На руке, дарящей розы, навсегда останется их аромат

Каждый раз, когда моё сердце бьётся, оно бьётся в ритме с твоими шагами, так что не разгуливай больше просто так.

      Знаете что меня бесит в себе больше всего? Не будем в данный момент приписывать сюда слабость, откинем её. Ничего не приходит на ум? А я вот знаю, так как это моя настойчивость и уверенность в голове, но полное бездействие в реальной жизни. Хотя ладно, не полное, так как парочку раз я всё-таки решился подойти и поговорить с Юнги, но как вы догадываетесь, ничем положительным это не заканчивалось. Или он игнорировал моё присутствие, или начинал критиковать меня в моём некачественном вокале, хотя сам, на минуточку, являлся рэпером, а так же он смел критиковать меня даже в танцевальных движениях, хотя он по сравнению со мной — бревно! Да, соглашусь, что это моя дурацкая черта, когда во мне проявляется этот обидчивый ребёнок, но это было бы забавно и смешно, если бы все подобные замечания Юнги не затянулись на три месяца. Я думал, что мы в первую же неделювстретимся и поговорим наедине. Обсудим всё то, что случилось три года назад. Я бы объяснил ему свою позицию, почему вдруг пропал без вести, чего это мне стоило, и то, как я жил без него. Я уверен, что смог бы верно всё донести до него, а он в свою очередь, смог бы поставить себя в моё положение. Не знаю почему, но мне казалось, что Юнги бы всё понял. Он всегда понимал меня, понимал, почему я так или иначе поступаю, понимал, так как знал меня лучше себя самого. В один момент я доверился ему, открылся и поначалу боялся, что поступил неправильно, что совершил ошибку, но нет, я уверен, что Юнги именно тот человек, которому я и должен был это сделать. Я должен был ему открыться, так как он тот самый. Вот только три месяца мы ведём себя так, словно и не были близки три года назад… Словно всего того, что с нами было — испарилось. А что, если Юнги забыл?.. Нет, подождите, быть такого не может. Невозможно забыть всего того, что произошло. Не поверю в то, что он смог забыть целую сагу про Шона и его нападки на нашу компанию. Уж некоторые мелочи по типу приезда Лили и Хосока, я не буре в счёт, это действительно не так важно, но тоже сыграло огромную роль в наших отношениях. Которых на данный момент мы не имеем никаких… Хотя, да, я и сам не сахар, так как то ли из-за боязни остаться одному, то ли ещё из-за чего, но продолжал поддерживать романтические отношения с Суан. Да, я перестал с ней жить, ведь мне пришлось переехать в общежитие агентства, но общение через соц сети и редкие встречи между нами присутствовали. Все парни уже были осведомлены моей личной жизнью и не были против. Больше всего я боялся увидеть реакцию на данную новость у Юнги, но тот даже и бровью не повёл. Тихий океан. Пучина мглы и ни одного намёка на свет, или какое-либо другое изменение. Я так волновался и боялся, а на самом деле оказалось, что Юнги плевать… Он действительно вычеркнул из своей жизни события трёхлетней давности?.. Правда вычеркнул то, что чувствовал ко мне? И у него ничего не осталось? Хотя, на что я надеюсь? У меня есть девушка, потрясающее будущее, но… Но почему тогда так больно на душе, когда я смотрю на это холодное выражение лица, пустые глаза, которые смотрят сквозь меня? Я не вижу тех прежних звёзд, не вижу этого космоса. Нет ничего того, что было прежде. И порой мне даже кажется, что Юнги нет рядом. Что он всего лишь плод моего воображения.       — Тэхён, скажи честно, у меня шизофрения? — как-то спросил я у друга, когда мы оба не могли уснуть и пялились в одну точку на потолке.       — Я конечно осведомлён о твоих странностях, но сомневаюсь, что у тебя присутствует подобное заболевание. Ты меня пугаешь такими вопросами, — Тэхён перевернулся со спины на бок для того, чтобы взглянуть на меня.       — Ты ведь тоже видишь Юнги? — задумавшись проговорил я, не отрывая взгляда от потолка.       Тэхён изогнул бровь в непонемающем жесте и начал смотреть то на точку в потолке, то на меня, а затем незаметно и тихо взял в руки телефон и начал шептать.       — Скорая? Со мной в одной комнате шизофренник…       — Тэ! — вскрикнул я от возмущения.       — Что? Никакого Юнги там нет, — он показал пальцем на потолок, а я лишь закатил глаза. — Тебе следует с ним поговорить, наедине.       — Я знаю, но он избегает меня, ты ведь замечаешь это? Не пойму, как мне подобраться к нему, — я вытянул ладони к верху, а затем расслабил их, и они с тяжестью упали на моё лицо.       — Думаю, что он обижен на тебя. Всё-таки это ты его бросил, а не он тебя, я понимаю его, — Тэхён вспомнил события трёхлетней давности и задумался.       — Ты на чьей стороне? Друг ещё называется, — я надулся и отвернулся от него.       Но Тэхён прав, спорить нет никакого смысла. Во всём прав. Начиная с моей шизофрении и заканчивая тем, что мне необходимо было поговорить с Юнги. Я знал об этом, прекрасно понимал, что лишь разговор может решить всё в наших отношениях, поставить всё на свои места. Ещё три года назад мы мучались, потому что не решались на разговор. Я знал это, не хотел повторять прошлые ошибки, но всё равно ничего не мог с собой поделать. Худшее заключалось в том, что я стал слишком рассеянным. Это уже замечали все. Начиная с парней и заканчивая менеджерами и директором. Мне предлагали отдых, думали, что это всё из-за моих отношений с Суан. Советовали мне расстаться с ней, но они не знали настоящей причины. И эта причина ни разу не интересовалась моим состоянием. Как-то я потянул ногу во время танцевальной практики, и все парни сразу же начали расспрашивать меня, могу ли я