Магнолия. 1 Золотая клетка

Я открыла глаза. Надо мной был блестяще вычищенный потолок из мраморных плит. Я лежала в мягкой постели. Вокруг были синие стены. Слева находилось огромное окно, которое будто открывало портал в иной мир: за ним было дерево с белыми ветвями и розовыми цветами. Это меня весьма удивило. И рядом с этим окном стоял большой, резной, белый шкаф. Рядом со шкафом стоял белый туалетный столик. На его дверцах были зеркала. Перед кроватью был маленький серый столик и дверь, а справа был небольшой белый диванчик, на котором дремал парень. У него было мужественное и красивое лицо, и короткие, карамельного цвета, волосы. Он был одет в доспехи и длинный фиолетовый плащ. Я даже немного покраснела увидев такого красавца рядом с собой. Он приоткрыл глаза и посмотрел на меня. У него были ярко-янтарные глаза. Я похлопала своими ресницами. — О, миледи, вы уже проснулись? — он потёр глаза и нежно улыбнулся мне. Я приподнялась на локтях и села. — Эм… А ты кто? — Ну конечно, вы меня не помните… — в его глазах отразилась боль, но он продолжил нежно улыбаться. Он встал с дивана и подошёл к кровати, я слышала как звенел его доспех. — Меня зовут Оскар Тонгкхам, я ваш личный рыцарь назначенный вашим отцом. — У меня нет отца. — я озадаченно взглянула на него. Оскар выглядел так же озадаченно, но снова улыбнулся. — Вы просто ничего пока не знаете. — он сел на край кровати. — Когда вы были ещё младенцем, ваша мать сбежала с вами в другой мир, оставив отца с вашим старшим братом одних. После этого вас никто не видел. Но ваш отец не оставлял надежды, он нашёл мага способного вернуть вас в этот мир, и вот, вы здесь. — Кто мой отец?.. — Герцог-Люкретиус Ван Гилл. В нашей империи только четыре герцога. Ваш отец владеет западной частью империи. Его очень уважают. А вы-Риналия Ван Гилл, к вам тоже будут относится с почтением. — Моё имя не часто произносят, но я его помню. Я Злата. — заверила я, но он отрицательно покачал головой. — Видимо, это ваша мать дала вам второе имя. Но имя Риналия было дано вам с самого рождения. — Вы уверены что я та самая Риналия? — мне нравится как он ко мне относится, и то что мой отец высокопоставленный человек, но меня не покидало чувство, что я не та, за кого меня приняли. — Будьте в этом уверены, — он погладил меня по голове. — Я не с кем не перепутаю вас.  Оскар так добр ко мне, что мне уже даже не хочется возвращаться домой. Вдруг раздался громкий грохот. В комнату вбежала молодая женщина костюме горничной. У неё были маленькие очки полумесяцы, глаза изумрудного цвета и чёрные, как сажа, волосы связанные в пучок. — Сэр Оскар! — прокричала она. — Я же сказала вам, как только госпожа Риналия проснётся позвать меня! — Прошу меня простить, Корделия. — он встал с кровати, прошёл мимо неё и направился к двери. На его плаще был изображён герб. Алый четырёхугольник, на фоне которого, чёрный волк, на чьей пушистой голове восседала корона. — Чтобы больше такого не повторилось! — она смотрела ему вслед пока двери за ним не захлопнулись. После она повернулась ко мне. Её хмурое лицо озарила солнечная улыбка. — Моя госпожа, у вас ничего не болит? — Корделия подбежала к кровати. — Э, нет… — Простите! — она низко поклонилась. — В-всё нормально! — я даже немного растерялась. Она приподняла свою голову и я увидела как по её красным щекам бежали ручьи слёз. С оглушительным визгом она набросилась на меня. Я такого расклада не ожидала. Она ревела и крепко сжимала меня в своих объятиях. Мне было очень приятно, потому что меня не обнимала мама, а до этого и тем более… Почему-то, она казалась мне знакомой, да и Оскар тоже… Я начала медленно поглаживать её по спине, и вскоре она успокоилась. — Прошу меня простить… — она вытерла слёзы. — Я была вашей горничной с вашего рождения… и вы уже такая взрослая! — она снова заплакала. Я была озадачена. Видимо, здесь все меня знают. Я почувствовала вину, что не помню их… Но Корделия быстро потрясла головой, желая выкинуть грустные мысли из головы, и улыбнулась мне: — Госпожа, вы не против принять ванну? — Да, было бы неплохо. — мне нравится здесь. Почему бы пока не сыграть роль «Госпожи», пока всё не прояснится? — Эм… Как мне вас называть? — Обращайтесь ко мне на ты, а зовите как угодно. — Корделия подошла к шкафу, я последовала за ней. Я видела как она взяла с полки небольшой, белый кувшин, на котором был нарисован красивый, синий цветок, который я прежде никогда не видела. Я заглянула за дверцу шкафа и посмотрела в зеркало. Я была одета в белую, кружевную ночнушку на пуговицах.

