Цветы на твоей коже

Слэш
NC-17
В процессе
127
Размер:
180 страниц, 24 части
Описание:
Вполне обычный студент экономического факультета, частый посетитель клубных тусовок и посиделок с друзьями. Всё как у всех. Розоволосое нечто в круглых очках с вечным блокнотом в руках. Любитель чёрно-белых фото и обладатель шести пушистых котиков.
А ещё я киллер.
Посвящение:
Самому верному читателю, музе и лучшему другу - моему Котику. Спасибо за твою поддержку и веру. Люблю :3
Примечания автора:
26.01.2021 г. Спасибо за 100 оценок. Автор счастлив :3
Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика
Награды от читателей:
127 Нравится 123 Отзывы 59 В сборник Скачать

Глава 22. Падение.

Настройки текста
      

It's all a game, avoiding failure, When true colors will bleed. All in the name of misbehavior And the things we don't need. I lust for "after", No disaster can touch, Touch us anymore. Poets Of The Fall - Carnival of Rust

      Я знал. Я с самого начала знал, кто ты.       Когда птенца выбрасывают из гнезда, у него только два выхода: раскрыть крылья, чтобы спастись или встретить конец. Но крылышки слишком крохотные и слабые, чтобы выдержать и он неизбежно разбивается. Кто-то из них всё же выживает, но лишь малый процент без повреждений. И неизвестно, что из этого хуже.       Падение сродни полёту, только исход совсем иной. Ты летишь вниз с моста и ничего не можешь сделать, только раскинуть руки навстречу океану чувств, что топят тебя, ты захлёбываешься в них и хочешь лишь одного - чтобы это прекратилось. Этого слишком много, твоё сердце не выдерживает и сдаётся. Кто сдастся раньше: ты или твоё сердце? Позволить себе чувствовать оказывается чудовищной ошибкой.       Боль хочет, чтобы её чувствовали. Она как заботливая мать раскрывает тебе свои объятия и укутывает в них от всего мира. В конечном итоге тебе больше не хочется от неё убегать. Тебе кажется, что она убережёт тебя. Она будет напоминать снова и снова, что ты есть. Пока ты не растворишься в ней без остатка, пока не откажешься от остальных чувств, пока твоё сердце не станет достаточно закалённым, чтобы выдержать новые удары. Но после такого урагана ты больше не хочешь никого подпускать. Тебе становится до отвращения к себе и всему миру страшно, что этот кто-то схватит тебя за шею и снова утопит. Ты боишься захлебнуться насовсем.       Я падал с этого моста и ничего не мог с этим поделать. Ледяной Кай разбился вдребезги об бушующий океан, о скалы, которые не помогали выбраться. Я задыхался и перестал понимать, где нахожусь и сколько прошло времени с ядовитого разговора. Яд слов Владислава проникал внутрь меня, отравлял остатки тепла, что приносила его улыбка. Это был конец.       Ты правда думал, что нужен мне? Ты не мог быть таким глупым.       Это было даже забавно.       Мне требовалось держать тебя на коротком поводке. Увы, я не успел вовремя за него дёрнуть.       Но ты промахнулся. А значит у меня всё же вышло.       Я по-прежнему видел ошмётки своего сердца в руках, но теперь они преобразовывались в густую, алую кровь на хрупком запястье. Вспоминал глубокий, уродливый шрам на руке Марселя и его "я хотел, чтобы этого было достаточно". Я не желал смерти, я не звал её, ибо она и так никогда не уходила от меня, всегда держась поблизости. Мне хотелось всего лишь, чтобы всё это закончилось. Хотелось открыть глаза и увидеть, что это только кошмар, один из многих, преследовавших меня с того дня, когда я открыл глаза в подвале. Я знаю, что должен был умереть в тот вечер, когда меня нашёл Кирилл. Он вытащил меня со дна, он заново научил меня жить и радоваться даже пронизывающему ветру и холодному дождю. Он дал мне силу и защиту. И не напрасно боялся за эту жизнь, дарованную им, как оказалось.       