуть неуверенно ответил на мою улыбку, а затем крепко обнял меня, вцепившись в мою футболку на спине и чуть вздрагивая. -Джи, я же не переживу, если с тобой что-то случится, - он всхлипывал, уткнувшись мне в плечо. -Ничего не случится. Я буду внимателен. Я же люблю тебя, - я покрепче обнял его, лишь опасаясь за его недавно сломанные рёбра. -И я тебя, - прошептал Фрэнк. Половину этой ночи я не спал. Я тренировался на крыше, пытаясь выучить как можно больше полезных элементов и отточить мастерство давно изученных. Когда я уже начал валиться с ног, Фрэнк отвёз меня на байке домой. Это было так чудесно – вновь прижиматься к нему, обнимая за талию, когда на довольно большой скорости мы неслись по ночному городу. Адреналин и счастье – если в данный момент это было не одно и то же – переливались в крови из одного в другое. Оказавшись дома, я просто свалился на кровать, даже не разуваясь и едва не забыв завести будильник. Через пять часов я вскочил от резкого звука противных часов и, отшвырнув будильник в сторону, поплёлся под холодный душ. Мне одновременно и хотелось спать, но я ещё и испытывал неимоверное волнение. Я должен победить, и я должен выжить. Ради моего Одуванчика, ради моего Фрэнка. В половину девятого я уже разминался в одиночке на нашей крыше, а к половине десятого, сопровождаемый подошедшими Томо, Фрэнком и Би Джеем шёл к месту забега. Каждая клеточка моего тела, казалась, дрожала от волнения. Я сжимал и разжимал кулаки, морально пытаясь подготовиться к этому испытанию. Я должен бежать в середине, дабы у них не было возможности меня столкнуть, и должен немного отставать в начале, чтобы к концу неожиданно выбиться вперёд. Вот и та самая высотка, вот мы на её крыше. Все вокруг бросают на нашу сбившуюся компанию не очень добрые взгляды, а я наблюдаю за ними исподлобья. Ах, а вон и те парни, которые так трусливо избивали меня в переулке. Сегодня я им покажу. До начала забега 20 минут. Фрэнк берёт меня за руку и отводит к более-менее тихому уголку. -Ты чего, Фрэ? – непонимающе смотрю то на него, то на его руки, которыми он пытается нашарить что-то в кармане брюк. - Сейчас, сейчас, - торопливо шепчет, доставая смятую бумажку. - Что это? -Я… смотри сам, - смущённо протягивает мне листок. Беру из его чуть трясущихся рук листочек с писаниной и начинаю читать строки, чуть нахмурившись. Какой, однако, у Фрэнка корявенький почерк: Well I'm a total wreck and almost every day. Like the firing squad or the mess you made. Well don't I look pretty walking down the street. In the best damn dress I own? If you were here I'd never have a fear. So go on live your life. But I miss you more than I did yesterday. You're so far away. So c'mon show me how. 'Cause I mean this more than words can ever say. Some might say we are made from the sharpest things you say We are young and we don't care. Your dreams and your hopeless hair. We never wanted it to be this way. For all our lives. Do you care at all? Мда, я полная развалина, и почти каждый день для меня Как казнь расстрелом, - это ты натворил этот беспорядок. Разве я не смотрюсь хорошо, идущий по улице В лучшем своём одеянии? Если бы ты был здесь, я бы никогда не боялся. Но ты живи, давай, своей жизнью. Но я скучаю по тебе больше, чем скучал вчера. Ты так далеко… Так, давай, покажи мне, как. Потому что мне никогда не выразить этого словами. Кто-то, возможно, сказал бы, что мы состоим из колкостей – ты говоришь Мы молоды и нас ничто не заботит. Твои мечты и твои безнадёжные волосы. Мы бы никогда не хотели, чтобы всё было так. Ни за что на свете. Ты что-нибудь чувствуешь, в конце концов? Прочитав, поднимаю на Фрэнка чуть влажные и покрасневшие глаза. -Что это? – говорю немного дрожащим голосом. - Джи, я, когда лежал в больнице, написал это… Би сохранил этот листик. Я писал для тебя. Я понимаю, это всё полный бред, но… Он не успевает договорить, как я прижимаю его к себе, обнимая и всхлипывая. -Это самое лучшее, что я читал в своей жизни, Фрэнк. -Правда? - Да. И не смей сомневаться. Я чувствую. Из толпы доносится голос «Джей, пора!», и я вынужден выпустить Фрэнка из объятий. -Я люблю тебя, - шепчу напоследок. - И я тебя, - слышу ответ, когда уже отхожу на пару шагов. Оборачиваюсь и ободряюще улыбаюсь Фрэнку. Мне бы самому хотелось верить, что всё будет хорошо. Когда уже отворачиваюсь, слышу, как меня достигает голос Фрэ «Give’em hell, Kid»*. Или мне только кажется? Ещё раз