***

Я вернулась с довольно-таки приятной процедуры. Меня переодели в тёмно-синее платье, юбка которого мне была по колена. Подол, рукава и ворот были украшены белыми кружевами и жемчужинами. На груди была брошь, белый драгоценный камень блестел в окружении кружев. Уши у меня были проколоты уже давно, так что на них уже блестели жемчужины. На волосах был тёмно-синий ободок, но он не собирал чёлку, с левой стороны на нём был прикреплен бант из белой ленты. На ногах туфли, такого же цвета что и платье. Корделия усадила меня за стол и сказала ждать. Через несколько минут она пришла с сервировочным столиком, который был забит едой. Я начала жадно уплетать всё за обе щеки. Корделия захихикала: — Только тарелки оставьте. — Эм… Корделия, почему мой отец решил вернуть меня обратно? От её улыбки не осталось и следа. Было непонятно она была напугана, зла или расстроена. Всё это перемешалось в её взгляде. Она откашлялась. — Ваша мать забрала вас, только для того чтобы сделать больно вашему отцу. — она была серьёзна. — Почему?.. — я была удивлена. — За что? — Мне об этом не известно. — Моя мама не любила меня? — я посмотрела Корделии прямо в глаза, но она отвела взгляд. — Она сдала меня в детдом. — горничная в недоумении взглянула на меня. — Туда сдают ненужных никому детей. — грустно вздохнув, проговорила я почти шёпотом. — О боже! — Корделия в изумлении приложила ладонь ко рту. — Господин никогда не бросит вас, госпожа… — она подошла ко мне и прижала к груди. — Но… Я точно его дочь? — она удивлённо посмотрела на меня, но мгновенно захохотала. — Конечно! — Почему все так уверены? Корделия медленно начала гладить меня по голове. — Вы точно его дочь. Но сказать почему, должен вам сам господин. — она убрала со стола грязные тарелки. — А возможно, с возвращением вашего брата, вы и сами поймёте. Корделия уже собралась уходить. — О, про моего брата и отца, — сказала я вставая со стула. — Почему они не проведали меня? — Ваш отец сейчас находится за границей по очень важным делам, — она подошла к двери. — А ваш старший брат прибудет в поместье только через пару дней. — А где был мой старший брат? — В академии. У учеников академии каникулы только летом и зимой. — Ясно… — Если хотите можете прогуляться в саду вместе с сэром Оскаром. Оскар выглянул из-за дверей и помахал мне рукой. — Ты всё это время стоял за дверью? — сказала я, идя прямо за ним. Мы шли по широкому коридору. Стены были тёмно-фиолетовые, потолки были из тех же мраморных плит, что и на полу. Только некоторые предметы были золотыми: рамы картин; вазы, стоявшие на столиках из красного дерева; даже занавески на окнах имели золотистый оттенок. Солнце выходило из-за облаков, заставляя поблёскивать золотые вещички. Мне было непривычно находиться в этой роскоши. — Да. Ведь это мой долг. — Оскар завернул за угол и я последовала за ним. Перед нами предстала, в прямом смысле золотая, витражная лестница. На каждой из ступенек была выложена мозаика, из разных по размеру и цвету, кусочков золота. Спустившись по лестнице, мы подошли к арке, а за ней была аллея, из тех самых деревьев, что росли под окном моей комнаты. — Вот мы и пришли. — Оскар улыбнулся мне. — Моя леди, для того чтобы пройти в сад, нужно пройти эту аллею. — я понимающе кивнула головой. И тут к нам подъехала маленькая карета. Какого-же было моё удивление, что карету везли единороги! Их шёрстка была бледно-бледно синего цвета, а грива нежно-голубой. Их рога блестели в лучах солнца, будто посыпаны блёстками. Я встала в ступор, увидев этих сказочных существ. — Э-Это единороги?! — вскрикнула я, таращась и указывая пальцем на животных. — Э-Это они?! Я посмотрела на Оскара. Он понимающе качал головой. Наверное я ещё многому удивлюсь. — Единороги-самые обычные животные. — он помог мне забраться в карету. — Единороги водятся только в западных и южных континентах. Они питаются только святой водой. — А колдовать? Колдовать они умеют?! — пролепетала я, усаживаясь на сиденье. — Хе, не колдовать, а зачаровывать. — поправил он. — Колдовать умеют лишь ведьмы и маги. — А как это, зачаровывать? Оскар откашлялся. — Например: вот мой меч. — он протянул меч, лезвие которого было скрыто в ножнах. На верхушке рукоятки блестел, будто-бы его глаза, жёлтый камень. — Он зачарован на десятую степень-максимальную. Зачарованные вещи крепче обычных, в