Кровь медленно стекала на пол, под разорванными тканями тянуло и пекло, болезненно саднило. Как завороженный я наблюдал её путь от моей руки по ладони и на пол, в маленькую лужицу. Облегчения не приходило, но боль напоминала, что что-то внутри моего тела ещё живо, что-то бьёт под раненым запястьем. Владислав не смог меня убить, но что-то в груди уничтожено. Под раскрытыми рёбрами была огромная дыра.       Как жаль, что у меня не вышло влюбить тебя в себя. Я старался. Киллер, влюблённый в собственную мишень. Ты видел что-то более жалкое?       Ты заслужил всей боли, что испытывал или испытаешь. За все отнятые жизни. Включая мою.       Я ненавижу тебя, Марк. Я искренне тебя ненавижу.       Все восемь лет я избегал людей и того, что может заставить меня что-то почувствовать. Кирилл был единственным достойным любви. Но я сдался, даже не попытавшись и закрыл своё сердце стонами случайных людей, морем алкоголя в затемнённых клубах и литрами крови жертв моей руки. Я так отчаянно бежал от чувств, что не заметил, когда попался. Бежал, гнался, не чувствуя, как опасно оплетается сердце грубыми шипами нежных роз. Не хотел замечать, как чужие руки стали необходимостью, как прикосновения стали всем, чего желало моё тело, оно жаждало их до боли. Его прикосновений.       Падение было чем-то неизбежным и глубоко внутри я знал это. Я сдался задолго до Парижа и наивно надеялся, что не умру вместе с ним.       Но я убил себя вместо него.       Вместо человека, сыгравшего ангела, так ласково и обманчиво коснувшегося моей груди. Прикосновения были такими осторожными, словно знали, каким хрупким был тот глупый орган под рёбрами. Они не спешили и так зная, что это принадлежит целиком и полностью ему. Так как я мог не заметить, когда он вырвал его из меня? Когда разорвал и кинул куски к моим ногам?       Что же я наделал.       Вдруг тонкое, острое лезвие коснулось моего горла и я невольно вздрогнул, сразу порезавшись об него. Кто-то с силой сжал меня поперек груди, но ножа не отнимал. - Я единственный, кто может убить тебя. Ты умрёшь только от моей руки, забыл? - Кирилл...       Лезвие сильнее впилось в кожу, разрезая её. - Тебя не учили в детстве, что играть с острыми предметами опасно? - почти прорычал Кирилл мне на ухо, я же чувствовал, что меня начинает трясти. - Хочешь сдохнуть? Только попроси, я лично перережу тебе глотку и скину с этой крыши. - Крыши? - всё, что смог выдавить я из себя. - Посмотри вокруг. Ты на крыше. С перерезаной, блять, рукой, - Кир заметил всё же мою дрожь и, отняв кинжал от шеи и прихватив мой с пола, осторожно взял меня за руку. - Пойдём, недоразумение.       Перед глазами словно был туман, я шёл, с трудом понимая, где нахожусь. Отдалённо я слышал вскрик Марселя и слова Кира, в которых говорилось что-то об аптечке.       А затем меня окунули в ледяную воду. Она лилась сверху из душа под сильным напором и вскоре её не мало попало и в нос и в рот. Закашлявшись, я попытался вылезти из-под неё, но у меня не вышло - рука Кирилла с силой держала мою шею, склоняя голову под водой. Казалось, что вода с каждой секундой становилась всё холоднее, я кашлял, пытаясь вытолкнуть её из горла, с волос стекало не хуже, чем из душа. Но голова становилась яснее и я начал осознавать, что произошло. - Хватит, Кир! Хватит! Он же захлебнётся так! - испуганный крик Марселя перекрыл даже шум воды. - Выйди отсюда, - голос друга был пронизан яростью и хватка на моей шее стала сильнее, так что наверняка останутся синяки. - Кир! - Выйди вон сейчас же, я сказал! - мне удалось повернуться немного в сторону и я увидел, как кинжал Кирилла пролетел через ванную и воткнулся в дверной косяк, всего в паре сантиметров от головы Марселя. Тот, недовольно поджав губы, всё же вышел. - Как водичка? Жить захотелось? - Освежающая. - Значит, захотелось.       