На руке, дарящей розы, навсегда останется их аромат

Ты улыбаешься так ярко над тем, что осталась одна, а я услышал, как внутри тебя бьётся хрусталь.

      Я выхожу в центр сцены, закрываю глаза и делаю глубоких вдох. В зале пока что царила мёртвая тишина, так как все уже были готовы внимательно смотреть моё выступление. На момент я слегка оборачиваюсь к Юнги, в ответ же получаю его лёгкую улыбку, которая появляется и на моём лице. Хорошо, поехали!       Весь зал словно замирает, когда от пианино исходит первая нота. Мои глаза резко открываются, но перед глазами всё ещё держится картинка нашей с Юнги первой встречи. В голове вертится та самая картина, когда я спокойно сидел за своей партой, но в один момент учитель начинает заявлять о том, что в наш класс переводится новый ученик из Тэгу, который по возрасту немного старше всех остальных, точнее, лично для меня он старше на полтора года. И этот парень из Тэгу изменил всю мою жизнь. Перед моими глазами, словно плёнка камеры, пролетали абсолютно все наши совместные ситуации и «путешествия».       — Наконец-то… Он смог понять, какого это по-настоящему наслаждаться музыкой… — Миён восторженно смотрел на своего ученика, находясь в зрительном зале возле Лили.       Лилия слегка посмотрела на парня рядом с собой, а затем вновь перевела взгляд на меня. Не знаю, что творится в её голове, но она улыбалась, причём настолько искренне, словно это она находилась сейчас на сцене. А может действительно эта девушка не настолько ужасна, насколько я себе её представлял до приезда в наш дом?       Я танцевал словно не для людей, даже не совсем то и для себя, а скорее всего для моих с Юнги совместных моментов, чтобы напомнить о них, закрепить у себя в памяти на плотный замок. С помощью танцев, у меня словно снова получалось вернуться в прошлое. Наверное это звучит очень глупо, скорее всего совершенно непонятно, да и к тому же я прекрасно знаю, что вернуться в прошлое невозможно ни при каких обстоятельствах жизни, не никакого способа. Всё, что мы только можем сделать с прошлым — это частично возобновить что-нибудь из того, что мы, допустим, сделали ранее, но никак не вернуть в полной точности то самое время. К примеру, можно привести ту же самую дружбу. Сначала ты знакомишься с каким-нибудь приятным человеком, у вас развивается хорошее общение, которое со временем перерастает во что-то необходимое в вашей жизни. Незаметно ты и этот человек сближаетесь до такой степени, что вы уже не просто друзья, а самые настоящие лучшие друзья. Но порой наступает такой день, который рушит абсолютно всё… По какой-либо причине между вами появляется стена, которую увы, но не разрушить, поэтому вы решаете забыть про эту дружбу, стереть все хорошие и дорогие вам моменты. Но также проходит время, и вы вновь встречаетесь, начинаете вспоминать былое и понимаете, что безумно сильно хотите вернуть его. Знакомое чувство, ведь так? В такие моменты нами движет не разум, скорее всего глупые инстинкты, которые полностью забивают собой мозг и заставляют забыть про настоящих нынешних друзей, про всю вашу жизнь, и таким образом ваше тело и разум сами бегут к своему прошлому другу. И по началу всё может быть хорошо, но нельзя радоваться раньше времени. Между вами уже пролетела искра разрушения, про которую невозможно забыть, её невозможно стереть, поэтому вольно или же невольно, через некоторое время эта искра появится вновь. Да, возможно на этот раз она будет проявлена в более мягкой форме, но сам факт того, что она есть, уже не приводит ни к чему хорошему. А вспомним то начало, вы отказались от своих настоящих друзей. Что в итоге? Вы остаётесь совершенно один с самим собой. Вы в полнейшем одиночестве, с которым очень сложно бороться, если же вообще возможно. Попав в состояние одиночества один раз, тебе уже вряд ли удастся навеки избавиться от этого ужасного чувства, теперь оно будет преследовать тебя всю жизнь. Лично у меня не было такой ситуации, да и вряд ли когда-нибудь она со мной произойдёт, так как таких друзей у меня никогда не было. С Тэхёном я дружу и по сей день. Чонгук также со мной в хороших отношениях, а ещё есть Юнги. Последний парень и вовсе сейчас находится со мной на одной сцене и невероятно помогает. А знаете, что я вам скажу? Благодаря Мину, у меня действительно получается расслабиться. Я не знаю, как выгляжу со стороны, не могу оценивать сам себя, но в данный момент я могу лишь наблюдать за всеми нашими моментами, словно наяву. И