Strength of a Child's Mind

Наступил новый день. Студенты стали выбираться из теплых кроватей, чтобы собраться на занятия. Однако в Гриффиндорской Башне царила несколько гнетущая атмосфера. Ведь там не было Гарри Поттера. И никто, казалось, не знал, где он был. Ладно, исключая четырех студентов и нескольких преподавателей, но никто ведь не знал, что они знали. – Удивишься, если под присмотром Снейпа с Гарри будет все в порядке? – сказал Рон Гермионе по дороге в Большой Зал на завтрак. – Я уверена в этом, Рональд, – сказала девушка, проверив сумку еще раз и убедившись, что взяла все необходимые книги. – Иначе Гарри не выбрал бы его. – Надеюсь, ты права… Фред и Джордж томились в ожидании урока Зелий. Любой бы счел их сумасшедшими, если бы они признались в этом, поэтому близнецы никому ничего не говорили. Тем не менее, они первыми оказались у классной комнаты, ожидая обычное, пугающее окружающих, появление Снейпа. Студенты начали собираться в коридоре, болтая и ожидая профессора. Когда дверь открылась сама по себе, это немного смутило всех. Обычно профессор сам подходил и открывал классную комнату. Тем не менее, студенты вошли. И быстро остановились, увидев профессора. Фред и Джордж, глядя на них, мысленно захихикали. Гарри счастливо водил пером по пергаменту, сидя на коленях у Снейпа. Мужчина же в это время проверял эссе. Он, казалось, даже не замечал ребенка, сидящего у него на коленях, потому что сидел, подперев рукой голову. Снейп поднял взгляд и заметил уставившихся на него студентов. Гарри, к его чести, даже не вздрогнул, когда профессор рявкнул: – Чего уставились, болваны?! Садитесь на места, читайте инструкции на доске и не создавайте беспорядок! И, между прочим, это – Коран, ребенок моего кузена, с этого дня он живет под моей опекой. Навредите ему и поймете, что Сами-знаете-кто любезнейший мужчина по сравнению со мной. Студенты рванули на свои места и стали поспешно списывать инструкции с доски, чтобы пойти и собрать все необходимые ингредиенты. Все старались игнорировать злой взгляд мужчины. Его же рука сжалась в защитном жесте вокруг талии Гарри. Ребенок блаженно не вникал в происходящее. Через некоторое время Гарри надоело рисовать, и он соскользнул с коленей мужчины. Северус внимательно следил за мальчиком, блуждающим между столами. Некоторые студенты не могли не смотреть на ребенка, который, в свою очередь, их игнорировал. Неожиданно Гарри остановился возле близнецов Уизли и потянулся руками к Фреду. – Эй, Коран, – сказал Фред и поднял его. Он усадил мальчика на стул рядом с ним и продолжил: – Я сейчас работаю над зельем, и мне действительно важно сконцентрироваться. Также очень важно, чтобы ты не прикасался ни к одному из этих предметов, это может быть опасно. Спроси меня, перед тем, как дотронуться до чего-нибудь. Хорошо? Гарри кивнул, и Фред продолжил работу. Джордж только улыбнулся. – Парни, вы уже виделись с ребенком кузена профессора Снейпа? – спросил Ли. Остальные студенты прислушались. – Один раз, вчера. Он тогда только приехал, – сказал рыжий, пожав плечами. – Продолжайте работу! – рыкнул Северус. Все тут же затихли. Гарри, казалось, хорошо проводит день, в то время как Северус хотел разбить голову о ближайшую стену из-за всех этих шепотков и взглядов, которыми студенты наградили его в классе. Он отказался от обеда в Большом Зале. Вместо этого Мастер зелий пообедал с ребенком в своих комнатах. Гарри не был против. Северус наблюдал, как мальчик рано вечером боролся со сном. Оказалось, что провести на ногах целый день – это слишком для шестилетнего ребенка, учитывая, что его тело испытывало серьезный недостаток сил. И обед, как казалось, лишь способствовал сонливости. Гарри зевал, пока Северус нес его в кровать. Там профессор переодел ребенка в пижаму и волшебством почистил ему зубы. Немного пасты попало Гарри в рот, но он ничего не сказал, однако надулся потому, что ему это не понравилось. Снейп только захихикал над мальчиком. Гарри улегся среди подушек и одеял и сонно посмотрел на Мастера зелий. Мужчина постарался отогнать улыбку, но не смог. Гарри улыбнулся ему в ответ, перед тем как уснуть. Северус застонал и ударился головой об стену. Ради Мерлина, этот ребенок делает его мягким! Как ему это удается?! Мужчина решил не углубляться в эту проблему и отправился проверять эссе. Что угодно, лишь бы убедиться, что он не стал добрым. Нет, не допускать и мысли! Проклятье! Северус подскочил в кровати прежде, чем