Рука с моей шеи исчезла и почти сразу пропала вода, но она продолжала стекать с волос. Кое-как приподнявшись, я схватил полотенце и начал вытирать голову. Я не злился на Кирилла, потому что даже боялся представить, что он чувствовал сейчас. Мы не виделись целый месяц, прежде никогда не расставаясь так надолго, он отправил меня со страхом, что за мной будет охота, все эти недели следил за ситуацией и теперь, когда он ехал сюда, чтобы наконец встретиться со мной, он увидел вот это. Я сам был в полном шоке, когда паника прошла и мне удалось увидеть, что я натворил: по ванне была кровь, она всё продолжала течь из руки, которая была сильно разрезана в одном месте. Как я мог не увидеть этого? Как мог не чувствовать ту боль, что чувствовал сейчас? Рука словно была в огне. - Съебись, чтобы я мог обработать его руку, - появление Марселя снова вернуло моё внимание к настоящему, он стоял у двери с аптечкой в руке. - Как моя персона может помешать вам, Марсель? - приподнятая бровь в ответ со стороны Кирилла. - Ты раздражаешь. Вали.       Как не странно, Кирилл не стал возражать и молча ушёл куда-то, по пути выдернув кинжал из косяка. Марсель сел рядом со мной и стал осторожно обрабатывать руку. Кровь стекала на пол, но уже не так сильно. Слабость и недосып одолевали меня, но я не мог позволить себе такую роскошь, как сон, не после того, что я сделал и заставил их почувствовать. - Мне жаль.       Марсель даже не взглянул на меня, продолжая забинтовывать руку. - Ты злишься? - Все мы злимся.       Дальнейший разговор затих, потому что каждый из нас не хотел говорить о случившемся, по крайней мере не на трезвую голову. Поэтому, когда мы закончили, сразу отправились на кухню, где уже хозяйничал Кир. За это время он успел выложить на стол всё приготовленное нами вечером и уже ждал нас, разливая виски по бокалам со льдом. Выпили мы также молча и впервые молчание между нами не было уютным. Прервал его, на удивление, Кир. - Прости меня, я не хотел на тебя кричать, - взгляд чёрных глаз блуждал по лицу моего друга. - Ты метнул в меня кинжал, - льду в голосе Марселя могла бы позавидовать даже Антарктида. - Но я ведь не промахнулся. - Ты мог бы. - Никогда.       Ты промахнулся. А значит у меня всё же вышло.       Не знаю что именно было написано у меня на лице, но оба как по команде обратили своё внимание на меня. - Что произошло, когда я ушёл? - мягко, настороженно спросил Марсель.       Что я мог сказать им? Что я зазря рисковал своей жизнью, жизнью Кирилла и, возможно, самого Марселя? Что я чуть всё не разрушил? Что за всё это время я не заметил, что Волков знал, кто я? Теперь всё было понятно. Каким образом Влад оказался со мной в одном клубе и обратил внимание именно на меня, его откровенность и желание знать правду обо мне, его странная напряжённость и поведение в Париже, видимо ему рассказали, что скоро всё закончится.       Отдать жизнь? Порой это нужно, чтобы показать то чувство, что разрывает изнутри, чувство, которое уже просто не помещается в маленьком сердце. Иногда нужно отдавать это сердце, чтобы тебе поверили.       Я отдал ему всё, но он мне не поверил. Хотя скорее это просто ему не было нужно.       