Несекретные материалы

Шерлоку всё-таки удалось поспать ночью, но в семь он был уже на ногах, быстро привёл себя в порядок, а потом минут пятнадцать промаялся, прежде чем позвонить Майклу. ― Ты не хочешь прийти помочь мебель переставить? ― было его первой фразой. ― Когда? ― сонно промычал Майкл. ― Сейчас. ― Ага. Шерлок думал, что племянник придёт минут через сорок-пятьдесят, а тот, видимо, вскочил, оделся как на пожар и бегом кинулся на Бейкер-стрит. Он с порога повис у Шерлока на шее, словно они и не ссорились позавчера. Потом Джон отпаивал обоих кофе и улыбался, глядя на растерянное лицо дяди и довольную физиономию племянника. ― Джон, ну ты не начинай, ладно? ― попросил Майкл. ― Папа тоже вечно так смотрит, когда мы рядом с Шерлоком сидим. ― Вы даже лохматые одинаково, ― рассмеялся Джон. ― Ладно, я спущусь к миссис Хадсон, у нас же опять намечается представление по всем правилам драматургии. ― И вовсе мы не лохматые... ― обиженно начал Шерлок, но его уже не слышали. ― Тебе от отца попало? ― спросил он племянника. ― Мне вчера попало, если честно. ― Мне попало. А тебе за что? ― За то, что вчера ещё не позвонил тебе. Как бы накричать сумел ― должен был и извиниться. Но я с детства извиняться не умею. Ты это учти на будущее и не обижайся. ― Да ладно. Ты разве кричал? Вот Грег кричал. Но я учту. ― Да я не помню, если честно. Я впервые в жизни так перепугался. Как Грегу звонил ― помню... так что вот… но всё равно больше так не делай. ― Не буду, ― пообещал Майкл и придвинулся поближе. ― Майки, я не против инициативы, честно, я знаю, как её в себе удержать трудно. Но ты согласовывай со мной. Вот даже эту историю... сказал бы мне, обсудили бы, и сделал бы ты всё то же самое, но под присмотром. Это не потому, что я тебе не доверяю, правда. Работать надо с напарником ― я сам так делаю. Мне ведь Джон нужен не для того, чтобы восхищаться моими мыслями, а чтобы спину прикрывать как минимум. Понимаешь? Одному опасно ― в любом возрасте. Майкл не стал цепляться к фразе. Понятно, что Шерлок забыл добавить «в работе». Уж Джон был ему нужен не только для того, чтобы спину прикрывать. Он мог бы ещё повредничать, потому что, как слышал, Шерлок иногда лез на рожон сам и забывал про существование напарника. Но, наверное, это было давно: ещё до того, как Шерлок помирился с его отцом. ― Ладно, я понял, ― сказал Майкл. ― Ну и отлично. Но мебель всё равно будешь двигать. К одиннадцати народ соберётся ― будем дело закрывать. Твоё первое дело, между прочим. Майкл быстро допил кофе, брякнул чашкой о столик и полез обниматься. Легкость примирения с племянником Шерлока воодушевила, и он почувствовал, что и другие проблемы решатся сегодня так же успешно. Дав себе слово в следующий раз не торопиться, а сначала советоваться, Шерлок развил бурную деятельность по перестановке мебели в гостиной, и почти всерьёз обдумал предложение Майкла: «Давай позвоним, и Грег привезёт наше красное кресло из прихожей!» ― но решил, что в этот раз, так и быть, можно и без красного кресла, тем более что непонятно, кого в него сажать. К десяти тридцати гостиная приобрела вид офиса знаменитого американского сыщика. Правда, не было не только правильного кресла, но и письменных столов, и кухня просматривалась прямо из гостиной, так что картину с водопадом и повесить-то было некуда, но зато столик с напитками (на этот раз решили обойтись без чая) стоял в углу, и стульев-кресел расставили столько, чтобы всем приглашённым хватило места. Последний штрих добавил доктор Эртон, явившись за полчаса до назначенного времени с веточкой орхидей. За неимением стола вазочку с орхидеями поставили на каминную полку рядом с черепом. Не успевшего осмотреться доктора увёл неожиданно возникший откуда-то Майкрофт (ни Шерлок, ни Майкл не заметили, как он пришёл). Грег обнаружился на кухне, вместе с Джоном, рассматривающим блюдо. На удивлённое «мы же решили без чая» Шерлок получил ответ «мало ли, что мы решили, не забывай про миссис Ропс» и вынужден был согласиться, что на блюдо, скорее всего, будет что положить. Так что к бутылкам на столике добавили кофейник и чашечки для желающих. «Гости» стали собираться в десять сорок семь. Первыми явились «клоны», то есть братья Бэрчи, и уселись во втором ряду стульев, за ними пришла мисс Пасс и, брезгливо оглядев чисто мужское общество, устроилась в кресле. Джоэла увидели в окно, так что внизу его встретил Майкл, и мальчишки сели рядом на диван, поставленный недалеко от двери на