Падение империи

       Черт бы подрал эту химию. Двенадцать лет одна и та же хрень! Ничего… Всего год и я свободен! — Джон, убери телефон. Я убрал смартфон в карман джинс и стал дальше слушать лекцию о простых и сложных эфирах. Скука… В следующем году, нафиг уберу ее из расписания! Хорошо хоть триган через неделю, там можно отдохнуть. Тут мой телефон предательски прогремел на весь кабинет, опять. Вечно забываю выключить звук. — Джон! А ну вон из кабинета! — Мисс Пелен, это всего лишь сообщение. — Вон! Я встал, скидал учебник и тетрадь в рюкзак, а когда прошел мимо училки, она кинула мне в спину. — Завтра жду твоего отца в кабинете директора! Я вышел из кабинета и с грохотом захлопнул дверь и достал телефон. На экране горело сообщение по Ватсапу от отца. Он вирусолог и сейчас был в командировке где-то в южных штатах. Так, что мисс Пелен придется подождать пару месяцев. — Видео? Что там может быть интересного в их лабораториях? — Я включил видео нажав на кнопку проигрывания. — «Джон, тут такое…» — На заднем плане слышались выстрелы и мат. Камера брала лицо отца крупным планом, так, что было непонятно, что происходит. — «… Черт! Нет времени объяснять, сын, бросай все и беги домой! Бери деньги, оружие, припасы, грузи это в пикап и езжай к деду, на ранчо! Я найду вас там! — Они прорываются!» — Послышался голос на заднем плане и запись оборвалась. Я ни черта не понял, но отец вряд ли стал разыгрывать меня в июле, надо уходить. Надев свой камуфлированный ранец на оба плеча, я затянул лямки, чтобы он не болтался при беге и пошел к выходу. Нужно пройти через охранника. — Куда собрались, молодой человек? Мистер Дулитл. Один из трех наших охранников и самый нормальный из них.  — Сэр, у меня срочное дело. Отец сказал, что напишет заявление мисс Джеферсон. — А, что за дело? — Он забыл важные документы дома и мне надо их ему доставить. — Ну, хорошо, иди. Я вышел на улицу. Все как обычно, Миннеаполис как Миннеаполис. Люди бродят вдоль школы по своим мелким делам, а машины пытаются прорваться через утреннюю пробку. Да я отсидел всего один урок, так, что отец вытащил меня весьма вовремя. До дома было всего два квартала, так, что на автобус я не пошел, а побрел напрямки через дворы. По дороге, я стал замечать, что для рабочего дня, на улице слишком много людей и машин. Дом у нас был не особо большим, но нам, на двоих, хватало. Я жил с отцом, а мать… Даже не знаю где она. Папа говорил, что она запила и ударилась в какую-то секту, короче, он меня у нее отсудил и переехал сюда из Техаса. Лично меня все устраивало. У меня есть дом, триган, ненавистная школа и прочие прелести жизни шестнадцатилетнего подростка. Открыв дверь и оказавшись внутри, первым делом я переоделся в свою форму. Она состояла из тактической рубашки с вшитыми налокотниками, брюк с такими же вшитыми наколенниками и тактических ботинок и перчаток. Все это было в черном мультикаме. Купил я все это, плюс бронежилет и подсумки с рюкзаком на шестьдесят литров, с призовых первого выигранного соревнования. Всего из нескольких десятков турниров, мне удалось выиграть только два, и то мне повезло, что соперник словил клин, теряя драгоценные секунды на выбивание заклинившей гильзы или затвора. Из оружия у меня были: АR-15 Demolition Ranch, которые мы с отцом заказывали, ибо оба кайфовали от вечерних просмотров видео Мэтта, Remington 870 и спортивного TP9 SFX. Не самые интересные стволы, но для меня — сойдут. Открыв сейф с оружием, я достал чехлы и сложил все, что у нас было, а это: две винтовки, два дробовика и два пистолета, а к ним пара сотен маслят 5.56, две коробки по двадцать пять патронов двенадцатого калибра и семь десятков девяти миллиметровых. Сложив все это в чехлы, а потом и в сумку. Оставив сумку у двери в гараж, я пошел к себе и скидал в рюкзак запасную одежду и кроссовки. С кухни я смел просто все, что могло пережить поездку до северного Техаса. Получилась сумка весом в пятнадцать — двадцать килограмм. Собрав все это возле двери, я открыл ее и включил свет. Передо мной стоял черный Форд Раптор. Отец хотел подарить его мне на окончание школы, а себе взять модель поновее. Я закинул в кузов сумку с едой, а оружие убрал в ящик под задним