оборачиваюсь, но за толпой мне его уже не видно. Вот и край крыши, вот и бортик. Стоит мне ступить за него, сделать прыжок – всё, обратного пути уже не будет. Чувствую хлопки по спине и плечам, но они мне не важны. Единственный важный для меня сейчас человек – Фрэнк. Конечно, я не должен упасть ради брата – я ведь обещал ему сходить в парк. Но мои мысли вертятся только вокруг мести за Фрэнка. Это дело принципа и чести. Остаются считанные минуты до начала. Соперники бросают на меня злые и усмехающиеся взгляды, и я понимаю – им всем известно, что я, по сути, новичок. Но новичкам везёт, не так ли? Три, два, один… свисток, и слова, заставляющие меня прыгнуть - «Give’em hell, Kid». Прыжок, ещё один, несколько элементов… пробежка, ещё прыжок. Пока что я держусь в хвосте, внимательно следя за своими противниками. Вот мы пробегаем мимо первого пункта наблюдения, крыши становятся ниже. Девятиэтажка, семиэтажка, та шестиэтажка, прыжок, канат – опять ввысь. Уже третий пункт наблюдения. Осталось ровно столько же. Замечаю, как один из парней пытается бежать рядом со мной, и отбегаю чуть в сторону от него. Ещё пара прыжков, ещё пара канатов, бег вверх, четвёртый наблюдатель. Так, пора вырываться вперёд. Приложив все усилия, ускоряюсь. Тот парень, видимо, не ожидал от меня такого. Да, чёрт возьми, ни один не ожидал от меня такого. Зато они выдохлись, всю гонку удерживая темп, а я ничуть не вымотался. Пятый наблюдатель, и я оказываюсь первым. Настал самый опасный момент. В любую секунду меня могут толкнуть в спину, а оборачиваться и отвлекаться мне ни в коем случае нельзя. Господи, пожалуйста. Я должен победить. Я должен выжить и остаться невредимым ради Фрэнка. Прыжок. Ещё один. Чувствую за спиной шаги, и пытаюсь бежать ещё быстрее, чуть отрываясь от догоняющего. Впереди уже черта финиша, а у меня начинают болеть ноги. Чёрт побери! В памяти всплывают дни ломки, и я понимаю, что эта боль – ничто. От быстрого бега я не умру, а вот если меня толкнут – точно сдохну. Из последних сил, чуть ли не падая, перепрыгиваю на последнюю крышу, больно ударившись ступнями. Не обратив на боль внимания, продолжаю бежать. Адреналин в крови зашкаливает. Нет, всё же такое напряжение – чересчур, и у меня начинает болеть сердце. Вот только этого не хватало! Понимая, что я отстаю от нужного темпа, пытаюсь ещё сильнее разогнаться. Вперёд, ну же, Джей, не подведи! Ты уже никуда не упадёшь, осталось придти первым! Да, рановато я пошёл на обгон, дурак. Но ничего уже не изменить. Подныриваю под одни кабели, через какие-то перепрыгиваю. Слышу «Уйди, сука» за спиной. Но они, кажется, опоздали. С бешено колотящимся сердцем, ничего не разбирающим взглядом и ноющими ногами перепрыгиваю черту. Да! Победно вскидываю руку, пытаясь остановиться, слышу, как судья кричит на другие пункты «Номер четыре», и отчего-то падаю. Кажется, я теряю сознание… Прихожу в себя, лёжа головой на коленях у Фрэ. - Что случилось? – спрашиваю чуть охрипшим и недоумевающим голосом. - Ты победил, - отвечает Фрэнк, наклоняется, и целует меня лёгким прикосновением к моим губам. А во мне что-то взрывается в этот момент: вкус его губ, чувство победы, осознание того, что теперь всё будет хорошо - накрывают меня цветным цунами с головой, и мне безумно хочется кричать от радости. Почему хочется? Я и лежу, вопя что-то бессвязное небу надо мной. Накричавшись, прошу у Фрэ воды. Не успев напиться, слышу топот нескольких десятков ног. А когда одуванчик успел отнести меня вниз? Во всяком случае, сейчас вся наша команда прыгает на месте. Как я смог победить? Я не знаю. Я честно не знаю. Это получилось слишком спонтанно. Или преднамеренно. Я действительно не знаю. Я просто хотел этого. Я понимаю, глядя на улыбающиеся лица друзей, что героин – лишь очень жалкая пародия на настоящее чувство счастья, кайфа и отрешённости от проблем. Эти чувства сейчас не поддельны. Они настоящие, они наполняют меня с головой, накрывают, и я безумно рад. А вообще всё, что происходит со мной – безумие. Наконец все более или менее успокаиваются. Ребята зовут нас вечером в бар – отпраздновать такое событие, но мы с Фрэ синхронно машем головой. Каждый из нас знает, чем мы будем заниматься этим вечером и этой ночью. Подумали – сделали. Нам даже не нужно ничего было друг другу говорить. Немного пройдясь по парку, мы пошли к Фрэнку домой. У него была действительно шикарная квартира. Его комната тоже была оформлена в