Kunstformen der Natur

Наступил первый четверг октября, а значит, и начало дополнительных занятий по биологии. Уроки в этот раз тянулись невыносимо медленно: даже такая любимая Салом химия показалась ему теперь до невозможности долгой и нудной. Наконец, прозвенел долгожданный звонок, ознаменовавший конец злополучной физики. Быстрее всех голубоволосый вылетел из кабинета и уверенной походкой зашагал по коридору. Правда, он почти сразу же остановился: парень осознал, что совершенно не знает, куда ему идти. До вечерней школы оставалось еще больше получаса; Тодд наверняка проведёт его к школьной библиотеке («Как предсказуемо…»), а Эш уже говорила, что пойдёт за кофе с такими же любительницами испанского. «Не думаю, что Ларри будет против, если я останусь у него до начала лекции», — подумал Сал и в конечном итоге решил, что это самая рациональная идея, особенно, если учесть, что само занятие будет проходить в том же кабинете. Салли стоял перед дверью комнаты и уже положил руку на ручку, намереваясь войти, как вдруг его прервал возглас, донесшийся из аудитории: — Вы ещё очень сильно пожалеете об этом, мистер Джонсон. Мой отец в один миг может сделать так, что вам навсегда запретят появляться в этих стенах! Если бы голубоволосый не отошёл на шаг, ему в лоб (насколько это вообще было возможно) точно бы прилетела внезапно открывшаяся дверь. Перед ним стоял Трэвис; окинув парня раздражённым и, казалось, усталым взглядом, широкими шагами направился прочь по коридору. Слегка оторопевший, Сал несколько секунд молча смотрел ему вслед. Стоя в проеме двери, он развернулся, и через несколько мгновений его взгляд встретился с уставшими глазами Ларри. В этот момент Салли показалось, что будет намного лучше, если он сейчас уйдет и оставит учителя одного. — Эм, я, наверное… — начал голубоволосый, неуверенно делая такой непростой шаг назад. Но мужчина лишь мягко улыбнулся и кивком головы пригласил его сесть напротив. Сал медленно проследовал к той же парте, за которой сидел ещё летом, прямо напротив Ларри. — Ты рано — до лекции еще полчаса, — начал мужчина. — Эм, да, я просто не знал, куда мне лучше пойти, и решил… Если ты занят, я... — Нет-нет, ни в коем случае! Оставайся, конечно, — успокоил парня учитель. Увидев, что тому всё ещё неловко, он добавил: — Не переживай, ничего серьёзного не случилось. Просто небольшое недопонимание с Трэвисом… Он так и не простил мне ту безобидную шутку с первого дня, когда я показывал ему школу, — ситуация в глазах Салли начала проясняться. — Теперь всё началось с «двойки» за тест, а закончилось, как обычно, рассуждениями о том, что мне не место в роли преподавателя и тому подобное, — ох, как же Салу сильно сейчас хотелось врезать Трэвису за такие слова. — Возможно, это прозвучит очень банально, но он талантливый парень — это видно сразу. Но его отец… Наверняка папаша сам не понимает, в какую задницу он загоняет собственного сына… — Да уж, нелегко, наверное, живётся с отцом-священником… — Это точно. Знаешь, Сал, я думаю, ты мог бы помочь. Я прекрасно знаю, что у тебя нет к парню ненависти — это совсем не в твоём духе; и, я думаю, ему бы совсем не помешал новый друг. Он не отвергнет твоё общение — глупо кусать протянутую тебе руку помощи. Сказать, что голубоволосому было приятно слышать такие слова, — не сказать ничего. Пару месяцев назад ему самому не представлялось возможным подойти к почти незнакомому человеку и попытаться наладить контакт — а сейчас у него есть Эш и Тодд… И Ларри. Его слова вселяли такую непоколебимую уверенность в себе, что сомнений быть не могло — если это будет необходимо и если это понравится Ларри, то Сал перевоспитает Трэвиса хоть в зубрилу-отличницу. — Ну, я думаю, ты прав. Он неплохой человек, и я докажу это, в первую очередь, ему самому. — Я знал, что ты не откажешься, чел, — проговорил учитель, благодарно смотря на голубоволосого, отчего щёки последнего невольно покрылись румянцем, а по спине побежали мурашки. — Чем бы ты не занимался в будущем — ты будешь отдаваться этому делу и всем людям вокруг без остатка! Так они просидели до самого начала урока, мысленно надеясь, что желающих прийти пораньше не будет, но, конечно, не делясь такими мыслями друг с другом. Сал не пренебрёг возможностью рассказать о своих новых друзьях, Тодде и Эшли (при упоминании о последней Ларри недвусмысленно хмыкнул и подмигнул парню), и о хороших отношениях с остальными; мужчина же поведал о трудностях начала учебного года и бремени классного руководителя.