Тринадцатый аркан. Побег заключённого

Heute treff’ ich einen Herrn Der hat mich zum Fressen gern Weiche Teile und auch harte stehen auf der Speisekarte © Rammstein — Mein Teil

— Послушайте, вот здесь явная сюжетная дыра с точки зрения тактики, почему мой герой не может приказать… — в жизни блондин из рекламы шампуня выглядел несколько менее слащаво, чем на экране, возможно, благодаря рок-н-ролльному стилю — на нем были рваные черные джинсы и футболка с логотипом Slipknot. — Мюзель, иди со своими рационализаторскими предложениями к Йобу Трюнихту, — отмахнулась Хильда Дорф. — Сценарий пишет он. — Но он меня к вам послал! — воскликнул блондин. — Сказал, что возможные правки только вы можете санкционировать! Я просто не хочу, чтобы мой Лоэнграмм выглядел идиотом, как Джон Сноу в Битве Бастардов… «Видимо, сценаристу со странным именем этот молодой человек тоже надоел.» — В таком случае тебе следует пореже открывать рот, Мюзель, — равнодушно бросила Дорф. Фредерике стало немного жалко блондина. Кажется, в сериале, над которым работает Хильда, он должен играть какого-то военного гения. «Гений» явно совершенно не чувствовал настроения режиссера, которой хотелось как можно скорее избавиться от его общества. — То, что ты все время залипаешь в Heroes of Might and Magic, еще не делает тебя специалистом по стратегии и тактике. — Я много читал, — не сдался блондин. — И мой прадед воевал на Восточном фронте, он мне в детстве много рассказывал, особенно про Сталинград… — Ну при чем тут Сталинград, — Хильда устало потёрла рукой лоб. — Что это вообще? — Сталинградская битва — самое масштабное сражение в истории, — вступилась Гринхилл. Иногда она любила поумничать не меньше, чем Мюзель. — Много месяцев силы Рейха и Союза рвали друг друга в тяжелейшем городском бою… — Техника ломалась от холода, люди падали замертво с обморожениями, не выпуская из рук оружия, но продолжали отчаянно бороться за каждый дом, — продолжил мальчик из рекламы шампуня. — Поскольку продовольствия не было, солдаты и жители города ели трупы… — Ели трупы? — раздался негромкий голос где-то за левым плечом Фредерики. Несмотря на опыт в полиции, она не расслышала шагов. Обернувшись, Гринхилл увидела высокого, болезненно худого мужчину в сером свитере, с темными, наполовину седыми волосами. На его иссохшем лице особенно выделялись цепкие, ярко-голубые глаза. — А ты выглядишь гораздо живее, чем обычно на съемочной площадке, Мюзель, — бросил он задумчиво и обернулся к маячащему у него за спиной мужику в классическом костюме с планшетом в руках. — Трюнихт, внеси в сценарий поедание трупов, раз нашу златовласку это так заводит. Мужик садистски улыбнулся и начал что-то писать в планшете. «Не уверена насчет златовласки, но его это точно заводит.» — Пол, ты издеваешься?! — холодно спросила Хильда. — Ты понимаешь, что нам придется увеличивать рейтинг, а это грозит потерей части аудитории? — Публика хочет, чтобы мы ее шокировали, Хильда. То, что сила лишь в рейтингах и коммерческом успехе - иллюзия, портящая жизнь многим американцам, — ответил он и посмотрел на Фредерику. — Вы, наверное, тот коп, которого отстранили за жестокость? Я Пол. Пол Оберштайн. — Откуда вы знаете? — удивилась Гринхилл, не торопясь пожать протянутую руку. Хильде она ничего про отстранение не говорила. — Вы ведь режиссер того скандального фильма про Ирак? Фредерика не смотрела этот фильм, но отец его просто ненавидел. — «Аль-Фасиль», — Оберштайн кивнул. — Понимаете, иногда я вижу некоторые вещи, которые не замечают другие, — «видит то, что не замечают другие?!» — Заглянув в ваши глаза, я понял, что вы способны на… применение силы. Скорее всего, вам даже приходилось отнимать чужую жизнь. Хильда упоминала о вас совсем немного, но я сопоставил ее слова с тем, что прочитал на вашем лице, и высказал свою догадку. Как я понимаю, она оказалась верной? — Не обращай внимания, он просто косплеит Шерлока, — проговорила Дорф немного обеспокоенно. «Она боится, что сейчас я развернусь и уйду.» Теперь Фредерике стало жаль ее, а не блондина — Хильда выглядела единственным человеком без тараканов в этой компании. — Любит дешевые эффекты. — Все нормально, — она наконец пожала руку Оберштайна. — Я — Фредерика Гринхилл, познакомиться с вами… интересно. — Йоб, впиши в сценарий какую-нибудь роль для нее, — махнул своему спутнику скандальный режиссер. — Нам все равно не хватает сильных женских персонажей и боевки. — Но я не умею играть… — ошеломленно воскликнула Фредерика. Дорф посмотрела на неё со смесью сомнения и надежды. — Ничего страшного, можно подумать, златовласка умеет, — Оберштайн сухо улыбнулся одними губами. — Ваша сила в том, что вы видели смерть, мисс Гринхилл. Мальчик из рекламы шампуня сунул руку в карман. На секунду Фредерика напряглась и сделала шаг вперед — ей показалось, что он может выхватить пистолет или скорее нож и… применить к режиссеру силу. Но блондин вытащил что-то небольшое, какую-то карточку, посмотрел и спрятал обратно.