Worth Fighting For

Продолжение POV Артита. (Все еще Пятница) Подъезжая к дому Эммы, я сразу заметил грузовик Порша. Я тяжело вздохнул. Я видел, что его придурок друг был с ним. Я мог только предполагать, что он сказал Поршу о произошедшем ранее, и то, что Эмма спала у меня на плече, тоже не будет выглядеть хорошо. Пассажирская дверь распахнулась, и Эмма проснулась оттого, что разъяренный Порш вытащил ее из машины. Ради всего святого! Мне не давали отдышаться сегодня. Я вырвал ремень безопасности и выбрался из машины с пассажирской стороны, что бы было быстрее. — Эмма, что происходит? У тебя был парень, пока меня не было? Ты не думала, что прежде об этом нужно сообщить своему нынешнему парню! — Завопил Порш в отчаянии. Эмма избегала сердитого взгляда Порша, глядя себе под ноги. — Фиктивный парень? — Прошептала Эмма, и слезы потекли по ее лицу. — Если это не по-настоящему, когда ты собиралась мне сказать? Почему я должен был об этом узнать от Пика! — Я не хотела говорить тебе по телефону, пока тебя не было, — запинаясь, со слезами проговорила Эмма. — Мы можем поговорить об этом спокойно? У Эммы был трудный день, — сказал я, протягивая ей носовой платок и вставая между ними. — Фиктивный парень знает, как заботиться о моей девушке лучше, чем я? — Нет, я просто говорю, что уже поздно. Эмма устала. Может, отложим разборки на завтра? — Мы не можем. Мы с Эммой не можем быть вместе, если вы двое встречаетесь. Нам нужно разобраться с этим дерьмом, — настаивал Порш. Я начала злиться. С каждым его словом Эмма плакала все сильнее. Эмма уткнулась лицом мне в грудь. Дерьмо! Порш с каждой минутой выглядел все более несчастным. — Скажи ему, Артит! Что все это не по-настоящему. Просто чтобы отвязаться от твоей мамы и моего брата, — всхлипнула Эмма. Я машинально обнял ее, успокаивая, ведь она была мне как сестра. Я подвел ее к Поршу и мягко толкнул в его объятия. Я бросил на него сердитый взгляд, давая понять, что он должен быть с ней милым. — Я гей. — Ох, мне стало легче произносить эти два слова вслух, — моя мама не признает, что я и мой парень геи. — Вот дерьмо. Да, мы увязли в больших кучах дерьма. — Эмма — это тот, кого моя мама одобряет и принимает. Наши семьи действительно знали друг друга еще до нашего рождения. В минуту слабости я уступил требованиям матери. Я не хотел ссориться с ней, а Конг, замечательный человек, в которого я влюбился, исчез из моей жизни, чтобы мне не пришлось выбирать между ними. Я чертовски зол из-за этого. Я найду его и все исправлю. Но сначала я разберусь с дурацкой ситуацией, куда нас привело наше притворство. — Я сочувствую тебе, но Эмма не может быть моей девушкой и твоей фиктивной девушкой одновременно, — заявил Порш. — Согласен. — Я не согласна, — вмешалась Эмма, отстраняясь от Порша, — Артиту я нужна прямо сейчас, и О не одобряет нас с Поршем. Ты же знаешь, он не хочет, чтобы мы были вместе. Так мы сможем видеть друг друга без его вмешательства. — Эмма, ты ведь несерьезно? Я не делюсь тобой, даже если это все не по-настоящему. Я могу справиться с О, — недовольно проворчал Порш. Эмма полностью оторвалась от Порша и повернулась ко мне, схватив меня за руку. — Я не брошу Артита сейчас, когда он потерял все. — Черт, это кольцо? Господи, Эмма, мне не кажется? Мы все застыли, когда Порш вырвал руку Эммы из моей, чтобы рассмотреть обручальное кольцо, которое ее мать надела на палец. — Не могу, блин, в это поверить! Вы не просто фальшивая парочка! Вы, черт побери, фальшиво помолвлены! Порш сердито провел рукой по волосам, а Эмма снова зарыдала. — Я думаю, всем нужен перерыв, -предложил Пик, — это никуда вас не приведет, ребята. — Хоть мне и неприятно соглашаться с этим придурком, но я думаю, что он прав. Порш, думаю, тебе лучше пойти домой. Остывать. Пусть Эмма успокоится. Мы можем поговорить об этом позже. Порш посмотрел на Эмму, и она охотно вернулась в его объятия. Мне стало надоедать ее метания. — Пожалуйста, Порш, ты же знаешь, что я люблю только тебя, — икнула Эмма. — Я знаю. — Порше вздохнул. — Если я пообещаю не говорить об этом сегодня, могу я войти и остаться с тобой, пока ты не успокоишься? — Спросил Порш. Эмма жила в квартире со своим братом, но О упомянул, что он собирался навестить друга и остаться с ним на ночь. Думаю, они устроили это. Эмма согласно покивала головой. — Поговорим позже, Артит. — Ты не против подвезти Пика домой? Я был против, но я не собирался быть мудаком. — Я знаю, что он с удовольствием отвез бы меня домой, — сказал Пик с ухмылкой и подмигнул. Ублюдок. — С удовольствием, -проворчал я, — поговорим позже, Эмма. Я смотрел, как Порше ведет все еще плачущую Эмму в ее квартиру. Несмотря на то, что он был зол и обижен, я знал, что могу доверять ему. Он не причинит ей вреда. — Давай, пошли.

