Побочный эффект

Северус терпеливо объяснял, как нужно варить зелье, состоящее из более чем ста ингредиентов, а Гермиона спешно конспектировала каждое его слово в тонкую тетрадь, подписанную крайне лаконичным словом "ЗАУЧИТЬ!". Глаза слипались, но юная волшебница, отчаянно борясь с зевотой, продолжала вести конспект, как вдруг голову повело, а в ушах немилосердно зазвенело. Не в силах справиться с собой, девушка судорожно сжала пальцами шариковую ручку, словно бы надеясь, что синий кусочек пластика поможет ей удержаться на краю сознания, и склонила голову так низко, что кончик ее носа касался раскрытой тетради. — Мисс Грейнджер, что с вами? — строгий и властный голос, донесшийся до девушки словно сквозь толстый слой ваты, заставил Гермиону собрать все силы, но и их хватило только на то, чтобы промычать что-то невнятное и едва заметно мотнуть головой. — Гермиона! — в голосе появилась заметная тревога — Вам плохо?! — Н-нет... — выдохнула девушка и машинально схватила широкую мозолистую ладонь зельевара, будто надеялась, что он поможет ей избавиться от этого ужасного гула в ушах и сильнейшего головокружения. — Я просто... экзамен... я учила... четвертую ночь... Снейп закатил глаза и, выругавшись сквозь зубы, подхватил находящуюся в полубессознательном состоянии отличницу на руки и понес ее в комнату, радуясь, что в столь ранний час их вряд ли кто увидит. --Профессор, я в порядке, — прошелестела Гермиона, когда они были уже на пороге — правда... — Значит, в комнату сможете зайти сама, мисс? — язвительно уточнил Снейп, ставя ее на пол. Едва оказавшись на твердой земле, Гермиона вновь пошатнулась и не упала лишь благодаря мгновенной реакции успевшего подхватить ее зельевара. На краткий миг их взгляды встретились, и Снейпу показалось, что сердце пропустило удар. В ее глазах было столько тепла, столько света, что Северус поймал себя на мысли, что готов любоваться ими вечно. Тряхнув головой и сбросив странное оцепенение, зельевар вновь подхватил девушку на руки и, занеся ее в спальню, бережно уложил на кровать. — Спите, мисс, первые две пары у вас мои, так что можете не приходить, — Северус попытался придать голосу мягкости, однако судя по тому, как задрожали губы Гермионы, получилось это у него крайне плохо. — Что опять не так? — рявкнул магистр, не терпевший женских слез. — Я не допущена к экзамену, профессор? — девушка тихо всхлипнула. Профессор, успевший от шока забыть, что экзамен назначен на сегодня, скрипнул зубами и, быстро взяв себя в руки, обронил так, словно говорил о пустяке: — Считайте, что Вы его уже сдали, мисс. Гермиона, потрясенно смотревшая на Снейпа, хотела что-то сказать, но вместо этого лишь сладко зевнула, поудобнее устраиваясь на подушке. — Надеюсь, трех часов вам хватит, чтобы восстановить силы? — уточнил Северус и попытался изобразить на лице некое подобие благодушной улыбки, но вышло больше похоже на оскал. Ответом было тихое сопение. Снейп усмехнулся и, осторожно укрыв мисс Грейнджер одеялом, вышел из комнаты. Уже сидя у себя в кабинете и листая написанный округлым убористым почерком конспект, Снейп пытался понять, почему его так встревожило состояние Гермионы. Настолько, что он, впервые забыв о субординации, назвал студентку по имени да еще и на руках донес ее до спальни. Можно, конечно, было убедить себя в том, что это простое беспокойство преподавателя о состоянии здоровья его ученицы, однако нежность пополам с тревогой, заполнявшая черствое сердце профессора при воспоминании о мисс Грейнджер, шептала ему совсем иное. Северус уронил голову на руки и взвыл раненным зверем, пытаясь осознать тот факт, что он, кажется... Нет! Произносить это, даже мысленно, ему не хотелось.