сиденьем. Тут я вспомнил, что абсолютно забыл про деньги и документы. Вернувшись, я забрал отцовскую заначку за телевизором. Всего было около трех тысяч, более чем достаточно. Проверив все двери и окна, я запер вход в дом из гаража и сел за руль пикапа. Из-за ароматизаторов, в салоне стоял приятный хвойный запах. Я ткнул пальцем по болванчику, от чего его голова начала метаться из стороны в сторону. — Ну, что, поехали! Провернув ключ, я завел двигатель. Пультом открыв двери гаража, я выехал на пригаражную площадку и тем же пультом, закрыл ее. Тут мой взгляд скользнул по двору семьи Уилсонов, наших соседей. Они активно, что-то загружали в свой минивэн. — Мистер Уилсон, тоже куда-то собрались? — Сказал я открыв окно. — Ты разве не слышал? — Нет, о чем вы? — В Южной Каролине эпидемия какого-то вируса и она распространяется! Эпидемиологи советуют покинуть крупные города. — Куда поедете? — Пока не знаем, но подальше от города. — Давайте со мной, в Техас, у меня там дед на ранчо. Эрик, так звали главу семейства Уилсонов, был электриком, а его жена, Амелия — менеджером в кафетерии на углу Хамлин и Линкольн-авеню. А их пятнадцатилетняя дочь, Лиза, была одной из главных звезд в нашей школе. Чего нельзя было сказать обо мне. Я был «камуфляжником» — так называли тех, кто имел дело с оружием и собирался поступать в вооруженные силы. Я вышел из машины и подошел к совсем недавно покрашенному забору. — Техас? Мы там никого стеснять не будем? — Нет! Дед один живет, а места там хоть свое стрельбище делай! — Хорошо, покажешь куда ехать на карте, если вдруг разделимся? — Давайте. Амелия вытащила из бардачка карту и подала ее мужу. — Вот. Нужно проехать восемь километров от Колорадо-сити и повернуть на шестьсот семидесятом, там, прямо около дороги, увидите деревянное двухэтажное здание посреди поляны. Я попрошу деда повесить какую-нибудь белую материю на втором этаже, так что не пропустите. — Все, понял. — Отлично, тогда до встречи! — Мы пожали друг другу руки и я вернулся в пикап. Бензина был почти полный бак, так, что я соединил телефон с компьютером и набрав номер деда, вырулил на дорогу. — Джон! Давненько ты не звонил. — Привет, дед. Да… весь в учебе, ты же знаешь. — Знаю, но могли бы и навестить старика! — Знаешь, я как раз еду к тебе. — Ого, отлично, а Джеймс тоже с тобой? — Нет, он в командировке и сам туда подтянется. Дед, он прислал мне видео, там что-то не ладное было. Короче, он сказал взять оружие и двигать к тебе. Я это к тому, что ты там не расслабляйся, говорят какой-то вирус появился и он распространяется. — Да я тут на отшибе! Если ты по поводу мародеров, то пускай только сунутся к ветерану Вьетнама! — Ха-ха! Да уж, но все равно, поаккуратнее. — Хорошо. — Стой, стой! И еще, вывеси какую-нибудь белую простыню на второй этаж, чтобы наши соседи смогли найти. — Что еще за соседи? — Уилсоны, классные ребята им просто деваться некуда. — Хорошо, я все сделаю. — Окей, давай, до связи. — Звонок прекратился. Пока я болтал с дедом, я уже был на тридцать пятом шоссе и подъезжал к Лейквиллу. Поток был очень плотным, будто все пытались покинуть город разом. Но вот три встречных полосы были абсолютно свободными. Я включил радио, как раз сейчас должны передавать новости: «Завтра в штате Айова ожидаются сильные ливни с грозами и до пятнадцать градусов выше нуля. Советуем водителям быть осторожными и соблюдать скоростной режим. На этом, о погоде все. — Вспышка гриппа или смертельной болезни, которая сводит людей с ума? Ученые всей страны не могут дать внятного ответа, что за вирус поразил юго-западные штаты. Мы можем только предупредить, если вы заметили человека с подозрительной походкой или не связанной речью, избегайте прямого контакта с зараженным, спрячьтесь и вызовите полицию. Если вы были укушены или поцарапаны инфицированным, то срочно обратитесь в ближайшее медицинское учреждение. Не препятствуйте работе вооруженных сил и эпидемиологического корпуса, соблюдайте комендантский час. Передвижение по городам ограничено с восьми вечера до семи утра. По дорогам общего пользования, с одиннадцати вечера до шести утра.» Я вырубил радио. Что за чертовщина? Теперь еще и комендантский час этот! Тьфу ты…