***

В машине я не спросил Пика, где он живет. В тот момент мне было все равно. Мне нужно было выпить, и покрепче. Я поехал к ближайшему винному магазину, и Пик не сказал ни слова. Припарковав машину, я практически влетел в здание, в котором бы то, что мне нужно, чтобы забыться в этот день. Пик решил последовать за мной, но я не обратил на него внимания. Я схватила бутылку водки и ящик пива Zombie Dust* и направился к кассе. Пик поставил на стойку несколько закусок и свою упаковку пива, и я вопросительно поднял бровь. — Не могу позволить тебе пить в одиночку. Выглядит ужасно жалко, тебе не кажется? — Мудак. Я рассмеялся. Как угодно, ублюдок. Мне все равно. Дорога до моей квартиры заняла всего десять минут. Припарковавшись на отведенном мне месте, я не стал дожидаться Пика. — Ничего так. Бедновато, но вполне сносно для жилья, — услышал я голос Пика, направляясь прямиком на кухню, чтобы поставить пиво в холодильник. — Рад, что тебе понравилось, — фыркнул я. Открыв водку, я сделал большой глоток прямо из бутылки. Мне не понадобился стакан тем вечером, и если этот придурок решил, что я с ним поделился бы, он бы отправился прямиком в ад. Мои глаза наполнились слезами, и у меня перехватило дыхание, когда жидкость обожгла все внутри. Мне нужно было именно это. После третьего глотка я почувствовал, что бутылка покидает мои руки, и сердито посмотрел на Пика. — Тебе нужно притормозить. У тебя вся ночь впереди, — сказал Пик. Я оттолкнул его и схватил пиво, направляясь в гостиную. — Не лезь не в свое дело. Но ты, кажется, умеешь вмешиваться, когда не следует! Эмма собиралась сказать Поршу, но нет, ты должен был сказать ему и сделать все еще хуже в худший гребаный день, — закричал я. — Он мой лучший друг. Он любит эту девушку. Я не мог промолчать, — возразил Пик. Я устало опустился на диван и отхлебнул пива. Я понял. Если бы это был кто-то из моих друзей, я, вероятно, сделал бы то же самое. — Твоя мать когда-нибудь смотрела на тебя так, будто ты отвратителен? — Прошептал я. Я никак не могу выкинуть из головы выражение ее лица. Смесь гнева, разочарования и отвращения. Где был взгляд любви, которым она меня одаривала? — Мой папа. Он и раньше так смотрел на меня. Я почти уверен, что он хочет, чтобы я был молочником, — сухо рассмеялся Пик. Я посмотрела на него, чтобы понять, серьезно он говорит или нет. Его лицо говорило само за себя, его отец говорил так же чудесно, как моя мама. — Поэтому ты не с Ромом? — Что? -Я видел, как ты смотрел на него раньше. Он тебе нравится, — я пожал плечами, отпивая еще пива. — Я… я… — заикаясь, пробормотал Пик. — Здесь только мы, Пик. Не нужно этого отрицать. Я не собираюсь осуждать тебя. Я влюблен в мужчину. Пик вздохнул, допивая свое пиво. — Да. Мне нравится Ром. Очень. Хотя это не имеет значения, мой отец никогда бы не одобрил. Он не отречется от меня или что-то еще, он просто сделает все очень неприятным. С мамой все будет в порядке. — Мне очень жаль. Мы с Конгом начали встречаться, когда он был первокурсником, а я младше, чем сейчас. Я был готов представить его родителям, в глубине души я желаю провести с ним всю жизнь. Я не уверен, был ли я таким наивным потому, что его родители просто приветствовали меня, как будто это в порядке вещей. Я никак не ожидал, что моя мама будет вести себя так, как сейчас. Не знаю, чего я ожидал, когда думал, что могу притворяться, что встречаюсь с Эммой, и при этом поддерживать отношения с Конгом, как будто ничего не изменилось, — теперь мрачно смеялся я. — Иногда мы