Глава седьмая
21 июля 2019 г., 21:43
Чимин укачал сына, поцеловал в лоб и осторожно положил в колыбель, которая стояла в стороне от кровати, стараясь не задеть шумные игрушки, висевшие над ней. Потом он поднял руки вверх и потянулся всем телом, выгибаясь в пояснице и наклоняясь из стороны в сторону, чувствуя как растягиваются занемевшие мышцы. Чимин снова заглянул к малышу и проверил спит ли он, после чего направился в ванную. Когда омега вернулся в спальню, там уже был Тэхён, который сегодня решил спать с ним. Они поцеловались как старая супружеская пара и легли спать: оба лежали на боку и Тэхён обнимал Чимина со спины, прижимаясь к нему всем телом. Чимин не возражал против такого, но сегодня у него были немного другие планы, которые он давно уже хотел осуществить.
Первая после родов течка была у Чимина две недели назад, и провёл он её один, так как Тэхён уезжал на целую неделю в командировку, от которой ему не удалось отвертеться. Только вот Чимин не знал, что альфа спешил к нему, всё-таки отпросившись на день раньше, и стал свидетелем того, как омега развлекался в одиночестве. Три дня течки у Чимина прошли относительно спокойно, он пил обезболивающее и обходился дрочкой, а вот в последний день не выдержал и достал подарок Сокджина. Чимин вертелся и крутился в постели, пытаясь вставить вибратор в себя, но из-за обилия смазки он выскальзывал и не хотел входить туда, куда надо. Чимин разочарованно заскулил, поглаживая возбуждённый член, а потом лёг на подушки и ещё раз попробовал ввести игрушку в анальное отверстие. Ему это удалось, но потом он обнаружил пульт далеко от себя, и чуть не расплакался. Чимин осторожно встал на четвереньки, чувствуя в себе посторонний предмет, дотянулся до пульта и стал разбираться, как его включать. Он вертел его в руках и нажимал на все кнопки, а потом на торце пульта увидел рычажок, переключил его и закричал от пронзившей его вибрации. Трясущимися руками он нажал на какую-то кнопку и замер, ловя отголоски потрясающего удовольствия, что принесла ему игрушка, которая отключилась. Он снова повертел пульт в руках, и нажал вторую кнопку, как и говорил хён. Вибратор заработал, стимулируя простату, заставляя Чимина дрожать всем телом и скулить от удовольствия. Во время покоя он судорожно дышал, припадая к постели грудью и выпячивая зад, но стоило снова вибратору заработать, как он приподнимался на руках и неосознанно подавался вперёд, оглашая комнату громкими сладострастными стонами.
Именно за этим занятием его и застал Тэхён. Чимин совсем не обратил внимания на возникшего в дверях альфу, полностью поглощенный происходящим с ним действием, а того парализовало от такого Чимина. У омеги ещё был лишний вес, приятно округлявший его тело, но он нравился таким Тэхёну, а тут ещё голый, да на четвереньках, весь потный и в смазке, разгорячённый и дрожащий, а из пухлых губ доносятся нереальные звуки: у Тэхёна мгновенно встал член, и кровь в венах забурлила от возбуждения. Чимин вскоре издал короткую серию громких стонов, переходящие в визг, а потом кончил, пачкая спермой подушки и падая на постель, спиной к наблюдателю, продолжая дрожать от вибратора. Тэхён двинулся к омеге, но вдруг его дёрнули за руку и вытащили из комнаты. Ничего не соображающий альфа сфокусировал взгляд на Хосоке и попытался понять, что он ему говорит, но звук доносился как будто из-под толщи воды.
— Ты что здесь делаешь, Тэхён-и? Тебе всё равно уже ничего тут не светит и твоя помощь больше не нужна. Надо было вчера приезжать, или хотя бы утром. Сейчас уже течка закончилась, Чимин поспит и снова будет в порядке. Не тревожь его сейчас. Иди в ванную, уйми свою похоть. Я не скажу ему, что ты приходил.
Хосок подтолкнул альфу в нужную сторону, но тот замер на месте, заглядывая в приоткрытую дверь. Он смотрел на обессиленного омегу и восхищался его красотой. Чимин лежал на боку и спине, повернувшись в пояснице, и продолжал хрипло дышать и дрожать, пока Хосок не нашёл пульт и не отключил вибратор. Тэхёну не было видно, что делал с ним дядя, так как он собой все закрывал, но потом он ушёл с игрушкой в ванную, откуда быстро вернулся с мокрым полотенцем. Он обтёр Чимина, который совсем ни на что не реагировал, укрыл одеялом, и снял грязные наволочки, после чего подложил чистую подушку под голову младшему и поцеловал его в лоб.
— Спи, малыш, ты молодец, хорошо справился. Завтра тебе уже будет легче. Не волнуйся, я с самого утра привезу Мину, не надо тебе ехать за ним. И я приготовил тебе покушать, загляни обязательно на кухню. До завтра, милый.
Хосок снова поцеловал Чимина в лоб, скрылся в ванной, а потом вышел из неё и из комнаты омеги, закрывая за собой дверь. Он молча взял Тэхёна за руку и повёл за собой во вторую ванную, куда втолкнул, надавав советов. Хосок постоял немного под дверью, пока не услышал стон племянника, после чего направился в зал и сел в кресло, ожидая альфу. Взъерошенный Тэхён появился минут через двадцать и сел на диван, стыдливо отводя взгляд от дяди.
— Хосок… прости меня, я не соображал ничего… мне так стыдно…
— С чего бы? Ты же плохого ничего не сделал. Скажи, милый, ты чувствуешь сейчас запах Чимина?
— Запах? — Тэхён потянул воздух носом, но почувствовал только еле слышный аромат еды из кухни. — Чимин пахнет жареным мясом?
Хосок разочаровано воскликнул что-то неразборчивое и откинулся на спинку кресла.
— Как же так? Я думал, ты его почувствуешь… — задумчиво пробормотал Хосок. Тэхён виновато посмотрел на него, после чего спросил:
— Хён, чем пахнет Чимин? Какой у него запах?
— Вот ещё! Не буду я тебе говорить, иначе ты начнёшь фантазировать, вместо того, чтобы действительно его почувствовать. Но сейчас вся квартира им пахнет. У него замечательный аромат, — поддразнил Хосок младшего, но увидев как он поник, сразу же проговорил: — Не расстраивайся, милый, ты же знаешь, что есть ещё шанс. И ты знаешь, что надо делать, да и Чимин, я думаю, не будет против. Он иногда так смотрит на тебя. Вот если ты и после секса не почувствуешь своего истинного, то тогда придётся идти к врачу и снова проходить обследование. Но я надеюсь на лучшее. Ладно, Тэхён-а, мне надо домой бежать, а то Мина с Джином остался, а он может и мясом его накормить. Я привезу малыша завтра с самого утра. Чимина не беспокой, пусть выспится. Да и запах твой его может снова возбудить, а его организму необходимо наладить цикл, поэтому повторяю ещё раз — не ходи к нему.
Тэхён уверил дядю, что не пойдёт к Чимину и, попрощавшись, выпроводил его за дверь. Он сдержал слово и ушёл в свою комнату, хотя ему безумно хотелось быть с Чимином. Стоило закрыть глаза, как тут же появлялся образ обнажённого омеги, который сводил с ума. Но самое весёлое началось потом: Тэхён не мог теперь даже прикоснуться к Чимину, так как сразу начинал чувствовать волнение и томление в теле. Он хотел омегу, очень сильно хотел. За эти две недели Тэхён всего пару раз спал вместе с Чимином, и то это сложно назвать сном: возбуждённый, он терпеливо ждал, пока омега заснёт, а потом уходил к себе и долго дрочил, так как образ Чимина возбуждал его раз за разом. И сейчас Тэхён ждал, когда Чимин уснёт, но тот сегодня почему-то не торопился. В комнате было темно, и лишь маленький ночник давал тусклый свет, который стоял на прикроватной тумбочке ближе к кроватке младенца.
— Тэхён? — услышал тихий шёпот альфа.
— М-м-м-м…
— Ты спишь? — Чимин сам хотел шлёпнуть себя по лбу за такой глупый вопрос, но снова в ответ услышал мычание.