лестницу. Майкрофт сел рядом с ними, док уселся во второе кресло. С другой стороны от двери занял позицию Лестрейд. Последними пришли Ропсы. Бэрчи заметно смутились, Джоэл покраснел, Пасси уставилась на учителя с неприкрытой ненавистью, что, впрочем, не помешало Кларе тут же припрячь девушку помочь разложить и правда принесённые пирожные и кексы. Наконец все расселись. ― Благодарю, что откликнулись на мою просьбу, ― начал свою речь Шерлок, ― и собрались тут по делу, касающемуся скорее вас, чем меня. Должен признать, что поначалу оно показалось мне даже забавным. Судите сами: школьный учитель находит в старинном документе описание панацеи от насморка, и тут же его начинают преследовать охотящиеся за рецептом инопланетяне. Вы, мистер Бэрч, верите в панацею от насморка? ― обратился Шерлок к клону-фармацевту. ― Не думаю, мистер Холмс, ― ответил тот. ― Вот и я не верю. Тем более что мне из авторитетных источников стало известно, ― Шерлок посмотрел честным взглядом на мистера Ропса, ― что инопланетянам этот рецепт не мог пригодиться ни в каком случае, их носоглотка устроена не так, как у людей. ― Ропс задумчиво кивнул, Пасси презрительно фыркнула, и Шерлок перевел глаза на неё. ― Не станем спорить, мисс Пасс, о существовании инопланетян. Каждый имеет право на собственную точку зрения в этом вопросе, не так ли? Хоть я и не верю в совпадения, но атака на мистера Ропса случилась сразу после открытия им рецепта. Что ж, одно совпадение на дело я могу допустить. Но не больше. ― Да вы рассказывайте, мистер Холмс, ― излишне звенящим голосом произнесла мисс Пасс, ― нам очень интересно послушать о галлюцинациях и бреде школьного учителя. Именно что школьного. ― О, насчет галлюцинаций ― вы абсолютно правы, мисс Пасс, тут никакого совпадения не было. Но пойдём по порядку, если не возражаете. Только начнём с конца. Этой весной в школе, где преподаёт мистер Ропс, произошёл несчастный случай. Дети организовали клуб внутри класса, и чтобы вступить в него, надо было пройти по карнизу. Забава дурацкая, но кто из нас в детстве не делал глупостей. Конечно, кроме вас, мисс Пасс, но мальчишки ― чего от нас ждать? Все дети прошли по карнизу, и только последний сорвался и упал вниз. Мне очень жаль, Джоэл. Пока он рассказывал, миссис Ропс, не сводившая до этого с него глаз, посмотрела сочувственно на Джоэла, а её супруг встал со стула, пересел на диван рядом с бывшим учеником и положил ему руку на плечо. Джоэл сжался ещё больше, глядя в пол. Мисс Пасс посмотрела на них с видом «я же говорила». ― Это был несчастный случай, Джо, ― продолжал Шерлок. ― Произошла трагедия, но в ней никто не виноват. Одноклассники не подбивали Сола выйти на карниз, они все сделали то же самое хотя бы по разу. Их можно упрекнуть в том, что они испугались и не рассказали всей правды, но они боялись не полиции: это дети, и многие боялись, что им попадёт от родителей... или что родители расстроятся. Они дали слово друг друга не выдавать ― и держали его. Джо не сразу осознал, что ему говорят, ― изначально он вовсе не одноклассников брата винил, а учителя. И Шерлоку пришлось ещё раз объяснить, что Сола не сталкивали, не доводили до самоубийства ― он полез на карниз из желания утвердиться среди сверстников. ― Я не понимаю... ― растеряно бормотал парень. ― Джоэл, вы ведь наверняка слышали заключение полиции? ― спросил Джон. ― Слышал. ― Что оно гласило? ― Несчастный случай. ― И на тот момент вы не искали другого объяснения. Почему же вы так легко поверили, что это было самоубийством? Несчастный случай может произойти с каждым, почему же вы предпочитали думать, что ваш брат был настолько несчастен и загнан в угол, что бросился с карниза? Шерлок чертыхнулся про себя. Надо было договариваться с Джоном заранее. Выяснять эти скользкие вопросы с пареньком при всех он вовсе не планировал. Но что делать? Пришлось срочно вмешиваться. ― Я тебе скажу, Джон, почему. Так вышло, что случай гибели ученика в этой школе был не первым. Десять лет назад... ах нет, мы же шли с конца. Четыре года назад в школе произошло самоубийство мальчика. Вот там действительно было самоубийство. Несчастный ребёнок попал в ситуацию, из которой не видел для себя выхода. Джоэл, ты его хорошо помнишь, не так ли? Джо кивнул, рука учителя на его плече напряглась, и парень впервые рискнул искоса взглянуть на него. ― Я помню его, сэр. Джордж не был... у него не было друзей. Он ходил с нами к мистеру Ропсу, а в свободное время решал кроссворды. И