делаем дерьмовые вещи, когда влюблены. Я обращался с Ромом как с дерьмом. Я продолжаю говорить себе, что это потому, что не хочу его обнадеживать, но это потому, что я мудак и это я не хочу надеяться. Каждый раз, когда он так смотрит на меня, мне хочется обнять его и сказать, что я чувствую то же самое. — Брайт очень любит его и обращается с ним как с принцем, — я просто хочу, чтобы он знал, что о Роме заботятся. — Он это заслужил. Я просто хочу быть тем, кто может это сделать, — Пик встряхнул свое пиво, обнаружив, что оно пусто, — ты хочешь еще? — Да, спасибо. — Что ты собираешься делать? — Он вернулся с бутылкой и пакетом крендельков. - Оставаться помолвленным? Я недостаточно пьян для этого разговора. Открыв пиво, я выпил его наполовину, прежде чем ответить. — Нет, я просто не понял, как заставить маму образумиться. У меня такое чувство, что я вступил в брак по договоренности, и у нас нет выхода. — Как бы то ни было, мне очень жаль, чувак. Я не могу представить, что ты чувствуешь. Если это что-то вроде того, что я чувствую к Рому, то я скажу, что это отстой. Я уставился в пол и покачал головой в знак благодарности. Я устал. Так, блин, устал. — Я так устал, — слезы, которые грозили пролиться с самого вечера, потекли. — Я плохо спал с тех пор, как Конг уехал. Я не знаю, когда это началось, что он просто остался у меня дома, но я не спал один весь прошлый год, и теперь мне не по себе, что его руки не обнимают меня, не сжимают меня до смерти. Как мне дышать, если он не сжимает меня так сильно? — Спросил я срывающимся голосом. Устал, так устал. Я поднял глаза, когда почувствовал его руку на своем плече. — Пойдем, пойдем со мной. Я с любопытством взял его за руку и позволил отвести себя в спальню. Как он узнал, где она, я не знал. Я стояла молча, пока он рылся в ящиках моего комода, вытаскивая различные предметы одежды. — Вот, надень это, — Пик протянул мне пижамные шорты и футболку. Когда я не взял их сразу, он вздохнул и начал расстегивать мою рубашку. — Что ты делаешь? — Думаю, алкоголь начал действовать. — Готовлю тебя ко сну, — проворчал Пик. Я согласно промычал и позволил ему закончить с моими пуговицами. После этого я оттолкнул его, давая понять, что с остальным справлюсь сам. Он вышел из комнаты и через несколько минут вернулся в чем-то похожем. — Ложись, — приказал Пик. — Зачем? — Потому что мы собираемся спать. — Пик закатил глаза и мягко подтолкнул меня к кровати. — Если ты не спишь стоя, то ложись. Это имело смысл. Подождите. — Ты остаешься? — Спросил я, забираясь под одеяло. Я получил ответ, когда почувствовал, как он сел позади меня и обнял. Я тут же напрягся. Какого черта он делает? — Расслабься. Я не пытаюсь залезть в твои трусы, я просто хочу, чтобы ты немного поспал. Я не все время придурок, — сказал Пик. Я почувствовал, что расслабляюсь, но я не спал, повернувшись спиной к Конгу. Скорее он спал на спине, а я на нем. — Если мы это делаем, могу я развернуться? Пик издал звук, похожий на подтверждение, и я перекатился к нему, заставив его перевернуться на спину. Я обнял его за талию и прижалась щекой к его груди. Я почувствовал, как его руки скользнули по моей спине и боку, удерживая меня на месте. Он не был Конгом, у него не было ни его запаха, ни его ощущений, ни его телосложения, но было приятно быть в объятиях. Взглянув на него, я улыбнулся. — Спасибо, Пик. Ты действительно хороший парень? Когда не мудак. Наклонившись, он легонько поцеловал меня в лоб. — Приятных снов, Артит. — Тебе того же, Пик, тебе того же.