Чимин немного полежал, выжидая, а потом слегка подался назад и потёрся ягодицами о пах альфы, который приятно удивил своей активностью. Чимин почувствовал руки альфы на своей талии, которые прижали его к кровати и пытались прекратить соблазнительные действия.
— Чимин, ты что делаешь? — прошептал Тэхён на ушко соблазнителю.
— У тебя стоит, — так же шепотом констатировал факт Чимин.
— Спасибо, я в курсе. Я у тебя спросил, что ты делаешь?
Чимин развернулся корпусом к Тэхёну и улёгся плечами под ним, привлекая его ближе к себе.
— Тэхён, давай займёмся любовью, — громко прошептал Чимин, заглядывая в глаза альфе. Того явно переклинило и Чимин обнял его за шею и поцеловал. Тэхён страстно отвечал ему, после чего слегка отстранился и прошептал:
— Подожди, Чимин, а как же ребёнок?
— Мина крепко спит, и у нас есть целых два часа до следующего его пробуждения, — Чимин закопошился под альфой, полностью укладываясь под него, и теперь Тэхён лежал на нём, с волнением переживая новые ощущения. Чимин опалил шепотом губы альфы, после чего снова его поцеловал: — И мы будем очень тихо всё делать, как мышки.
У Тэхёна мозги отключились уже на том моменте, когда он почувствовал ноги омеги на своей талии, что уж говорить о дальнейшем. Он водил руками по мягкому телу, с удовольствием его поглаживая, а потом стал целовать шею и ключицы. Чимин приподнялся и быстро скинул с себя верх пижамы, повторив это и с альфой, после чего они вернулись к прежнему занятию. Тэхён наслаждался тем, как омега отзывался на его ласки. Он взял в рот сосок и пососал его немного, слушая судорожное дыхание любимого, после повторив действие и с другим соском. Чимин запускал пальцы в его волосы, гладил шею, закусывал свою нижнюю губу и выгибался навстречу ласкающему рту. Тэхён дальше двинулся исследовать тело омеги с помощью поцелуев. Он убрал ладони Чимина, который прикрывал не пришедший ещё в тонус живот, и прошёлся по нему поцелуями, спускаясь к резинке пижамных штанов. Он не стал долго тянуть и сразу же снял их вместе с бельём, после чего погладил пальцами маленький возбуждённый член омеги. Чимин усердно сжимал губы, чтобы не застонать, но громко всхлипнул, когда почувствовал как его головку обожгло приятным ласковым жаром языка. Омега тут же закрыл себе рот ладонью, но вскоре убрал руку и запустил пальцы в волосы альфы, чтобы потянуть на себя и попросить не затягивать. Он стянул штаны младшего вниз, и на свободу выскочил налитый кровью и увитый венами член, с красивой крупной головкой. И хоть было не слишком светло, но Чимин его прекрасно разглядел. Он приласкал член ладонью, пробежался пальцами по всей его длине, а потом потянул на себя альфу и снова разместил его между своих ног. Тэхён даже разволновался немного в предвкушении, но Чимин снова втянул его в поцелуй, а потом вспомнил о самом главном. Он отстранился от альфы и повернулся к тумбочке, порывшись, достал бутылку смазки и ленту презервативов.
— Ты подготовился, я смотрю, — прошептал Тэхён, беря в руки пакетики. Он разорвал один и тут же достал резинку, умело раскатывая её по члену.
— С течки лежит. А мне говорили, что ты девственник, — также зашептал Чимин, удобнее укладываясь на подушках. Тэхён загадочно улыбнулся и налил смазку на пальцы, после аккуратно вводя один в омегу.
— Если у меня ещё не было секса, то это не значит, что я ничего о нём не знаю.
Чимин подался вперёд, выгибаясь в пояснице, и расставил ноги шире, наслаждаясь чужими действиями. Альфа не торопился, растягивая омегу, и подмечал малейшие изменения в его реакции, запоминая от чего именно любимый еле слышно стонет. Вскоре Тэхён смазал член лубрикантом и навис над Чимином, целуя сладкие губы. Омега обнял одной рукой младшего, а второй направил его член в себя, и Тэхён легонько толкнулся, вводя головку внутрь. Чимин зашипел от боли и крепко обнял альфу за шею, после чего попытался расслабиться и отдышаться.
— Прости, любимый, я не хотел тебе причинить боль, — зашептал Тэхён, даря нежные поцелуи омеге. Он чувствовал как сильно сжимается вокруг его члена Чимин, который переместил руки с поясницы альфы на его плечи, после чего пробормотал:
— Поверь, рожать было намного больнее. Просто я отвык немного. Дай мне пару секунд, и мы продолжим. Поцелуй меня, Тэхён-а, мне нравится с тобой целоваться.
После длительного нежного поцелуя Чимин толкнулся бёдрами навстречу альфе, глубже насаживаясь на член, и Тэхён продолжил движение, после чего подался назад, чтобы снова войти в жаркое нутро. Чимин не отпускал шею и плечи альфы, а тот сам в свою очередь обхватил голову омеги ладонями и двигал лишь нижней частью тела. Вскоре Чимин немного ослабил хватку и получал удовольствие от движений альфы. В комнате было слышно лишь судорожное дыхание, характерное тихое хлюпанье и звуки жарких поцелуев, которые партнёры щедро дарили друг другу. Вскоре Тэхён ускорился, приподнимаясь в плечах над Чимином, и с сожалением подумал, что кончит первым, не успев довести до пика омегу, после чего вышел из него, снял с члена резинку и сжал орган в руке. Но когда он приподнялся над старшим, то увидел, что их животы испачканы в сперме, а его член даже стал опадать после оргазма. И перед тем как излиться в свою очередь, смешивая свою сперму с омежьей на его же животе, Тэхён снова успел расстроиться, что пропустил момент, когда Чимин получил свой оргазм. Но есть надежда, что они ещё будут заниматься любовью, и тогда уж альфа не упустит такого зрелища.
Тэхён завалился на спину, пребывая в эйфории, и ощущал в теле потрясающую лёгкость. Оказывается, заниматься любовью намного круче, чем дрочить в одиночку. Чимин пришёл в себя, достал из-под подушки полотенце и вытер себя, а потом альфу, после чего свернул его и положил на пол, попутно заглядывая к сыну. Потом он посмотрел на часы в телефоне, и вернулся к Тэхёну, укладываясь рядом с ним, укрывая лёгким покрывалом нагие тела. Чимин положил голову и ладонь на грудь альфе, а тот обнял его рукой, прижимая к себе сильнее. Они полежали немного в тишине, а потом Тэхён поцеловал омегу в лоб и прошептал:
— Чиминни, ты лишил меня девственности, и теперь должен на мне жениться, — они засмеялись над шуткой, так как обычно омега приходил девственным к альфе, а не наоборот.
— Ты прав, я должен взять ответственность за свой поступок.
Они ещё немного пошутили по этому поводу, а потом замолчали.
— Чиминни, а если серьёзно, ты выйдешь за меня? — проговорил серьёзным тоном Тэхён, с замиранием сердца ожидая ответ. Чимин напрягся, а потом поднял голову и посмотрел альфе в лицо, как будто пытаясь найти там ответы на свои вопросы.
— Ты что мне, правда, делаешь предложение? После первого же секса? В темноте? Вот так вот? — Тэхён растерялся и не знал, что ответить, и, думая, он тяжело сглотнул, а потом тихо проговорил, запинаясь:
— Ну, это… был… предварительный… социологический опрос! Вот! Да, ведь такие серьёзные предложения не делаются вот так вот… надо подготовиться. Да? — Чимин угукнул ему в ответ, снова укладывая голову на грудь альфе и слушал как быстро бьётся его сердце. Ишь, как разволновался. — Чиминни, так какой твой будет ответ?
— Ну, если это предварительный опрос, то я ещё подумаю и выберу ответ «не знаю». А ты пока готовься к настоящему опросу. Только не спеши, мне, правда, надо подумать.