десять лет назад в школе был ещё один случай, ― опередил Джо рассказ Шерлока. ― Сэм Бэрч тоже ходил к мистеру Ропсу... это ведь уже второе совпадение на дело, не так ли, мистер Холмс? Вы сами говорили ― двух совпадений быть не может! Пауза повисла не больше, чем на пару секунд, но Шерлоку она показалась ужасно длинной, а он сам себе ― тупым, не умеющим быстро найти нужный ответ. Помощь пришла из кресла, стоящего напротив Саманты. Видимо, доктор Эртон подумал, что паузу лучше не затягивать. ― Это не совпадение, парень. Это закономерность. Дети, оторванные от семьи надолго, часто испытывают недостаток любви. Об этих мальчиках не заботился никто, и самим им было не о ком заботиться. В доме учителя они получали то, чего им так не хватало ― внимание к себе, возможность любить в ответ. У вас с братом всё это было и так, у них ― нет. Поэтому ваш случай ― другой. ― Я оставил его одного в школе, сэр. Последний год он тоже был одиноким. ― Неправда! ― Шерлок уже пришёл в себя и вмешался, перехватывая инициативу. ― Твой брат скучал по тебе, конечно, но он не был одиноким. Я говорил с его одноклассниками ― у него были приятели и даже появился друг. Ты был его лучшим другом, и ты научил его дружить, он вовсе не был несчастным. К тому же он знал, что ты у него есть и всегда будешь. Поверь мне, этого абсолютно точно достаточно, чтобы не впадать в отчаяние. ― Мистер Холмс, ― подал вдруг голос Ропс, ― может быть, раз мы выяснили, что случай с Джоэлом не связан с первыми двумя... мы с ним могли бы оставить вас? Пойти куда-то в другое место, поговорить? Ведь всё дальнейшее его не касается, как я понимаю. ― Но оно касается вас, мистер Ропс, ― удивился Шерлок. ― Разве вам... ― Да вы знаете, мне как-то... это всё не очень важно. То есть я вам очень благодарен, мистер Холмс, поверьте. Но бывают вещи более важные, а бывают менее... и потом, Клара мне всё после расскажет. Да, дорогая? ― улыбнулся учитель жене. ― А мы с Джо давно не виделись, и нам есть о чём поговорить. ― Я должен остаться, сэр, ― поднял голову Джо. ― Я был... это я приходил к вам в дом, и я... ― Ну вот ты мне отдельно и расскажешь, что захочешь. И задашь любые вопросы. Мистер Холмс, ― обратился Ропс к сидящему рядом Майкрофту, ― в доме есть какое-то помещение, чтобы мы могли... ― Я вас провожу. Мистер Ропс прав, пойдём, Джоэл, ― встал с дивана старший Холмс. Майкл, поколебавшись секунду, ― очень уж хотелось присутствовать при триумфе дяди ― встал тоже.

***

Они спустились вниз, и Майкл поначалу даже не знал, рядом с кем ему сесть. Рядом с отцом или рядом с Джо, но вышло так, что они сели за круглый стол – в буквальном смысле, и Джо оказался рядом с мистером Ропсом, на которого он боялся поднять глаза и рассматривал узоры на скатерти. Майкл удивился, что отец не сел со всеми, а отошёл к книжным полкам ― можно подумать, у миссис Хадсон там есть что-то интересное. Учитель первым заговорил: ― Всё в порядке, Джо. Мистер Холмс прав, ты не имеешь отношения к этим людям. ― Ну как же не имею? ― возразил парень. ― Я ведь ходил к вам домой, менял вам таблетки, и с компьютером тоже... ― Ты можешь приходить к нам домой, когда хочешь, ты же знаешь. Таблетки и компьютер ведь не были твоей идеей. Эти люди тебя убедили, что правы. Ты ведь хотел справедливости... я ни в чём тебя не виню. Майклу показалось, что Джоэл сейчас расплачется. ― Она сказала... мисс Пасс... что её брат был в вас влюблён... Я сказал ― мало ли, бывает, а она притащила меня на встречу с этими... Они мне рассказали о своём брате. Я вообще не понимаю, как им удалось мне промыть мозги. ― Это очень даже понятно, Джо. И я бы на твоём месте думал об опасности, которая может угрожать другим детям, таким же, как Сол. Я хорошо помню этих мальчиков, особенно Джорджа. Как однажды было сказано, «мы в ответе за тех, кого приручили». Так что я действительно виноват. Такие случаи... их могло быть не два за десять лет, а больше. Но это ужасно, что я допустил вот эти конкретные два. Особенно второй, потому что мальчик был очень привязан ко мне. А я не почувствовал опасность, не упредил. ― Мистер Ропс, вы не виноваты, ― не выдержав, запротестовал Майкл. ― И это дурацкая книга! Вы своих учеников не приручаете, а любите. ― Нет, дружок, она не дурацкая. Просто она совсем не детская. Любовь, Майкл, она всегда любовь, как её ни назови. Лис назвал так, но это ничего не меняет в сути. Если ты позволил человеку полюбить себя, если ты любишь его в ответ, ты отвечаешь