сам того не осознавая, во время всего выступления я слишком часто смотрел на Юнги. Не понимаю почему, но мне так нравилось смотреть за его пальцами, которые невероятно изящно сочетались вместе с клавишами пианино. Мне нравилось наблюдать за ним со стороны, когда он настолько сосредоточен. Нравилось наблюдать за его игрой, так как каждая нота несла в себе огромный смысл, который возможно понять сможет не каждый, но у меня это отлично получалось. Я отчётливо слушал и понимал каждый смысл в его музыке. Хоть ему и приходилось играть ноты, которые создают из себя уже существующую мелодию всё равно, именно с помощью его игры можно было понять насколько же замечательно данное произведение.       — Он выглядит таким сосредоточенным, но точно не на песне, — Лили выглядела слегка обеспокоенно, заметив моё выражение лица.       — Возможно по его мнению так и должно быть. Возможно он выбрал именно эту заглавную эмоцию для своего танца, — Миён решил проговорить своё предположение, но вот Лили уже не особо слушала его, так как ещё немного смотрев на меня, её взгляд потихоньку перешёл на пианиста, который добавлял всему номеру свою некую изюминку.       Близился конец моего сольного номера, а значит совсем скоро будет самая сложная часть из всего моего танца. Сложный прыжок с приземлением на колени. На тренировках я всегда был в специальных защитных и крепких бинтах, которые очень сильно сглаживали приземление, но иногда и с ними помимо обычных синяков и шишек, я отбивал свои колени до такой степени, что на следующий день с трудом поднимался на ноги из-за жуткой боли. Меня начали поглощать эти мысли, я начал сомневаться в себе, а значит мои движения теряли чёткость, которая была при мне в самом начале и по сей момент. Я терял абсолютно всё, так как со временем начал даже запинаться в собственных ногах. Самое ужасное во всём этом была даже не публика, не судьи, которые резко появились перед моими глазами, так как ранее я видел лишь воспоминания и довольно тёплые моменты в своей жизни. Сейчас перед моими глазами полностью открылся концертный зал, большое количество людей, которые пристально наблюдали за мной. Особенно в мои глаза бросились педагоги, которые начали наблюдать за мной ещё более внимательно. На меня словно обрушился огромный булыжник, который придавил мои ноги, поэтому у меня чисто физически не получалось сдвинуться с места. Да, я остановился посередине номера… Смотря в зал, у меня начал нарастать приступ паники, так как в этот же момент, посмотрев вниз, я видел на своих ногах булыжник, который никто помимо меня разглядеть не мой, ведь это моё воображение, мой страх. Моё дыхание невольно участилось, пульс начал снижаться, а не повышаться, так как из-за особенности организма и из-за большого количества физических нагрузок у меня выработалось некое «заболевание» сердца под названием: Синусная брадикардия. И с каждой новой секундой всё становилось намного хуже и хуже, так как я начал замечать, что из зала доносятся смешки и разговоры о том, как же меня вообще смогли выпустить на сцену. Много голосов, которые становились ещё громче каждого предыдущего, их становилось всё больше и больше. И в один момент я увидел в самом конце зала своих родителей, которые по сути не должны были здесь находиться.       — Мы ведь говорили тебе, что своими танцами ты ничего не добьёшься. У тебя боязнь публики, идиот! — одновременно произнесли родители и в этот же момент в меня уже летела большая стеклянная ваза.       — Нет, нет, нет… — повторял я себе под нос, когда родители говорили мне о моей же никчёмности ещё давно, когда я первый раз пробовал попасть в профессиональную студию, но и тогда у меня случился приступ паники.       В тот самый день родители настолько были злы на меня, что в этом самом порыве злости кинули в меня огромной вазой. Снова… Снова я вижу перед собой эту вазу. Нет! Это всего лишь моя иллюзия! Чимин! Это всего лишь иллюзия! Но уже поздно… Я машинально закрыл своё лицо руками, а к глазам начала поступать солёная жидкость.       — Что с ним происходит? — Лили тут же напряглась и сама уже начала паниковать.       — Нет, Чимини, не сейчас, соберись же… — Миён сначала закрыл своё лицо руками, затем начал тереть его и смотреть по сторонам, словно сейчас где-то из-за угла появится чудо, которое вселит в меня новую порцию уверенности.       