Тэхён расплылся в улыбке и положил Чимина всего на себя, обнимая его и нежно целуя. Чимин хотел спать и погружался в дрёму, но потом вздрагивал и просыпался, стараясь больше не засыпать, но у него не получалось. Тэхён спросил почему он не спит, и омега ответил, что вскоре проснётся Мина и надо будет им заняться, на что Тэхён уверил Чимина, что тот может спать спокойно, так как он сам позаботиться о младенце, ведь спать ему не хочется. Чимин успел только благодарно улыбнуться ему, как тут же уснул, прижав пальчики к губам. А Тэхён чувствовал себя самым счастливым человеком на Земле, обнимая любимого. Минут через двадцать закряхтел Мина, и Тэхён осторожно выполз из-под омеги, дав ему взамен себя подушку, на которой Чимин удобно устроился. Тэхён нашёл свои трусы, быстро влез в них, и взял младенца на руки, стараясь опередить его и не дать разреветься сиреной. Альфа быстро управился с кормлением, проверил подгузник, и укачал малыша, после чего положил его в кроватку, а потом вернулся к спящему омеге, от любви к которому пело сердце, как в старых мультфильмах, и хотелось танцевать. Но это желание альфа решил исполнить утром, а пока он обнял Чимина и через время уснул.
***
Утром Тэхён проснулся от странного запаха, забивавшего его нос, отчего хотелось постоянно чихать. Он почесал нос и помахал рукой перед ним, пытаясь разогнать запах, но результата было ноль. Тогда он уткнулся лицом в подушку, но и так было сложно дышать, а запах всё равно ощущался. Тэхён открыл глаза и увидел на другой половине кровати Чимина, который кормил малыша и с улыбкой и интересом смотрел на альфу. — Что с тобой, Тэхён-и? — Пахнет тут чем-то непонятным, не знаю даже чем, — прогундосил альфа, морща лицо. Неужели простудился? Но как умудрился-то? Или ему секс противопоказан? — Проветрить бы. Тэхён замотался в одеяло, так как вдруг почувствовал дикое смущение, и потянулся к Чимину за поцелуем, но почувствовал только усилившийся запах, на миг остановился, а потом, поменяв траекторию движения, вместо губ чмокнул омегу в щёку, и быстро от него сбежал в свою ванную комнату. Тут дышалось намного легче. Он посмотрел на себя в зеркало и замер: нос распух и покраснел, ещё и сопли вдруг потекли, а в довершении картины засвербило внутри, и альфа начал чихать. После пятого раза Тэхён сбился, да и отвлёкся на поиски салфеток. Когда приступ чихания прошёл, он умылся и высморкался. Надо же, он, наверное, единственный, кто после секса с любимым простудился. Неужели так жарко вчера было? Раздался стук в дверь, а потом показался обеспокоенный Чимин, который спрашивал о его самочувствии. И пока они разговаривали, альфа опять почувствовал этот странный удушливый запах, и снова стал чихать. Чимин выскочил из ванной и побежал в комнату в поисках своего мобильного. Он набрал номер Хосока и нервно постукивал пальцем по телефону в ожидании ответа. — Алло, милый, здравствуй, — раздался жизнерадостный голос старшего. — Ты чего так рано? Что-то случилось? — Да, Хосок, доброе утро. Тут Тэхёну плохо. У него нос распух, и он постоянно чихает, да тебе, наверное, и так слышно. — Да, действительно, когда мой племянник чихает, его слышит вся округа. Но такое даже на простуду не похоже. Милый, скажи, а вы вчера ничем таким не занимались? — наступило молчание, которое разбавляло лишь громоподобное чихание альфы со стороны Чимина, и звяканье посудой со стороны Хосока. — Чиминни, ты чего молчишь? Что вы вчера делали? — Ну, мы… мы… занимались… — Вы переспали?! — радостно воскликнул Хосок, отчего Чимин залился краской. — Молодцы, я рад за вас. Но тогда у меня есть единственное объяснение состояния Тэхёна: он начал чувствовать природные запахи. И в частности твой. — Но ему так плохо! — Подожди, милый, он девять лет не ощущал естественные ароматы людей, организму надо привыкнуть и перестроиться. Я сейчас позвоню нашему доктору и попрошу его принять Тэхёна, пусть осмотрит его. А ты найди в его шкафу, на нижней полке, самую плотную маску для лица. Я скоро подъеду. Запаха у меня сейчас нет, и ему со мной будет легче, чем с тобой. Ты только не обижайся на него, Чиминни. Он скоро придёт в норму. Чимин положил телефон на столик, и поразился наступившей тишине: Тэхён перестал чихать. Омега проверил сына в кроватке, который игрался с подвесными игрушками, а потом направился в комнату альфы, открыл все окна, подошёл к его шкафу с вещами и стал быстро искать плотную маску. Он нашёл даже две и обе положил на кровать альфы, прокричав ему через дверь, чтобы надел потом маску, после чего вышел из его комнаты и закрыл дверь, прячась у себя. Это же хорошо, что к Тэхёну вернулось альфье обоняние, верно? Он теперь сможет почувствовать Чимина, да и его собственный запах должен проявиться. Это же хорошо? Размышления омеги через некоторое время прервал Тэхён, который постучался в его дверь, и попросил открыть ему, но Чимин громко проговорил: — Нет, нет, Тэхён, не надо. Тебе плохо из-за меня, точнее из-за моего природного аромата. Ты маску надел? Хорошо. Скоро Хосок приедет, он договорился о приёме у врача, спустись к нему сам, чтобы он не поднимался. И поосторожнее на улице, там очень много различных запахов, даже у меня иногда голова кружится от их переизбытка. Тэхён сказал, что любит Чимина, после чего вышел из квартиры, а потом вернулся с Хосоком часа через четыре, и сразу ушёл к себе. Хосок поцеловал Чимина в щёку и сказал, что врач дал им положительный прогноз. Сейчас Тэхён ещё не чувствует ароматы так, как их чувствуют обычные люди. Для него любой посторонний природный запах альфы или омеги ощущается спёртым и тяжёлым, непривычным, что заставляет его отворачиваться и прятаться, но рецепторы вскоре заработают и он придёт в норму, а для этого врач прописал ему курс лечения, рассчитанный на пару недель. Хосок просил Чимина набраться терпения, так как врач предупредил, что Тэхён может стать агрессивным из-за его проснувшейся сущности альфы. Обычно все альфы проходят такой период в подростковом возрасте, когда у них гормоны скачут, и именно тогда они учатся сдерживать себя и своего зверя внутри, но Тэхён этот период пропустил и сейчас ему может быть сложно адаптироваться. Две недели пролетели в относительном спокойствии. Тэхён через пару дней уже мог находиться в компании Чимина, особенно сразу после приёма лекарств и капель, а уже через полторы недели лечения с удовольствием распознал запах Чимина — лёгкий аромат винограда. Он не выпускал Чимина из объятий, постоянно тыкался ему в шею носом, и не мог надышаться им. Потом они снова занялись любовью и не спеша наслаждались друг другом. Вскоре Тэхён мог чувствовать чужие запахи, и точно научился различать ароматы омег и альф. Но Чимина настораживало, что Тэхён перестал обращать внимание на младенца. Чимин никогда не настаивал на том, чтобы альфа нянчился с его сыном, это было желание самого Тэхёна, но сейчас он даже старался уйти из комнаты, если Чимин входил с малышом. И чем больше проходило времени, тем явнее становилось видно, как Тэхёну не нравится Мина. Он всё чаще недовольно цокал или закатывал глаза, стоило только упомянуть омежку, раздражался, когда тот плакал, ни разу не взял на руки, и тем более не поднимался к нему ночью. Чимин жаловался Хосоку на младшего, но что тот мог сделать? Оставалось только ждать и надеяться, что альфа снова примет малыша. Всё стало намного хуже после того, как к ним в гости пришёл Юнги. Всё это время они с Чонгуком находились на лечебных водах, которые порекомендовал лечащий врач Юнги, и он сейчас действительно выглядел счастливым. К счастью, Чонгук снова не пришёл, иначе неизвестно что произошло бы, если бы Тэхён увидел его сейчас в своём взвинченном состоянии. Тэхён обнял Юнги как обычно, но стоило ему вдохнуть аромат брата, идеально сочетающийся с запахом чужого альфы, как