продолжать? Тревожились и заставляли сидеть, но Юнги лишь чутка покоился взглядом в мою сторону. Когда он увидел мой взгляд, который был прикован к нему, то он лишь фыркнул, и я прочёл по его глазам раздражение и отвращение. Я противен ему? Боже, дай мне сил на то, чтобы я не сломался. Худшее для меня — быть противным Юнги. Я мешаюсь ему, поэтому я и сдался. Сдался в попытках поговорить. Сколько раз пробовал, но всё безрезультатно. Так зачем стараться? Зачем снова и снова вспоминать то, о чём Мин благополучно забыл? Зачем мучить себя? Зачем корить за то, что я натворил, ведь это беспокоит только меня, а ему без разницы. Ему абсолютно наплевать на то, что я бросил его три года назад. Ему плевать на то, что мы встречались и теперь работаем в одной кампании. Ему плевать, что мы в одной группе. Но с другой стороны, если ему так плевать, то почему тогда он не хочет познакомиться со мной заново? Может ли это оказаться, что он ничего не забыл? Что он всё помнит? А может Тэхён прав, и Юнги просто обижен на меня? Он сердится, так как я ничего не объяснил ему, я просто улетел. Знаю, что я сволочь, знаю, что поступил отвратительно, но почему он не даёт мне шанс хотя бы объясниться? Я не прошу у него прощения, я просто хочу, чтобы он выслушал меня. Но всё тщетно…

***

      Прошло пять месяцев с того момента, как я стал трейни. За это время я уже изучил все подводные камни будущего айдола. И знаете, моё уважение к подобным артистам возросло в несколько раз. Свободного времени ни то, чтобы нет, я вообще позабыл про него. Но в один день менеджер всё же подошёл ко мне и разрешил денёк развеяться, так как я всю практику, по его словам, летал в облаках. У меня не получалось сконцентрироваться. Изначально я думал, что проведу этот день в комнате, не буду ничего делать, буду лишь валяться на кровати и пялиться на этот несчастный потолок. Думал, что позвоню родителям и скажу о том, что у меня всё замечательно. Но планы резко поменялись, когда Суан предложила прогуляться. Я не стал отказываться, так как я и без того последние месяца слишком мало времени уделяю девушке. Она никогда не обижалась на меня за это, ведь всё хорошо понимала. Понимала, что у меня практики с утра до ночи, что я привыкаю ко всей этой обстановке, учусь не стесняться, так как для айдола, для публичной личности — это несвойственно. Темноволосая девушка всё понимала и не давила на меня, но встречам была невооброзимо рада.       — Чимин, всё в порядке? Ты словно в облаках летаешь сегодня, — послышалось со стороны, но я уловил лишь несколько слов из всего предложения.       — А? Что? — удивился и повернулся на голос, а затем вообще испугался, увидев рядом Суан, так как и вовсе позабыл, что здесь делаю и по какому поводу.       — Я всё понимаю, что ты сейчас сильно устаёшь, но в тебе что-то изменилось. Ты стал более холоден ко мне, — Суан немного отвернулась от меня, а я заметил, как её глаза заблестели.       — Что ты такое говоришь? Иди ко мне, — я остановился и притянул к себе хрупкое тело.       Я осознавал, что поступаю неправильно. Знал, что нужно всё рассказать, но не решался. Не знаю почему, не могу сказать. С одной стороны, я хотел поговорить с Юнги, и не скрою того, что где-то в глубине души надеялся на что-то… Надеялся на то, что его чувства не пропали совсем. Надеялся, что он не остыл. Но с другой стороны, я не расставался с Суан, потому что… А почему? Потому что боялся, что Юнги пошлёт меня? Чувства окажутся не взаимными и на крайний случай у меня будет девушка? Омерзительно, Чимин, омерзительно.       — Недавно я видела, как из агентства выходил Юнги. Он тоже в группе? — неожиданно девушка дрогнула в моих руках, а затем совсем тихо произнесла эти слова, которые заставили моё сердце замереть на месте.       — Да… Да, он тоже в группе, — не было смысла скрывать.       — Это из-за него ты стал таким?       Мне хотелось спросить: каким? Каким я стал? Правда, как я выгляжу со стороны? Сколько бы лет не прошло, эта черта будет жить во мне вечность. Я не вижу себя со стороны. Не вижу того, чего хочу. Я не знаю, люблю ли Юнги по сей день. Если люблю, то почему всё так странно? А если нет, то почему мне так необходимо с ним поговорить? Почему я хочу объяснить ему всё от А до Я? Я чувствую всего лишь вину за то, что бросил? Или это надежда? Сложно! Особенно сегодня. Мозг отказывается функционировать, а Суан продолжает выжигать во мне дыру этим взглядом, требующий ответ. Я не знаю! Но разве так следует отвечать?       — Давай не будем поднимать эту тему, Суан. Сегодня весь день голова раскалывается, поэтому я думаю, что мне всё же следует вернуться в общежитие. Прости. Я напишу тебе, обещаю, — я быстро поцеловал девушку в макушку, и не дождавшись ответа, развернулся и оставил её одну.       Разбил сердце? Слишком громко сказано. Обидел? Определённо. Да я специалист в этом деле! Оставлять человека одного, ничего не объясняя. Но и Суан не промах. Она всегда была уверенной в себе девушкой, поэтому темноволосая уже направлялась к агентству. Ждать пришлось, конечно, прилично, но она дождалась своего. Вот он. Юнги выходит из здания, так как Чимин рассказывал, что в этот день, именно в это время у них отдых, а Юнги всегда в это время направляется в соседнюю кофейню для того, чтобы запастись побольше кофе для организма. Суан не знала про потребность Мина в кофе, но знала про перерыв, поэтому попытала надежду. Она оказалась на стороне девушки. И вот, теперь она уверенным шагом направляется к парню, не скрывая некоторую обиду, которая по факту никак не должна относиться к темноволосому объекту с очень недружелюбной аурой.       — Юнги! — выкрикивает Суан, находясь уже возле того самого парня, которого не видела очень долгое время.       мин невольно поворачивается в сторону, откуда был слышен отклик его имени. Но парень не был заинтересован в нём, а когда обернулся и увидел девушку, то ему и вовсе понадобилось немного времени для того, чтобы вообще вспомнить, кем она ему является. Вроде бы память не подвела, и Юнги припоминает эту девушку, которая работала в одном кафе вместе с Чимином. Точно, Суан. Та самая, что на данный момент является для Чимина… Неважно. Юнги плевать на то, кто она для младшего. Ему в целом наплевать на неё. Негодование заключается в том, что она тут забыла? К тому же, сразу видно, что она не в лучшем расположении духа.       — Что надо? — холодно спрашивает парень, искоса смотря на темноволосую, что стоит перед ним.       — Хочу поговорить с тобой, — уверенно заявляет та, не обращая внимание на весь холод, обращённый к ней от собеседника.       — Мне не интересно, — Юнги не церемонится, а разворачивается и продолжает свой путь к кофейне.       — Эй! Не делай вид, словно мы не знакомы! — Суан злится, нет, она не из тех, кто может терпеть подобное отношение к себе, но и заводить скандал не хочется, они хоть и знакомы, но явно находятся не в тесных отношениях для того, чтобы тратить друг на друга нервы.       Юнги шёл спокойно, словно возле него нет никакой девушки, которая то и дело старается его обогнать и перегородить путь. Ему плевать на неё, плевать на разговор, который она хочет затеять. Она для него — никто, а значит Юнги не намерен тратить своё драгоценное свободное время на какой-то там незначительный разговор. Мин занятой человек, поэтому может посвятить свободное время на собственный отдых и свои интересы, но если и приходиться говорить, то только по делу. Суан никак не относится к работе, никак не связана с Юнги, а значит он не собирается стоять и выслушивать её слова, на какую тему они не были сказаны. Где Чимин, который должен находиться с ней? Юнги слышал о том, что младшему дали выходной, но отчего тогда он проводит его не в компании любимой? Поссорились? В таком случае, Юнги подавно не собирается как-либо реагировать на это создание, которое, похоже, что не собирается отлипать.       — Это по поводу Чимина, — девушка резко опережает его и не даёт пройти дальше, выдавая наконецц тему того, о чём ей так хотелось поговорить.       — Слушай, мне наплевать, что между вами происходит. Если вы поссорились, то тем более не еби мне с этим мозги, я не собираюсь говорить Чимину о том, что ему необходимо извиниться перед тобой, — Юнги с раздражением закатывает глаза, заправляя руки в карманы куртки.       — Это я хочу спросить у тебя. Что между тобой и Чимином? — интересуется девушка, чем наконец получает ответ оцепенение.       — Что? — темноволосый действительно теряется, не понимая сказанного.       В один момент, поход в кофейню уходит на второй план, а резкий вопрос, который не должен был никак влиять на холодное отношение парня к Суан, вдруг приобрёл другие обороты. Юнги никак не должен реагировать на подобное, но отчего тогда вдруг в груди что-то защемило?       — Чимин изменился с того момента, как стал трейни. Он не обращает на меня внимание. А когда выходило, что он ночевал дома, то во сне он не раз произносил твоё имя. Чтобы там ни было, Юнги, я его девушка. Я люблю его и не собираюсь так просто отступать, — Суан прожигает взглядом, скрещивает руки и видит соперника, а не старого знакомого.       — Ты закончила вякать? Отошла, мне нужно пройти, — Юнги вновь приходит в себя, отталкивает девчонку и более быстрым шагом направляется куда подальше от неё.       Его не должно это волновать. Его не должны задевать отношения Чимина. Он никак не связан с его личной жизнью. Он лишь его хён по группе… Всего лишь хён… Юнги не понимает, почему в голову лезет такой поток мыслей, которые ему удавалось держать под контролем три года. Три года он не думал о том, что его бросили, не думал о том, что Чимин ужасный, что кто-то из них виноват. Нет, ничего из этого не было. Мин быстро смирился с произошедшим, посчитав это за обычное расставание. Было — прошло. Зачем думать и нагружать себя мыслями за то, что уже произошло? Зачем вспоминать прошлое, которое всё равно не изменить? К тому же, это ведь Чимин так решил. Это он улетел, это он бросил, а Юнги не хотел… Не хотел оставлять и оставаться один. Он пообещал всегда быть рядом, пообещал, что не отпустит руку, но в ответ не получал таких же обещаний. Вот и получил. Но опять же, что было, то прошло. Юнги решил, что лучше всего будет не акцентировать на этом внимание с учётом того, в каком он и Чимин сейчас положении. Они трейни. Они готовтся к дебюту в одной группе. Между ними не должно быть никакого недопонимания. Между ними не должно быть неясности. Но спешу расстроить тебя, Мин Юнги, ты делаешь всё абсолютно противоположное придуманному. И именно сейчас, после слов девушки Юнги впервые задумывается о том, что действительно между ними многое произошло три года назад, и теперь он просто отмалчивается. Он видит, что Чимин старается с ним поговорить. Но почему не идёт на уступку? Действительно, а почему?       Юнги останавливается, удивляется своим мыслям и невольно смотрит на ладонь, которая начинает дрожать. Он боится? Юнги боится разговора с Чимином. Это уже не скрыть. Мин признаёт. Но чего именно он боится, понять не может. Моет то, что между ними возникнет ещё большее недопонимание? Или они могут поссориться? Или Юнги боится не сдержаться… Боится потерять контроль и броситься к Чимину, как хищник на жертву. Как изголодавший зверь, увидевший добычу. Юнги и правда изголодал. Он столько лет не видел такого красивого и единственного человека, что заставил его сердце кричать, а теперь, когда они вновь встретились, то не контактируют от слова совсем.       