за всё, что происходит с ним, и он отвечает за тебя так же. Поэтому так люди редко любят многих ― только самых близких. ― Но вы же не можете забрать их всех к себе! Тех, кто к вам ходит. У них же семьи есть. И у Джорджа родители были, сестра эта... дура. Но семья же. Испугавшись, что сказал лишнее, Майкл поискал взглядом отца, но тот стоял, прислонившись к подоконнику и скрестив руки на груди, по-прежнему не вмешиваясь в разговор. ― Учитель не может заменять семью, ― сказал мистер Ропс, ― и не должен. Но учитель может быть другом своим ученикам. Не всем, конечно, невозможно дружить со всеми, но за тех, кто стал тебе другом, ты всегда отвечаешь. Для этого не надо брать кого-то куда-то... это другое, Майкл. Просто у человека должно быть ощущение, что твой друг всегда рядом, даже когда физически его тут нет. Вот как у Сола ― у него было такое ощущение, я знаю. Что его брат всегда с ним. Возникни у Сола проблема, он обязательно рассказал бы о ней своему брату. У Джорджа Пасса появилась проблема, но он не пришёл с ней ко мне. Значит, я не смог стать ему настоящим другом. А он был из тех, кто очень в этом нуждался. ― Он просто стеснялся, ― сказал Джо, и Майкл весь подобрался, чтобы не улыбнуться, потому что его приятель невольно тоже принялся защищать учителя.― Когда влюблён, всегда стесняешься. ― Друзей не надо стесняться. И ты меня никогда не стеснялся. А... непонимание случается и между друзьями. Это не страшно, друзья всегда могут всё выяснить, и всегда прощают друг друга. ― А себя? ― спросил Джо.

***

Когда диван опустел, Шерлок оглядел оставшихся. «Клоны» выглядели несколько смущёнными, Пасси кипела от негодования, Клара, против обыкновения, молча смотрела на Шерлока ― явно ждала продолжения. Доктор Эртон сидел в кресле с полуприкрытыми глазами ― ни дать ни взять Ниро Вульф... Лестрейд всё так же занимал стратегический пост у дверей, и Шерлок готов был поклясться: тот думает, что инспектор Кремер для перекрывания отхода водил с собой своего сержанта... представив Салли, заламывающей руку мисс Пасс, Шерлок усмехнулся про себя. Джон между тем пересел со стула на освободившийся диван. Шерлок вернулся взглядом к Бэрчам. ― Идея с инопланетянами пришла в голову, видимо, мисс Пасс, поскольку о хобби учителя вы, господа альтаирцы, уж точно не знали, а она могла прочитать в дневнике у брата. Не стану даже спрашивать, кто из вас спланировал остальное. Кто придумал подменить безобидные пищевые добавки на галлюциноген, а кто ― всю эту компьютерную атаку. В общем-то, это не важно. Важно другое. Вы, взрослые и успешные люди, пошли на поводу у истеричной девицы, ненавидящей и старающейся использовать любого мужчину как существо низшего сорта. И помогли ей подставить под удар несовершеннолетнего мальчишку, находящегося в отчаянии от потери. Считали, видимо, что на дворе не девятнадцатый век и к ребёнку будут более снисходительны, если что? ― Десять лет назад, сэр, нам было примерно столько же, сколько ему сейчас... ― подал голос клон-фармацевт. ― Вот именно, ― перебил Бэрча Шерлок. ― Только вы ни секунды не винили себя в смерти вашего младшего брата. Вы не думали о том, что будь вы рядом, он не чувствовал бы себя таким несчастным... да вы и не могли так думать, верно? Вы оба и ваша старшая сестра всю недолгую жизнь младшего считали его косвенным виновником смерти вашей матери, и он стал в семье почти изгоем, ведь отец практически не обращал внимания на детей. Ваш брат был попросту никому не нужен, и, может, вы тогда восприняли его смерть как акт справедливости, не стоит гадать... в любом случае совесть никогда не мучила вас и виноватых вы не искали. ― Всегда есть виноватые, ― выпалила притихшая было Саманта.― Учитель... ― Учитель ни при чём! ― рявкнул Шерлок, и неистовая Пасси заткнулась, даже док открыл глаза и внимательно посмотрел на него, а Джон подивился в очередной раз, как голос друга может меняться. Шерлок между тем, хоть и заставил замолчать девицу, взгляда от «клонов» не отводил. ― Вы не были знакомы с мистером Ропсом раньше, вы ничего о нём не знали. Но сейчас вы, несомненно, уже поняли, что этот человек не станет обращаться в полицию или подавать в суд на мальчишку. Так что и вам удастся избежать наказания. Вот только в одном мисс Пасс права: виноватые в таких случаях есть всегда. И в смерти вашего брата виноваты вы. Вас не станут судить, и вы не будете наказаны, но вам с этим жить, пусть даже вы и не любили его. Шерлок наконец посмотрел на