его переклинило. Он не понял разницу между запахами Юнги и Чимина, и его взбесило, что любимый виноградный аромат испорчен чужим. Юнги не на шутку испугался, ведь брат никогда не был таким, и он дрожал, пока альфа орал на него. К счастью тут же вернулся с прогулки Чимин, и к огромному облегчению он не держал ребёнка, который весело агукал на руках Джина, так как Тэхён с разбегу накинулся на него, обнимая и заваливая на пол. Чимин испугался и пытался вырваться, но Тэхён не отпускал его, наоборот сильнее сжимал до боли в своих руках, и Хосок попросил плачущего омегу не сопротивляться. Чимин замер в руках альфы, который как сумасшедший твердил, что он только его и никто его у него не заберёт, а потом стал целовать и вылизывать длинную шею, пребывая в эйфории от запаха своего истинного. Когда Тэхён принялся прикусывать кожу, Чимин стал отталкивать его, умоляя не кусать его. — Но почему, Чиминни? Почему? Ты ведь мой, я хочу тебя пометить. Ты мой, — как заведённый проговаривал Тэхён, не замечая слёз омеги. Чимин, наконец-то, понял, что Тэхён не собирается кусать его без его согласия, и запустил руку в свои волосы, убирая их со лба. Страх испарился, оставив после себя лишь растерянность. Тэхён хоть и продолжал лежать на нём, но больше не причинял боли, тыкаясь носом и губами ему в шею, как слепой щенок. Чимин приподнял голову и увидел в стороне трёх омег с ребёнком на руках, которые пребывали в разной степени шока. Чимин обязательно посмеялся бы над ними, если бы не слетевший с катушек альфа. Он обнял его и погладил по голове, отчего Тэхён тут же затих, принимая ласку. — Тэхён-и, я очень хочу получить от тебя метку, но я ещё не готов. Подожди немножко, хорошо? Альфа закивал, ластясь к руке омеги, потом положил голову ему на плечо и носом упёрся в шею, собираясь заснуть. Сейчас эмоциональное состояние альфы было нестабильным, и после таких всплесков его часто клонило в сон, да и таблетки тоже способствовали этому, вызывая вялость своими побочными действиями. Чимин подождал немного, когда младший станет сонным и попросил его подняться. Тэхён беспрекословно подчинился, и они дошли до его комнаты, где легли вместе в кровать. Тэхён через пару минут уже крепко спал, а Чимин выпутался из его объятий, укрыл, и быстро побежал на кухню, где омеги уже успели прийти в себя и обсуждали увиденное. Юнги кормил ребёнка и с улыбкой смотрел на него, нежно целуя в лоб. — Это что сейчас было? — спросил Чимин, после того как выпил целый стакан воды. — Я так испугался! У меня до сих пор руки дрожат! — Он взбесился, когда обнял меня, — проговорил Юнги, продолжая кормить Мину. — У нас же с тобой запахи почти одинаковые… он кричал, что я… что я… его альфа попутал нас, и он подумал, что я его истинный, и что я предал его, связавшись с другим альфой. Если честно, я испугался своего же младшего брата. Я никогда не видел Тэхёна таким. Он был действительно страшным и агрессивным. Я даже подумал, что он может ударить меня. А потом появился ты, Чимин, и он тут же изменился, увидев тебя. Я думаю, он понял свою ошибку. И только тебе он готов подчиняться. Ты не обманул его и согласен на метку? — Да, мы же истинные, хотя он мне и до этого нравился. Тэхён хороший, нужно только разобраться, что делать дальше. Верно? — Да, милый, верно. Спасибо тебе, что не растерялся. Я, если честно, тоже струхнул, — смущенно признался Хосок. Но даже Джин не стал смеяться над ним, подложив ему пирожное в тарелку, после поцеловав в щёку. — Если ты не против, Чимин, то я на всякий случай побуду пока с вами, хорошо? Чимин тут же закивал, так как сам обдумывал это. Ему не хотелось оставаться наедине с таким Тэхёном. Хосок повернулся к Джину, и они о чём-то шептались, а Чимин обратил внимание на Юнги, который смутился от пристального взгляда, и спросил в чём дело. — Ничего, просто смотрю, — улыбнулся Чимин. — Ты хорошо выглядишь. Отдых пошёл тебе на пользу. Как у вас дела с Чонгуком? — У нас всё хорошо. Чонгук устроился на хорошую работу, и успевает ещё учиться. Я помогаю ему с дипломной работой, немножко осталось до выпуска. У нас, правда, всё хорошо, — Юнги замолчал, убирая бутылочку на стол, и перекладывая омежку на руках, а потом проговорил, смотря на Чимина: — Он спрашивал о сыне. Спрашивал, как он растёт и на кого похож. Чимин, можно ему познакомиться с сыном? Пожалуйста… — Юнги-хён, давай сначала с Тэхёном разберёмся, а потом уже с Чонгуком, хорошо? А то я боюсь, что если он сейчас увидит Чонгука, то придётся всем убегать. Потом, всё потом. Я не против, чтобы он познакомился с сыном, но не сейчас. Юнги согласно кивнул и передал Чимину ребёнка. Они все поужинали, прислушиваясь к звукам квартиры, а потом Джин и Юнги ушли домой. Хосок лёг в гостевой комнате, в которой иногда оставался, а Чимин сделал сыну все процедуры перед сном, и уложил на своей кровати рядом с собой, поглаживая его по груди, да так и уснул. Проснулся ночью от того, что Тэхён обнял его со спины и снова ткнулся носом в шею, мирно засопев. Чимин тоже задремал, но вскоре его разбудил плач ребёнка. Он проверил подгузник, после чего взял сына на руки и стал покачивать, прижимая его головку к своей щеке, как вдруг услышал недовольное: — Уйми своего ребёнка! Задолбал орать. Бесит. Чимин уставился на Тэхёна, который пытался закрыть уши руками, а потом выбежал на кухню, не переставая качать малыша. Мина не унимался и продолжал плакать, а Чимин пытался приготовить ему смесь, но не совсем у него получалось укачивать и отмерять ингредиенты. Тут в кухне показался сонный Хосок и, быстро оценив ситуацию, принялся готовить, а Чимин ходил вокруг стола и качал сына. Вскоре Мина получил долгожданную бутылочку и затих, смачно чмокая соской, а Хосок ушёл к себе. Чимин долго ещё потом сидел на кухне, качая уснувшего ребёнка, и не решался возвращаться к альфе, но идти всё же надо было. Он тихо прошёл к кроватке и уложил в неё сына, после чего лёг в постель, и его тут же обнял Тэхён, пробормотав, что заждался уже. К счастью для Чимина, альфа не стал его домогаться, довольствуясь лишь малым, и Чимин был ему за это благодарен, иначе мог не сдержаться и оттолкнуть. Следующие два дня были ужасные. Тэхён ревновал Чимина к Мине, и закатывал истерики по любому поводу. То он долго его держит на руках, то подарил маленькому больше поцелуев, чем ему, то ребёнок слишком громко плачет, то слишком долго, то запах от него ужасный в определённые моменты. В общем, постоянно придирался. Но стоило Чимину отдать сына Хосоку, как Тэхён успокаивался и снова становился прежним ласковым и заботливым альфой. К ночи Чимин не выдержал и сам повысил голос на альфу: — Тэхён, если ты и дальше будешь орать на моего сына, я уйду от тебя! Мы с ним единое целое, и если ты больше не принимаешь, его, значит, и я тебе не нужен. — Ну и прекрасно! Наконец-то наступит долгожданная тишина в моей квартире! Чимин пораженно замолчал, обдумывая услышанное. Тэхён отвернулся от него, скрестив руки на груди, как обиженный ребёнок, или скорее как подросток, которого старшие не понимают. И что дальше делать? Как вернуть прежнего Тэхёна? — Тэхён, что с тобой происходит? Ты же был совсем другим. Тэхён? — тихо проговорил Чимин, не надеясь на ответ. Но Тэхён снова удивил его, ответив: — Он просто меня раздражает. Ты уверен, что это твой сын? Он такой противный. И запах у него совсем другой. Чей это запах? Твоего бывшего? Чей? — Ты поэтому бесишься? Что у Мины не мой аромат? Но не только в твоей семье рулит наследственность, в моей тоже! У Мины запах моего папы, а у меня моего дедушки. У нас чередуются запахи через поколение, и я с уверенностью могу сказать, что омежка Мины будет пахнуть мной, в независимости от наследственности альфы, его возможного отца. Мина мой сын, и я не позволю его обижать. Ты сам привёл меня к себе, сам