Весь остаток дня Юнги сам не свой. Постоянно допускает ошибки, летает в облаках и не может сконцентрироваться. Многие задумываются о том, что Чимин заразный, и это передалось на Мина. Один лишь Тэхён смотрит с пониманием и осознаёт, что это всё та самая истинность, о которой когда-то говорил сам Юнги. Четыре года назад, в больнице, когда Чимин находился в коме, то Юнги рассказал ТэТэ о том, что прочитал в книге. Истинность. Чувство, что намного сильнее любви. И Тэхён поверил ему. Поверил в это и посчитал, что Юнги и Чимин действительно яркий тому пример. Они чувствуют друг друга даже на расстоянии. Когда плохо одному, то плохо и второму. Когда счастлив один, то и второй не может сдержать улыбки. Расстояние для них не проблема. Проблема для них — это сопротивление и неспособность признать. Чимин не может решиться, но может подобраться, а Юнги всё отрицает. Видит ведь, но продолжает до последнего отрицать. Ему и так не по себе, а Тэхён, после окончания тренировки добивает окончательно.       — Дай Чимину шанс. Ты ведь понимаешь, что и тебе станет легче, хён. Ты всё ещё его любишь и гробишь себя отрицанием, — с совершенно серьёзным лицом выдаёт Тэ. где нет ни капли намёка на усмешку или издевательство.       Юнги лишь фыркает, но понимает ведь, что говорят правду. В голове эхом снова и снова проносится «Ты всё ещё его любишь». Любишь. Да как так-то?! Как можно любить того, кто бросил тебя, даже не назвав причину?! Он улетел, оставил одного! Но и Юнги ведь тоже оставлял… Нет, хватит! Так можно всю жизнь оправдывать друг друга! И Юнги никого не любит! Его вообще все раздражают. Такие шумные, голова раскалывается, а Тэ уж подавно бесит. Старший не может до сих пор любить Чимина. Прошло три года, а чувства не могут жить столько. Одно дело, если бы они встречались, то да, в таком случае, возможно. Но они расстались. Не официально, конечно, но по поступку Чимина и так всё стало ясно. Нет, Тэхён сказал глупость. И да, Юнги не маленький мальчик, ему уже двадцать пять, он сам решит, что ему стоит сделать, а чего лучше избежать. Но чёрт, почему тогда всю ночь он думает о милой улыбки одного солнечного парнишки, что заставляет сердце Мина биться в бешеном ритме?.. Ладно, мыслим здраво и открыто. Юнги видит Чимина на следующее утро и понимает, что вляпался в дерьмо. Почему? Да. Да, да и ещё раз, да. Не походите к Мину сейчас, так как он согласиться со всем. За бессонную ночь он понял, что Тэхён всё же прав. Он всё ещё любит. Чувства не ушли. Самое ужасное, что они даже не остыли. Ни на грамм. Ещё и этот мелкий паршивец специально надел эти узкие джинсы и свитер, что свисает так, открывая обзор на острые ключицы и изящные плечи… В Юнги голодный зверь просыпается от того, как все смотрят на Пака. Как все приветствуют его, обнимают. Они могут прикасаться к нему, а Юнги чувствует себя демоном, которого на цепь посадили за то, что он не в силах контролировать свой порыв. Он хочет дотронуться до этого ангела. Светлого и чистого Чимина. Его цвет волос теперь пепельный, но оттого он не прекращает быть ангелом, что так далёк от тёмного демона. Ещё чуть-чуть и Юнги сорвётся, вот точно.

***

      С самого утра я не мог нормально проснуться. Всю ночь мучили кошмары, а оттого и бессонница. Столько мыслей в голове, что хочется головой об стену удариться. Вот почему всё так?! Почему этот кретин даже и глазом не моргнёт в мою сторону?! Почему строит из себя такого закрытого и холодного парня, хотя на деле не является таким. Или же, он всё-таки изменился?.. Нет, я слишком хорошо его знаю! К тому же, да, сегодня я оделся не как обычно, но даже и подумать не мог, то наконец спустя столько времени смогу привлечь его внимание. Он глаз с меня не сводит, а оттого мурашки по всему телу бегают. Даже не знаю, от страха или от волнения. Но в какой-то момент до меня доходит потрясающая идея. Раз уж сегодня мне так везёт, и Юнги прямо-таки застывает откровенно смотря на мои ноги, плечи и ключицы, то почему бы не подразнить? я специально двигаюсь более изящно, специально скидываю с одного плеча свитер, оголяя кожу прямо возле него. Заглядываю ему в глаза и вижу злость. Вижу зверя, которого дразнят. Он зол, он раздражён, он не может себя контролировать, а я лишь облизываюсь в ответ и двигаюсь более развязно. Не верится, что у меня вышло. Не верится, что Юнги смотрит на меня с желанием. Не верится, что он прямо-таки рычит, когда я в очередной раз «случайно» сталкиваюсь с ним. И всё бы дальше продолжалось так же весело, если бы не перерыв, в который я иду к своим вещам, смеясь при этом над весёлыми историями ТэТэ и Чонгука, как резко схватившая меня рука остановила.       — Нужно поговорить, — грубо и властно, отчего табун мурашек пробегается по позвоночнику.       Юнги не спрашивает позволения, не ждёт моего ответа, а сильнее сжимает мою кисть и выходит из зала, ведя за собой. Я ничего не понимаю, не верю в происходящее, но когда он резко останавливается и толкает меня к стене, прижимая свои руки по обе стороны от моей головы и смотрит в глаза… Властно, по-зверски, раздражённо, желанно. Я теряюсь где-то в потоке мыслей и путаюсь сильнее, когда ощущаю на своих губах чужие. Мягкие, вкусные, сладкие. Поцелуй. Поцелуй с Юнги. Три года я ждал. Я скучал по этому три года. Мог лишь представить, вспомнить, но не осуществить, но сейчас это наяву. Это не сон, а реальность. Юнги целует властно, охотно, страстно. Градус тела резко подскакивает, а ноги становятся ватными, отчего я сильнее вцепляюсь пальцами в его плечи, а он обвивает мою талию своими руками, удерживая меня на ногах. Если он ослабит хватку, то я уверен, что упаду. Боже, его волосы, его тепло от тела. Я так скучал по всему этому. Так скучал, а сейчас не могу вдоволь насытиться этим.       