Киллер, влюблённый в собственную мишень. Ты видел что-то более жалкое? - Он всё знал, - новый глоток горячей жидкости прошёл по вмиг пересохшему горлу. - Он знал, кто я. И познакомился со мной не случайно. - Чёрт возьми, - Марсель закрыл лицо руками. - Он что, был рядом из-за этого? - Я убью его, - Кир с такой силой сжал свой стакан, что я побоялся, что он просто разлетится на осколки в его руках. - Я вырву его сердце и приготовлю ужин для тебя из него. - Нет, мы не будем ничего делать, - покачал головой. - Я не зря рисковал всем ради него. Заказчик пытался связаться со мной, чтобы я закончил начатое. Я должен его защитить. - Он использовал тебя! - друг по-новому разозлился и закричал. - Он сыграл в чувства перед тобой, он лёг в постель с тобой, только чтобы защитить свою шкуру! Чёртов ублюдок заслуживает этого! - А я хотел убить его и ранил кинжалом. Мы квиты. И это больше не обсуждается, Рафаэль, - настоящее имя парня подействовало похлеще удара, он замолчал, уткнувшись взглядом в стол. - Что он сказал тебе? - Марсель прошептал эти слова после нового глотка.       Рассказав им всё с самого начала, я не ошибался, побоявшись бури. Кирилл разбил бутылку об стену, к счастью пустую, и унёсся словно ураган на балкон, яростно щёлкая зажигалкой. На свой страх и риск мы отправились за ним. Наше появление с пачкой сигарет в руках его удивило, но комментировать он никак не стал. - По шкале от одного до десяти насколько хреново? - Кир выдохнул едкий дым, оглядывая улицу, уже было довольно светло. - Тринадцать. Я в порядке. - Пиздабол. Зачем ты это сделал? Ты всегда вымещал чувства на работе. Но никогда не на себе.       Я не знал, как сказать, объяснить ему, и после минуты тишины Марсель сделал это за меня. - Если ты чувствуешь боль, значит ты ещё жив, - его рука невольно коснулась шрама под кофтой. - И хватит его дёргать. Он бы не умер, пока ты есть у него. Мог бы быть и помягче с ним. - На это у него есть ты. Моё дело защищать его. - Ты просто невыносим, - тяжёлый вздох. - Но ты прощён, - он хоть и не смотрел на моего друга, но было понятно, что больше не злился. - Он вся моя жизнь, - метнув на меня взгляд, что мне снова стало стыдно, он сосредоточился на Марселе. - У меня никого нет, кроме него. Потерять его, означает умереть самому. Либо мы живём оба, либо умираем оба. Третьего не дано, потому что мне больше нечего терять. - Ты так легко говоришь о смерти, - покрутив сигарету в руке, Марсель таки повернулся к нему. Я же молча наблюдал за ними. - Совсем нечего терять? - Как жена? - ухмыльнулся Кир, я с трудом удержал улыбку. - Я развожусь. - Отчего же? - не смотря на эту ухмылку, было видно, что его это действительно интересовало. - Надоело скрываться, - Марсель был абсолютно спокоен, но это было лишь внешне, ведь я знал, как он на самом деле боялся этого разговора. - Я всегда был геем. - Как интересно, - Кир, ничуть не скрываясь, оглядел парня с головы до ног. - Эту задницу тебе не заполучить, - он выдохнул дым прямо в лицо Киру, на что я чуть не рассмеялся. - О, так ты уже знаешь, что будешь снизу? Логично предположить, что ты это представлял, - на губах парня была такая самодовольная улыбка, а уши Марселя так покраснели, что меня уже трясло от смеха. - Ты просто заносчивый, высокомерный засранец. - Спасибо за комплимент. - Пошёл в жопу! - видимо поняв, что сказал, он обречённо застонал. - Господи, вы оба просто снимите номер уже...       Благодаря моим друзьям, вкусному ужину и хорошей выпивке, мне удалось прийти в себя. Рана внутри пульсировала, напоминая о себе, но я знал, что справлюсь с этим, ведь я не был один. Разговор о произошедшем больше не всплывал и до самого вечера мы обсуждали всё, что приходило нам в голову. Долгое время мы рассказывали Кириллу, какие места посетили, показывали фотографии и составляли план, по которому собирались провести ему экскурсию. На первом месте, конечно же, был Собор Святого Вита.       