сказал, что готов воспитывать ребёнка от другого альфы, а теперь бесишься. Ты забыл об этом рассказать своему проснувшемуся альфе? Ну, так это твои проблемы, не мои. Договорись с ним, и перестань изводить меня, иначе мне придется оставить тебя. Уходи, я не хочу сегодня с тобой спать. Тэхён выскочил из комнаты, громко хлопнув дверью. К счастью, Мина не проснулся, и Чимин осторожно взял его на руки и положил с собой в постель, укладываясь возле него. Ещё два дня прошли в напряжённой тишине. Тэхён не вылезал из своего кабинета и глушил кофе литрами, пытаясь работать. Чимин на цыпочках ходил, стараясь предугадать любое желание сына и не дать ему повода разреветься. Но тут пришёл Хосок с грандиозной идеей и стал уговаривать Чимина на рискованный эксперимент. А надоумил его на это их семейный врач, с которым Хосок решил посоветоваться, и который ещё сообщил, как можно усмирить альфу при помощи метки. Ещё день старший потратил на то, чтобы уговорить Чимина, который к вечеру всё-таки сдался. Он скрепя сердце оставил сына на пеленальном столике, позаботившись, чтобы он не упал случайно и подчинился Хосоку, который тащил его за руку на кухню. Вскоре Мина захныкал, а потом и заплакал, требуя внимания к своей персоне. Чимин заламывал руки и кусал губы, но Хосок упорно не пускал его, дожидаясь действий от альфы. Минут через пять-десять раздался недовольный крик Тэхёна: — Чимин! Сделай так, чтобы твой сын замолчал! И хлопнул дверью, снова прячась в своём логове. Но ребёнок продолжал кричать, и вскоре Тэхён снова вышел, зовя Чимина и оглядывая квартиру. До кухни он не дошёл, повернув с психами и яростными ругательствами к комнате, откуда доносился рёв омежки. Чимин вырвался из крепкой хватки старшего со словами: — Да пусти же меня! Он же убьёт его! — бросился за альфой, но Хосок успел его нагнать и задержал в дверях. Они смотрели на то, как Тэхён стоял рядом с пеленальным столиком и смотрел на ребёнка, а тот замолчал, увидев взрослого. Тэхён тяжело дышал, сжав кулаки, а потом неожиданно для всех махнул в воздухе рукой со всей силы, отчего даже у взрослых сердце ёкнуло, а Мина вздрогнул и снова разразился плачем. Чимин дёрнулся, с целью успокоить ребёнка, но Хосок со всей силы вцепился в его руки, оставляя синяки на запястьях и прижал его к двери, с замиранием сердца следя за племянником. Тэхён продолжал стоять над омежкой, борясь с собой, а потом провёл пальцем по его сомкнутым в кулачок пальчикам и проговорил, слегка наклоняясь корпусом над ним, заглядывая в покрасневшее и заплаканное личико: — Эй, Мина, ты меня что ли испугался? Прости меня, малыш. Это же я, помнишь меня? — Тэхён не убирал палец от ручки ребёнка и тот вскоре обхватил его всеми пальчиками, продолжая заливаться слезами. Тэхён взял его на руки и прижал к своей груди, прижимаясь щекой к горячей головке ребёнка, укачивал его и приговаривал, иногда целуя маленький лоб. — Всё, малыш, всё хорошо, солнышко, не плачь, всё хорошо. Сейчас твой папа придёт, а мы его вместе подождём, да? Ты только не плачь. Я не хотел тебя пугать. Я же люблю тебя. Всем сердцем люблю, как и папу твоего. Какой же ты хороший, не плачешь больше. Умница, Мина, умница. Давай папу поищем. Куда же это он пропал? Тэхён развернулся к дверям и в тоже время Хосок отпустил Чимина, безумно радуясь тому, что его ожидания оправдались, хоть он и сомневался, если честно. Уж очень странный был Тэхён в последнее время и совсем не вызывал доверия. Чимин подбежал к альфе и забрал у него сына, а тот замер, вдыхая полной грудью запах истинного. Соскучился. Три дня специально избегал и прятался, обижался и боролся с собой, но каждую секунду чувствовал присутствие истинного, и все равно соскучился. Чимин не отгонял от себя Тэхёна, а тот не отходил от него, пожирая голодным взглядом и постоянно прикасаясь к нежной коже хоть на секундочку, жадно вдыхая любимый аромат. Хосок наблюдал за парочкой, и поражался выдержке Тэхёна. Или он действительно боится причинить боль Чимину и готов ждать его согласия, либо он даже не подумал, что может немного надавить на омегу и тот мгновенно сдастся. Ночью Чимин выпроводил альфу из своей спальни, а день прошёл в прежнем режиме: Тэхён с вожделением следил за каждым движением омеги, а тот делал вид, что ничего не замечает, вяло отмахиваясь от поползновений в свою сторону. Единственным желанием у Чимина было выспаться. Он раньше не ценил в полной мере заботу Тэхёна о ребёнке, принимая как должное, что давало ему возможность спать ночью, а сейчас вот почувствовал нехватку альфы в этом плане. Вечером Чимин искупал сына, положил его голеньким возле себя в постели, прилёг рядом с ним, да и отрубился в то же мгновение, как голова коснулась подушки. Проснулся он утром с долгожданным чувством, что выспался. Чимин потянулся всем телом, а потом вскочил оглядываясь, не находя ребёнка в комнате. Чимин в панике бросился осматривать квартиру, но везде было тихо, и он побежал в комнату альфы, где и увидел прелестную картину: Тэхён спал на боку в центре кровати, рукой обнимая омежку, который одетый в подгузник и ползунки не спал, тихонько кряхтел и сучил ручками, а иногда и ножками. Мина расплылся в улыбке, стоило ему увидеть встревоженного папочку, и Чимин глубоко вздохнул, положив руку в области сердца, пытаясь тем самым успокоиться. Он забрался в постель и сел на колени, улыбаясь сыну и поглаживая его ручку. Тэхён проснулся сразу же, как под тяжестью тела Чимина прогнулась кровать, и спросонья осмотревшись, улыбнулся омегам и лег на спину, потягиваясь, после закидывая руки за голову и укладывая её на ладони. — Ты зачем забрал малыша? — тихо спросил Чимин, наблюдая за сыном. Мина поднимал ножки вверх и хватался за них ручками, усердно кряхтя и надувая и без того пухлые щёки. — Ты устал, тебе нужно было выспаться, — просто ответил Тэхён, с нежностью смотря на омегу. — Спасибо, — с улыбкой проговорил Чимин, упираясь руками в кровать и наклоняясь к альфе, чтобы поцеловать его в губы. — Ты сегодня дома? — Вечером да, но сейчас мне надо будет уйти в офис. А что? — Нет, ничего. Кушать пойдём? — Тэхён кивнул, и Чимин обратил внимание на сына, стал с ним ворковать и игриво целовать, вызывая смех у малыша. Настоящая семейная идиллия. Вскоре Тэхён ушёл на работу, а Чимин попросил Хосока к вечеру забрать сына к себе, чтобы без помех выполнить задуманное. Только вот выбрал он не совсем удачное время, что понял сразу же, услышав сильный хлопок входной дверью. Ушёл Тэхён в хорошем настроении, а вот вернулся злым. Но Чимин решил не отступать, зря он что ли так долго готовился? Он прошёл к Тэхёну в комнату и следил, как тот с яростью сдирает с себя одежду и разбрасывает её по комнате, при этом шипя ругательства сквозь зубы. Но вдруг он замер, с шумом вдыхая воздух, потом медленно развернулся и горящими глазами уставился на милого омегу, как будто появившегося из аниме. Чимин сейчас был потрясающе красив, с пушистыми слегка накрученными волосами, искусно подкрашенными глазами и блестящими губами. Шёлковая красивая пижама выглядела на его теле как самый дорогой костюм от знаменитого кутюрье. Не омега, а произведение искусства. Они долго стояли, разглядывая друг друга, пока Чимин не шагнул к альфе, заметив как у него резко расширились зрачки от возбуждения. Чимин встал рядом с ним, коснулся пальчиками груди альфы, и робко заглянул ему в глаза, растягивая губы в соблазнительной улыбке. — Тэхён-а, — сладкий голосок вызвал стаю мурашек по телу альфы, и он ожил, обнимая стальной хваткой желанного омегу, впиваясь жгучим поцелуем ему в губы. Чимин обнял Тэхёна за шею, подпрыгнул и обхватил ногами его талию, а альфа тут же подхватил его под ягодицы, удерживая на весу и не прерывая поцелуй. Ставшие яркими и густыми от возбуждения запахи витали в комнате и смешивались, создавая