Kunstformen der Natur

Салли проснулся. Первым, что он услышал, был шум колёс и частый, назойливый стук дождя о крышу машины. Парень открыл глаза: перед ним была спинка водительского сидения, а под головой лежал рюкзак с самыми необходимыми вещами: парой футболок, зубной щёткой и прочим на случай, если фургон с их вещами задержится в пути. Сал поёжился от прохлады в салоне автомобиля, но поднялся, так как почувствовал, что его начало слегка укачивать. Он сел и откинулся на пассажирское кресло. Они ехали по пустому шоссе; за окном тянулся однообразный и серый из-за облачного неба пейзаж. По лобовому стеклу с регулярной частотой проскальзывали дворники, издающие мерный и неприятный скрип и очищающие обзор от капель воды, превратившихся в непроходимую стену. Салли перевёл взгляд на отца. Генри ехал аккуратно, внимательно смотря вперед, то и дело поглядывая в навигатор на смартфоне, расположенном на панели автомобиля. — Пап? — Да, сынок? — коротко откликнулся отец, всё так же не переставая следить за дорогой. — Нам долго ещё ехать? — этот вопрос был задан не из-за усталости, а больше с целью показать отцу какой-нибудь интерес в происходящем. — Еще почти два часа, если верить программе. Ты устал? — Нет, вовсе нет, просто спросил… Салли вновь пересел поближе к окну. Предварительно достав наушники и перемешав треки, он подпёр голову рукой и стал бесцельно пялиться на дорогу и изредка проезжающие мимо машины. «Смысловая Фальсификация», а именно их последний альбом. Подумать только, он вышел ещё тогда, когда парню было всего пять лет. К тому же их вряд ли можно назвать группой с мировым именем — на фоне других легендарных исполнителей этого жанра они совсем не были известными. Интересно, кто-нибудь ещё слушает такую музыку? — Хей, чувак, что это играет у тебя в наушниках? — «Смысловая Фальсификация», а что? — О, я их просто обожаю! Любишь хеви-металл? Эта сцена, за долю секунды пронёсшаяся перед глазами Сала, была настолько невероятной и неправдоподобной, что парень тут же выкинул её из головы и запретил себе когда-либо к ней возвращаться. Потому что он вдруг почувствовал надежду — надежду на то, что этот переезд изменит его жизнь. «Это глупо! Мне не нужно ничего менять, меня всё устраивает. Всё…»

* * *