А я действительно ничего не понимал. В моих ушах уже не играла потрясающая мелодия, так как у меня получалось слышать лишь слова о том, что моё место где-нибудь дома под богатеньким крылом своих родителей, точно ни как не на этой самой сцене. Я слышал всё это, даже если на самом деле это всё всего лишь в моём воображении. Но в один момент, когда я закрываю глаза от испуга, а руки сами тянутся закрыть себе уши, я вдруг слышу голос, которого я не испугался. Потихоньку мои руки отстраняются от ушей подальше, а глаза вновь открываются и корпус тела слегка разворачивается назад, так как именно оттуда и послышался этот самый голос, который стал для меня самым настоящим спасением, вот оно, это чудо. Перед моими глазами сразу же появляется парень с белоснежными волосами и бледным цветом кожи, длинными пальцами на руках и не сильной сутулостью. именно его голос звучит для меня, как настоящее спасение от всего в этом мире. Воображение треснуло и разбилось на тысячу мелких осколков, из-за чего я слегка вздрогнул, но голос вновь заставил обратить на себя внимание.       — Всё хорошо, Чимин, всё хорошо, — произносит парень, смотря при этом на клавиши, так как он не переставал играть, но когда он закончил своё предложение, то его взгляд медленно перешёл на меня, но и не только взгляд, я также заметил и его мягкую замечательную улыбку.       Не знаю, как работал тот механизм, что за магия, но после этих слов я вновь начал слышать музыку, вновь перед моими глазами не концертный зал и вся публика, а картинка, но вот на этот раз не воспоминаний, а совершенно новая для меня самого. На ней не было изображено то, что уже происходило со мной ранее, на ней было кое-что новое, а точнее, передо мной стоял Юнги с протянутой рукой в мою сторону, который при этом проговаривал «Ты со мной?»       — Конечно… — всё, что я смог быстро вякнуть себе под нос перед тем, как началась музыка того самого момента, когда нужно было начинать заход на трюковой прыжок.       Время словно остановилось, но не из-за паники, всё из-за того, что я решительно набирал скорость разбега для прыжка. Несколько уверенных поворотов, пару шагов и толчок… В такую минуту словно всё время замирает, причём не только для тебя, но и для всех окружающих. Я не могу сейчас видеть лица людей в зале, видеть выражение лиц педагогов, но я точно уверен в том, что абсолютно все в предвкушении моего заключительного трюка. Моя спина прогибается, ноги сгибаются под себя, руки касаются пят, и сила притяжения начинает медленно тянуть меня вниз. Я смог прыгнуть высоко, смог задержаться, но теперь осталось самое сложное… Главное заключается в том, чтобы приземлиться не на сами колени, иначе они точно вылетят с моими то проблемам… На самом деле, у меня нет ничего серьёзного, но есть одна подростковая проблема колен, когда примерно раз в месяц на несколько дней одно из колен начинает жутко болеть. Иногда до такой степени, что я просыпаюсь ночью и начинаю немного кричать. Как я знаю, это должно пройти со временем само, но вот эта боль приходит ко мне всегда в самый ненужный момент, так как в момент моего приземления колено резко схватило… Последняя нота, последний удар, последний взлёт волос, последние капли пота отлетают от моего лица, последний вздох… Весь зал заполняется громкими аплодисментами, и я не вру, некоторые зрители даже поднялись со своих мест. Я медленно поднимаю голову и убираю свои уже мокрые волосы, которые из-за пота потеряли всю свою чудесную укладку, но сейчас это не так важно, так как я вижу перед собой зрителей, которые награждают меня громкими аплодисментами, но всё равно мой взгляд падает по большей степени лишь на двоих. Я вижу довольное выражение лица Миёна, по которому можно сразу же понять, что я молодец, а вот рядом с ним также находилась и Лилия, эмоции которой повергли меня в небольшой ступор. По щекам девушки стекали слёзы. она зажимала свои губы, улыбка сама расплывалась по её аккуратному личику, а также её звонкие аплодисменты, которые можно было услышать и понять из тысячи, кому же они всё-таки принадлежат. Она действительно настолько сильно рада за меня? Но долго у меня не получилось наблюдать за реакцией публики, так как на сцену пригласили следующего учасника, а я в этот момент быстро поклонился и убежал за кулису, а затем, почти вслед, с места рванул и пианист. Я быстро выбежал в фае, не знаю, зачем и почему я рванул со сцены настолько быстро и резко, возможно из-за адреналина, который сейчас невероятно переполнял меня. Хорошо, следует выдохнуть и поверить во всё, что произошло немного ранее, что произошло на сцене. Я действительно смог, я взял и выступил с сольным номером перед большой публикой и профессионалами в моём любимом занятии. Это на самом деле произошло, всё это не сон.       — Чимин… — вдруг услышал я сзади от себя, но обернувшись, я заметил тех, кто явно не звали меня тем самым голосом, который прозвучал только что в моей голове.       Я расстроился? Не знаю точно, но я отчётливо услышал голос Юнги и ожидал уже увидеть его. Признаться честно, сейчас я бы очень сильно хотел посмотреть ему в глаза, сказать о том, что у меня действительно получилось, крепко обнять его, но вместо него я вижу перед собой Миёна, Лилию и охрану вместе с ней. Я не ненавижу их, мне приятно, что они последовали за мной, чтобы поговорить после моего выхода, но да, сейчас мне бы больше всего хотелось остаться наедине именно с Юнги. Только благодаря ему у меня получилось закончить выступление, только благодаря ему я сделал этот трюк на все сто из десяти, благодаря ему я вообще находился на той самой сцене и показал свой труд всем. Всё только благодаря блондину с очаровательной улыбкой и потрясающими взглядом, который может запросто пленить тебя в себе за одну секунду.       — Это было что-то с чем-то! Я горжусь тобой, Чимин! — Миён сразу же подошёл ко мне и очень крепко обнял.       — Спасибо, — всё, что сейчас могло вырваться из моих уст, но улыбка и так давала многое понять, поэтому слова были лишними.       Но долго обнимать своего друга у меня не вышло, так как за его спиной стояла Лили, которая сегодня соглашусь, что выглядела очень даже симпатично. Поразило то, что её выражение лица было иным, она выглядела действительно как обычная, но одно и тоже время очень привлекательная девушка, нежели раньше. Обычно она всегда выглядела, как самая настоящая аристократка. Я всегда видел её в одних лишь дорогих и довольно строгих нарядах, так, что у неё всё всегда было идеально, да и её поведением в целом слишком открыто говорило о том, что она из богатой семьи. Также, кое-что ещё насчёт внешнего вида. Волосы Лилии всегда были заплетены, но не сегодня. Сейчас я вижу перед собой девушку, которая одета очень просто, но в одно и тоже время гармонично, а сами же волосы — это что-то с чем-то… Мне кажется, или с её волосами не сравнятся ничьи другие? От того, что я смотрел на неё, невольно на моём лице появилась та же мягкая улыбка, какая красовалась на лице и у этой красавицы. Не знаю, как и почему, но сейчас, смотря на такую Лилию, у меня действительно возникла такая мысль, что я запросто могу влюбиться в неё. А может быть это было бы и неплохо? Наоборот, если же это произойдёт, то может быть моя жизнь наконец-то наладится и всё встанет на свои места?       Девушка положила одну свою руку на другую, скрестила между собой, если быть точным, что означало о том, вроде бы она хочет поговорить со мной, но ей неловко прерывать мои объятия с моим же педагогом. Да, пожалуй теперь следует выслушать и Лили о выступлении, но что-то во мне всё равно твердило о том, что девушка хочет поговорить не только о выступлении, но и о чём-то очень серьёзном помимо самого «представления». Не знаю как, но по каким-то причинам, мне кажется, что этот разговор не будет таким приятным, как к примеру внешний вид девчонки. Не то, чтобы я боялся, но признаюсь честно, всё же некая настороженность присутствует.       — И правда, ты действительно был неотразим, — Лилия начала подходить ближе, когда заметила, что я освободился от крепких объятий своего педагога.       Согласен, Лили действительно чувствовала себя очень неловко, возможно потому, что она ещё очень плохо знала Миёна, вот поэтому ей и неловко находиться с ним рядом. Возможно, возможно, но в любом случае, сейчас она выглядит так мило, что не передать обыкновенными словами. Мне даже самому сейчас становится неловко от того, что я слегка вспотел и выгляжу в целом не так хорошо, как перед выходом на саму сцену. Стоп, я это сейчас волнуюсь из-за того, как же выгляжу перед девушкой? Похоже на то. Чёрт, ещё самое неловкое то, что после её слов мои щёки приобрели значительно более сильный розоватый оттенок, а взгляд сам смущённо упал на пол. Вся странность в данной картине заключалась ещё в том, что жуткое смущение также выражалось и на лице Лилии. Ну и конечно же у Миёна присутствовал глаз-алмаз, которым он тут же всё прогадал и решил произнести вслух окончательные слова, после которых захотелось сквозь землю провалиться.       — Ох, думаю вас стоит оставить наедине, а то моё присутствие настолько сильно смущает вас? Извините, извините, я уже ухожу, — Миён сначала долго переводил свой взгляд с меня на Лили и наоборот, а затем на его лице образовалась очень подозрительная ухмылка, с которой он и ушёл куда-то подальше от нас, а за ним вышел и охранник девушки, так как она сама попросила его об этом.       Отлично, теперь мы наедине, но я совершенно этому не рад. Почему же? Я прекрасно понимаю, что именно сейчас мы будем говорить о важной теме, которую я не хочу услышать из её уст. Нет, я не знаю точно, но понимаю, что хорошим это всё не закончится. Как бы сильно мне не хотелось избежать этого разговора, видимо, что не судьба. Боже, я надеюсь это не будет на тему наших отношений… Мечтай.       — Чимин, признаюсь, я хочу узнать, что всё-таки между нами?.. — Лилия сначала долго сжимала свои кулаки, словно старалась собраться с мыслями, но как я понял, похоже ей надоело тянуть время, поэтому она подняла свой взгляд и решительно задала вопрос.       Блять. Просто одним словом блять и точка. Почему всё всегда идёт против меня? Ага, хотел избежать разговора, конечно же. Я так хотел закрыть на это глаза, забыть и всё. Мне просто хотелось жить дальше так, как и жил прежде. Не слышать подобных вопросов, а спокойно существовать без них. Вот зачем? Зачем, Лили, ты задала его? Если бы не это, то дальше всё могло идти так хорошо. Ладно, я делаю глубокий вдох и решаюсь всё-таки подать свой голос.       — Ты действительно хочешь знать всё? — мой голос сначала слегка дрогнул, но я не стал придавать этому значение, так как дальше будет и так всё намного сложнее.       — Чимин, да. Я хочу наконец-то всё узнать. Все эти дни, что мы гуляли вместе, ты ведь не хотел этого, я права? Ты всегда ненавидел меня. Ты всё время с ужасом ждёшь тот момент, когда я приеду в ваш дом. Да, я прекрасно догадалась об этом ещё давно. Так как я знаю, ты можешь рассказать мне всю правду, я внимательно выслушаю тебя. В этот раз с тобой происходит нечто очень странное на мой взгляд. Что с тобой? — девушка немного повысила свой тон голоса, но не со злости, а по той причине, что в её глазах можно было легко разглядеть беспокойство.       Я был удивлён увидеть её в подобном состоянии. Лилия была не похожа сама на себя. Я всегда видел её позитивной, той, которая постоянно ходит с улыбкой на лице. Лили как будто никогда не печалилась, лишь один единственный раз, когда узнала, что у меня «появилась» девушка, но сейчас её состояние говорит об обратном, она совершенно не на позитиве… Более того, было такое ощущение, словно она сейчас же расплачется, но из-за всех сил сдерживает себя, чтобы не показаться передо мной совсем слабой девчонкой. И да, кстати, она всё знала? Знала о моём отношении к ней и молчала? Боже, в данный момент мне хотелось прибить самого себя, так как я делал ей очень больно, а она скрывала в себе всю эту боль и обиду, показывая всем, что она ничего не понимает, что всё хорошо… Лили права! Всё, хватит! Я расскажу ей! Плевать, как она воспримет полученную информацию, но заставлять её и дальше закрывать улыбкой свои настоящие чувства, я не позволю, поэтому да, я всё расскажу, даже если мне это сделать очень сложно…       — Лили… Это не так, последние дни всё наоборот. Я задумываюсь о том, что ты и правда очень симпатичная девушка, особенно в данный момент, — мой голос слегка дрожал, так как я боялся ещё сильнее огорчить темноволосую.       — Но я всё равно не нравлюсь тебе, ведь так? — Лили стала ещё более грустной, но она уже больше не повышала тон своего голоса, он был стабильно тихим.       — Да, ты права… Мне нравится другой человек. На этот раз я говорю об этом серьёзно, — я сильно сжал свои кулаки, да и всё тело в целом невольно напряглось.       Не знаю почему и зачем, но я отвёл свой взгляд в сторону, чтобы не встретиться им со взглядом девушки. Не понимаю почему, но я не мог нормально сейчас посмотреть в её глаза. Возможно, что мне просто-навсего очень стыдно, но и то, в этом я тоже не уверен. Или же моё действие было сделано из-за того, что скорее всего мне сейчас придётся будет рассказать о том, что я влюбился в парня? То, что я гей. Да, возможно именно по этой причине, но вдруг резкий вопрос девушки поставил меня не то чтобы в ступор, всё оказалось намного хуже.       — Это тот самый парень, который играл с тобой на сцене на пианино, так? Ты влюблён в него? — начала интересоваться Лилия, при этом у неё был совершенно невозмутимый вид.

