Marauders: Year One

      В Хогвартсе было практически пусто. В гостиной Гриффиндора было непривычно тихо, а наткнуться на кого-нибудь в коридорах — почти невозможно. Иногда Римусу начиналось казаться, что в замке он остался один. Мальчик завтракал в Большом Зале, разложив на скамейке, где раньше сидели Сириус, Джеймс или Питер, тетради и учебники, и наблюдал за небольшой группкой слизеринцев, о чем-то тихонько переговаривающихся у себя за столом. Почти все студенты на каникулы разъехались по домам. В школе осталось тринадцать человек — из них семь — слизеринцы. Из гриффиндорцев кроме Римуса осталась одна девушка с четвертого курса, но у нее был парень на Когтевране и большую часть времени она проводила с ним или его друзьями. Римус чувствовал себя ужасно одиноко, так, как чувствовал себя в Визжащей Хижине.       — Учимся? — раздаслся внезапно чей-то голос.       Римус поднял взгляд и увидел перед собой профессора Тутмана, внимательно изучающего стопку книг напротив мальчика.       — А. Да, — все мои друзья уехали, — объяснил Римус. — И я решил заняться хоть чем-то.       — Похвально, — улыбнулся Тутман.       Кто-то в дверях прокашлялся. Римус и Тутман обернулись и заметили в дверном проеме Люциуса Малфоя. Тот странно посмотрел на них и направился к столу Слизерина, что-то шепча на ухо Северусу Снейпу.       — Странно, — отметил Римус. — Этот Малфой какой-то подозрительный. Удивительно, что ваши приборы на него не реагируют. У него определенно полно темных намерений, я в этом уверен.       Мальчик нахмурился, вспоминая, что рассказывал про семейство Малфоев Сириус.       — Ну… Полагаю… Слишком много переменных, — пробормотал Тутман, казалось, он сильно чем-то взволнован. — Увидимся на занятиях, Римус. Удачи в учебе. Мне нужно идти, переговорить кое о чем с профессором Слизнортом. Хорошего дня.       И профессор ушел.       — Очень странно, — пробормотал мальчик, глядя ему в след.       Римус вернулся к книге, но раньше, чем он сумел найти нужное место, в Большой Зал вошел профессор Слизнорт. Тутман поздоровался с коллегой, но не остановился, чтобы поговорить, просто выскользнул в коридор.       Все это показалось Римусу крайне подозрительным.       Тутман не просто не остановился — он даже не замедлил шаг.       Он однозначно врал о том, куда собирается.       Но почему?       Римус встал, поспешно запихал книги в сумку и выбежал в коридор. Следом за Тутманом он помчался в сторону подземелий, стараясь ступать как можно тише. Мальчик видел, как профессор скрылся за поворотом, миновав кабинет профессора Слизнорта и кладовую, где хранились ингредиенты для зелий. Римус замер, крепко прижал к себе сумку с книгами и осторожно заглянул за угол.       Тутман остановился перед какой-то дверью, огляделся по сторонам — к счастью, Римуса он не заметил — и только потом вошел внутрь.       Сердце мальчика билось с такой силой, что казалось может выскочить в любой момент. Он присел на пол, гадая, что может скрываться за дверью. Невольно он подумал о карте, что предложил Сириус, и о том, как здорово знать, для чего нужна каждая из комнат замка.       В одном мальчик был уверен почти наверняка: профессор Тутман находится там, где его быть не должно. До крыла, где проходили занятия по Защите от Темных Искусств, было слишком далеко. Кроме того, ни у кого кроме Слизнорта не было кабинета в подземельях. Ну, еще здесь была гостиная Слизерина.       Римус решил пойти посмотреть, не удастся ли услышать что-нибудь из-за двери. Он поднялся на ноги и осторожно подкрался, надеясь найти хоть какую-то зацепку.       — Что ты здесь делаешь?       