Кто первый, тот проиграл

      После школы Дэну пришлось ждать Антона, который устроил разборки с Гариком. И Дениса это раздражало. Нет, он, конечно, понимал, что брат заступается и за него в том числе, хотя основной причиной была, разумеется, Танечка, но…       Но синяк у Дэна уже почти незаметен, да и не синяк это был вовсе. Обидно, конечно, что этот Гарик его ни во что не ставит, но с этим можно было повременить. На завтра задали кучу уроков, а если учитывать поход в спортзал, то у Дениса времени на домашку — только эти пару часов, которые он стоит за углом и ждёт брата. Видимо, придётся теперь полночи иметь интимные отношения с докладом.       А с Танькой Тоха, между прочим, так и не помирился, может, теперь никогда и не помирится, слишком уж она обиделась… Так зачем зря сотрясать воздух? Зачем доказывать кому-то, что эта тёлка твоя, если она, возможно, уже совсем не твоя? И вообще, Дэну не нравилась вся ситуация с Танькой. По всему выходило, что не такой уж она «цветочек»…       Ну вот скажите на милость, зачем, зная характер своего парня, говорить ему, что к тебе подкатывал кто-то другой? Понятное дело, если тебя обидели, но тут совсем другая ситуация. Гарик, конечно, горилла без мозгов, но под взглядом Танечки готов, словно собачонка, прыгать через обруч. Так зачем она это делала? Ответ напрашивался сам собой: она просто хотела стравить парней! Зачем? Да незачем. Для развлечения. Ну, и плюс — популярность, престиж, так сказать: надо же, из-за неё пацаны подрались! Да не абы-какие, а два школьных красавчика!       Да-да, как бы это ни выглядело странно, но хоть Дэн с Антоном и были похожи как две капли воды, брата Денис считал вполне себе красавчиком, тогда как к своей внешности у него была масса претензий.       — А ты, я вижу, не собираешься писать доклад? — Алька опять подкралась незаметно.       — Чёрт, Стоянова! Ты меня заикой сделаешь!       Но подруга только расхохоталась.       — Чего ты тут торчишь? Да ещё с рожей великого мыслителя? — спросила она, всматриваясь в его лицо. — Признавайся, о чём думал?       — Да так… — поморщился Дэн. Ну не говорить же ей правду? Стоянова — девушка серьёзная, в разумных пределах, конечно, но всё же она не одобряет физических методов решения разногласий, и Дэн решил её отвлечь. — Мне показалось, или ты хочешь меня чем-то порадовать? Узнала что-то?       — Э-эм… Да, — неуверенно произнесла она, — но не знаю, обрадует ли это тебя.       — Ну выкладывай, посмотрим. — немного удивлённо ответил Дэн.       — Короче говоря, репутация у этой Юльки та ещё, но при этом нет никаких доказательств того, что она и правда такая уж шалава. Все об этом говорят, но никто не может сказать, что лично спал с ней, всё только слухи.       — Ну, дыма без огня не бывает, — протянул Денис и тут же получил подзатыльник.       — Не бывает?! — возмутилась Алина. — А как же мы с тобой? Нас все уже поженили заочно, но мы-то с тобой знаем, что я, мягко говоря, не совсем в твоём вкусе.       — Это другое дело.       — А вот ничего и не другое! Блин, ты такой же, как все мужики, дай только бабу помоями облить! — Алька упёрла руки в бока. — Может, Юлька эта отшила кого-нибудь, как твоего братца, а он о ней теперь слухи и распускает.       — Ладно, думаю, это не очень важно, — примирительно сказал Дэн. — Давай дальше.       — А вот дальше всё не очень весело. Словом… Юлька вроде как влюблена в Антона и поклялась сделать всё, чтобы он был с ней, — на одном дыхании закончила подруга.       — Влюблена?! — Дэн удивлённо вскинул брови. — А что ж она его тогда отшила?       — А что ей, по-твоему, надо было сделать? Трахнуться с ним? — усмехнулась Алька. — Тогда бы он точно на следующий день о ней даже не вспомнил, а если бы вспомнил, то поддержал бы слухи. Не. Начинать мутить с парнями надо не с койки.       — Много ты, Стоянова, знаешь о том, как надо мутить с парнями! У самой-то парня нет. И не было.       — А ты бы, Корнилов, радовался, что нет, — выделяя его фамилию, невозмутимо отозвалась Алька. — Пока я торчу рядом с тобой, никто не заподозрит в тебе гея. А что касается моих знаний, то я тебе так скажу: совсем не обязательно самому прыгать с крыши, чтобы знать, что разобьёшься.       — Антон не станет встречаться с этой Юлькой, — уверенно заявил Денис.       — Посмотрим, — хмыкнула подруга. — Ты домой-то идёшь? — она уже развернулась, чтобы уйти.       — Да. Ща, только Тоху дождусь.       — Кстати, что там за дела со спортзалом? — спохватилась она. — Ты же мне так и не рассказал.       Денис скривился и нехотя поведал подруге историю об их споре.       — Вот ты идиот, — рассмеялась Алька, — с Антоном спорить — себя не уважать. Он же никогда честно не играет. Ладно, — кивнула она, — я пошла, домашки нереально много. Ты тоже давай, не разгуливай долго. Тебе трояк за лабораторную исправлять надо.       — Слушаюсь, мамочка, — Дэн скорчил рожу.       Антон с Киром появились минут через двадцать. Слава яйцам, никто ни с кем не дрался. Так, поорали друг на друга, поугрожали да разошлись. Антон был раздражён, видимо, с Танькой и правда всё не так просто, но стоило ему взглянуть на Дэна, как он тут же развеселился:       — Ну что, Деня? Готов к физическим нагрузкам?       — Разумеется, нет, — невесело усмехнулся Дэн. — Но ты же всё равно не отстанешь.       — Конечно, не отстану! Спор есть спор, и надо соблюдать все условия, — Антон говорил это с таким лицом, словно это не он, а Денис вечно нарушает правила.       — Ещё бы ты соблюдал их, было бы вообще замечательно, — проворчал Дэн. — Вот скажи, Кирюх, — он обратился к Киру, который лишь посмеивался, слушая пререкания братьев, — разве это честно? Вечно подстраивать всякие штуки, чтобы выиграть?       — Нет-нет-нет, — Кир выставил ладони вперёд, словно отстраняясь, — не надо вмешивать меня в ваши странные внутрисемейные отношения.       — Да при чём здесь семейные отношения? — огрызнулся Дэн. — Вот если бы ты поспорил с Тохой…       — А я умный, — хохотнул Кирилл, — поэтому уже давно с ним не спорю. Но насколько я понял, походы в качалку были необходимым условием?       — Да, — печально кивнул Денис. — Но я не об этом. Я о том, что разве это честно? Я, такой правильный, буду соблюдать все условия, а Тоха в это время будет мухлевать, подстраивать что-нибудь! Лишь бы выиграть…       — А вы не обговорили это? Ну, что нельзя ничего подстраивать? — спросил Кир.       — Нет. Чёрт… — Дэн только сейчас понял, что снова лоханулся. Теперь Антон может делать, что вздумается, и не запретишь. — Права Алька, с тобой спорить — себя не уважать.       — Что?! — возмутился Антон. — Она так сказала?! Всё. Я не беру её с собой в клуб.       — С собой?.. — хохотнул Дэн. — Мне казалось, ты собрался идти туда ради меня, нет? Может, вообще сходите вдвоём? Мы с Алинкой найдём себе другое занятие в пятницу вечером.       — Ну уж нет! — отозвался Кир. — Я, может, только из-за Альки и согласился идти.       — Что?!       — Что?!       Антон и Денис воскликнули это одновременно.       — А что?       — Вот э-это поворо-от! — протянул Тоха.       А Дэн покачал головой, после чего выдал:       — Лучше оставь эту идею. Она тебе не по зубам.       — Да ладно, расслабьтесь! — пошёл на попятную Кирилл. — Я просто сказал, что с Алькой приятнее общаться, чем с вами, придурками. Давайте, бегом переодеваться, встретимся в зале, — и он свернул к своему подъезду.       