***

      В этот самый момент, в эту самую минуту, нет, даже секунду, Юнги уже и сам бежал за Чимином, который вдруг так резко удалился со сцены. Парень успел забежать уже в каждую гримёрку, но тщетно. Он спрашивал каждого встречного о том, не пробегал ли здесь случайно блондин невысокого роста, опять же большинство ответов были тщетны для Мина. Да, Юнги долго искал Чимина, но наконец-то осталось практически последнее место, где же может быть этот непоседа. На пути блондину встретился Миён, который подсказал, что Чимин в данный момент находится в главном фае. Немедля ни секунду, Юнги рванул в нужную ему сторону, и вот он уже услышал тот самый голос, который так долго и упорно искал, но практически сразу же услышал ещё и голос девушки, которую частично знал. Юнги резко остановился и не стал выходить из-за угла, а решил подождать, пока оба всё проговорят, а затем уже подойти к Чиммну, но когда Мин вдруг случайно услышал слова девушки, то мало того, что сильно удивился, он всё-таки решил остаться стоять за стеной так, чтобы услышать разговор. Да, Юнги на самом деле ненавидит, когда кто-нибудь подслушивает чужие разговоры, но ведь в данном диалоге он участвует, как главный герой обсуждения.       — Ты влюблён в него?..       Юнги просто обязан услышать ответ Чимина.       — Я не знаю точно, не уверен, но… Скорее всего… Да… Да, я влюбился именно в него. Я не знаю, как это произошло, не помню, когда именно, но знаю то, что влюблён, потому что мне хочется быть с ним постоянно, мне хочется, чтобы он обращал на меня ещё больше и больше внимания. В конце концов, я не могу даже спокойно находится рядом с ним, так как начинаю жутко краснеть, и моё сердце постоянно хочет выскочить из груди, словно бешеное. Лили, прости меня… — я наконец-то взял себя в руки и с уверенностью проговорил это, но на последнем предложении мой взгляд всё же вернулся на девушку.       Честно, я ожидал, что сейчас она будет вне себя от такой поразительной информации, затем её поглотит страшная злость, что она будет кричать на меня, говорить насколько же я глуп, что я наделал, понимаю ли я, что конец моему будущему, затем она начнёт кричать и спрашивать, как вообще ей удалось влюбиться в меня, а в самом конечном итоге и вовсе расскажет об этой новости всем своим знакомым, включая тех, кто знает меня, а я их. Расскажет моим и своим родителям, что Пак Чимин оказывается у нас гей, что он влюблён в того самого мрачного блондина, которого уже успели всей душой возненавидеть в моей семье просто за то, что он хотел помочь. Я ожидал, что именно это сейчас обрушится на меня, как ответ, но какого было моё удивление, когда я обнаружил на лице девушки мягкую улыбку. Эта улыбка и этот взгляд словно говорили, что всё в полном порядке, они говорили, что теперь Лили довольна, так как она знает правду, знает реальную причину, по которой я не люблю её. И я даже смог рассмотреть в этом то, что скорее всего теперь Лилия окончательно сдаётся. Ей никогда не удастся влюбить меня в себя. И я полностью согласен с ней, по крайней мере это продлится до того момента, пока в моём окружении находится Мин Юнги. Я чётко уверен в том, что не одна девушка не сможет затмить моё сердце, как это получилось сделать Мину. Что я в нём нашёл? А кто его знает? Я сам не знаю, но с самого начала он уже стал для меня неким спутником, на которого со временем я решил начать смотреть немного под другим углом, с другой стороны. Зря, конечно же зря, но в тот самый момент я не смог справиться с собой, не смог контролировать. Тем более, после всего, что с нами уже произошло, я не собираюсь всё оставлять и пытаться забыть, нет, пусть теперь Юнги терпит, но раз уж он влюбил меня в себя, то пусть берёт теперь за это ответственность.       