прекратился первый крик. Через мгновение он был в зале и открыл дверь в комнату Гарри. Мальчик плакал, лицо было искажено страхом, а руки прижаты к ушам. Его крики отдаленно напоминали нечто вроде «простите меня, дядя», из-за чего волосы Северуса встали дыбом. Естественно, это не было нормальным поведением для шестилетнего ребенка, даже Мастер зелий понимал этот факт. Северус быстро прижал ребенка к груди. Сначала Гарри в панике вырывался из объятия, но, когда почувствовал собственный запах мужчины, немедленно успокоился. Северус придерживал голову мальчика одной рукой, а другой руки крепко прижимал Гарри к груди, поднимаясь. Не было даже и мысли о том, чтобы позволить ребенку спать в одиночку остаток ночи. Попробовал бы он сделать это, учитывая абсолютную увлеченность мальчиком и необходимость защищать его. – Сев’рус? – голос звучал сонно, но дыхание все же было неровным. – Да, малыш, это я, – сказал мужчина спокойно. Пока он вставал и шел обратно в его собственную спальню, Гарри уютно устроился в его руках. Профессор даже не раздражало неправильное произношение его имени. – Кто был этот большой мужчина? – Это был просто кошмар, малыш. Здесь нет никакого большого мужчины, не волнуйся. Здесь только Северус. Я с тобой. Гарри был слишком сонным, чтобы полностью понять этот кошмар (или, возможно, эпизод из его прошлого), потому лишь кивнул, зевая. Мальчик почувствовал, что Северус лег на кровать и повернулся к нему прежде, чем накрыть их покрывалом. Гарри запустил руку в пижаму мужчине и, успокоенный, достаточно быстро уснул. Северус, однако, бодрствовал еще очень долгое время. Он обязательно поговорит с Альбусом об этом. На следующий день у Рона и Гермионы были занятия по Зельям, а потому они с нетерпением ждали, когда снова увидят Гарри. Снейп не посещал трапезы в Большом Зале, вероятно, предпочитая, спокойно есть в своих комнатах. Друзья не могли найти подходящую причину, чтобы заставить его есть в Большом Зале вместе с Гарри. Фактически, они немного симпатизировали ему. Гриффиндорцы слышали все эти слухи о Мастере зелий и таинственном ребенке его кузена, так что было неудивительно, что Северус делал все возможное, чтобы избежать шума. Когда они вошли в классную комнату в подземельях, вновь открытую волшебством, Рон и Гермиона непроизвольно стали искать глазами Гарри. Мальчик сидел на коленях Северуса и смотрел на входящих студентов. Его изумрудные глаза были широко открыты. Северус громко высказал инструкции, и все бросились выполнять, что сказал профессор. Все студенты знали о том, что Мастер зелий заботиться о ребенке его кузена, а потому не обсуждали мальчика, сидящего на коленях Северуса, хотя и смотрели на него время от времени. Поговорить можно позже, когда они покинут класс после урока и будут в таком месте, где Мастер зелий не сможет услышать их. Рону и Гермионе было тяжело, ведь они знали, что это их друг возле Мастера зелий. Рыжий почти задохнулся, когда Гарри солнечно и открыто улыбнулся… Снейпу. Губы Северуса дернулись, его контроль не помогал бороться с обаянием мальчика. Гарри продолжил делать то, что делал с пергаментом, что бы это ни было, в то время как Северус впился взглядом в студентов поверх эссе. Он крепче прижал мальчика к себе, предостерегая окружающих от попыток забрать Гарри. Драко Малфой остался после окончания урока, сгорающий от любопытства, но в тоже время и разъяренный из-за действий крестного отца. – Ты что-то хочешь, Драко? – спросил Северус. – Две вещи. Почему у тебя внезапно появился ребенок кузена и почему ты поставил мне С за последнее эссе? – Никакого слизеринского «хождения вокруг да около» сегодня? – спросил Северус, выгнув бровь. – С тобой это не работает, – ответил блондин кисло. – Признайся, я сделал это эссе хорошо. Я мог бы заслужить за него «Превосходно», никак не меньше. – Считай это наказанием за то, что мне всегда приходиться убирать после тебя, – сказал Мастер зелий. – Это из-за того, что я делал с котлом Поттера? – Возможно. Что-то еще? – Мальчик. – Он – ребенок моего кузена. Его мать умерла, и теперь он со мной. – По нему не скажешь, что он очень скучает по матери, – сказал Драко. Мальчик рисовал что-то на пергаменте, используя перо немыслимым способом. Ладно, вернемся к разговору; мысли о том, как можно использовать перо обдумаем позже. – Они никогда не были близки друг другу, – сказал Мастер зелий, раздраженно избавляясь от мыслей. – Теперь, пожалуйста, ты уберешься из