Саманту. ― Теперь вы, мисс Пасс. Дойди дело до суда, ваш адвокат искал бы, я думаю, причину, по которой вы так ненавидите весь род мужской, и на этом построил защиту. Но я не адвокат. Ваш брат, мисс, был влюблён в своего учителя. Только извращённый ум мог увидеть в такой влюблённости грязь, и то, что вы её увидели, характеризует вас, а не мальчика или тем более учителя. Вы ведь готовы были даже довести дело и до суда, не так ли? Вы хорошо всё рассчитали, ничего формально подсудного лично не делали, а «эти глупые мужчины» не выдали бы даму-организатора, дойди до официального расследования. Вам не было дела до смерти вашего брата, пока вы не поняли, что в ней можно обвинить учителя-мужчину. Могу предположить, что вы рано начали «оформляться» и уже в детстве ловили на себе похотливые взгляды, вот только это никак не оправдывает вас в моих глазах. Кто бы и когда не вывалял вас в грязи, вы не стали отмываться, а позволили грязи буквально впитаться вам в кровь. В ваших мозгах грязь, в вашем сердце грязь, мисс Пасс, и пока вы не очиститесь, вас никто и никогда не полюбит. ― Это не ваше дело! ― буквально взвизгнула Саманта, и Джон понял, что она получила удар чётко по больному месту. ― Не моё, ― согласился Шерлок. ― Нравится жить грязной ― ваша проблема. Других пачкать не надо. А теперь убирайтесь. Я собираюсь выпить кофе, и не хочу сидеть с вами за одним столом. ― Бедная девочка, ― пробормотала Клара, когда «пришельцы» гуськом отправились к лестнице, провожаемые пристальным взглядом инспектора, а Джон, за неимением тут Фрица, пошёл варить кофе. ― Доктор Эртон, можно что-то сделать для неё? Какие-то сеансы... как-то помочь? Мы оплатим. ― Если она захочет, миссис Ропс, ― кивнул Леон. ― Ну, это я беру на себя, ― уверенно заявила Клара. ― Вы дадите мне её телефон, хорошо, мистер Холмс? Шерлок пожал плечами, написал на листке телефон и другие координаты Саманты и протянул листок Кларе со словами: ― Вообще-то она пыталась сжить со свету вашего мужа, вас это никак не беспокоит? ― У неё ничего не вышло бы. Они ведь надеялись... пытались довести его до самоубийства, да? Человеку с чистой совестью это не грозит, дорогой мой. Но, конечно, ему было очень непросто, и вы нам так помогли, мы очень, очень благодарны. Но ведь кто-то должен помочь и этой девочке? Шерлок поднял руки. ― Я сдаюсь, миссис Ропс. Пойдёмте пить кофе. Клара помогла Джону с чашками и кофейником и несколько растерянно посмотрела на накрытый стол. ― Да, вы правы, миссис Ропс. Я сейчас позову остальных, ― сказал Шерлок и послал брату смс.

***

― А себя? ― спросил Джо. ― Себя можно простить? Учитель вздохнул. ― Себя ― смотря за что. За ошибку ― конечно, как только она выяснится. Но бывают вещи, которые себе не прощаешь, даже если объективно ты не виноват и все говорят тебе о том же. Главное ― знать, что твой друг тебя простил. Его прощение даёт тебе возможность жить дальше, ради тех, кому ещё ты нужен, или будешь нужен. ― Вряд ли Сол задумывался, правильно я поступаю с ним или нет, ― возразил Джо. ― Он мне доверял и думал, что с младшими так и надо ― за ручку водить. И тут Майкл чуть на стуле не подскочил: неожиданно заговорил отец, подходя к остальным: ― Это не главное, Джоэл. При разнице в семь лет мы все можем совершать ошибки. То нам кажется, что наши младшие братья ― совсем еще малыши, то ― что они уже совсем взрослые, такие же, как мы, и всё понимают. Это не имеет значения, твой учитель прав. Какие бы ошибки я не совершал по отношению к брату, он был всегда уверен, что я люблю его, и прощал. Твой брат никогда не сомневался в твоей любви, и это самое главное, Джоэл. ― Только ваш брат жив и здоров. Есть кому прощать, сэр. ― Ты пережил большое горе, мальчик. Но произошёл несчастный случай. Сорваться с карниза мог любой, от самостоятельности это никак не зависело. Я не считаю, что детей надо водить за руку, но это не та ошибка, за которую брат винил бы тебя, будь он жив. Я, например, совершал куда более страшные ошибки по отношению к своему и больше десяти лет жил с мыслью, что он меня не простит никогда. Самое тяжёлое ― это жить с таким грузом. Но он свалился с моей души, когда я узнал, что на самом деле брат простил меня очень давно. У тебя есть родители, есть ещё один брат, Джоэл, есть и будут новые друзья. Тебе есть ради кого жить, а твой брат простил тебе любую вину, настоящую или мнимую, ты можешь не сомневаться в этом. Майкл смотрел на отца во все глаза и думал, неужели тот мог