Город лечит

      Наше общение с Максом не прекращалось, наоборот, мы все больше и больше узнавали друг о друге. Например с первого взгляда я бы даже не сказала, что он любит читать или, что может рассуждать на сложные философские темы, такие как «Что такое душа?», «В чем смысл жизни?» и тому подобное.       Однажды вместо занятия в университете нас потащили в музей. «Потащили» и никак иначе. Идти туда совершенно не хотелось. Хотелось домой, кушать и спать. Я написала об этом Максу, на что он мне в шутку ответил: -Раз не хочешь туда идти, поехали со мной работать, — к слову, работал он в курьерской службе доставки и постоянно ездил в разные уголки города. -Я бы с радостью, да вот только нас отпустят не раньше трех, а я еще и кушать хочу. А так — я бы с удовольствием с тобой поездила. -Значит после музея едешь домой, ешь, а дальше я тебя заберу. Если ты не против -Договорились       Могу сказать, что на счет музея я ошиблась, интересные моменты были, но… Я ужасно хотела есть! Ни о чем другом мой мозг и думать не мог. Хотя… Кого я обманываю? Есть мне хотелось больше из-за того, что после этого меня заберет Макс. Он очень нравился мне как человек, был крайне занимательным собеседником, темы для разговоров с которым не иссякали. До дома я чуть добралась, с горем пополам переоделась и поела. Макс обещался заехать в пять. Звонок. -Буду через пять минут. Выходи       У входа в общежитие меня уже ждала знакомая машина, на которой меня неоднократно возили после репетиций. Макс выглядел довольным, но немного нервным. -Привет, — я села в машину и обняла его в знак приветствия. -Привет, — он приобнял меня в ответ, — уже можешь отпустить меня. -Ой, прости, — я вновь задумалась о том, какой он теплый, — а ты чего такой нервный? -Да на дорогах одни… -он заметил мой недовольный взгляд, — одни…в общем, ездить не умеют, — ага, выкрутился, ну ладно.       Мы ездили по всему городу. Он объяснял мне, где какая улица находится, так как в городе я ориентируюсь до сих пор не очень хорошо. Мы о чем-то разговаривали, смеялись, дурачились, и тут… -Ты чего улыбаешься? -А, я…не знаю, — я правда не заметила, что уже довольно давно с лица не сходит улыбка. -И все время смотришь на меня, как первый раз увидела, даже неловко немного, — он улыбнулся. -Прости, — я и этого не заметила, — я больше не буду, — и отвела взгляд к окну. -Не, если хочешь — смотри, мне не жалко, — и он снова улыбнулся.       Я повернула голову в его сторону и удобно устроилась на кресле. Действительно, мне хотелось смотреть и смотреть на него: на его вьющиеся волосы, которые, как он ни старался, не укладывались так, как надо, на его ровные четкие скулы, глубокие карие глаза. Я замечала абсолютно все, даже неровные трещинки на губах и упавшую ресничку на щеке. Таких людей называют прекрасными. Нет, не конкретно таких, а людей, на которых тебе хочется смотреть, не отводя взгляда ни на миг. Почему? Сама не знаю. Он притягивал, завораживал. Прекрасные люди… У каждого это свой человек. Для кого-то прекрасное — глаза, для кого-то неровные брови, пухлые щечки, потрескавшиеся розоватые губы, пальцы, ладони, следы от ветрянки, которой переболел в детстве, или напоминание о велогонках в виде шрамов на коленках. Для меня прекрасными были эти глаза, эти скулы, эти волосы, эти губы, руки. Руки… Как это просто, но в то же время много. Может, это неровные или аккуратные ногти, длинные или короткие пальцы, большая или маленькая ладонь. А в прекрасных руках ты чувствуешь себя невероятно легко и спокойно. Прекрасные люди… Для меня в тот момент Макс стал самым прекрасным человеком на всем свете. Эта ресничка на щеке… Так и манила…       Я неосознанно поднесла ладонь к его щеке и смахнула ее аккуратным движением, чтобы не отвлечь Макса от дороги. Он загадочно улыбнулся. -Ой, прости, — словно пришла я в себя. -Да ничего, мне приятно. -А можно еще? -Можно, — он легко посмеялся.       Теперь уже в сознании и с полной уверенностью я приложила ладонь к его щеке. Он вновь улыбнулся и немного прижался. -Ты теплый, — вдруг вырвалось у меня -Ну, а каким мне быть? Я же живой, — он не переставал улыбаться и, как мне кажется, считал меня глупой. Ведь действительно, каким должен быть человек, если он живой? Конечно теплым. — А у тебя руки холодные, замерзла? -Нет, у меня всегда руки холодные, — я с неохотой убрала ладонь от его лица, так как холодить его мне не хотелось. Макс заметил, что я немного погрустнела, и включил печку. -Вытягивай руки, сейчас согреешься.       Через пару минут мне и правда стало намного теплее. Я все смотрела на Макса и не могла насмотреться. Он был совсем рядом, но казался таким недосягаемым, был таким открытым, но в то же время был загадкой. Темнело. В красках ночного города его лицо менялось. Малейший свет или блик меняли его. Он не переставал быть собой, но представал в новом виде. Лицо менялось, не изменяясь вовсе. Это было волшебно, человек был волшебным! Вскоре Макс отвез меня в общежитие. Мы попрощались, приобняв друг друга напоследок. -Можно завтра снова с тобой поработать? -Конечно, ты мне очень помогаешь. На самом деле вся моя помощь заключалась в том, что я прокладывала через приложение маршруты к адресам заказов, открывала заднюю дверь, пока он обходил машину и иногда подавала пакеты.       Я дома. Звонок. На экране высвечивается: «Артём». И тут я понимаю, что за все это время ни разу не вспоминала о наших ссорах, скандалах, ревности, не вспоминала о нем… -Да, Тём -Привет, я соскучился. Чем занималась сегодня? -Ходила на пары и в музей, — не скажу же я ему, где и с кем была помимо университета и музея, иначе снова скандал.       Мы о чем-то говорили, честно, даже не помню, о чем. Да для меня это и не было важным. Скорее всего, он снова говорил о том, что ему надоела учеба, он устал, соскучился и хочет поскорее вернуться ко мне. Но вот на том конце трубки послышались гудки. Я вздохнула с облегчением, эмоционально была выжата, как лимон. Открываю ВК. Три сообщения. Алиса: «Мелкая, когда встретимся погулять?», Артём: «Спокойной ночи. Люблю тебя». Третьего сообщения я не ожидала. Макс: «У тебя все хорошо?». А как у меня может быть что-то плохо? Я отлично провела время с прекрасным человеком. -Ты милая, — вот такого я не ожидала вдвойне. -Ты тоже, — вот же сморозила! Чувствую, он снова засмеялся над такой глупостью. Ну и пусть. Что смех, что улыбка у него такие же прекрасные, как и он сам. Ночь для сна? Не верю. Ночь для переписок. Уснула я снова под утро с телефоном в руках, на экране которого светилось: Максим: «Спокойной ночи» Спокойной ночи, прекрасный человек…