Когда он резко разрывает поцелуй и смотрит в глаза, то я вижу лишь пелену желания. Он хочет меня? Хотелось бы в это верить. Хочу ли я его? Определённо.       — Твоя девушка сказала мне, что она не собирается делиться. Но ты сам провоцируешь, сука, — рычит в губы, а затем резко кусает в шею.       Я не могу держать всё в себе, поэтому из уст выбивается первый стон. Боже, весь здравый разум покидает голову. Я забываю обо всём на свете, кроме того, кто сейчас находится рядом. Никого и ничего не существует кроме Юнги. Сейчас он мой и ни чей иной. А я его. Сейчас не существует никакой Суан, никого. Юнги и Чимин. Одно целое. По крайней мере вплоть до того момента. как прекращается перерыв, и здравый смысл возвращается в наши головы.       Юнги резко отстраняется, когда чувствует моб ладонь на уровне своего пояса. Отстраняется и смотрит с ужасом. Старается отдышаться, затем поднимает взгляд на меня и резко убегает прочь, а я остаюсь совершенно один. Дыхание сбилось, волосы потрепались, а ноги отказываются держать тело, поэтому я медленно скатываюсь на пол вдоль стены, зарываясь пальцами в волосы и оттягивая их.       — Дурааак, — тяну, говоря это сам себе, не веря в то, что произошло.       Когда я успел потерять бдительность и позволить Юнги поцеловать себя? Но с другой стороны, раз тот сам проявил инициативу, разве это не значит, что он не равнодушен ко мне? Мысли путаются и придти к верному ответу не получается. Когда я более-менее прихожу в себя и возвращаюсь обратно в зал, то не вижу в нём Мина.       — Мне вот интересно стало, о чм вы там таком говорили, что хён прибежал сюда с глазами-колёсами, сказал, что ему очень плохо и выбежал, — где-то рядом слышится голос Хосока, который заставляет натянуться как струнка.       — Ни о чём, — краснею на месте, но не могу ничего с этим поделать.       — Я уступил тебе его, идиот, так не заставляй меня пожалеть об этом, — слышу шёпот всё того же голоса, а затем лёгкую улыбку и подмигивание.       Решено! Хватит убегать! Пора наконец всерьёз поговорить! И да, нужно так же решить кое-что… Я беру телефон в руки, быстро набираю сообщение. Jimin001: Нужно встретиться, срочно. Сегодня в шесть.       Ответ приходит незамедлительно. Любимая: Конечно. Договорились.

***

      Я стою возле университета Суан. Время ровно шесть часов вечера, ни минутой раньше, ни минутой позже. Я нервно проверяю время на экране телефона, проверял на наличие сообщений. Не знаю, что во мне говорило, не знаю, что мною управляло, но я чётко решил, что хочу это сделать. Сегодня вообще странный день. То, что вытворил Юнги — до сих пор остаётся для меня загадкой. Мне казалось, что всё это не реальность, казалось, словно я уже настолько поехал головой, что вообразил себе не понять что. Вообразил то, что он сам проявил инициативу, сам поддался и поцеловал меня. А может быть правда, всё это сделал я? Сам потащил Мина, сам напросился на поцелуй, а он сопротивлялся, пытался вразумить меня, но у него ничего не вышло? Вдруг это правда. А я сейчас стою, наблюдаю за темноволосой девушкой, что выходит из главных дверей с лучезарной улыбкой на лице, и сомневаюсь в своих последующих действиях. Вдруг то, что я собираюсь сделать — на самом деле настоящая ошибка? Ведь таким образом я могу лишиться опоры. А всё из-за того, что я вообразил. Но ведь слова Хосока… Он сказал, что Юнги свободен. Не может же быть такого, что за все эти три года он так и не влюбился в другого человека, быть этого не может. Есть только один вариант, значит он ещё не разлюбил. Но почему тогда ломается? Почему не хочет подпустить меня к себе? Я ведь… А что я? Сам натворил дел, а теперь жалуюсь. Но разве я не имею право на ошибку? Я ведь собираюсь исправиться! Именно это я сейчас и делаю. Огорчает то, что в любом случае приходится причинять кому-нибудь боль. И мне жаль, что жертвой становится Суан. Сейчас она улыбается, но сомневаюсь, что с такой же улыбкой разговор закончится. Но я больше не собираюсь врать самому себе. Я всегда любил лишь Юнги. Нет, не так, я люблю Юнги и сейчас. Да, в данный период времени он не подпускает меня к себе, но это не значит, что это конец! Мы попались в одну сеть, а значит выбираться будем вместе, ему никуда не деться от меня.       — Привет! — счастливо произносит девушка, когда подходит ко мне.       — Привет, — выдавил из себя лёгкую усмешку, но по мне сразу же можно было понять, что я не настроен на весёлый лад.       Суан попыталась обнять меня и поцеловать, но я отстранился. Даже не слез с мотоцикла, продолжал сидеть на нём. Суан взглянула на второе место, на котором она зачастую сидела и приобнимала меня за талию, но сейчас у меня не было с собой специального шлема, без которого я запрещал ей садиться. Улыбка спала с её лица, она посмотрела на меня с подозрением, выгнув бровь. Я понял, что она хочет услышать объяснение, а я и сам не хочу медлить, поэтому начинаю объяснять.       — Я ненадолго. В общем, Суан, скажу коротко и понятно. Я хочу расстаться с тобой, — выдохнул, взглянув на землю, на затем поднял глаза на темноволосую и проговорил уверенно и ясно.       — Из-за Юнги? — вдруг выдала девчонка сразу же после моих слов.       — Он то тут причём? — возмутился резким приписанием парня, который ни коим образом не должен был быть замешен в моих отношениях, но увы, именно он и играет практически главную роль.       — А я будто не замечала, Чимин, как ты изменился. Ты всё ещё его любишь, да? А моя любовь была лишь заменой? Хотя, что я спрашиваю, когда и так знаю ответ, — я увидел в глазах напротив раздражение.       — Прекрати, не приписывай сюда Юнги. Хорошо, хочешь знать правду? Да1 Да, я всё ещё люблю его! Легче? Легче от того, что ты встречалась с чистым геем? Да, Суан, ничего не изменилось. Я стал геем пять лет назад и после этого ничего так и не менялось. Уж прости, но тебе не удалось сделать из меня натурала. Для меня он лучше, — я не выдержал и рассказал всё как есть, так как я хотел разойтись быстро, но девушка сама начала задавать лишние вопросы.       — Знаешь, Пак, есть геи, а есть пидоры, — язвительно произнесла девушка. — Я думала, что хоть дружба, которая длилась семь лет будет для тебя важнее отношений, которые со временем всё равно могут закончиться.       — Я уже всё решил для себя, поэтому не переживай. Доброго пути, — усмешка на лице, а мотор мотоцикла уже начинает реветь.       Суан в ступоре. Она не ожидала, что я поступлю с ней именно так. С помощью своих последних слов она старалась донести до меня, что мы столько лет дружили, что это ведь должно хоть что-нибудь значить для меня, но нет. Наша дружба — лишь из-за обязательств. Мы работали вместе, не более. Мы никогда не делились откровенными вещами. Я даже никогда не рассказывал ей про свою ориентацию, она сама всё поняла. Суан не знала обо мне ничего. Мы с ней встречались, она называла меня Паком, когда была чем-то недовольна, но на самом деле, она даже не знала, что моя настоящая фамилия Ким. Я Ким Чимин, а она даже и не знала об этом и не узнает больше никогда. Наши пути расходятся, здесь и сейчас. Или она, или Юнги. Для меня выбор очевиден, прости, Суан. Она ни в чём не виновата, ей изначально не нужно было влюбляться в меня. Я не виноват, что она влюбилась, но и она тоже не должна быть виноватой, так как я гей, ничего с этим не сделаешь. Юнги появился в моей жизни, а значит, больше никто не может украсть моё сердце, а Мин крепко держит его возле себя.       — Суан! — выкрикиваю вслед, а она оборачивается. — Я ни о чём не жалею!       — Удачи вам, козлы, — девушка тяжело вздохнула и произнесла последние слова уже без какого-либо раздражения.       Это вызывает у меня очевидную усмешку на губах, а взгляд падает на руль мотоцикла. Вот как это, расставаться с теми, кого разлюбил. А это не так уж и обидно. Мне даже не больно, наоборот, такое облегчение. Сомневаюсь, что с девушкой выйдет так, как вышло с Чонгуком, но опять же, я не жалею. Сегодня, как никогда в жизни я понимаю, что принял правильное решение. Да, больно, да, ей неприятно, но лучше же сказать правду сейчас, нежели она будет видеть боль в моих глазах. Я не смог бы вечно врать ей, не смог бы скрывать своб любовь к абсолютно другому человеку. Тому самому, к которому нужно теперь как-нибудь подобраться…

***

      Хоть я и начал действовать, и первым моим решением было порвать с Суан, но вот прошёл уже практически месяц, а я так и не сдвинулся с места. Юнги избегает меня пуще прежнего. Даже в мою сторону не смотрит, как это было ранее! Не фыркает, не раздражается, совершенно ничего! Да пусть уж он меня матом кроет, но не молчит! Это жутко раздражает, невыносимо выводит из себя, хочется рвать и метать. Хочется подойти к нему, схватить за волосы и потянуть так, чтобы вырвать! Хочется повернут его лицо к себе, а затем ударить об стену, да так, чтобы крови да побольше! Да! Именно настолько я зол на него, что хочу прибить! Но потом обязательно исцелить и зацеловать! Вот правда, его хочется убить настолько же сильно, насколько и раздеть. Иногда я сам пугаюсь собственных мыслей. Чёрт, ладно, не хватало мне сейчас ещё и нафантазировать, ближе к делу. Мне плевать, что он никак на меня не реагирует. Если сам не хочет, то заставим силой. А что? Я сказал, что собираюсь всё исправить, донести наконец до него то, что произошло три года назад — правда. Что это нам не приснилось, что я поступил ужасно и хочу объясниться, хочу извиниться. Его дело — принимать мои извинения, соглашаться на то, чтобы шагнуть на новую ступень, или продолжать гнить в самом низу. Его дело, но моё — это поговорить с ним наедине. Именно поэтому мне приходится идти наа крайние меры.       — Хоб~и, — я цепляюсь за руку друга.       — Чего тебе, сопляк? — фыркает тот не то, чтобы с неприязнью, скорее из-за привычки и гордости.       — Помоги мне, — тяну я слова, повиснув на его руке.       — Если это как-то связано с Юнги, то я пас, — закатывает глаза и пытается высвободить свою руку.       — Попроси его придти в студию вокала через полчаса, — я не обратил внимание на возмущение, а продолжил смотреть на Хосока щенячьими глазками.       — Я тебя ненавижу, сопляк, — прыснул Хоуп, но я то знал, что он выполнит мою просьбу, так-ка кон ещё ни разу не смог устоять от моих глазок.       — Я тебя обожаю, Хоб~и! — вскрикнул я и повис уже на его шее, из-за чего в мою сторону полетели самые известные и неизвестные маты.       И вот момент икс, так как я стою в студии вокала и нервно смотрю то на часы, то на дверь, в которую должен зайти Юнги. Опаздывает на пять минут. А что, если он не согласился придти? Что если у него есть другие планы? Хотя, мы живём в одном общежитии, а он всё время у себя в комнате, какие там могут быть планы? Работа? А что, так сложно уделить пару минут? К тому же, он должен думать, что здесь его будет ждать никто иной, как Хосок, а не я. Иначе никак. Иначе не заставить его. Мы так и не поговорим, если не проявить хитрость. Прости, Юнги, но ты сам не хочешь по-хорошему. Я старался, но ты против, а значит, теперь терпи. Поэтому, когда дверь открывается, то выпрямляюсь, как струночка.       — Ты что тут забыл? — удивление в глазах, а на языке яд.       — И тебе привет, хён, — выдаю я на выдохе, но всё равно чувствую иголки и яд, который впитываю из его уст.       — Где Хосок? — с тем же раздражением и ядом спрашивает, не смотря мне в глаза.       — Не знаю. Он не придёт, — сразу на чистоту, никаких секретов.       — Постой, так это подстава? Это ты его заставил? Боже, Хоуп, да я прибью тебя, — ярость загорается в его глазах, стреляет ядом пуще прежнего.       — А что в этом такого, ты сам не идёшь со мной на контакт! — я не выдерживаю его раздражение в свою сторону, поэтому повышаю тон голоса.       — Я не хочу с тобой разговаривать, — разворачивается и собирается уйти.       Я резко подрываюсь с места и лечу к двери, опережая его. Встаю к нему лицом, а спиной закрываю от него дверь, раздвинув руки в стороны, чтобы он сразу же понял, так просто он отсюда не уйдёт.       — Ты сам меня поцеловал! — кричу так громко, что нас могло услышать всё агентство.       Юнги теряется. Я отчётливо вижу его потерянность. Уверенность исчезает по щелку пальцев, вот он, слабый Юнги, у которого закончился яд. Успех ли это для меня? Я уже и не знаю, так как сам забыл, что говорить.       — Это ничего не значит, — отходит от меня подальше и говорит уже спокойнее, не кидается ядом, избегает зрительного контакта ещё сильнее, ведь начинает смотреть в пол.       — А три года назад? То, что было три года назад для тебя что-нибудь значит? — в моих словах надежда.       — Какая тебе разница? Вообще, на минуточку, Чимин, это закончилось по твоей вине, — избегает моего взгляда, максимально избегает темы, но не переводит.       — Я знаю, Юнги, я знаю, но…       — Что «но»? Чимин, всё закончилось. Ты знаешь, что я тогда чувствовал? Я не верил. Я до последнего не хотел верить в это, но вот ведь идиот, я сразу не догадался, что надоел тебе. Ты уехал покорять мир, а такой идиот, как я, тебе не нужен был. Как я сразу же не понял? Ты вообще никогда не любил меня. Знаешь, что смешно? А я то влюбился в тебя без памяти! Да, Чимин, я жизни не видел без тебя! Ты был моим смыслом, был всем для меня. Я ради тебя был готов на всё, горы свернуть, звезду с неба достать, да что угодно, лишь бы ты был счастлив. Что же я поимел в итоге? Ты сбегаешь от меня, даже не сказав об этом в лицо! — Юнги крепко сжимает кулаки и выдаёт всю правду, смотря в глаза.       Он кричал, иногда говорил чуть тише, но не разрывал зрительного контакта. Когда же он закончил, то я мог слышать его сбитое дыхание, румянец на щеках и снова взгляд в пол. Я был в шоке. В шоке с того, что Юнги принял мой уезд не так, как было на самом деле.       — Кампания заинтересовалась во мне, а для родителей это было очень важно… — начал я не так уверенно, как рассчитывал до этого, слова Юнги забрали всю мою решительность.       — Да плевать мне на то, как ты улетел и жил счастливо, — промямлил старший, но я не обратил на это должное внимание и продолжил.       — Я хотел улететь с тобой, но ты сказал, что не собираешься никуда уезжать, поэтому встретив тебя здесь — я не поверил своим глазам. И ты не прав, я не был счастлив в Америке. На протяжении трёх лет мне снились кошмары, я не мог забыть о тебе, хотя признаюсь честно, я пытался. Я запретил себе смотреть на небо, на звёзды, так как я сразу же вспоминал о тебе, но что думаешь? Конечно у меня не вышло. Я пытался вычеркнуть тебя из своей жизни, но это было бесполезно. Я слишком сильно влюбился в тебя и… Не смей говорить, что я не любил тебя… — мой голос начал дрожать, а из глаз предательски начали литься слёзы. — Не смей так говорить, потому что я жил всё это время лишь ради того, чтобы встретиться с тобой. Я уехал потому, что хотел сделать тебя счастливым. Я знаю, что поступил, как последний урод, знаю, что я причинил тебе боль, и я каюсь за это. Я выбрал неправильный путь, но я думал, что ты мог бы согласиться улететь со мной… Я хотел жить вместе с тобой, хотел просыпаться по утрам с тобой, целовать тебя, гулять только с тобой…       — Чимин, — вдруг резко выдал Юнги.       — Я думал о тебе всегда… На работе, дома, когда засыпал, просыпался, всё время. Я не мог нормально смотреть на небо, из глаз так и лился поток слёз. Я скучал по тебе, скучал так, что звал тебя каждую ночь… — голос дрожал всё сильнее и сильнее, а перед глазами туман.       — Чимин, ради тебя, я бы поехал куда угодно, — мягкий тон, от которого я готов был расплыться.       — Суан сказала, что я настоящий пидор во всех смыслах, и она права! Я бросил тебя, не подумав о твоих чувствах, стою и ною сейчас перед тобой и не могу объяснить всё то, что должен был, так как просто-навсего мысли путаются в голове. Я не знаю, что говорить, не знаю, что делать дальше. Я знаю только то, что люблю тебя, Юнги. Не как хёна, а как три года назад. Я люблю тебя, как парень должен любить девушку, но мне не нужна никакая девушка! Мне нужен лишь ты, Юнги… — понимаю, что ещё чуть-чуть и я упаду на пол, но…       В следующий же момент меня настигает шок, от которого я не мог отойти. Юнги резко подорвался ко мне. Он обнял меня, совсем нежно и аккуратно, а затем поцеловал в макушку, так как моя голова была опущена вниз. Я смотрю в пол, не веря в то, что происходит, а Юнги крепче и крепче прижимает меня к себе.       — Я понял тебя, ты хочешь извиниться. Я не держу на тебя обиду, малыш, всё хорошо, — тихий шёпот, который вызывает табун мурашек по всему телу.       — Это всё правда? Ты настоящий? — я боялся, что это всего лишь сон.       — Правда, — он взял меня за подбородок и поднял, чтобы заглянуть в глаза. — Ты моё сокровище.       Моё. Отпечатывается у меня в голове, а земля в этот момент, словно пропадает из-под моих ног. Хочется упасть, но я не позволяю себе этого сделать, особенно в тот момент, когда его губы приближаются к моим. Сложно о чём-либо думать в данный момент, так как в голове действительно каша. Не верилось в то, что Юнги подпустил меня к себе. Я так и не рассказал ему всё, но сейчас казалось, что это лишнее. Зачем нам прошлое, когда есть настоящее? Зачем вспоминать неприятные моменты, ведь сейчас мы вместе. Вместе… Только он и я…       — Чимини! Хо сказал, что ты здесь, я подождал пару минут, но тут такие дел… Ёбушки-воробушки, простите грешного! — Тэхён открывает дверь с криком, но затем резко отворачивается.       Всё. На голову падает огромная табличка «Приехали». Юнги резко отстраняется от меня и выходит из студии, коротко попрощавшись со мной и ТэТэ. Я с минуты ещё пытаюсь сообразить, что происходит, но затем вижу того, кто всё обломал и… Трёхэтажный мат летит уже не из уст Хосока, а из моих. Ким, блять его, Тэхён! Ты испортил мою идилию! Но… Могу ли я расценивать поступок Юнги, как одобрение на второй шанс?..       В этот же вечер, перед сном, на телефон пришло сообщение. Suga: Выезжай прямо сейчас *адрес*. Это срочно, сопляк.       Меня задело обращение ко мне «сопляк», но так уж и быть, перечить не стал. Не девчонка какая-нибудь, я ведь парень в конце концов. С голубизной, но парень всё же!       Быстро собравшись, полетел к своему мотоциклу, а затем направился в то место, которое было написано в сообщении. Навигатор показал окраину города, точка на обочине дороги. Это смутило меня, но я решил довериться Мину. Прибыл на место я довольно быстро. Как оказалось, это смотровая площадка на Сеул. Всё конечно чудесно, но Юнги рядом не было. Вообще, это жутко, когда рядом не было никого. Дорога пустая, так как это пригород, а так же, на часах показывало два часа ночи. Ночная жизнь в столице как раз шла своим чередом, так как яркие огни вывесок было видно даже отсюда. Почему я раньше не нашёл это место? Потрясающе. Но всё равно, смущал один факт.       — Посмеяться с меня решил, что ли? — задаю вопрос вслух, но видимо, что для себя.       — Ага, именно, — талию резко обвивают чужие руки, а после следует поцелуй в ухо.       Я каменею на месте не в силах сопротивляться, но и ответить на ласку не могу, так как шок охватывает с головы до пят.       — Расслабься, насиловать тебя не собираюсь, — Юнги ухмыляется и встаёт рядом, облокотившись о перила, которые стояли здесь для безопасности, так как впереди находился крутой обрыв.       — Как ты нашёл это место? — кончики ушей покраснели от недавнего близкого контакта, но заострять на этом внимание я не стал, так как слишком смущало.       — Не помню, но последнее время часто приезжаю сюда. Красивые виды открываются, да и вообще, здесь я невольно о тебе думаю, — без стыда произнёс старший, а я залился краской пуще прежнего. — Да ладно тебе смущаться, мы с тобой сколько раз сексом занимали…       — Юнги! — вспыхиваю красным огнём.       — Ты забавный, — смеётся, не отрывая от меня глаз.       — Идиот… — вновь забился, отвернувшись.       Между нами повисла тишина, которую я не решался нарушить, но Юнги смог взять инициативу на себя.       — Смотри! Падающая звезда! — вскрикивает.       — Где?! — оборачиваюсь на небо, но вижу, что ничего нет, поэтому поворачиваюсь к Юнги, но не успеваю возмутиться, как чужие губы рывком накрывают мои. Мягкие, сладкие, опьяняющие. Такие нежные и родные. Мы целовались не так давно, но тогда нами двигала лишь страсть, а сейчас нечто иное, словно этот поцелуй у нас первый. Он далеко не первый, не второй и даже не десятый, но именно сейчас я чувствовал себя, словно попал в прошлое, на пять лет назад, когда мы впервые поцеловались. Это было так давно, но я до сих пор помню всё в самых красочных картинах. Такое не забыть. Юнги первый, с кем я поцеловался. Юнги первый, в кого я влюбился. Юнги первый, кому я открылся. Он первый, и спустя годы остался на первом месте.       Окраина города, вид на Сеул, прямо как тогда, на крыше гаража Юнги, в Пусане. Мы любовались видами так же, как и сейчас это можем делать. Ничего не изменилось за исключением города и нашего возраста. Я и Юнги рядом. Мы чувствуем тепло друг друга. И знаете что? Теперь я точно уверен, что у меня появился второй шанс, который мне подарил этот холодный на первый взгляд парень.

***

      Всё началось ещё давно, более пяти лет назад. Семнадцатилетний блондин, который изменил свою внешность ради новых знакомств, ради новой жизни. Идя в тот день на смену в кафе, он и представить не мог, что его ждёт в будущем. Он всего лишь захотел перемен, всего лишь захотел встретить того самого человека, что покажет ему настоящую жизнь. Сначала это была лишь мечта, но она смогла осуществиться. Конечно, были трудности на пути, были ссоры, были крики и страх. Но они прошли. Мы вместе прошли через всё это. И сейчас, стоя здесь, держась крепко за руку Юнги, я могу с полным правом говорить, что наконец-то осознал, что значит фраза На руке, дарящей розы, навсегда останется их аромат. А Юнги такой постоянный, он продолжает пользоваться моим любимым ароматом парфюма, который называется «Спелая роза».

Конец