класса? Гарри поднял взгляд от бумаг и посмотрел на «дядю» и блондина. Драко свирепо смотрел, как и Северус. Друг на друга, понятное дело. Гарри вновь взглянул на Драко и решил, что подросток не должен так пристально и яростно смотреть на его Сев’руса. Драко завизжал, когда ему на голову вылилась бутылочка чернил. Он упал назад и уставился широко раскрытыми глазами на Гарри, выглядевшего слишком самодовольным для шестилетнего мальчика. – Я полагаю, что забыл упомянуть, что Коран очень хорошо контролирует использование стихийного волшебства, – сказал Северус с усмешкой. – Хочешь, он бросит в тебя книгу без палочки? – Уходи! – сказал Гарри блондину. – Плохой! – Плохой? – сказал Драко. – О чем, черт возьми, он говорит? –Очевидно, ему не нравятся те, кому не нравлюсь я, – сказал Северус. – И я могу сказать то же самое по отношению к нему, – неохотно подумал Северус. Мальчик показал ему язык. Разгневанный Драко сделал кое-что, что никогда не делал раньше: он в ответ тоже показал язык, не собираясь проиграть мальчику на девять лет младше. Гарри был потрясен этим жестом - никто не делал так! - и откинулся на грудь Северусу. – Возможно, он не столь плох, – пробормотал Гарри. – Он не пялится. – Не пялится? – сказал Мастер зелий. – Все вокруг палятся, – сказал Гарри, глядя на опекуна. – Но он – нет. – «Он» называется Драко, и Драко не так плох, как кажется на первый взгляд, – сказал Северус. – Почему бы тебе не поздороваться с ним? Гарри соскользнул с коленей мужчины и нерешительно подошел к блондину. Драко был вынужден признать, что не был в действительности рассержен на мальчика. Возможно, немного раздражен из-за того, что мальчик бросил в него бутылочку чернил, но больше он был раздражен из-за самого себя. – Привет, – робко сказал Гарри. – Я – Коран. – Привет, Коран, – сказал Драко, протянув руку. Он знал, что все еще сидит на полу, но проигнорировал этот факт так, как мог лишь Малфой. – Я – Драко, а Северус – очень злой мужчина. – Драко! Гарри захихикал, и блондин усмехнулся крестному. Мужчина же застонал и стукнулся головой об стол. Рон подавился едой, увидев это. Гермиона, заметив действия Рона, обернулась, чтобы посмотреть, что было причиной такого поведения. Ее зрачки расширились. Гарри сидел с Драко за слизеринским столом, счастливо болтая с юношей и открыто улыбаясь ему. Ледяной принц Слизерина улыбался, когда правильно усаживал ребенка за столом или клал ему еду на тарелку. – Он отравит его! – зашипел Рон девушке. – Что? Малфой уверен, что это – ребенок кузена профессора Снейпа, – прошипела она в ответ, достаточно тихо, так, чтобы слышал только Рон. – Он никогда не навредит кому-либо, о ком заботится профессор Снейп. Сам Северус был слегка возбужден. Гарри все время был рядом с ним с тех пор, как превратился в ребенка, и вот, вдруг, мальчик не был с ним. Северус знал, что Гарри сидел рядом с Драко, не так уж и далеко от профессора, но мужчине это расстояние казалось бесконечным. Гарри казался счастливым, ему было комфортно с блондином, так что Мастер зелий заставил себя успокоиться. Гарри огляделся вокруг, его глаза были так широко открыты, будто он стремился увидеть все и сразу. В Зале было шумно. После нескольких дней, когда он ел в компании одного Северуса, мальчик чувствовал, что в его ушах буквально всё звенит. Он сумел устроиться под рукой Драко, прижаться головой к груди подростка и прикрыть рукой ухо, все еще обращенное к залу. Драко посмотрел вниз и удивленно моргнул. Подросток мягко погладил черные волосы, и тогда Гарри посмотрел на него. – Слишком громко? – спросил он ребенка, тот в ответ кивнул. – Не волнуйся, ты скоро привыкнешь к этому. Давай, еще пару кусочков еды для меня, ладно? Северус убьет меня, если я буду морить тебя голодом. Подумав, Гарри взял вилку, предложенную Драко, и начал есть. Он съел немного, но затем шум стал слишком громким. Он свернулся у блондина на груди, сидя у него на коленях. Панси, сидящая с другой стороны Драко, ворковала с ним. На этот раз Гарри смотрел на нее. Она улыбнулась и мягко погладила его по щеке. Мальчик растерянно моргнул и посмотрел на Драко. – Это – Панси, маленький, – сказал блондин. – Она тебя не укусит. – Драко! – сказала Панси и ударила его по руке. – Позаботься о нашем маленьком Драконе, Коран. – Не называй меня так! – прошипел Драко. Панси только захихикала в ответ, и вскоре блондин отбросил разъяренное выражение лица и беспомощно покачал головой. Гарри захихикал.