Ванильное мороженое

      Омега снова в комнате своего папы. Тут он может спрятаться от Юнги. А ещё, спрятаться от своих чувств к нему. Неужели Чимин начал любить его? Но нет, он же понимает насколько это глупо, влюбляться в человека, который только что буквально назвал тебя «противным». Чимину жутко больно. И нет, не от горячего капучино, которое разлилось на рубашку и руки омеге, а из-за того, что Юнги так наплевательски отнёсся к чувствам Чима. Пак взглянул на часы на телефоне. 7:21. Время ещё есть, поэтому Чимин встаёт и идёт в ванную. Он ставит таз в ванную и набирает в него воду, попутно снимая свою рубашку с себя. Когда вода набирается в тазу достаточно, а одежда оказывается в нём, Пак осознаёт, что форма находится как раз в комнате, где и был Юнги. Нехотя, он открывает дверь той комнаты. Внутри всё сжимается от страха, что Мин снова накричит, а ещё хуже – ударит омегу…       – Блять, заходи ты уже, чего там мнёшься, – судя по выражениям старшего, он не особо рад его видеть тут. Но, тем не менее, это не так сильно напугало Чима и он почти спокойно зашёл в комнату.       Омега открыл огромный шкаф и стал рыться в вещах, перебирая вешалки с различными пиджаками, рубашками, майками, кофтами, даже куртками. Наконец, он находит, что искал, и уже собирается уходить с вешалкой, как вдруг…       – Мм, сексуальненько, – Чимин замирает, вспоминая, что находится перед Юнги без рубашки или даже майки.       – Не пялься на меня, – младший холодно кидает слова, даже не поворачиваясь к альфе. Он старается делать вид, что его совершенно не волнует то, что Мин сейчас только что на секунду оскалился, а внутри всё просто бушует.       «Боже, пожалуйста, скажите, что он не убьёт меня сейчас. Пожалуйста, я же даже завещание не написал».       – Ты будешь указывать мне что делать? – старший в миг встаёт с кресла и оказывается вплотную к омеге, хватая его за запястье.       – Отпусти! – кричит Чимин, совершенно не жалея своего голоса. Потому что он правда не желал, чтобы альфа его трогал, а уж тем более приставал.       – Заткнись и не вырывайся, – Юнги закрыл ладонью рот Паку, а тот только ещё больше стал рваться на свободу из рук парня.       – Эй, ну пожалуйста! – омега сразу подал голос, как только Мин убрал ладонь. – я не игрушка тебе вообще-то!       Лицо Юна в миг меняется со злобы на устрашающую ухмылку. Он приближается к лицу омеги. У того сразу скрутило низ живота. Но он же не течный, почему его тело тогда так реагирует?       «Прошу, Юнги-хён, поцелуй меня, пожалуйста. Просто поцелуй, мне это так нужно».       Чимин тупил, потому что не знал, как вести себя в такой ситуации. Это его первый поцелуй, это так нежданно, но…       – Ты ошибаешься, Чимини, – Юнги утыкается лбом в лоб омеги, но видимо не собирался целовать. – ты станешь моей игрушкой, как только мы начнём встречаться. Вот увидишь.       По телу Чимина прошла дрожь. Во-первых, с каких это пор он стал «Чимини»? А во-вторых, какого хрена, Юнги?       – Ты не имеешь права меня себе присваивать, Юнни! – младший надувает свои, и без того пухлые, губки и, наконец, вырывается из крепких рук хёна.       – Ты помечен, – усмехается старший.       Чимин притрагивается к своему плечу и вспоминает, как Юнги укусил его тогда.       – Сволочь, – только это и может прошипеть омега, ведь он совершенно не хотел быть с кем-то вроде Мина.       Альфа решил не предавать этим словам большого значения и просто проводил взглядом уходящего с новой школьной формой омегу.       Чим по-быстрому накидывает на себя белоснежную рубашку и переодевает брюки. Он снова идёт в ванную, ведь надо достирать до конца. Одежда уже замочилась, и поэтому младший садится над ванной, добавляя моющий порошок в таз.       Как? Вот как Чимина могло занести в такую, в прямом смысле, задницу? За что ему этот альфа, за что он его пометил? А что, если слова Мина, что тот станет его игрушкой, правда? Что ему делать тогда. И он никак теперь не отделается. Папы рядом нет, отчим не поможет тут, а сводный брат… Кажется, он даже не вспоминает про Пака. К слову, о таблетках и сиропах омега забыл. Его спасло только то, что течки уже подавно нет, а может, и не было.       – Ненавижу, – сквозь зубы бормочет младший, яростно оттирая пенку кофе от рубашки, попутно роняя слёзы прямо в тазик.       – Кого ненавидишь? – Юнги мастер подкрадываться сзади незаметно, ещё и в самые неподходящие моменты.       В ответ омега только вздыхает, выжимая воду из ткани и вешая рубашку над ванной сушиться.       – Иди уже, собирайся, – Пак выливает воду и выходит из ванной комнаты, сопровождаясь пристальным взглядом Юна.       – Я собрался, – холодно выдаёт тот.       – Так чего ждёшь?       – Тебя жду.       Чимин замирает и оборачивается, грустно улыбаясь, с лицом по типу «ты серьёзно, издеваешься что-ли?»       – Хорошо, я почти собрался, – Чим уходит в комнату папы, после чего выходит с сумкой для формы на физкультуру.       Оба парня выходят, Чимин закрыл дверь и направился за Мином. Всю дорогу в школу они шли молча, что даже альфа стал беспокоиться. Это не похоже на Чима, он всегда болтливый и жизнерадостный. Мин не верит, что напугал его так сильно, поэтому не спешит извиняться. Вот и школа. Омега карточкой открывает дверь, так как Юн её почти никогда не носит, и оба заходят внутрь.       – Хён, подожди, – блондин пытается догнать уходящего альфу, но тот уже скрылся за поворотом.       Вместо него, Пак слышит сзади себя топот, казалось, двух слонов, а затем резкие объятия налетевшего сзади парня.       Ким Тэхён – омега и лучший друг Чимина. С недавних пор, носит голубые, даже ближе к синему волосы. Познакомились они не самым необычным способом: Чимин просто решил сходить на колесо обозрения в парке аттракционов, где его и посадили в кабинку к такому же одинокому Тэ.       – Чим, ты, мать твою, где пропадал? – кричал почти на ухо Ким.       – Не ори ты, – Пак отлипляет от себя друга и снижает громкость голоса. – течка у меня была.       Тэхён округляет глаза и удивлённо смотрит на него.       – Один день?!       – Нуу, я сам толком не понял, что это было.       – Ладно, пойдём, после уроков всё расскажешь, – Тэ берёт Чима за руку и ведёт к кабинету корейского.