идеальный букет. Тэхён направился к постели и осторожно положил на неё омегу, продолжая его целовать, попутно расстегивая пижаму. Раздвинув полы в стороны, альфа стал целовать шею, ключицы и, пройдясь быстрыми поцелуями по груди и животу, взялся за штаны. Чимин продолжал держать альфу в захвате своих ног, и с улыбкой следил за тем, как тот пытается и штаны с него снять, и не быть слишком грубым. Чимин сдался сразу, как только оголили его ягодицы, приподняв над постелью, выпустил альфу из захвата и дал ему беспрепятственно стянуть штаны с трусами. Пока Тэхён возился со своей одеждой, Чимин быстро снял пижамную рубашку и откинул её подальше на пол. Тэхён упал на него с высоты своего роста и стал покрывать выгибающееся тело поцелуями. Ему нравилось чувствовать маленькие пальчики в своих волосах, и нравилось как желанное тело дрожало в его руках и отзывалось на ласки. Изумительный мальчик. Чимин поджал пальцы на ногах и приподнял бёдра над постелью, когда Тэхён взял в рот его член. Потрясающие ощущения. Тэхён ласкал маленький член губами и языком и облизывал его, как самую вкусную в мире конфету, заставляя Чимина терять голову от ощущений и громко стонать. Чимин тяжело задышал, предвкушая разрядку, но Тэхён вдруг выпустил член изо рта и стал целовать внутренние стороны бёдер, чем вызвал разочарованный вздох Чимина. Он рассердился и оттолкнул от себя альфу, сводя ноги вместе, и раздражённо глянул на него. Тэхён на это лишь задорно улыбнулся и чмокнул омегу в первое место куда дотянулся — в коленку, а потом встал с постели и исчез в ванной, после возвращаясь со смазкой. Он легонько ударил по руке Чимина, который надрачивал свой член, пытаясь поймать ускользнувший оргазм, отчего омега надул губы от обиды. Это что за поведение такое? Тэхён совсем обалдел? Чимин сел в постели и отвернулся от него, решая: уйти ему или плюнуть на всё и сделать то, что задумал. Тэхён сел позади омеги и положил смазку рядом с собой. — Чиминни, — позвал альфа, но тот упорно отворачивался. Тэхён поцеловал пухленькое плечико, а потом зарылся носом в пушистые волосы, обхватывая омегу рукой поперёк живота. — Если б ты знал, как я тебя люблю. Больше жизни люблю тебя, Чимин. Я ради тебя готов сделать, что угодно. Даже когда ты сердишься на меня, я все равно тебя безумно люблю. Я хочу, чтобы ты был только моим. Только моим, слышишь? Ты согласен, Чимин? Согласен? Чимин давно уже развернулся в руках альфы и млел от его слов, поцелуев и объятий, а потом пробормотал, что согласен, и альфа может делать с ним всё, что захочет. Потом они выяснили, что Чимину растяжка не нужна, так как он готовился, но Тэхён всё равно проверил омегу пальцами, после чего перехватил его ноги под коленями, завёл их вверх, к груди Чимина, аккуратно вошёл в него, и сразу же задал средний темп, выбивая стоны из любимого. Тэхён равномерно вбивался в Чимина, иногда целуя его в губы или шею. Вскоре омега снова почувствовал приближение оргазма, но Тэхён вышел из него, вырывая разочарованное хныканье из груди любимого, перевернул его на живот, и тут же вошёл, продолжив трахать его, упираясь ладонями в поясницу. Но момент был упущен и Чимин вцепился в простыню, сжимая руки в кулаки и мысленно ругая альфу на чём свет стоит. Он приподнял зад так, чтобы при движении член тёрся о поверхность, и с радостью почувствовал вернувшееся возбуждение. Вскоре Тэхён лёг на спину Чимина и обнял его за плечи поперёк груди, после чего ускорил темп. Они оба давно уже взмокли, но никто не обращал внимания на это, а Тэхён ещё и слизнул капельку пота, скользнувшую по виску омеги. Он поцеловал его ухо, а потом громко зашептал, замолкая лишь для того, чтобы облизать мочку или прикусить её слегка зубами: — Чиминни, я хочу тебя пометить, я люблю тебя и хочу тебя…. Ты слышишь, хочу, чтобы все знали, что ты мой… только мой… хочу тебя пометить… слышишь… хочу…. — Я… против… хён… не… против… ах… делай… кусай… — скулил Чимин, но дыхания не хватало проговорить чётко, а пожар в теле грозил совсем лишить воли и сознания. Собравшись, Чимин выгнулся в спине и повернул голову к Тэхёну, подставляя шею и плечо ему прямо под губы: — Я… хочу метку… от тебя… разрешаю… хочу, Тэхён… давай. Тэхён поцеловал Чимина в губы, делая финальные толчки, и они оба одновременно кончили, но альфа не спешил выходить из растраханного отверстия, наоборот толкнулся глубже, чувствуя набухающий узел. Он целовал и вылизывал левую сторону шеи Чимина, который млел, расслабленный от пережитого потрясающего оргазма. Тэхён слегка прикусил кожу в месте метки, и Чимин вздрогнул, сокращая анальные мышцы, отчего они оба получили новую порцию наслаждения, прокатившуюся по телам жаркой волной. Тэхён снова толкнулся бёдрами, отвлекая омегу от предстоящей боли, а потом впился зубами в нежную кожу, вырывая из горла Чимина громкий крик боли. Он медленно стал зализывать пульсирующую ранку, сильнее сжимая в руках дрожащего возлюбленного, а потом получил новый оргазм вслед за Чимином, который давно уже забыл о боли, ощущая лишь удовлетворение. Они долго ещё лежали в сцепке, целуясь и не разжимая рук с переплетёнными пальцами. Утром Тэхён проснулся один с потрясающим чувством лёгкости во всём теле, а главное в мыслях. Он больше не чувствовал постоянного раздражения, ему не хотелось бежать на поиски истинного, и узнавать чем он занят. Он чувствовал его, ощущал, что с ним всё хорошо и он в хорошем настроении, и от этого становилось ещё лучше. Тэхён направился в душ, быстро помылся, оделся и всё-таки отправился на поиски омеги. Чимин нашёлся в своей ванной. Он стоял перед зеркалом, задумчиво гладил пальчиком свежую метку и улыбался своим мыслям. Тэхён обнял его со спины и поцеловал пальцы, а потом и саму метку. Странно было вдыхать собственный запах, исходивший теперь от любимого, но альфа в груди довольно урчал, заставляя и Тэхёна улыбаться. Чимин развернулся в руках альфы, и поцеловал его, а потом обхватил ладонями лицо и долго вглядывался в его глаза, водя пальцами по скулам. — Что? Что такое? — наконец хрипло спросил Тэхён. — Твои глаза, — проговорил Чимин, продолжая ласкать лицо альфы. — Они стали прежними. Весь этот непростой месяц они как будто светились и горели, особенно когда ты злился. Я прямо видел огонь в них. А сейчас они нормальные. Как будто твой альфа успокоился, пометив меня. Ты успокоился. — Спасибо тебе, любимый, что не сбежал от меня. Мне очень стыдно за своё поведение, особенно за отношение к Мине, и я прошу у тебя прощения. Я помнил, что люблю его, что он твой сын, но стоило мне подойти к нему, как меня выворачивало от отвращения. Не мой. Чужой. Но когда я увидел, как он меня испугался… я не знаю, Чиминни, как это объяснить… как будто пелена спала с глаз и чувств. Да, он не мой, но я всё равно люблю его, я хочу заботиться о нём, защищать, оберегать. Хочу увидеть его первые шаги, услышать первое слово, побить первого альфу, который приударит за ним, — Чимин на этом моменте засмеялся, вытирая слёзы, и Тэхён поцеловал его в щёку, чувствуя как в груди трепетно горит нежность и любовь к истинному, и отзывается приятной дрожью по телу от того, что взаимно. — Я хочу прожить с тобой всю жизнь. Я люблю тебя, Чимин. — Ты снова делаешь мне предложение в неудачном месте, — шмыгая носом, пробормотал Чимин. Тэхён поцеловал пухлые губы, и убежал с криками, чтобы омега его подождал. Чимин умылся и привёл себя в порядок, вышел в комнату и позвонил Джину, узнать как там сыночек, и попутно переоделся в уличную одежду так как собрался ехать за ним. Чимин взял телефон и вышел в зал и тут же появился явно волнующийся Тэхён. Он переоделся в смокинг, и даже лакированные туфли обул. Чимин в удивлении остановился и разглядывал красивого альфу, который встал перед ним и нервными движениями крутил черную коробочку в руках. — Я