данном случае ещё и острее. — Оскар демонстративно подвытянул меч. Лезвие и правда казалось очень острым. — Зачаровывают с помощью эликсира, выходящего из рога единорога во время убывающей луны. — Оскар, ты наверно очень сильный? — я заворожённо заглянула ему в глаза. — Наверно, но не самый сильный в мире. — Почему ты так думаешь? — Потому-что, в мире всегда найдётся тот, кто сильнее или умнее тебя. — Понятно… — я задумчиво опустила глаза. Обычно, во всяких сказочных историях, рыцари оказывались самыми сильными в мире, а он несёт какую-то чепуху. Я ущипнула себя, чтобы удостовериться, не оказывается ли это всё просто детским сном. Жжётся, но я всё ещё здесь, значит не сон. — Ты говорил, что мой отец владеет западной частью империи, верно? — Да, верно. — Это очень большая территория?.. — осторожно спросила я. — Конечно. — он ухмыльнулся. — Этот мир такой интересный… — я посмотрела в окно кареты. — По моему было бы лучше, если бы мама оставила меня здесь. — я грустно взглянула на Оскара. Он скрестил руки на груди. — К сожалению, всё не так солнечно как вы думаете. — он с сожалением смотрел мне прямо в глаза. Он выглядел как маленький щеночек, что от его взгляда хотелось плакать. — Но вы ещё ребёнок, так что это даже хорошо, что вы так думаете. Он снова начал гладить меня по голове, но я отпихнула его руку. — Я не ребёнок! Мне уже десять! На это он ответил уже заевшей улыбкой. Сначала я надулась и уставилась в окно, но после поняла, что дуться из-за такого и вправду по детски. — А что-же тогда такого тёмного здесь? — Вам пока не стоит об этом знать. — он снова улыбнулся. — А почему именно ты мой рыцарь? — спросила я прямо в лоб. — Не то чтобы я не довольна… Ну-у-у, не просто же так назначают ОДНОГО рыцаря? Да и тем более, если у меня есть рыцарь, значит мне угрожает опасность? — Для своего возраста, вы довольно догадливы. — Оскар усмехнулся. — Но вам и об этом не стоит знать. Я громко вздохнула. Ничего мне знать нельзя. Обидно как-то. — Какой он? — уставившись в окно, спросила я. — Мой отец. — Он главный из четырёх герцогов. По статусу выше его только император. — сказал Оскар. — Он побеждал во многих войнах, политических спорах. Во многом он поспособствовал могуществу и величине нашей империи. — Как там меня… Риналия, да? — он кивнул. — Мне будет трудно привыкнуть… Хм, теперь расскажи какой мой старший брат, на сколько он старше меня? — Он старше вас на три года. На счёт характера, — Оскар замялся и почесал затылок. — Я не очень уверен, что вы поладите. — он нервно покосился на меня. — Он учится в академии Некрос. Это академия только для мальчиков и одна из самых лучших. В первый же день занятий, он сломал нос сыну второго герцога-Уильяма Ван Крис. — А как самого мальчика звали? — Авель Ван Крис. Герцогская семья находится с вашей семьёй в некотором родстве, поэтому Ван. Я предпочла промолчать. Может это и правда сон? Братья... И всё же, если я когда-то покинула этот мир, а после вернулась... Если вдуматься, значит что мой мир и этот как-то связаны? Но в моём мире никто не знает о существовании этого. Это интересно. Не хочу домой. В этом мире у меня есть брат, отец и слуги, которые, вроде бы, хорошо относятся ко мне. А в том, мама, которая постоянно на работе, а возвращаясь отчитывает меня, и Ириша которая меня бесит. Я с самого начала была в том доме никому не нужная, мама взяла меня из детского дома только ради денег, а здесь… А здесь, у меня есть папа который на моё возвращение потратил 10 лет! И после этого выбирать ещё что-то надо. Громко шмыгая я пыталась сдержать слёзы, но накатившееся счастье не позволило мне это сделать. — Моя леди! — Оскар подпрыгнул на месте. — Я-Я вас чем-то обидел?.. — Нет! — я смахивала с щёк подступающие слёзы, но они вновь и вновь сыпались градом из глаз. — Я люблю тебя, Оскар! Слова резво вырвались, а с губ не сходила улыбка до ушей. Сначала Оскар покраснел, после он нежно улыбнулся мне и обнял меня. — Моя леди, я тоже люблю вас и всё это время ждал. — он отстранился. Большим пальцем он вытер слёзы с моей щеки и потрепал по голове. — С возвращением, моя леди Риналия! — Да! — и я прильнула к его груди. Наверно, на моём месте ребёнок испугался и захотел бы домой, но дома меня никто не ждёт просто так. Просто любя. Возвратив меня сюда, мой папа не получит выгоды, у него и так всё есть. Я дома.