После слов Чимина повисла мёртвая тишина. Никто не произносил и слова, такое ощущение, что запрещено было даже дышать, точнее, это было невозможно сделать. Юнги хоть и не видел лиц, но всё равно понимал, что девушка не злится на маленького паренька. Понимал, что этот ответ послужил ответом на абсолютно все вопросы в этом мире, волнующие эту тему. Юнги услышал из уст Чимина то, что он нравится ему. Иногда старший пытался догадаться до этого сам, предполагал, но никогда не слышал чёткого ответа, который мой получить только от самого Чимина, а младший в свою очередь ничего не говорил. Не говорил, что влюбился, что полюбил Мина. Сейчас же Юнги всё услышал и понял. Наконец-то прочная стена разрушилась, которая была построена на сомнениях. И да, Юнги уже подозревал о том, что Чимину на самом деле нравится эта самая Лили, так как она ещё и является его некой будущей женой. Юнги узнал об этом, поэтому уже и сам многое накрутил себе, что видите ли, Чимин всего лишь использовал его, но нет, всё на самом деле оказалось не так. Наконец-то все ответы встали на свои полочки. Теперь Юнги знает, что делать дальше.       — Но всё равно есть одно но… Я уверен в том, что ещё не готов к отношениям с парнем, — неожиданно проговорил я, когда Лили уже собиралась уходить.       Теперь же на её лице вновь можно было увидеть удивление, но слава, она не стала задавать лишних вопросов, а просто ушла, не говоря ничего напоследок. теперь она знает то, что хотела знать. Чёрт, надеюсь теперь на то, чтобы Лилия не захотела рассказать о моём признании всему миру… Не буду скрывать то, что теперь с моей души наконец-то исчез тяжёлый камень. Нет, я не считал обязательностью рассказывать обо всём этом девушке, но и гулять с ней вместе, при этом постоянно думать о Юнги, мне не особо то и хотелось. Она всеми способами старалась понравиться мне. В какой-то степени поменяла свой привычный стиль, так как ранее перепробовала абсолютно всё, чтобы я заметил её, но ничего не выходило. И вот, последний стиль обычной девчонки, который я замечаю в ней. Наконец-то спустя столько времени я заметил Лилию, но не как ту, которую я люблю, а просто как… подругу? Я не могу заставить себя смотреть на неё, как на девушку, даже если и захочу этого в голове. Захотеть — это всегда очень легко, мы можем захотеть чего угодно, даже то, что совершенно невозможно, другое же дело — это исполнить данное хотение, воплотить его в реальность. И да, впервые в жизни я не наврал ей. Мне всегда приходилось лгать по тому поводу, что я люблю другую девушку, что у меня имеется вторая половинка, да, я лгал, но сегодня из моих уст звучала лишь правда. Я действительно влюбился в Юнги. Это не просто влюблённость, скорее всего это любовь, я не уверен точно, но такое может быть. Слышал, что вроде бы говорят, если влюблённость длится более семи месяцев, то только тогда это чувство можно назвать настоящеё любовью. Прошло всего лишь два месяца, поэтому, если верить в данное предположение, то всё ещё может пройти. Убить в себе влюблённость не так уж и сложно. Погубить в себе любовь — невозможно. Хотя, люди ведь никогда не влюбляются всего лишь один раз за всю свою жизнь, так ведь? Любовь может приходить и уходить, но довольно болезненно. Вот бы сделать так, если люди расстаются, то можно было бы нажать на специальную кнопку, которая стирала бы все совместные воспоминания и память об этом самом человеке. Люди бы больше никогда не встретились, значит не влюбились бы снова. Им бы не было так больно, потому что они просто-навсего ничего бы и не помнили. Идеальная кнопка, но увы, таковой не существует в реальном мире… И да, кое-что ещё очень важное… Это насчёт моих последних слов, сказанных в спину девушки…