готовился… я столько раз представлял это в голове еще в школе… Боже, Чимин, я… я всю свою речь забыл… — разочарованно протянул Тэхён, горько вздыхая. — Тэхён, всё нормально. Расслабься, — Чимин улыбался, глядя на расстроенного альфу, и чувствовал как сам начинает волноваться. Тэхён тоже улыбнулся, упал на колено и, смотря на омегу, проговорил: — Чимин, ты выйдешь за меня замуж? — Тэхён замер в ожидании ответа, а потом вспомнил о коробочке, трясущимися руками открыл её и протянул Чимину, предлагая красивое изящное колечко. — Да, Тэхён-а, я выйду за тебя, — сказал Чимин, протягивая руку, и Тэхён достал кольцо из коробочки, крепко держа его, помня о всех плохих приметах в случае его падения, взял осторожно омегу за руку и надел колечко на безымянный палец, и, не дав любимому полюбоваться им, обхватил руками его бёдра, поднимая над полом, и закружил в воздухе, делясь своей радостью с ним. После бесконечных поцелуев, Тэхён проговорил, залезая Чимину под футболку: — Ты зря одевался, любимый, я хочу затащить тебя в постель и не выпускать оттуда минимум неделю. — Ах, мне и это твоё предложение нравится, но сейчас всё же не время. Давай отложим это до течки, ты же не против? Всего лишь пару недель подождать, а потом круглые сутки буду полностью твоим. — Какое заманчивое предложение. Я принимаю его, но требую предоставить пробную версию для тестирования вашего… вашего продукта, — закончил Тэхён, беря Чимина на руки и унося его в ближайшую комнату. — Дурачок, — смешливо пробормотал Чимин, снова целуя любимые губы. Постоянно целуясь, они освобождали друг друга от одежды, блуждая руками по телу. Чимин удобно улёгся в постели, тут же раздвигая ноги, но Тэхён, сев на колени, ухватил его за бёдра и потянул на себя, заставляя тем самым прогнуться в спине, так как плечи и голова оставались на постели, в то время как попа его удобно расположилась на коленях альфы, а ноги легли по бокам от него. Тэхён скользил ладонями по телу Чимина, оглаживая грудь, талию, бёдра, и покрывал солнечное сплетение поцелуями, после дотягиваясь губами к соскам. Рукой он обхватил член омеги, лаская его неспешными движениями, а своим потерся о промежность, что приятным теплом дарила удовольствие напряжённому органу. Вскоре Тэхён положил свои ладони на ягодицы Чимина, раздвинул их и толкнулся в колечко мышц, легко принявшее член в своё жаркое нутро. Альфа обхватил омегу за талию и стал вбиваться в него, наслаждаясь ещё и красивым зрелищем, которое представлял сейчас выгибающийся в его руках и от его толчков Чимин. Омега закинул руки за голову, продолжая тем самым плавную сексуальную линию своего тела, и закрыв глаза, принимал каждый толчок, тихо постанывая через приоткрытые пухлые губы, от которых не мог оторвать взгляд альфа. Через время Тэхён поменял положение тела, вытянув ноги перед собой и опираясь спиной на подушки, поднял Чимина, не выходя из него членом, и усадил его сверху, предлагая самому продолжить дальше. Чимин безмолвно повиновался тут же начиная двигаться на члене, обнял альфу и прильнул к его губам. После того как они кончили, Чимин растекся по груди альфы, как будто в его теле расплавились все кости, и они просто молча лежали в объятиях друг друга, отдыхая. Ближе к вечеру они всё-таки выбрались из кровати, приняли вместе душ, где провели больше положенного времени, снова трахаясь, собрались и поехали за ребёнком. Там подверглись допросу с пристрастием от старших, которые не отпустили их, пока не выяснили малейшую деталь произошедшего и планов на будущее, и не наполнили их желудки едой до отказа, еще и сверху лотков надавали. Попав наконец домой Чимин отправил альфу разбираться с едой, а сам переодел Мину, а потом положил его в обруч на ковре, запустил игрушку и стал наблюдать, поглаживая пальцем новое кольцо. Мина лежал на животе, упираясь ручками в пол, тем самым приподняв верхнюю часть тела над ковром, и поворачивал голову на звук бьющейся машинки об обруч или об него самого. Тэхён сел позади Чимина на диване, и обнял его, целуя в шею, после чего они оба наблюдали за Миной, чувствуя умиротворение.***
Наполненные заботами дни, сменялись ночами, когда истинные занимались любовью, растворяясь друг в друге без остатка. Течку Чимина они провели вместе, как и последующие. Чимин был счастлив, как и Тэхён, который больше не страдал приступами агрессии. Только вот Хосок становился всё грустнее. Чимин не сразу это заметил, за что корил себя, называя плохим другом. Намджун вернулся два месяца назад, и судя по нему и Джину у них всё замечательно, так как оба светятся счастьем и любовью. Только вот Хосок становился всё печальнее, хоть и говорил, что у них всё хорошо. Он приходил к ним домой и сидел с Миной, давая возможность Тэхёну и Чимину ходить на свидания, и наслаждаться обществом друг друга. Чимин делился впечатлениями с таким же влюблённым Сокджином, и совсем не замечал состояния Хосока, пока однажды не пришёл домой раньше обычного. Мина совсем недавно уснул в своей кроватке, а Хосок сидел в кресле недалеко от него, погрузившись в свои мысли, и у него был такой несчастный вид, что у Чимина сердце сжалось от боли. Когда младший сел перед Хосоком, тот очнулся, но не успел надеть привычную маску "весёлого Хосока", и выдал себя с головой. Чимин сел на подлокотник кресла и обнял старшего, давая ему возможность выплакаться. Хосок долго плакал, судорожно цепляясь пальцами за одежду омеги, а когда успокоился, Чимин ещё не скоро отпустил его, обнимая и поглаживая по голове и спине. Хосок так и не рассказал, что у них произошло, но был благодарен Чимину за предоставленную возможность поплакать не в одиночестве. Только со временем Чимин обо всём узнал, и то ему рассказал Джин. Но сейчас в их необычной семье уже всё было хорошо, Хосок светился неподдельным счастьем, и снова излучал спокойствие и любовь ко всем окружающим, и в частности к своим возлюбленным истинным. Вскоре Хосок начал приставать к Чимину с обсуждением деталей свадьбы, ведь сами молодые пока не думали над этим. Постепенно и Тэхён был вовлечён в процесс планирования, хоть до этого отбивался и руками, и ногами, настаивая на скромной росписи в соответствующем учреждении. К обсуждению свадьбы примкнули и родители Чимина, которые наконец-то вернулись домой. Они легко приняли перемены в жизни сына, и с первого взгляда влюбились во внука. Тэхён смог удостовериться, что слабый запах дыни у Мины, который ещё был слышен, так как он маленький, и не пропал до подросткового возраста как у всех детей, идентичный с запахом дедушки, папы Чимина, после чего в тысячный раз попросил прощения у последнего. Накануне свадьбы Чимин организовал встречу Чонгука с Миной. Тэхён настаивал, чтобы встреча прошла на нейтральной территории, типа кафе или детской площадке, и присутствовал лично, зорко следя за действиями младшего альфы. Встретились они на детской площадке во время обычной прогулки с ребёнком. Чимин не видел Чонгука с момента выписки из больницы, и за эти полгода он явно повзрослел. Неловкое молчание пытался прервать Юнги, который был связующим звеном между бывшими возлюбленными: он рассказывал о своей с Чонгуком жизни Чимину, а своему истинному о жизни Чимина и его сына. Тэхён сверлил взглядом младшего, поэтому тот боялся лишний раз пальцем пошевелить, так как не хотел получить ещё раз в нос. Он на сына только посмотрел, невольно расплываясь в улыбке, а на руки взял уже во вторую встречу. Тэхён тоже при этом присутствовал, и ревниво наблюдал за альфой, который на омежку имел всё же больше прав, как бы он себя не вёл, чем сам Тэхён. Чем чаще Чонгук встречался с сыном, тем сильнее понимал, каким же был идиотом, требуя от Чимина сделать аборт. Он снова искренне извинился перед Чимином и попросил разрешить ему чаще видеться с сыном, на что Чимин дал согласие, чем