каком-то дизайнерском стиле. - Красиво у тебя тут, - говорю, оглядываясь. - Да ну. Мне даже плакаты не разрешают повесить. Не люблю свою комнату. -А это что? – указываю на оленьи рога, висящие на стене. – Настоящие или подделка? - Отцовский охотничий трофей. Не знаю, чего ему взбрело в голову вешать их у меня, - Фрэнк дёргает рога, и они чуть покачиваются. - Бедный, - смеясь, подхожу к нему сзади и обнимаю, целуя Одуванчика в шею. - Да ничего. Зато благодаря дорогому папочке я умею играть на гитаре, - оборачивается, закидывает мне руки на шею и смотрит на меня исподлобья, грустно улыбаясь. - Ну не грусти, - резко присаживаюсь и начинаю его щекотать. Упс, этот чёртов корсет. Ну, ничего. Думаю, на пару часов его можно снять. Развернув Фрэнка к себе спиной, развязываю шнурки и стягиваю с него эту противную штуку, а затем продолжаю щекотать корчащегося друга, скинув с него и футболку. Правда, та улетела куда-то в сторону и приземлилась аккурат на оленьи рога. Весело, однако. Конечно, мои похождения не остались безнаказанными. Фрэнк, добравшись до моей футболки и отшвырнув ту на другую часть охотничьего трофея, тоже начал меня щекотать. -Чёрт возьми, перестань, - изворачиваясь под его холодными пальцами, кричу я. - Ну уж нет, - смеётся, толкая меня на кровать и падая на меня сверху. Таким образом я лежу на животе, а Фрэнк, чуть разведя колени, оказывается сверху. Мне кажется, или я начинаю думать совсем не о щекотке? - Ну перестань, ну хватит, - задыхаясь, бормочу, уткнувшись лицом в мягкое покрывало. – Делай со мной всё, что захочешь, но только не щекочи. Пытка сразу прекращается. Фрэнк наклоняется к моему уху, чуть мурча, как кот, и, укусив меня за мочку, проводит языком от шеи вдоль позвоночника. Чуть изгибаюсь, начиная чувствовать возбуждение. Нашёлся тут кот. Хотя мне всё это безумно нравится. Разворачиваюсь, укладываясь на спину и стягивая с себя джинсы без ремня. Фрэнк, ложась рядом, тоже снимает свои джинсы вместе с боксерами. -Ах ты, шлюшка, - смеясь, целую его, упёршись руками по бокам от его тела. – Всё и сразу? -Ну да, - улыбается мне в губы, перехватывая инициативу в поцелуе и засасывая мою нижнюю губу. Наша игра постепенно перетекает в страсть, и мы бешено целуем друг друга, кусая губы до крови. Каким-то образом я тоже оказываюсь совершенно голым. Видимо, происки Фрэ. Как бы то ни было, а у меня уже стоит. Обняв Фрэ и прижавшись бёдрами, пару раз трусь об него, и с моих губ срывается несколько тихих стонов. Он чуть выгибается, но затем переворачивает меня на живот, оказываясь сверху. Наклоняется ко мне и горячо шепчет: - Я же обещал отыметь тебя, верно? А обещания нужно выполнять. Мычу ему в ответ что-то положительное, и Фрэ, чуть сместившись ближе к моим ступням, наклоняется к заднице. Затем разводит мои ягодицы и проводит между ними языком, задерживаясь на колечке ануса. Выгибаюсь под его ласками, уже громче издавая стоны. Фрэнк тем временем вводит в меня палец, а затем и два, при этом водя по моей спине языком. Господи, как же это… божественно… Наконец, размяв мой задний проход, Одуванчик пристраивается к моей заднице своим твёрдым членом и резко входит. Громко вскрикнув, начинаю чувствовать безумное удовольствие, полностью растворяясь в чувствах. Фрэ, постепенно ускоряя ритм, несколько раз шлёпает меня по ягодицам. Наверное, это то, о чём я так долго мечтал всё это время – чтобы он, а не кто-то другой, стонал моё имя. Фрэнк продолжает ритмично иметь меня, всё больше ускоряясь, и я чувствую, что получаю очередную порцию счастья. Я уже говорил, что счастье – как наркотик? Почувствовав его один раз, хочется ещё и ещё. Я точно знаю, что с Фрэнком у меня никогда не будет недостатка этого редкого и удивительного «наркотика». Наконец, ещё пара толчков, и мы оба кончаем, а Фрэнк валится на кровать рядом. -Как же я по тебе скучал, малыш, - шепчет он, поправляя мои волосы, когда я поворачиваюсь к нему лицом. - И я, - выдыхаю, чуть прикрыв глаза. Протягиваю руку и касаюсь его щеки. Нет, ну вот и сбылась, собственно, моя мечта. Фрэнк лежит рядом. Настоящий. Объёмный. И даже больше. Чуть пробегаюсь пальцами по его губам, радостно улыбаясь. Боже... он всё, что мне нужно. Удивительный момент. Пододвигаюсь к нему чуть ближе, ещё раз целуя его. В этот раз без сильной страсти, лишь нежно провожу языком по его губе. Безумие, счастье, чудо. Любовь. ______________________ Для непросвящённых: *Задай им жару, детка.