Братья лишь молча переглянулись. А Дэн подумал, что надо будет предупредить подругу, на всякий случай. На какой такой случай, он и сам не знал, но мало ли…       Долго думать, что надеть, Дэн не стал и просто взял физкультурную форму. Качалка пока не представлялась ему чем-то эдаким, чтобы ещё заморачиваться по поводу одежды. Он вообще надеялся, что Тоха через пару-тройку занятий увидит, что он всё равно ни на что не способен, и отстанет от него.       Что до мифических соблазнов, так в это Денис вообще не верил. Ну каков процент того, что там окажется хоть один парень, который будет ему симпатичен? И ещё меньше вариантов, что он сам кому-то понравится. А уж то, что симпатия может оказаться взаимной, вообще равно нулю или вовсе какому-нибудь минусовому числу.       Словом, Дэн не сильно заботился о своём внешнем виде и… пожалел об этом, едва переступив порог спортзала. Потому что быстро сообразил: зал для парней — это не только тренировки, это возможность показать себя. Во всей красе. И они с удовольствием это делали, прохаживались туда-сюда, разглядывали себя в зеркалах, поигрывая мышцами, выставленными напоказ из-под борцовок и шорт известных брендов.       Так вот зачем Тохе понадобился тот странный спортивный костюмчик, на который он таки выдурил у матери деньги. Дэн почувствовал себя жалко в своей обычной футболке и широких шортах до колен, которые наверняка по-дурацки смотрелись на его тощих ногах. Впрочем, в обтягивающих шмотках он бы выглядел ещё более нелепо.       Дэн вздохнул, в который раз матеря про себя Антона. Теперь ему казалось, что братец просто решил выставить его идиотом. Хотя… Может, он просто параноик? Потому что никто вокруг практически не обращал на него внимания.       Наконец из раздевалки появились Антон с Киром, и они все направились к беговым дорожкам. Зал был небольшим, и разогревать мышцы было особо негде, так что оставалась пешая ходьба с задиранием коленей к подбородку и размахиванием рук. После этого парни огляделись в поисках свободных тренажёров.       — Ну что? С чего начнём? — деловито осведомился Кир.       — Так, — задумчиво ответил Дэн, — вы начинайте с чего хотите, а мне, раз уж вы меня сюда притащили и решили обойтись без тренера, подскажите что-нибудь для укрепления рук. Буду извлекать из этого хоть какую-то пользу, надо же мне к следующему году научиться подтягиваться, хотя бы для сдачи нормативов. Будет обидно лишиться медали из-за такой хуйни.       Дальше начался какой-то трэш. Вместо гантелей и тому подобного парни подвели его к какой-то загадочной конструкции (Дэн был уверен, что, несмотря на свою прекрасную память, ни в жисть не запомнит названия всех этих агрегатов для превращения тела в скульптуру), развернули спиной, в руки вручили две пластиковые палки, к обоим концам которых крепился резиновый трос, соединяясь с конструкцией за спиной. От Дениса требовалось поочерёдно тянуть эти палки вперёд, словно он хотел сдвинуть с места гипотетический воз за спиной. Кир прочёл краткую лекцию о том, что это самый оптимальный вариант, потому что здесь задействовано большее количество мышц, чем при других упражнениях.       И Дэн приступил к самоистязанию, как он называл про себя всю эту идею со спортзалом. Сперва ему показалось, что всё очень легко: резиновые шнуры растягивались будто бы без особых усилий с его стороны, но не тут-то было, уже через пару минут заныли плечи, потом руки, причём полностью. Дэн был не силён в названиях мышц, но в его организме их явно оказалось больше, чем написано в учебнике по биологии, потому что ноющая боль появилась в местах, о существовании которых он и не подозревал. Н-да… с физической подготовкой у него явно было совсем плохо. Но сдаваться он тоже не собирался, хотя бы потому, что Антон с Киром потом жизни не дадут.       