Вздрогнув от неожиданности, Римус обернулся и встретился с холодным, стальным взглядом Люциуса Малфоя. Чуть позади стоял Северус Снейп. Гриффиндорец быстро вытащил из сумки учебник Зельеварения и продемонстрировал его слизеринцам.       — Я хотел задать несколько вопросов профессору Слизнорту. Это ведь не запрещено?       Малфой долго пристально смотрел на мальчика. Римус очень надеялся, что Люциус не видел, что он видел, как Слизнорт вошел в Большой Зал. Иначе ложь быстро раскроется.       — Так и иди к нему в кабинет, — наконец произнес Малфой. — Нечего полукровкам-гриффиндорцам шататься по слизеринским коридорам.       — Ой. Извините. Я думал, его кабинет где-то тут, — Римус изобразил изумление. — Должно быть, немного заблудился. Получается, здесь гостиная Слизерина?       Люциус и Северус ответили одновременно.       — Здесь туалет, — ответил Люциус.       — Ты врешь, — сказал Северус.       Римус почувствовал, что его раскрыли.       — Ты знаешь, где кабинет Слизнорта. Ты был на Рождественской Вечеринке. И приводил с собой Поттера, — фамилию Поттер Северус произнес так, словно это было какое-то жуткое проклятье.       — Вынюхиваешь что-то? — спросил Малфой.       — Нет-нет, — ответил Римус, мотнув головой. — Я думал… Мне показалось, я видел, как Тутман и Слизнорт заходят в эту дверь и…       Малфой пристально посмотрел на мальчика.       Дверь открылась. Вышел Тутман. За тот короткий миг, что дверь была приоткрыта, Римус успел заглянуть внутрь. Там действительно был туалет. Самый обыкновенный туалет.       — Убирайся отсюда, — грозно произнес Малфой. — И прекращай совать нос в то, что тебя не касается, или чертовски пожалеешь.       Не желая испытывать терпение Люциуса, Римус побежал прочь, сверкая пятками. Он бежал до самой гостиной Гриффиндора — единственного места в замке, где — мальчик мог быть уверен, — его точно не станут преследовать. Он смог остановиться и перевести дыхание только, когда захлопнулась дверь в спальню. Римус сел на кровать, обхватив подушку. Он тяжело дышал. Легкие горели.       Свидетелем чего он только что стал? Что происходит? Что понадобилось профессору Тутману в том слизеринском туалете? Малфой наверняка как-то в этом замешан. Возможно, что и Северус Снейп тоже. Возможно, неприязнь Сириуса к Снейпу имела под собой более весомые основания, чем казалось Римусу. Каждый раз, когда Джеймс и Сириус начинали дразнить Северуса, Римус жалел его, но быть может… Мальчик не знал, что и думать. Он был совершенно растерян. Больше всего на свете он хотел, чтобы рядом оказался кто-нибудь из друзей. Вместе они точно смогли бы что-то придумать.       Наконец отдышавшись, Римус встал с кровати, подошел к столу, достал кусок пергамента и принялся писать письмо Джеймсу. Джеймс казался мальчику лучшим из доступных вариантов. Его родители — в отличие от родителей Сириуса — не увлекались темной магией. К тому же, Римус не был особенно близок с Питером.       «Здесь творится что-то очень странное, — написал Римус. — Тутман даже не остановился, когда заметил Слизнорта. И Малфой со Снейпом оказались в том же коридоре в тоже самое время… Оказалось, что это туалет, но зачем кому-то тайно проникать в туалет?»       Дописав, мальчик свернул письмо трубочкой и отправился в совятню, вздрагивая от каждого звука, боясь, что это Малфой или Тутман идут за ним. Заметив среди школьных сов Бубо — сову Джеймса, Римус очень обрадовался. Он подозвал Бубо и прицепил письмо к его лапе.       — Отнеси Джеймсу, — сказал мальчик сове. — Это важно.       Римус стоял и смотрел, как Бубо улетает, становясь точкой над Запретным Лесом. Мальчик чувствовал себя одиноко и очень жалел, что рядом нет никого из друзей, с кем можно обсудить странное событие.