Beautiful Decline

Ненависть. Пятно на палитре вкусов, пища Великого, причина не единой войны. Кислая, долгая и тягучая как патока, огненная, острая и злая как перец. Не деликатес – но любимое блюдо, одно из сотни других. Подходит, чтобы скоротать вечность. Не-на-висть. Забава Ваату, отрада для пленника, гниль, ползущая по сердцам смертных. Лесным пожаром, болотной тиной, шипением змеи, разложением людского духа: повод не нужен, достаточно лишь отсутствия любви. Ненависть. Топливо новых конфликтов, энергия движения, до тех пор, пока не... …клик-клак в колёсах войны. Клин, вбитый в мерно вращающиеся шестерни. Течение времени огибает застрявший механизм, стремится дальше – и теперь не несёт с собой вкус беды. Тьма в сердцах истончается, тьма умирает – вместе с ней слабеет Ваату. Он просыпается. Лишённый чувства ужаса, он мечется подобно простым смертным, ищет, вылавливает сумрак из обмелевшей реки. Пожирает то, что осталось, пока до конца не исчезло всё. А потом натыкается взором на стопор в колесе. У ненависти есть имя. Клик-клак. Янг-чен. Она вторгается в ход событий, лучшая и вернейшая из дочерей Раавы. Такая правильная, что, наблюдая за ней, Ваату чувствует нечто сродни тошноте. Ни тени зла, ни толики пищи: даже сражается она во славу света, баланса, своей Великой. Ваату наблюдает за ней. Следит за самым опасным своим врагом – а Янгчен несёт по земле мир. С каждым её шагом внутри духа растёт такое человеческое, такое вкусное, кислое, злое… Ненависть. Её не сожрёшь, её не вырастишь в чужом сердце – но это ново, это иное. Ваату интересно, Ваату любопытно, Ваату понимает: знание поможет потом, а сейчас достаточно просто смотреть. Даже аватары смертны, эпоха Янгчен не вечна. Клин в колёсах раскрошится под действием времени – и движение снова начнётся. За миром всегда приходит война. Вместе с ней вернётся и сытость: люди спят, люди забыли об ужасе, гневе, люди будут слабы. Рано или поздно это случится, а Ваату умеет ждать, планировать, складывать обстоятельства в чертежи окон возможностей. Ненависть. Клик-клак шестерни. Движение не идеально, движение тоже кончается, колеса иногда упираются в преграду: но это можно предсказать. Ваату будет рыться в памяти мира, искать Янгчен в каждом из аватаров Воздуха, найдёт в нескольких, спустя сотни лет узнает в одном. Янг-чен. А-анг. Клик-клак. Они так похожи в своём служении долгу. Истовые дети гармонии и любви к миру, религии Воздушных храмов. Отчаянно-смелые, резкие, чуткие. Раава сказала бы: лучшие из людей, Ваату улыбнётся только – почти по-человечески – и запомнит ещё один цикл, запомнит, что надо успеть до того, как Воздух снова породит проклятый клин. Не-на-висть. Она бывает разной: в ненависти-Янгчен есть нотка величия – и послевкусие будущих войн.