В такой непринуждённой обстановке проходили часы. После долгого обсуждения Праги, Кир рассказал нам, что уволился и возвращается в криминальную деятельность, он теперь будет работать на меня и уже связался со всеми нужными людьми в Италии, где меня ждали. Уже мои работники восстанавливали все необходимые программы и понемногу давали понять нужным и важным людям, что скоро прибудет преемник Рейвена. Это было волнующе и страшно, территория там будет гораздо больше, плюс некоторые города в других странах, но новость о том, что мой друг теперь будет рядом меня успокоила, да и Марсель собирался с нами, что не могло не радовать.       Уже когда я чуть не задремал буквально за столом, я вспомнил о подарках и решил отдать им их. Конечно, меня изрядно напрягала мысль, что им может это не понравиться, но попытаться стоило. Вернувшись из комнаты с маленькими коробочками, вручил по одной каждому. - Это благодарность за всё, что вы для меня сделали, - я внимательно следил за их лицами, когда они открыли их. - Боже, какая красота, спасибо, - Марсель с улыбкой рассматривал хрустальное сердце. - Это взамен моего отсутствующего? - хоть Кир и усмехнулся, я видел, что ему понравилось, кулон вскоре уже висел на его шее. - Нет, это напоминание, что оно у тебя ещё есть, - он метнул свой взгляд на Марселя и такой же кулон на нём, видимо что-то для себя поняв. - Кажется, пора бежать.       Спать мы легли не так, как привыкли за этот месяц. Марсель снова переехал на диван, а Кирилл расположился на кровати рядом со мной. Обычно не склонный к нежности, он крепко, но осторожно, чтобы не задеть повреждённую руку, обнял меня. Такой родной парфюм защекотал нос, я с наслаждением вдыхал его, уткнувшись в его шею. В объятиях парня было так спокойно, что я больше не чувствовал себя разбитым и уничтоженным. Он мог меня защитить от всего, включая меня самого. - Я мог потерять тебя, - тихий шёпот над ухом заставил вздрогнуть, в нём было столько боли и страха, что я прижался к нему сильнее, инстинктивно желая дать понять ему, что вот он я, жив. - Ты никогда меня не потеряешь. - Promettimi. - Prometto, Raphael. Ti amo. - Conosco, ti amo anch'io.       В сон я провалился в сильных руках Кирилла, прижимающего меня к своей груди.

***

      Ледянящий страх под рёбрами и дрожь пронзали тело, задыхаясь, я пытался понять, что происходит. Он схватил меня, я помню, что он схватил меня... - Марк? Посмотри на меня, - жёсткий голос и крепкая хватка на лице. - Ты Марк, всем известный как Рафаэль Рейвен. Ты находишься в доме моего знакомого в Праге. Тебя нет в том подвале. Его нет. - Я должен был умереть, - тихо, на грани слышимости, руки сжимали исполосованный живот. - Должен был истечь кровью на том полу. - Нет, потому что я вытащил тебя. В этой реальности. В любой реальности. Я всегда вытащу тебя. - Что со мной происходит? - я прижался к Киру, словно ища опору и защиту от всего вокруг. - Хотел бы я знать. Тебе лучше снова пропить курс тех таблеток. Эти кошмары до добра не доведут. Ты слишком слабый сейчас, чтобы переживать ещё и это.       Как только моё сердце перестало отбивать чечётку, Кир ушёл в душ, а я направился на кухню, чтобы сделать нам кофе. Наш друг всё ещё спал, обхватив руками подушку и не реагировал ни на какой шум. Мы все здорово устали за последнее время.       