И Дэн, стиснув зубы, продолжал себя насиловать, стараясь не отвлекаться ни на что вокруг, но в какой-то момент он услышал приветственные возгласы и автоматически оглянулся. И… не поверил своим глазам: в дверном проёме стоял тот самый незнакомец, которого он заприметил утром в школе. И, чёрт возьми, сейчас он выглядел просто сногсшибательно. Денис и утром обратил внимание, что фигура у парня «самое оно», но сейчас, когда все мышцы рук и ног не были скрыты одеждой…       Дэн не мог оторвать взгляда и тупо пялился на него несколько минут кряду, пока тот перекидывался с друзьями шутливыми фразочками, но осознал это, только когда красавчик вдруг остановил свой прозрачно-голубой взгляд на нём и неожиданно широко улыбнулся.       Дэн вспыхнул до корней волос, а его сердце забилось в каком-то совсем уж ненормальном ритме. Он резко отвёл взгляд, поняв, как глупо выглядит со стороны, и с утроенным рвением принялся тянуть треклятые канаты, не ощущая ни боли в мышцах, ни усталости.       Но оказалось, что это было только начало его испытаний. Через пару минут он услышал за спиной хрипловатый тенорок:       — Ты неправильно держишь руки, поэтому устаёшь гораздо быстрее.       Дэн вздрогнул и, обернувшись, уставился на юношу, не зная, что сказать в ответ, а под внимательным взглядом и вовсе смутился окончательно. Но тот, словно не замечая его смущения, приветливо протянул руку, бросив коротко:       — Стас.       Дэн пожал ее, кивая и понимая, что надо представиться в ответ, но его голосовые связки словно парализовало, наконец он прокашлялся и выдавил:       — Д-да, Д-дэн…нис.       — Что ж, очень приятно, Дэ́нис, — ухмыльнулся Стас. Его мягкий голос никак не соответствовал внешности, он был какой-то… мальчишеский, словно ещё не до конца сломавшийся, но это странным образом подкупало, словно не было такой уж разницы в возрасте у них с Дэном. — Ну так что? Хочешь, помогу? — продолжая улыбаться, спросил он.       «Соберись, тряпка! — орал внутренний голос Дениса. — Ты же сейчас сам всё испортишь!»       Но получилось только пожать плечами в знак того, что он не против принять помощь. Правда, Стаса вполне устроило и это. И он начал увлечённо объяснять Дэну его ошибки, показывать, как правильно. Было сразу видно, что он фанат дела и искренне хочет помочь. Дэн слушал его внимательно, но слышал, в основном, очаровавший его голос, вникая в смысл с запозданием.       Нет, Денис не был идиотом и прекрасно понимал, что Стаса привлекла возможность поучить новичка, не более. Но почему бы нет? Почему бы не пообщаться с приятным человеком? А там, чем чёрт не шутит, может, и подружиться.       Он также помнил о возможности подставы со стороны любимого братика. Но что касается Стаса, то вряд ли у Антона была возможность так всё продумать. Он ведь не мог знать, что Денис видел его в школе, да и где гарантия, что Стас непременно привлёк бы его внимание. Хотя, это как раз предположить несложно, Стас красив, как бог. Но Дэну очень хотелось верить, что это всё происходит… потому что происходит.       Со Стасом дело пошло веселее, и тренировка больше не казалась средневековой пыткой. Дэн сменил ещё два тренажёра, мышцы больше не болели, и он с трепетом сектанта перед своим лидером внимал всем наставлениям новоиспечённого тренера.       Прощаясь, Стас дал пару наставлений на завтрашний день. Он-то знал, что с непривычки у Дэна будет болеть всё тело, и советовал контрастный душ, какие-то простые упражнения. Но Денис снова слушал вполуха, очень уж было хорошо, это ведь приятно, когда симпатичный тебе человек проявляет заботу. Ещё Стас сказал, что будет здесь в пятницу, и если Дэну ещё требуется его помощь, то он не против.       — И что это было? — усмехнулся Кир, едва они свернули за угол.       — Что? — переспросил Дэн, хотя прекрасно понимал, о чём идёт речь.       — Да уж, Деня, — покачал головой Антон, — я-то думал, тебя придётся к чему-то подталкивать, а тебя, оказывается, наоборот, нельзя выпускать из дома. Нет, это ж надо? — брат недоуменно покачал головой. — Я два месяца хочу познакомиться с этим парнем поближе, а тут появляешься ты и…       — Ты хотел познакомиться с ним «поближе»? — присвистнул Кир. — Это ещё зачем?       — Потому что он крутой, — пожал плечами Тоха. — Вон и Дёня так думает, да?       — Так, — Дэн решительно остановился и посмотрел на брата. — Поклянись мне, что ты в этом не замешан!       — Ишь, чего захотел! — хохотнул Антон. — Не буду я тебе ни в чём клясться, так неинтересно!       — Да пошёл ты!.. — психанул Дэн. — Я б тебе всё равно не поверил. Как можно верить тому, кто по привычке пиздит даже сам себе?       — Сам пошёл! — обиделся Антон.       — На этом закончился разговор о братской любви и взаимоуважении, — продекламировал Кир и, хохоча, захлопал в ладоши.       Братья переглянулись, не сговариваясь, навалились на него с двух сторон и общими усилиями затолкали в колючий куст шиповника возле дома. Кир что-то кричал им вслед, что-то очень нецензурное, но за ними уже захлопнулась дверь подъезда.       — А чё, он тебе правда понравился? — уже в лифте спросил Тоха, нажимая кнопку.       — Отвали, — фыркнул Денис.       — Не, ну чё ты? Я ж просто…       — Разговор окончен, — твёрдо сказал Дэн и толкнул плечом дверь в квартиру. — Мам! Мы дома, — он немного повысил голос, чтобы вышедшая из кухни мать уж точно не дала Тохе продолжить доставать его.       Этой ночью Дэн долго не мог уснуть. Во-первых, сказывалась усталость, непривычные физические упражнения плюс сидение допоздна над чёртовым докладом, во-вторых, сон не шёл из-за множества противоречивых мыслей, мечущихся в голове, словно летучие мыши.       Денис прекрасно осознавал, что Стас ему понравился, и не просто как приятный в общении парень, а в том самом смысле. Он прокручивал в голове каждую сказанную Стасом фразу, каждую его улыбку, пытаясь найти хоть какой-то намёк на взаимность. Потом одёргивал себя: «Какая, к чёрту, взаимность?!» Не бывает так! Не может парень твоей мечты взять и оказаться геем. По статистике, даже в гетеропарах люди взаимно нравятся друг другу только в одном случае из восьми.       Сейчас его не заботило, что это Антон мог посодействовать их общению. Ведь если он не нравится Стасу, то и говорить тут не о чем, а если нравится, если между ними, возможно, будет что-то, то какая разница, с чего всё началось? Пусть и с попытки Антона выиграть спор. На секунду Дэн представил, как Стас склоняется к нему, смотрит с нежностью, а потом, притянув поближе, целует… Его обдало жаром, он замотал головой, чтобы прогнать наваждение, и тупо уставился в потолок.       В конце концов, путаясь в сумбурных мыслях, он уснул. Ему снилось что-то невозможно развратное, настолько, что он, кажется, даже во сне краснел. Со Стасом в главной роли, разумеется.       А утро встретило пришествием полного пиздеца. Мало того, что с такими снами Денис ни хрена не выспался, у него ещё было ощущение, что его прокрутили в мясорубке. Болело абсолютно всё, включая мизинцы на ногах. Бодрому Антону, разбудившему его воплем «Рота, подъём!», хотелось расквасить его ухмыляющуюся рожу.       С горем пополам Дэн всё-таки встал. Каждое движение отдавалось в теле тянущей болью. Ноги превратились в ходули и умоляли хозяина, частью которого они являлись, вернуться в постель и не шевелиться как минимум неделю. Но Дэн прекрасно понимал, что в школу, как ни крути, надо. Он что же, зря сидел вчера над учебниками до потемнения в глазах?       После душа стало немного легче, и Дэн решил, что можно и позавтракать. Но его братец не был бы собой, если бы всё не испортил. Проходя мимо, Антон хлопнул его по спине с весёлым заявлением:       — Ничего, это с непривычки. Ты поделай упражнения, что тебе твой любимый тренер посоветовал.       