совершить по отношению к Шерлоку настолько ужасные вещи, что боялся потерять его любовь? Когда отец ему рассказывал про свои проблемы со здоровьем, он упоминал о ссоре с младшим братом, но в тогдашнем изложении история не выглядела такой уж безнадёжной. Джо, казалось, тоже был в замешательстве. Когда он только увидел мистера Холмса-старшего, то даже не сразу поверил, что это отец Майкла и брат Шерлока Холмса. Такой важный, в костюме-тройке ― и вообще казался совершенно отстранённым и непонятно зачем пришедшим на это собрание. И вдруг ― такое признание. ― Ваш сын ― классный парень, сэр, ― брякнул Джо первое, что пришло в голову, случайно посмотрев на Майкла. ― Спасибо, да, я тоже так считаю. ― Майкрофт встал возле Майкла и положил ему руку на голову. ― Знаешь, Джоэл, я тебе ещё вот что скажу. Я понимаю тебя лучше, чем ты думаешь. В моей жизни есть ещё один человек, перед которым я виноват. Мать моего сына. И я не успел попросить у неё прощения. Когда я узнал, что её уже нет в живых, и понял, что на самом деле виноват перед ней, это было очень нелегко... Мы совсем не общались, и она не оставила мне никакого письма... мне стало легче, только когда я осознал, что она тоже меня простила практически сразу, назвав сына в честь меня. Так что... поверь, те, кто любит, прощают всегда. За что угодно. У Майкла глаза стали уже как две плошки, налитые всклень. Но у Майкрофта запищал сотовый. «Во дают», ― думал Джо. Он толком не мог сформулировать. У него лишь выходило, что Холмсы круты не только потому, что они все такие жутко умные. ― Это Шерлок, ― сообщил Майкрофт. ― Посторонние ушли. Нас ждут пить кофе с пирожными. Идём? Ропс кивнул. ― Клара печёт очень вкусные пирожные. Пойдёмте, мальчики. Джо очнулся и вскочил. ― Мистер Холмс... Мистер Ропс. Спасибо вам. ― Не за что, молодой человек, ― сказал Майкрофт. Майкл быстро поднял голову на отца и тоже вскочил и даже ухватил Джоэла за руку и потянул к двери, не дав учителю и слова сказать. ― Пирожные ― это здорово. Пойдём, пока там без нас не съели. Я однажды Шерлоку от бабушки принёс шесть пирожных, так он четыре съел подряд... ― донеслось до взрослых уже с лестницы. Майкрофт с Ропсом переглянулись. Не все гости пребывали в радужном состоянии, поэтому кофепитие не растянулось надолго. Ропсы заторопились домой. Сюда они приехали на такси, и доктор Эртон вызвался подвезти их на своей машине. Кларе к тому же не терпелось обсудить с ним судьбу «бедной девочки». Доктор как-то незаметно прихватил с собой и Уотсона. Джо тоже засобирался, и Майкл пошёл его проводить до двери. ― Мы же с тобой увидимся? ― спросил он. ― Если хочешь. Отец против не будет? ― на всякий случай уточнил Джоэл. ― Нет, что ты! Давай сходим куда-нибудь вместе? ― Сходим. Завтра позвонишь? ― Обязательно! Пока, Джо. ― Пока. Майкл посмотрел ему вслед и закрыл дверь. ― Ну что? Двигаем стулья обратно? ― спросил он Шерлока, поднявшись наверх. Он заметил, что отец, который в его глазах совершил настоящий подвиг своей неожиданной откровенностью и поддержкой Джоэла, с уходом последнего, кажется, выглядел уже немного спокойнее. И Майкл оставался не только чтобы помочь и поговорить с дядей, но и чтобы у Грега дома было время для телячьих нежностей. С ними Майкл уже смирился, когда понял их благотворное воздействие на отцовское состояние. Шерлок проводил брата и Грега, вернулся в гостиную и увидел, что Майкл уже успел отнести на место тот стул, который стоял в спальне с зелёными шторами. ― Тут ещё пирожные остались. Давайте их уничтожим? ― предложил Шерлок и застыл. ― А где Джон? ― Так он с доком уехал. Спросил, наведём ли мы тут порядок сами, я сказал, что наведём. Ты чего? ― удивился Майкл. ― Он вернётся скоро. ― Как уехал? Зачем? Чёрт, я не заметил. Шерлок сел за стол и опять чертыхнулся. ― Проводит и вернётся, не переживай. Может, они поговорить хотели? Шерлок, что? Давай я чай сделаю? Ты же пирожных хотел. ― Да чего-то я дров наломал, честно говоря. Это ведь изначально было дело Джона. А я его задвинул. ― Я думал, у вас все дела общие. Да ладно, что ты, он на тебя не обидится. Ну или сразу простит... папа сегодня сказал ― когда любят, сразу прощают. ― Кстати о папе. О чём там Майкрофт говорил с парнем, что в таком состоянии поднялся сюда? Майкл понял, почему Шерлок не заметил, как уехал Джон: испугался за старшего брата, что с ним опять что-то случилось. Майкл вспомнил рассказ отца про то, как дядя сидел на ступеньках... ― Папа сказал, что брат Джоэла за