На часах было всего девять утра. Я чувствовал себя довольно разбито из-за кошмара, хотя легли мы все в шесть вечера, нас просто вырубало из-за бессонной ночи перед этим. Нужно было взбодриться, чтобы отправиться на прогулку и экскурсию по городу. Я уже хотел разбудить Марселя, как это решил сделать за меня Кирилл, почти буквально запрыгнувший на него. - Проснись и пой, моя радость! - Заткнись и вали назад спать, блин, - ворчание было слышно из-под подушки, так как он накрыл ей голову, видимо от слишком бодрого Кира, перевернувшись перед этим на живот в вялой попытке его скинуть. - Ты сейчас явно нарываешься, - но когда он всё равно не отреагировал, Кир не слабо шлёпнул его по заднице, из-за чего я поперхнулся кофе и засмеялся. - Хватит соблазнять меня. - Слезь с меня, животное! - Марсель меткнул подушку прямо в лицо Киру, из-за чего тот упал с дивана. - В следующий раз получишь по яйцам, придурок. - Знай наших! - крикнул я в поддержку, за что получил подушкой от Кира. Да будет война!       Честь Марселя мы отстояли неплохо, всё же нас было двое на одного. Кофе к тому времени остыл, но никто не жаловался, поглощая его с кусочками шоколадного торта. После завтрака мы наконец собрались и отправились в город. К моему удивлению, подвести нас к собору согласился Матиас, с которым впереди сидел Кирилл и о чём-то увлечённо разговаривал с ним в полголоса. Марсель внимательно следил за ними и вскоре я понял почему. Такие взгляды бывают у людей, между которыми была явно не только дружба. Желая поддержать его, я взял его ладонь в свою и слегка сжал, на что он с благодарностью улыбнулся.       Следующие полдня пролетели как один миг, пока мы просматривали все известные нам места и не только. Нашему другу понравилось всё, куда мы его водили и он даже согласился сделать со мной пару фотографий, что удивило меня, но несомненно обрадовало. Пока ребята пошли осматривать дворец, я решил дождаться их на скамейке в парке и заняться своей записной книжкой. Сил куда-то ходить у меня всё равно уже не было.       По пути сюда нам попалась фотостудия и мы смогли распечатать новые фотографии в нескольких комплектах. Я аккуратно приклеивал их, делая подписи. "23 августа. Пражский Град, Кирилл." Фотографий было не очень много, но все они были красивые и по-своему тёплые.       И всё было бы хорошо, если бы не входящее сообщение, загудевшее в моём кармане.       "Сколько стоила моя жизнь? Надеюсь, тебе этого хватит, чтобы снова увидеть Нотр-Дам-де-Пари."       Внутри всё перевернулось, почувствовав тошноту, я схватил бутылку с водой и принялся жадно пить, пытаясь удержать себя в сознании. В голове не было никаких мыслей, а боль снова атаковала сердце. Записная книжка внезапно показалась очень тяжёлой, наполненной сотней фотографий самого прекрасного путешествия в моей жизни, которое всё изменило. Там я впервые почувствовал себя свободным и по-настоящему живым, любимым. Всё было ложью и обманом.       Скажи мне это. Признай, что ты мой.       Я снова чувствовал болезненные укусы и сильную хватку на шее. Зачем ему это было нужно? Он просто хотел поиздеваться, мол, смог трахнуть собственную смерть. Он одел ошейник на мою шею с помощью нежности и ласки. Сколько же стоила моя любовь к нему? - Марк? Ты в порядке? - Марсель обеспокоенно смотрел на меня, а я даже не заметил, когда они подошли. Ничего не ответив, я посмотрел прямо на Кира и он всё понял. - Едем домой.       Весь путь до дома я провёл в наушниках, поставив на повтор одну песню, она как нельзя лучше описывала то, что происходило со мной. Я продолжал падать и ничего не мог с этим поделать.       