Денис взвыл от боли и возмущения подъёбками брата и с размаху швырнул в Антона солонкой, но брат поймал её на лету, поставил обратно на стол и лишь ухмыльнулся в ответ.       Дэн припомнил, что действительно, Стас говорил о каких-то упражнениях. Несколько раз присесть… что-то там ещё… Но его тело взмолилось о пощаде, едва он представил себе приседания, он решил не насиловать свой измученный организм и, допив чай, поплёлся собираться в школу.       Антон умчался раньше, а Алька всегда выходила чуть ли не за час до уроков, так что до школы Дэн брёл в полном одиночестве. Стоянова накинулась на него уже у входа:       — Ну где тебя носит? Я уже звонить собиралась, только боялась маму твою разбудить, думала, ты решил прогулять.       — Решил бы с удовольствием, если б не географ-садист, он же ни за что не поставит нормальную оценку, если не бегать за ним лично и не умолять. Но, кстати, Тоха-то знал, что я приду, спросила б у него.       — А Антону сегодня некогда, — каким-то странным тоном произнесла Алинка. — Он сперва с Юлькой беседовал. Да-да, с той самой. А теперь в фойе сидит с очень странным выражением лица. Ты бы поговорил с ним.       — Да, разумеется… — задумчиво ответил Денис, в этот момент он заметил, как в компании, свернувшей за угол, мелькнула знакомая фигура с длинной чёлкой. — Ты подожди здесь, я сейчас, — с этими словами он направился в ту сторону, где, как ему показалось, он видел Стаса, оставив подругу недоуменно хлопать глазами.       За углом, с торца школы, никого не было, но Дэн прекрасно знал о существовании небольшого закутка с пожарным выходом, старшеклассники там обычно курили или устраивали какие-то разборки, чтоб без свидетелей.       Денис и сам не знал, зачем он попёрся сюда. Его вчерашнее общение со Стасом ещё не давало ему права подойти и как ни в чём не бывало сказать «здорово, братан!» Но его неумолимо влекло ко всему, что может быть связано с этим красавчиком.       Сперва он решил, словно невзначай, пройти мимо, может, Стас сам узнает его и окликнет, да и вообще было интересно, что это он тут делает? Но, подойдя ближе, Дэн услышал голоса и решил пока не обнаруживать себя, потому что по интонациям было слышно, что здесь собрались не для мирной беседы, он прислушался.       — …слушай, Ворон, я не виноват, это случайно вышло, — испуганно лопотал какой-то парень.       — Случайно?! — с нажимом произнёс знакомый голос с хрипотцой. — А возле гей-бара ты, сука, тоже очутился случайно?!       — Я… да… то есть, нет…       Послышались звуки нескольких ударов, и вновь заговорил Стас:       — Моё предупреждение первое и последнее: не смей больше показываться на глаза моей тусовке! Надеюсь, объяснили доходчиво?! Ещё таких пидоров нам не хватало!.. — снова послышалась какая-то возня. — Да оставь ты его, Штырь! Пойдём, у тебя урок через две минуты.       Пока Дэн понял только одно: сейчас ему лучше отсюда съебаться, покуда при памяти, и он быстро зашагал по направлению главного входа.       Дэн не сказал ни слова Альке, вопросительно поглядывавшей на него весь урок, он вообще ни с кем не разговаривал. Как относиться к услышанному, он не знал. Хотя нет, знал, но ему не хотелось этого понимать. Он-то размечтался!.. Ещё и сны всякие про Стаса этого смотрел!..       В конце концов Алинка, видя, что приятель впал в подобие анабиоза, толкнула его локтем и прошипела:       — Может, объяснишь? Ты чего такой? Как мумия?       — Он гомофоб, — еле слышно, себе под нос, произнёс Дэн.       — Кто?! — вытаращилась на него Алька.       — Ворон, — односложно ответил Денис, вводя подругу в ещё большее недоумение.       И больше Алине не удалось от него добиться ровным счётом ничего.