что угодно простил бы, ― торопливо заговорил Майкл, ― потому что когда любят, прощают обязательно. Что он это точно знает, потому что даже моя мама его простила... и он больше десяти лет жил с мыслью, что ты его не простил, и когда узнал, что ты его давно-давно простил, это было для него самое большое счастье. Шерлок выслушал скороговорку племянника и вцепился себе в волосы. Потом взлохматил их и даже ладонями по голове стукнул ― для закрепления мысли, видимо. ― Какой я идиот! Я что угодно мог предположить, но не такой разговор. ― Я тоже не ожидал, что папа так... но, наверное, это правильно ― говорить, что чувствуешь. Тогда человек поверит. Знаешь, ведь Джоэлу помогло. Он правда успокоился. ― Ещё бы, ― мрачно отозвался Шерлок, глядя, как племянник разливает чай. ― Это ведь я Майкрофта попросил поговорить с Джо. Не надо было его вообще со всеми вместе приглашать ― Джон был прав. ― Так вы с Джоном поссорились, что ли? ― дошло до Майкла. ― Нет, не то чтобы поссорились. Я просто не посоветовался с ним и наломал дров. ― Шерлок ткнул в орхидею: ― Это она виновата. В чём виноват цветок, Майкл не понял. ― Но всё ведь хорошо закончилось? И папа в порядке. Он мне рассказал, как болел, и что ты ему помог... рассказал в общем, когда... ругал за самостоятельность. Ты не волнуйся, правда всё в порядке. И с Джоном помиритесь, уж Джон точно не станет долго обижаться. Он уже утром-то как радовался, когда нас сравнивал, помнишь? ― Теперь вспомнил, ― кивнул Шерлок, беря пирожное. ― Ну вот... и я тоже. Знаешь, если мы с тобой, например, опять поссоримся... ну мало ли, когда-нибудь, я сразу приду мириться, не важно, кто будет виноват. Мы не будем долго сердиться друг на друга. Это ведь неправильно ― обижаться на друзей? Шерлоку тон Майкла показался подозрительным. И вообще на минуту почудилось, что речь племянника сводилась к хрестоматийному: первым мирится тот, кто умнее. Но Шерлок посмотрел на его умильную физиономию и рассмеялся. ― Выкладывай, к чему ты клонишь? Интересно, такая тактика с Джоном сработает? ― Да я клоню разве? Я так, вообще... чем у вас тут-то кончилось? Сам же сказал, это и моё первое дело. «И никто ведь меня за язык не тянул», - проворчал Шерлок про себя. Но когда начал рассказывать, то немного успокоился, вспомнил, как Майкл с самого начала защищал бедолагу Джо. Шерлок старался не тараторить, но вообще-то он сообщал содержание беседы с «пришельцами» довольно сухо, хотя в точности изложения мог поспорить с мистером Гудвином, чьи лавры не давали ему покоя. Зато, говоря, он мог спокойно думать, и некоторые вещи, которые он упустил вначале, увидел ясно. Так что когда Шерлок закончил, то уже сидел рядом с мальчиком, заметив в какой-то момент, что при упоминании матери Майкл слегка поплыл. ― Потом я спровадил этих мстителей и послал твоему отцу смс, ― подытожил он, обнимая племянника за плечи. Для Шерлока Кейтлин Хёрст оставалась неприятным воспоминанием, приходилось периодически напоминать себе, что это мать Майкла и что для мальчика прошлое всё ещё живо. ― Думаешь, Саманту в детстве какой-нибудь учитель... изнасиловал, что ли? ― спросил Майкл, успокаиваясь. ― Вряд ли там настолько страшно, ― покачал головой Шерлок. ― Ну, может, приставали парни, обидел кто-нибудь. Думаю, Леон разберётся, что к чему. Скорее я поверю, что она домогалась учителя, а тот её отшил. ― Отшил ― и правильно сделал... Ну а этим может и правда стыдно станет... ты здорово их приложил... Можно тебя спросить? Почему ты это выбрал? Ну, расследования? ― Потому что мне было интересно, и я чувствовал, что в этом деле смогу стать лучшим. Извини, Майкл, на тот момент меня не интересовали никакие морально-этические вопросы. ― Шерлок развёл руками. ― А сейчас? ― Должен признать, что иногда помогать людям бывает приятно. ― Хорошим людям, как вот мистер Ропс? ― Да. Шерлок почувствовал подвох. ― А я смогу ещё когда-нибудь поучаствовать, когда вы будете помогать кому-то? ― Если попадётся что-то вроде дела Ропсов ― конечно. ― Я не хочу в это играть, я хочу помогать по-настоящему. Ну то есть мебель я и так помогу переставить... но чтобы научиться быть как ты ― это ведь надо в деле учиться, не на словах только. Папа сказал ― сотрудники должны подчиняться, никакой инициативы, делать только то, что приказано... ты тоже Джону так говоришь? ― Джон не сотрудник, а коллега. И компаньон в деле. Но у меня есть помощники, как ты знаешь, ― вот от них я требую точности. Майкл, я тебя понимаю, но и