***

      Скучно. Чимин бы с радостью порисовал бы сейчас, только учитель внимательно следит за тем, чтобы все писали. Пак осторожно выводит в тетради каждый символ корейского хангыля, но затем кидает ручку на стол, поворачиваясь к классу.       Студенты сидят за своими партами и пишут заданный учителем текст. Чима осторожно поворачивается назад, на парту Юнги и смотрит на того щенячьими глазами.       – Чё пялишься? – Мин поднимает взгляд исподлобья и убивает им Чимина.       – Хён, скажи, – он кладёт руку на парту старшего. – Я правда такой противный?       – Да, – чуть-ли не выкрикивает Юнги и отворачивается, ложась руками на парту. – Отстань.       Омега тяжело вздыхает и опускает взгляд на тетрадь хёна. В ней почти ничего не записано, кроме даты и пары предложений. Чимин передвигает свою руку на запястье, а затем на тыльную сторону ладони альфы, нежно поглаживая пальчиками.       – Юнни, объясни, почему ты меня ненавидишь? – омега сразу же ловит на себе задумчивый взгляд Мина, который пожимает плечами и снова ложится на парту.       На удивление, урок прошёл достаточно быстро, звонок с конца урока прозвенел и Чим, собрав вещи, стал ждать хёна, чтобы пойти с ним вместе. Пак и вправду хотел начать нормальное общение, но Юнги всё портит, даже плакать хочется.       – Да отстань ты уже, ты надоел мне! – альфа, не рассчитав силу, толкает омегу от себя и тот падает на пол.       – Х-хён, почему? – в глазах розововолосого уже скапливаются слёзы, а голос начинает дрожать.       – Не называй меня так! Для тебя я только Юнги, – он хмурится и быстро уходит по коридору к другому кабинету. – Чимини, Чимини, господи, – Тэхён бежит, закидывая рюкзак на плечо, к Паку, по щеке которого катится еле заметная слеза. – Ты в порядке? Как ты упал? Что случилось?       – Юнги… – только это может сказать старший, перед тем, как разреветься, как маленькое дитя.       – Ну же, тише, Минни, он тебя обидел? – Тэ обнимает Чимку, находя рукой его рюкзак.       – Он н-ненавидит меня, – Чимин тоже обнимает Кима и тихо всхлипывает.       – Ээй, – тянет младший и поднимает Пака с пола, помогая ему надеть рюкзак. – ну не реви, хён. Он не ненавидит тебя, просто… Не все альфы могут адекватно относиться к омегам. Всё хорошо, пошли.       Чимину хотелось плакать не только из-за поведения альфы, но и из-за доброты своего друга. Господи, что бы он делал без него?       Омеги доходят до кабинета информатики. Они должны писать практическую, вернее, дописывать. По информатике у Чимина всё шло не так плохо. Он хорош в программировании, да и набирает быстро, поэтому все всегда обращаются к нему за помощью. Точнее, просто списать.       – ТэТэ-ша, – Чимин потянул младшего за рукав. – ты не мог бы сесть со мной на информатике?       – Конечно, ЧимЧим-и, – Тэхён сразу сверкает своей квадратной улыбкой, а Чим вздыхает, улыбаясь в ответ. Тэ такой солнечный человек, такой яркий, добрый, открытый. Как раз тот, кто бы спас Пака от гнева Мина, может даже от суицидальных мыслей…