Спящая красавица

      Мягкий, приглушенный свет коснулся лица через зашторенное окно. Ветерок легко колыхнул занавески и задел лежащего на смятой постели мужчину. Даже утро, его злейший враг, здесь вызывало добродушное смирение.       Данте лениво потянулся, конвульсивно позевывая и на ощупь отыскивая брошенную на тумбочку одежду. Неро следовал указаниям девушки и ворчал на дядю за небрежность, но всем известно, что он сам тот еще неряха. В других комнатах уже велись разговоры, кто-то в отдалении топал, в ванной шумела вода. Начинался новый день в "Медовом поместье", как Данте называл домик Неро и Кирие.       Дом и впрямь напоминал пчелиные соты: обилие светлых, но не нервирующих тонов, встречающиеся тут и там вазочки со сладостями, а самое характерное — царящая атмосфера непрекращающейся деятельности и дружественного духа. Было забавно наблюдать, как в такой обстановке миловались пацан и девчушка, совсем как женатая парочка. Полудемон специально раздражал парня разговорами о том, «когда они Покинут "Медовое поместье" и отправятся в медовый месяц?», наслаждаясь его смущением. Он не был близок со своей невесткой, но желал устроить ее будущее, раз уж племянничек тупил в своей привычной манере. Или, как минимум, вопящий юнец с красными щеками неплохо поднимал настроение.       Когда он, наконец, вышел к завтраку — к черту умывание, и так неотразим, — Неро и Кирие вовсю хозяйничали, накрывая на стол и планируя задания на день. Данте кивнул на приветствия и развалился в излюбленном кресле, заодно подмел под вытянутые ноги стульчик. Здесь все знали о его дурных манерах и перестали обращать внимание, все равно бесполезно.       Под перестук посуды и будничный лепет Данте умудрился задремать и проснулся с приходом четвертого обитателя — Вергилия, только что закончившего ванные процедуры и распространяющего на всю округу аромат натуральных мыл. Его волосы были еще мокрыми, отчего на пол срывались капли. Только Данте заметил, как мужчина неловко проследил тянущуюся за ним влажную дорожку и стал усерднее тереться полотенцем на плечах.       — Утра, пап, — не оборачиваясь, поприветствовал его Неро. Он был занят внезапно сломавшимся тостером, явно однажды попавшим под горячую руку. В таком месте, как это, никогда не останешься без дел.       — Доброе утро, Неро, — прошелестел Вергилий, — Кирие, — он посмотрел в сторону девушки. Та на секунду оторвалась от телефона и мило улыбнулась в ответ. Судя по извинениям из трубки, торопливый топот ног принадлежал Нико, срочно убежавшей по делам и не успевающей к завтраку.       Кстати говоря, высокомерный ледник проигнорировал Данте и сел за стол, не взглянув в его сторону. Братская учтивость во всей красе. Охотник хмыкнул и тихо пробормотал: «И тебе утра, Верджи».       — Нико присоединиться к нам чуть позже, — подтвердила ранние размышления Кирие, — а пока предлагаю начать. Сегодня Неро помогал с готовкой, интересно, что из этого вышло.       Данте внутренне засмеялся. Чем дольше он наблюдал за Кирие, тем больше замечал ее всплески скрытой иронии к парню. В отличие от него самого, что не подозревал о каком-либо подтексте в словах ангелоподобной девы.       — Может не торопиться, — ворчливо сказал Неро в процессе накладывания салата, — тогда, возможно, утро будет спасено. Головная боль в такую рань стоит последней в моем списке дел.       Несмотря на пережитую вместе заварушку, их отношения оставались… неоднозначными. Боевая подруга и самопровозглашенный мастер, по его мнению, слишком много себе позволяла в присутствии Кирие и имела такта меньше, чем Данте. Самому мужчине механик была симпатична как раз этой безбашенной страстью к делу.       — Вчера я слышала, как, возвращаясь из гаража, ты похвалил ее таланты.       Неро смазанно пробормотал:       — Нико просто бесила меньше, чем всегда.       — Я уверена, ты ценишь ее своевременную помощь и храбрость, — Кирие смешливо смотрела на его смущение. Нико сразу понравилась ей. С ней вообще несложно завести дружбу, такое вот земное олицетворение доброты. Мало кто мог бы терпеть все выходки демонической родни, а она все равно любит и принимает.       — Признавать исключительные особенности врага — это способность лишь поистине достойного и мудрого воина, — тихо заметил Вергилий. Его попытки воспитывать своего взрослого обалдуя умилительны своей неуклюжестью. Но Неро не жаловался. Хотя не принимает отцовскую идеологию касательно бесконечного совершенствования.       — Короче, Неро — молодец, женщинам надо делать приятное и почаще, — подмигнул Данте, — но давайте уже приступим. Я умираю, как хочу испробовать кулинарные потуги пацана.       Спустя недели совместных приемов пищи чужие вкусы были выучены, и угощения предлагались согласно им. Так тарелка Вергилия утопала в зелени неясного происхождения и вида, в которой он со скрываемым удивлением копался вилкой (видимо, сынок занимался как раз его завтраком и в чем-то напортачил). Данте и Неро по обыкновению уплетали мясо с самого утра, накладывая гарниров и соусов. Кирие же скромно предпочитала супы.       В столовой зазвучали бряцанье приборов, похвалы поварам, искренние и не очень, а также уточнения грядущих занятий. Даже пресловутая просьба передать соль была произнесена. Данте лениво жевал говядину слабой прожарки и думал, как карикатурно выглядит происходящее.       Нет, не искусственно, но слегка натужно. Будто присутствующие не до конца понимали, как себя вести, и выбрали путь наименьшего сопротивления, заключающийся в чрезмерной нормальности. Но какая к черту нормальность в семье демонов? Ни дня не проходит, чтобы не случались потасовки с задействованными далеко не человеческими силами. Вряд ли обычные семьи торопливо регенерируют для вечерней прогулки. И в стандартных гаражах точно не хранится склад оружия и запчастей для него. Оружия против демонов.       Оружие было и за обеденным столом. В том плане, что, как заметил Данте, пацан и Верг обсуждали их мечи, сравнивая характеристики. Неро уважал силу Ямато, но оставался верен Красной Королеве, утверждая ее многофункциональность и удобство в сочетании с револьвером. Вергилий же был тверд и непоколебим в превосходстве катаны, как наиболее мощном экземпляре. Разговор велся не в первый раз, на что указывало скучающее выражение лица Кирие. Абсолютно нормальная беседа за едой.       Подобные сцены разрывали наносную пленку семейных посиделок у камина (у них не было камина), газет у входа, пикников в теплые дни, походов в магазин и прочей повседневной дребедени. Никто из них не был создан для мира, и Кирие, невольно втянутая в то, что не должно открываться людям, тоже не могла вернуться к прошедшим денькам. Их попытки создать идеальную семью были неверны с самого начала, и все это понимали. А потому впадали из крайности в крайность, одинаково некомфортно перенося и то, и другое.       Слишком много времени было упущено, и так просто во всем не разобраться. Но они старались. У них появился шанс, и они его не упустят. Данте надеялся, что когда-нибудь почувствует возвращение особой непринужденности, которой отличалась семья демона Спарды и женщины Евы.       От невеселых мыслей мужчину отвлек раздраженный крик Неро, что-то горячо доказывавшего отцу. Вергилий невозмутимо цедил слова, отдающие холодком. Кирие нервно переводила взгляд с одного на другого, вжавшись в стул. Пока Данте был не здесь, те, похоже, успели сменить не одну тему и перешли к не самой приятной. Полудемон отодвинулся от стола, вслушиваясь.       — Какой толк от всей твоей силы, если не можешь никого защитить? — распалялся Неро. — Для чего нужно стольким пожертвовать — чужими жизнями! — не имея никакой цели? Ты уже силен!       — Разве ты не одержал надо мной верх, Неро? — ответ Вергилия звучал как-то глухо. Вообще казалось, что он не заинтересован в споре и говорил для другого, ему одному видимого собеседника. Его глаза смотрели сквозь Неро пусто и безразлично, совсем не как полчаса назад. — Если потерпишь поражение ты, я не смогу превзойти врага. А у таких, как мы, Неро, много врагов. Сила необходима. Только она имеет значение.       — Это единственное, что тебя волнует! — два кулака ударили по столу, и Неро вскочил. — Ничего кроме треклятой силы! Так зачем ты здесь? Демоны давно стали твоей настоящей семьей!       Вергилий не ответил и все продолжал смотреть в никуда. Казалось, он спал с открытыми глазами. Выглядело жутко. Абсолютно неподвижная фигура и мертвое спокойствие. Все притихли в ожидании.       Внезапно он заговорил, но губы не размыкались. Голос был низким, рокочущим, пугающе дребезжащим:       — Ты прав. Большую часть своего существования я провел в Аду, среди тех, кто не знает жалости, любви, сострадания. Их единственный смысл — абсолютная сила. Чтобы выжить, я должен был принять свою сущность демона, — он поднял взгляд на Неро, и что-то чужое проявилось в нем. Кто-то чужой, — и понял: это моя истинная природа.       Прозрачные клинки вонзились в стену напротив в тот момент, когда Неро, схватив Кирие, увернулся от удара. Посыпалась бетонная крошка, и взвилось густое облако пыли. Данте с братом уже стояли лицом к лицу с призванными мечами в руках. Да, они часто дрались и нередко наносили ущерб окружению, но до таких серьёзных попыток ранить («Убить», — промелькнуло в голове) никогда не доходило. И не должно было. Он уже жалел, что пренебрежительно отзывался о миролюбивом совместном времяпровождении. Сейчас глупой домохозяйственной болтовни ой как не хватало.       Данте едва успел поднять меч для отражения атаки, когда Вергилий одним молниеносным движением рассек его грудь. Полудемон оступился и стал отвечать на выпады катаны, больше не пропуская ни одного. Он не решался атаковать, силясь понять, что случилось с братом — не мог же он так озвереть от простого возмущения мальчишки?!       Вложенная в лезвия сила рикошетила в пол, потолок; становилось все сложнее обороняться в тесном пространстве. Очередной взмах Ямато был прерван захватом крупной демонической лапы, исходящей из лопатки Неро. Вторая лапа-крыло крепко держала мечника без возможности шевельнуться. Вергилий скалился и отчаянно трепыхался. Он продолжал издавать те рычащие звуки, исходящие откуда-то изнутри, и бросаться к близнецу.       Данте пришел в себя и, пока не решался отозвать меч, внимательно взглянул на брата. Того как будто черти рвали — настолько исказилось его обычно невозмутимое лицо. С другого угла раздался писк. Кирие была очень напугана и прижимала ладони ко рту.       Среагировав на голос, старший полудемон хотел кинуться к девушке, но был остановлен совместными усилиями Неро и Данте. Мальчишка что-то торопливо заговорил ни то Кирие, ни то отцу. Для Вергилия не имел разницы источник звука, что так не нравился ему, и он окончательно взбесился. Данте и Неро были откинуты прочь кругом мечей. Вергилий выпрямился и завел Ямато в сторону для нового удара.       — Что за хрень тут происходит? — у входа стояла смуглая девушка и ошарашенно взирала на погром столовой, чуть не плачущую Кирие, кровь Данте и Вергилия, находящегося явно не в себе.       — Почему всегда, когда я оставляю тебя, все в руинах? — Нико повернулась к Неро с таким видом, словно он один был ответственен за творящийся хаос.       Данте опомнился и резко оглянулся на брата, уже готовясь кричать прочим убираться отсюда. Но Вергилий слабо качнулся, хватаясь за голову и роняя катану. Он дрожал и прерывисто дышал, воздух со свистом выходил сквозь крепко сжатые зубы. Взгляд застилала полупьяная пелена растерянности и боли. В миг, когда его глаза закатились, Данте прыжком оказался рядом, чтобы подхватить безвольное тело.       Неро непонимающе выдохнул. Синие крылья с мерцанием исчезли, однако юноша по-прежнему в случае чего был готов ринуться в бой.       Данте сжимал пахнущего чертовыми лилиями и лавандой Вергилия, все еще бывшего в отключке, смотря на перевернутую посуду и с сожалением думая, что нормальность — точно не про них.