ты нас тоже пойми и не сердись. И твои действия с Джо под определение игры никак не подпадали. ― Я не сержусь. Я хочу понять, есть у меня шанс тоже стать коллегой или нет. Я не про Джо, я про вообще. Я понял, что ты сказал: ставить в известность, согласовывать ― это нормально. Я был неправ, я признаю. И то, что вы волнуетесь обо мне, ― это даже приятно. Но мне уже не пять лет и даже не десять. Если я хочу этим в будущем заниматься, мне надо научиться, а не просто тупо выполнять задания, как твои там... эти... помощники... ― Майки, но ведь моя работа заключается главным образом не в беготне за подозреваемыми. Если ты о дедукции ― так бога ради. Этому не только я тебя могу учить, но и твой отец тоже. ― Я и не говорю про беготню. Я говорю про всё целиком. Смотри, вот ты берёшь дело, ты его обдумываешь, раз вы работаете вместе, вы его обсуждаете, наверное? Планируете, что нужно сделать, что могло быть, на что надо внимание обратить... потом что-то делаете конкретно, так? Беседуете с кем-то, что-то проверяете... Я понимаю, что меня при допросе всерьёз пока никто не примет, а так, чтобы свидетели были вон дети или подростки ― это не так уж часто бывает. Но во всём остальном я ведь мог бы участвовать? Беготня как раз дело не главное, и я тебя не уговариваю разрешить мне по крышам с вами лазить, я понимаю, что ты не разрешишь, и папа не разрешит... хотя папа как раз смирится первым из вас всех, когда до этого дойдёт, вот увидишь. У папы я много чему учусь, только я не об абстрактной дедукции, а о конкретной работе. ― Изредка ― почему бы нет? ― Почему изредка? ― Потому что ты учишься. Ты решил бросить школу? ― С чего вдруг? Я, по-твоему, ненормальный? Школа сама по себе, работа сама по себе. Я хочу работать, а не играть. К школе это отношения не имеет. «Господи, я влип», ― подумал Шерлок. ― Ладно. Только смотри: если понадобится действовать быстро, мы уж сами, и ты не обижайся, хорошо? Начнём с чего-то некритичного. ― Да не собираюсь я обижаться. Единственное, на что я могу обижаться, ― если ты будешь относиться к этому не всерьёз. «У меня только в шестнадцать началось, ― подумал Шерлок, ― а вот это называется акселерация". Он сейчас на собственной шкуре прочувствовал, насколько брату с ним было нелегко. ― Я к работе всегда отношусь всерьёз. ― Вот! И я хочу как ты! ― заявил Майкл.

***

Через час о Ниро Вульфе в обычной гостиной обычного английского дома ― ну, почти обычной гостиной, ладно ― напоминала только орхидея на каминной полке. Мебель была расставлена по местам, квартира приняла прежний вид, и даже микроскоп и реторты вернулись на кухонный стол. Заслышав шаги на лестнице, племянник подмигнул дядюшке и срочно засобирался домой: «Да они же там без меня, наверное, скучают-скучают!» Джон приехал во вполне благодушном настроении, с порога отдал конверт с чеком, который ему вручила Клара, вообще не было заметно, что он чем-то недоволен и дуется за вчерашнее, так что Шерлок сперва решил, что и нечего старое ворошить. Совесть, как ни странно, понемногу мучила (раньше за ней такого не водилось ― кажется, чего мучиться, раз всё в порядке?) и к вечеру замучила совсем. Но как начать разговор, Шерлок решительно не знал. Он придумал несколько «первых» фраз, но когда пришло время ложиться спать, и стало понятно, что «или сейчас, или потом будет совсем глупо к этому возвращаться», и, собравшись с духом, он открыл рот, то бухнул первое, что в этот момент пришло в голову. ― У тебя волосы седые. ― Да, ― удивлённо ответил Джон. ― Ты только заметил? ― Нет, давно заметил, но ждал повода, чтобы сделать комплимент. В смысле ― тебе идёт. ― А! Это комплимент? ― Джон сел на диван рядом с Шерлоком.― Продолжай. Мне нравится. ― Ну... вообще-то я пытаюсь начать наконец извиняться. Но если ты будешь так близко садиться и так смотреть, то я забуду, что хотел сказать! Джон рассмеялся. ― Извиняться особо-то не за что. Но если ты хочешь, я не против. Правда, я тебе хочу предложить тот способ извинений, который получается у тебя лучше всего. ― Э... вот это ты сейчас о чём? А то я пытаюсь выбрать, что у меня лучше всего получается, и буквально не могу ни на чём остановиться! ― Не что лучше получается вообще, а как лучше всего получается извиняться, ― поправил Джон. ― Ну? Пошли уже наверх. Часа через полтора, задумчиво глядя на соседнюю подушку, довольный Шерлок вдруг подумал, что у Лестрейда тоже много седых волос ― тенденция, видимо? Осталось решить, озвучить эту мысль или нет.