Как только мы вошли в дом, я вытащил кинжал и помахал им Киру. - Я хочу потренироваться. Драться на ножах всегда было лучше всего. - У тебя повреждена рука, - попытался меня остановить Марсель, но Кир уже вытащил свой клинок. - До первого ранения, детка. После ты, как послушный мальчик, выпиваешь свои таблеточки и идёшь в кроватку.       Мне требовалось вспомнить, кем я являюсь и снова почувствовать необходимую силу. Совсем скоро весь этот кошмар закончится, я сделаю все дела в России и уеду оттуда до конца своих дней. Не будет больше никакого Волкова и никаких чувств. Только Рафаэль Рейвен и его безупречная работа. Только великолепные улицы Италии, жаркое солнце и верные друзья рядом. Никакой любви.       Клинок Кирилла прошёл в опасной близости с моей щекой, я резко ударил его по руке, но оружие из рук он не выпустил. Мы медленно кружились по комнате, после резко пытаясь ударить друг друга. Марсель испуганно, но заинтересованно наблюдал за нами в другом конце комнаты.       Я снова чувствовал себя на своём месте. Чувствовал, как от моего кинжала волнами исходят спокойствие и сосредоточенность, чувствовал силу, которая была так необходима. Ещё один удар, я почти задел его, но подобрался слишком близко, тем самым позволив ему схватить меня и опрокинуть на пол. Окровавленные бинты слетели с моей руки, но клинок не тронул кожи. - Таблеточки и спать.

***

      В этот раз я проснулся не от кошмара, а двух запрыгнувших на меня идиотов, которые наперебой уверяли меня, что нам просто необходимо отправиться в клуб и нажраться там от души. На часах было двенадцать ночи и я подумал, что это не такая уж плохая идея. Приняв душ, надел самые обтягивающие чёрные штаны и такую же чёрную рубашку. - Ты собрался танцевать или привлекать мужиков? В этих штанах хотя бы можно сесть? - Марсель засмеялся, смотря, как я кручусь у зеркала, пытаясь привести в порядок волосы. - Зато попа какая, - свистнул Кир, за что в него прилетел недовольный взгляд Марселя. - Ты только одно и замечаешь. - Это лучшая часть в нём, уж поверь мне.       До клуба мы добрались на такси и были приятно удивлены, когда зашли внутрь, так как всё было достаточно красиво и просторно. Музыка, свет и где нужно его отсутствие, танцплощадка, а на верхнем этаже столики с диванчиками. Парни заббарикодировали один из них, дожидаясь напитков, а я отправился вниз.       Музыка проходила через меня, я снова был в своей среде. Мне не хватало этого ощущения, когда нет ничего, кроме музыки и твоего тела. Ты растворяешься в ней, отдаёшь всего себя и не боишься, что она вывернет тебя наизнанку за это. Влившись в толпу, я начал танцевать, как когда-то учился, от жары расстегнув наполовину рубашку, но не достаточно, чтобы не было видно шрамов. Закрыв глаза, я улыбнулся, чувствуя падение, но уже иного рода. Не было ничего, кроме меня и окружающей меня темноты, резких или медленных звуков песен и свободы. Я плавно двигался и меня уже не волновало, насколько близко были рядом со мной два парня, которым я очевидно понравился. Всё, что я чувствовал - это бесконечное падение в космос из чувств, которые больше не приносили боли. Я падал и падал, растворяясь в нём.       И это было прекрасно.
Примечания:
Promettimi. - Обещай мне.
Prometto, Raphael. Ti amo. - Я обещаю, Рафаэль. Я люблю тебя.
Conosco, ti amo anch'io. - Знаю, я тоже люблю тебя.

Прошу прощения, если встретятся опечатки. Проблемы с интернетом на ноутбуке, пришлось перепечатывать всю главу с телефона. У меня на это ушло несколько часов и я просто в ужасе, ещё и заболела >.< Надеюсь, что хоть не зря старалась и вам понравится.
Отношение автора к критике:
Приветствую критику только в мягкой форме, вы можете указывать на недостатки, но повежливее.
© 2009-2021 Книга Фанфиков
support@ficbook.net
Способы оплаты