Kunstformen der Natur

Если вы любите тяжелую музыку, очень рекомендую к прослушиванию песню Slipknot — Psychological На каком моменте — поймете сами

— Ларри! Привет, — произнёс Сал, входя в кабинет. С его лица вот уже целый день не сходила улыбка предвкушения от разговора с мистером Джонсоном; парень думал, что протез надежно скрывал её, но его предательски выдавал возбуждённый блеск в глазах. — Добрый день, — ответил учитель, привставая и делая пару шагов навстречу вошедшему. Конечно, он уже давно был осведомлён, да и сам догадывался о произошедшем между Трэвисом и Салли, об их диалоге и примирении, но просто не мог лишить парня возможности самому поделиться тем, что так долго было у того на уме. — В общем, ты был прав насчёт Фэлпса… У него очень непростые отношения с отцом: тот часто запугивает сына и внушает ненависть ко всему неправильному или "богомерзкому". — Вы уже обсудили это? Сал кивнул: — Конечно, и не раз. Я всеми силами постарался объяснить Трэвису, что отец желает ему лучшего, пусть и не понимает, что это идёт сыну скорее во вред, чем на пользу… Пытался отвлечь его своей историей; кажется, он проникся… — на последней фразе тон Салли слегка изменился: он вспомнил, с каким искренним негодованием Трэвис выслушивал рассказ голубоволосого о непростом времени в прошлой школе. Нельзя было не улыбнуться, думая о том, как парень уверенно рассуждал, каким образом он бы "лично начистил рожи каждому из этих мудаков". — Ты прекрасно поступил, Сал, — произнёс Ларри благодарным тоном, — уверен, ты бы сделал это и сам: ты ведь с самого начала смотрел на него не так, как другие. И я определённо горжусь тобой.

***

Боковым зрением смотря под парту, где в левой руке Сал держал телефон, парень открыл свой обычный плейлист. — Надеюсь, задание вам понятно: все пункты есть на доске, можете уточнять у меня, если что. У вас полчаса, приступайте. Сегодня на вечерней школе была лабораторная, что для остальных означало рассматривание препаратов под микроскопом, а для Салли, в первую очередь, тридцать минут спокойной самостоятельной работы. И, конечно, абсолютной тишины, которую он всегда заполнял музыкой. Немного полистав список треков, он наконец нашёл подходящую композицию и, вставив оба наушника, в предвкушении нажал кнопку «плэй». Он ощутил музыку с первого звука, что заставило его глубоко вздохнуть и на секунду прикрыть глаза. Парень в очередной раз заглянул в микроскоп. Ничего не изменилось: перед ним всё ещё был ланцетник, а именно его поперечный срез. Проделав такую привычную теперь процедуру — наведя камеру телефона на окуляр и получив нужное изображение — Сал приступил к работе. Достаточно было сделать несколько первых штрихов, чтобы остальное пошло легко и быстро. Каждая тень и крошечная деталь должна была быть запечатлена на рисунке: автор не допускал схематичности и упрощения. Карандаш будто сам скользил по клетчатой бумаге, шаг за шагом воссоздавая препарат. Салли никогда не учился рисовать и тем более не считал, что умел. Но лишь совсем недавно он понял, какое удовольствие ему доставляют схемы строений тела или органов, найденные им на каком-нибудь сайте и бережно перенесенные в свою собственную тетрадь. Когда голубоволосый уже закончил основную часть и переходил к деталям, сквозь музыку он вдруг услышал знакомый голос, который, как казалось, говорил ему что-то. Сал резко поднял голову вверх. Видимо, слишком резко. К этому добавились неловкое восклицание "а?" и музыка, которая на весь класс на полной громкости зазвучала из от спешки небрежно выдернутых из ушей наушников. В сторону парня тут же устремились глаза всех присутствующих, что заставило его судорожно отыскать на дисплее кнопку паузы. Говорившим, конечно, был Ларри. — Я лишь хотел отметить, что у тебя прекрасно получается, — только и произнёс учитель, одновременно окидывая класс спокойным взглядом, призывающим вернуться к работе. — Поистине фотографическая точность… Ты просто новый Эрнст Геккель! Сал просто коротко хмыкнул. Чёрт. Чёрт. Геккель. Где он раньше встречал это имя? Будто заметив недоумение голубоволосого, мистер Джонсон всё так же спокойно продолжил: — Разве ты не узнаёшь это имя? Ты же совсем недавно сам рассказал мне о биогенетическом законе. Перед глазами Салли будто заново предстала та самая биологическая статья, которую он читал на досуге, а точнее выделенная синим шрифтом гиперссылка на информацию об авторе гипотезы. Конечно, как он мог забыть? — Ах, да, точно… — протянул парень. — Но всё же, при чём тут я? На губах Ларри появилась лёгкая улыбка. Идиот. ИДИОТ. Выставляешь себя перед ним полным дураком. — Разве ты не слышал, что он прославился не только благодаря этому закону? В таком случае поищи в Интернете книгу "Kunstformen der Natur"; тебе может понравиться.