вызвал недовольство Тэхёна. Он злился на эту ситуацию, и даже винил во всём Юнги, который настаивал постоянно на встречах и уговаривал Чимина, уступая просьбам Чонгука. Незаметно приблизился день свадьбы. Чимин был на седьмом небе от счастья, Тэхён тоже радовался каждой минутке торжества, хоть и отнекивался от него в самом начале. Именно на свадьбе Чимин впервые признался Тэхёну в любви, после чего делал это так же часто, как и альфа. В недельное свадебное путешествие они поехали доверившись туристическому агентству, которое предложило им тур для молодожёнов, и нисколько потом не жалели, так как эта неделя оказалась действительно волшебной. А потом начались будни. Мина подхватил первую детскую болезнь и благополучно её перенёс, Тэхён пропадал в кабинете, пытаясь выполнить заказы, Чимин заботился о любимых, а так же совершенствовал навыки готовки, в чём ему охотно помогали три личных шеф-повара. Тэхёну не нравилось, что Чонгук часто приходил к ним домой и возился с ребёнком, и что Чимин постоянно проводит с ним время, весело болтая и заливаясь смехом. Тэхён изводил себя мыслями, что Чимин снова воспылал чувствами к Чонгуку и хочет уйти к нему. Он злился на обоих и закатывал скандалы, но добился лишь того, что встречаться они стали на детской площадке, а Тэхён замкнулся в себе. Вскоре его стали посещать мысли, что и в сексе он не так хорош, и что Чимин постоянно сравнивает его с бывшим, находя всё больше плюсов в нём, а не в супруге. Чимин видел, что Тэхёна что-то грызёт, но чем больше он ластился к нему, тем сильнее Тэхён замыкался в себе и надолго уходил из дома под предлогом работы. Близилась их первая годовщина свадьбы, и Чимин решил отметить её романтическим ужином. Вечер прошёл замечательно, Тэхён смог забыть все свои сомнения, и любовался красивым Чимином, который не сводил с него влюблённых глаз. После ужина они долго танцевали в затемнённом зале, а потом всю ночь занимались любовью. Утром Чимин решил выпытать у мужа, что его гложет последнее время и Тэхён наконец-то поделился наболевшим. Выговорившись, альфа вздохнул с облегчением, но теперь завис Чимин, соображая, что ему делать дальше. Первым порывом было треснуть младшего по бестолковой голове, обругав его отборными матами, и громко хлопнуть дверью, выгнав из супружеской постели на неопределённое время. Но подумав, Чимин провёл альфе целую лекцию о том, что доверие между супругами прежде всего, и что если есть какие-то вопросы, то лучше их сразу задавать, а не выдумывать в голове сюжеты, достойные Оскара. Он так же отругал альфу за необоснованную ревность, и за глупые мысли. Чимин никогда не сравнивал Тэхёна и Чонгука ни в чём, ни в отношениях, ни в постели. Насчёт сына, омега грустно вздохнул и сказал, что не может запретить отцу видеться с ним. Чонгук привязался к малышу и оказался заботливым отцом. Чимин так же поведал мужу, что именно на этой почве происходят в последнее время ссоры у Юнги и Чонгука: омега тоже стал ревновать, только не к Чимину, а к Мине. Супруги сошлись во мнении, что Юнги нужно срочно забеременеть, чтобы переключиться на своего ребёнка, но тут они бессильны. Чимин и Чонгук со временем стали друзьями, и младший часто делился самым сокровенным, надеясь, что Чимин сможет помочь советом. И Чимин действительно посоветовал найти Юнги занятие, которым тот может увлечься и перестать думать о зачатии, как о единственной цели в жизни. Юнги, как ни странно, увлёкся рукоделием, за которым мог терпеливо просидеть чуть ли не сутками напролёт. У него получалась как вышивка нитками, так и бисером. Вначале Юнги раздарил свои картины всем близким, а потом стал получать заказы, после того как Чимин выложил его работы в интернете. Только об этом никому, а то Юнги сердиться будет. А недавно Юнги увлёкся мозаикой из стекла, посвящая ей всё своё время, пропадая в мастерской. Он осваивал работу с битым стеклом, а в дальнейшем планировал научиться создавать стеклянные витражи. Чонгук не мешал любимому в его увлечениях, так как у него получались действительно классные вещи. Он даже взял несколько уроков и создал свою красивую бабочку из битого стекла, которая потом висела на самом видном месте в их квартире. Чонгук несколько раз предлагал Юнги пожениться, но каждый раз получал отказ. Юнги считал, что не имеет права связывать Чонгука узами брака пока не сможет родить ему ребёнка, ведь тот может в любой момент бросить его ради молодого здорового омеги. Чонгук пропускал такие разговоры мимо ушей и не сердился на истинного, продолжая заботиться о нём и любить. Секс у них был регулярный и редкие течки они проводили с множеством сцепок. Никакой защиты они давно не использовали, и Чонгук даже забыл, когда в последний раз держал в руках презерватив. Забегая вперёд, могу сообщить, что Юнги всё-таки забеременел, когда ему исполнился тридцать один год. Беременность была трудная и тяжёлая, и в основном омега провёл её в больнице на сохранении, но он ни разу не пожаловался, прося лишь об одном: чтобы его ребёночек родился здоровым. И Бог услышал его, подарив им здорового альфу, который стал центром вселенной для Юнги и Чонгука. Через месяц после родов они расписались, и Юнги успокоился, погрузившись в радость быть папой и любимым и любящим мужем. Ещё раньше, до свадьбы Хосока, Сокджина и Намджуна, Чонгук написал отказ от сына, чтобы его мог усыновить Тэхён. Суды заняли некоторое время, но вскоре в графе отец стояло имя Тэхёна. Так захотел сам Тэхён, Юнги его поддержал, а Чимин не возражал, и Чонгуку пришлось согласиться, но он потребовал не запрещать ему видеться с сыном, на что протестов ни от кого не услышал. Когда Мина подрос, он не задавал вопросов, почему у него два отца: он любил их обоих, всё же показывая больше любви Тэхёну, который был с ним постоянно, а не только по выходным. Чимин же для ребёнка был самым важным человеком на Земле, и только он мог управляться со своим сыном, когда тот капризничал или злился. А ещё Мина помимо родителей обожал своих братьев, как родных, так и сводных. Родных у него было два: омега Минхо и альфа Тэджин. Чимин забеременел омежкой, когда Мине было уже три года. Тэхён не настаивал на своих детях, считая, что не должен передавать им свою наследственность, но обрадовался, когда Чимин сообщил ему новость. Муж пылинки сдувал с беременного. Чимин купался в любви и заботе, и беременность прошла легко. Следующая беременность наступила через полгода после вторых родов, так как один ошалелый от течки альфа вообще забыл о контрацепции, понадеявшись на авось и свои пятьдесят процентов бесплодности, совсем забыв о других пятидесяти процентах вероятности. В итоге, не пришедший в себя после очередной беременности, Чимин снова ходил как шарик. Но он не отсиживался дома, так как давно работал у Хосока в ресторане главным менеджером, умаявшись от безработицы и однообразия будней с двухлетним Миной. Чимин легко управлялся с разным контингентом посетителей, и мог найти подход ко всем, даже к самым буйным и наглым. Часто за огромным семейным столом собирались все герои со своими детьми и весело проводили время, обсуждая текущие дела и вспоминая прошлое. Чимин завёл традицию в начале каждой встречи делать общее фото, и каждый снимок распечатывал и вкладывал в фотоальбом. Свои школьные фотографии он всё-таки выманил у мужа, и с восхищением их часто разглядывал. Кто знает, как сложилась бы их жизнь, если бы Тэхён не нагрубил тогда милому омеге в их первую встречу? Или решись Чимин во второй раз предложить свою дружбу необщительному альфе. Или если бы запах у Тэхёна вовсе не пропадал, и они бы сразу узнали, что предназначены друг другу? В любом случае мы этого уже никогда не узнаем, и герои прошли тот путь, который выбрали сами, совершая те или иные поступки. И каждый доволен конечным результатом.
