Кто первый, тот проиграл

      Домой Денис вернулся часа в три ночи. Впрочем, на часы он не смотрел, в голове стоял густой любовный туман, а по лицу плавала улыбка галлюцинирующего идиота.       Дэн понимал, что, несмотря на позднее, а точнее, раннее время, не сможет уснуть прямо сейчас, слишком уж он взбудоражен. Поэтому он наскоро принял душ и, стараясь не шуметь, чтобы не будить Антона, прошёл в гостиную, смело зажёг свет и… чуть не заорал с перепугу, когда на диване кто-то зашевелился. Через секунду из одеяла показалось сонное лицо Юльки.       — Эм-м… А ты… зачем… То есть… — невнятно забормотал Дэн, радуясь, что у него хватило ума завернуться в полотенце, ведь когда они с Антоном были дома одни, они могли запросто разгуливать в чём мать родила. — Ну… я пойду?.. — он рассеянно указал пальцем на выход.       — Спокойной ночи, — усмехнулась Юлька и вновь уткнулась в подушку.       Денис протопал в свою комнату, зажёг ночник и уставился на спящего брата.       — Загадочные ребята… — шёпотом усмехнулся он, покачав головой, и принялся расстилать постель.       В кармане джинсов, брошенных на стуле, ожил телефон, оповещая о входящем сообщении. Дурацкое «блям-блям» раздалось на всю квартиру, Антон заворочался, а Дэн чертыхнулся, поняв, что забыл отключить звук. Он быстро вытащил мобилу, но всё же недостаточно быстро, второе «блям-блям» разбудило Тоху окончательно.       — Дорогой брат, — сонно-издевательским тоном пробормотал тот, — я очень тебя люблю и уважаю твою личную жизнь, но если ты сейчас же не угомонишься, я пиздану тебя чем-нибудь тяжёлым.       — Да пошёл ты… — томно выдохнул Дэн, потому что на экране высветились два сообщения от Стаса.       Стас       Я надеюсь, всё ок?       Сладких снов, Малыш♥️       Денис, блаженно улыбаясь, несколько минут таращился на экран телефона, а Антон таращился на Дениса.       — Уууу… Как всё запущено… — проговорил наконец он, встал и прошлёпал мимо, в туалет.       Но Дэн даже не обратил внимания. Его сознание уже находилось далеко отсюда… на берегу заболоченного пруда, под звёздным небом… где сегодня он познал первые прелести взрослой любви…       Денис был уверен, проживи он хоть сто лет, эту ночь будет помнить во всех подробностях. Как тонул в любимых прозрачно-голубых глазах, растворялся в поцелуях и ласках, как сходил с ума от того, что это именно Стас делает с ним все эти развратные вещи… Как, придя в себя после сногсшибательного оргазма, захотел доставить любимому ответное удовольствие… Как был озадачен, обнаружив, что Стас из тех парней, кому другие завидуют в общественном душе… Но всё же с упоением принялся за свой первый в жизни минет… И просто умирал от того, как сильный и смелый Ворон восхитительно стонал: «Динечка… мой мальчик…»       Потом они долго целовались, лаская друг друга и шепча всякие милые глупости, пока снова не дошли до края. В общей сложности, Денис кончил пять раз и понимал, что и это не предел, ведь стоило ему лишь взглянуть на Стаса снова… и…       Стас не был таким скорострелом, на его долю выпало всего два оргазма, но он, смеясь, уверял Дэна, что их качество намного выше, и что Денис со временем поймёт это сам, когда научится себя сдерживать. А Дэн, всё ещё немного смущаясь, шептал: «А ты меня научишь?» и с восторженным трепетом улыбался, слыша ответный шёпот: «Ну конечно, маленький… я покажу тебе всё. Всё-всё… Я даже немного тебе завидую, у тебя впереди ещё столько открытий…»       Из сладкой задумчивости Дэна выдернул насмешливый голос брата:       — Так что, Дёня? Я уже могу считать, что выиграл спор?       Денис нахмурился, не сразу сообразив, о чём речь. Потом усмехнулся:       — Нет, не думаю. И, между прочим, что здесь делает Юлька?       — Ты мне зубы не заговаривай, — хохотнул Антон, — колись давай…       — А я-то что? — невинно пожал плечами Дэн. — Вот ты — другое дело. А если ты думаешь, что я куплюсь на такую херню… мол, Юлька спит в соседней комнате, значит, у вас ничего не было, — он закатил глаза и с издёвкой усмехнулся. — И, кстати говоря, как мы будем доказывать друг другу свой выигрыш? На лбу ведь не написано — девственник ты или нет.       — Вообще-то я надеялся на твою честность, — с видом оскорблённой невинности заявил Тоха.       — Да что ты?! — Денис аж подавился возмущением. — А это не ты ли всегда мухлюешь?!       — Я не стану тебя обманывать, — улыбнулся брат, — да я и не обманываю никогда с результатом спора. Просто стараюсь выиграть любым способом, — он развёл руками, потом добавил: — Но на этот раз я вообще ничего такого не делал, просто не успел придумать.       — То есть ты весь такой белый и пушистый? — скептически проговорил Дэн. — А Юлька?       — Да чё ты заладил — Юлька-Юлька? — зашипел Антон. — Не было у нас ничего. Она вообще целка ещё…       — Ух ты!.. — непритворно удивился Денис. — А как же…       — Да никак, — огрызнулся брат и отвернулся. — Я не хочу об этом говорить.       — О’кей, — пожал плечами Дэн. — А почему она ночует у нас?       — Ну… Мы ходили в кино, потом гуляли, выпили вина… А у неё отец неожиданно вернулся из командировки, хотя должен был завтра. А он у неё такой… убьёт, если учует запах спиртного. Ну она и отпросилась ночевать «к подружке».       — Понятно… — задумчиво ответил Дэн. — Хотя нет, ни хрена не понятно. Ты же всего неделю назад говорил, что едва терпишь её и мечтаешь избавиться поскорее…       — Да тихо ты! — шикнул на него брат. — Вдруг услышит?! — и продолжил шёпотом: — Н-ну да, говорил… а теперь не говорю. Всё, короче. Отстань. Спать надо.       Антон, кажется, смутился. Ну надо же… «Ой, да хрен с ними», — мысленно ругнулся Денис. Ему и без них было о чём подумать. Например, о красавце-брюнете с голубыми глазами, укравшем сперва его сердце, а теперь и тело. Да, именно так. Теперь Дэн точно понимал, что хочет не секса, он хочет Стаса.

***

      Вопрос о том, проиграл Денис или нет, был, конечно, спорным. С одной стороны, полноценного секса, что называется, с проникновением (боже, Дэн краснел, даже мысленно произнося это) у него не было, но с другой… Любой секс вполне себе полноценный. В конце концов он даже решил спросить у Стаса.       Случай представился через несколько дней на утренней пробежке. Да-да, Стас решил серьёзно взяться за его физическое воспитание во всех смыслах этого слова и гонял его по утрам перед школой по лесопарковым аллеям, приговаривая: «Ничё-ничё, скоро и одышка пройдёт, привыкнешь… Рождённый бегать пизды не получит. Потом ещё паре приёмчиков научу…»       Дэн, смеясь и задыхаясь, отвечал, что судя по пиздюлям, которые он выхватил за свою жизнь, он рождён для чего угодно, но явно не бегать и тем более не драться, но Стас был неумолим. Впрочем, Денис не жаловался. Утренние пробежки были лишней возможностью увидеться со Стасом. Встречаться в другое время почти не получалось. Дэн всё ещё был под домашним арестом. Ради такого полезного дела, как спорт, мать ещё смилостивилась, но не более. А в те дни, что она дежурила, Стас бывал занят, поэтому за прошедшую неделю они встретились вечером только один раз, да и то ненадолго, в кафе. Так что зарядка по утрам неожиданно стала для Дениса самым желанным мероприятием. Ну, разумеется, не сама зарядка, а быстрые, словно ворованные поцелуи в густом кустарнике парка, прикосновения сильных рук, которые словно обжигали, когда Стас помогал выбрать правильную позицию на турнике.       Сегодня была среда, у мамы очередное дежурство, и Дэн очень надеялся, что Стас никуда не свинтит, так хотелось провести этот вечер с ним. Денис хотел… от того, чего он хотел, краснели уши и сбивалось дыхание. Но он ничего не мог с собой поделать, ему было так мало этих торопливых утренних поцелуев…       Но пока ещё было утро, и Дэн унылой макарониной болтался на перекладине, прилагая тщетные усилия подтянуться в третий раз. Наконец он взглянул на Стаса (может, сжалится?), однако Стас лишь улыбнулся и кивнул, мол, «давай, не отлынивай», но, видя, что на сегодня силы Дэна, видимо, исчерпаны, подошёл ближе и, подхватив его за бёдра, слегка подтолкнул вверх. Последнее усилие, и Денис, хихикая, уцепился подбородком за турник.       — Слушай, — начал он сдавленным голосом, потому что перекладина перекрывала доступ воздуха, — а… можно сказать, что у нас уже был секс, или… это не считается?       — Что?!.. — оторопел Стас. От неожиданности он ослабил хватку, и Дэн упал в его объятия, сцепляя руки на шее.       — Н-ну… — Денис снова смутился, не зная, что сказать дальше.       Но Стас уже пришёл в себя от лёгкого шока:       — А как по-твоему? Считается или нет? — он вновь улыбался. Хитро, нагло и, следует добавить, очень соблазнительно. Дэн буквально растворился в этой улыбке, по телу прошла дрожь, и он, забывшись, подался вперёд, прося поцелуя. Но быстро пришёл в себя и отпрянул.       — Чёрт, — ругнулся он, впрочем, беззлобно, — не смей так смотреть на меня посреди улицы!       — Да?.. А где можно?..       Голос Стаса звучал тише и глубже, и, боже ж ты мой, у Дениса слабели ноги, и он просто таял от этого голоса. Он опёрся рукой на турник и, сдерживая сердцебиение, выдохнул:       — Всё. По домам. Иначе я перестану себя контролировать.       — Мой страстный малыш, — мягко рассмеялся Стас, обвязывая толстовку вокруг пояса, — такой горячий, — он метнул в сторону Дэна совсем уж немыслимый взгляд, — вспыхиваешь, как спичка.       — Прекрати! — покраснел Дэн.       — Ты сам меня провоцируешь своими вопросами.       — Я вообще не о том спрашивал…       — Да? — неподдельно удивился Стас. — А мне показалось, я правильно расслышал вопрос.       — Бля… — Денис сконфуженно склонил голову. — Да, ты правильно всё расслышал, но в моём вопросе не было никакого подтекста.       Они медленно побрели по узкой, самой заросшей аллейке парка в сторону цивилизации. И Дэн наконец, путаясь в словах и перескакивая с одного на другое, рассказал о сути спора с братом.       — Ну вот, — подытожил он свой рассказ, — я просто хочу понять — я уже проиграл или как?       — Ясно, — понятливо покивал Стас. — Ну тут, наверное, всё зависит от того, как именно, дословно, звучал вопрос спора.       — Проигрывает тот, кто первым лишится девственности, — продекламировал Дэн.       — Ну тогда ещё можно побороться, — заулыбался Стас, — потому что чисто технически ты ещё девственник. — он немного помолчал, потом добавил: — Да уж… Как давно я не занимался такой фигнёй. А ведь было… Мы тоже с друзьями спорили, — он покачал головой, усмехнувшись своим воспоминаниям. — Не поверишь, как-то я поспорил с одним верзилой, у кого член больше.       Стас от души веселился. Дэн понимающе хмыкнул и закусил губу, подумав, что если бы он был обладателем такого же мужского достоинства, как его парень, то тоже, не задумываясь, подписался бы на такой спор.       — Зря ухмыляешься, — продолжал Стас, — я тогда проиграл. А спорили мы на очень кругленькую сумму. Пришлось идти к Настьке, ну, в смысле к маме. Она у меня классная, ей всё, что угодно, рассказать можно, но тогда было реально стрёмно… Она, конечно, поржала от души, сказала, что я только подтвердил научную гипотезу о том, что нехватку мозгов организм компенсирует излишками в других местах. Но была искренне рада, что я проиграл — это означало, что есть кто-то ещё более тупой, чем я.       — А почему ты зовёшь маму по имени? — спросил Денис и осторожно взглянул на Стаса. Лезть не в своё дело не хотелось, но с другой стороны, он так мало о нём знал.       — А она мне не родная мать, — пожал плечами Стас. — Но она воспитывает меня с восьми лет, так что… Говорит, что без разницы, как я буду называть её, но я-то знаю — ей приятно слышать «мама». Правда, когда тащишь её пьяную домой после встречи с подругами, «мама» как-то с языка не идёт, — он рассмеялся.       — А твоя настоящая мама? — Дэн выговорил это раньше, чем сообразил, что тема может быть неуместна.       Но, к его облегчению, Стас только пожал плечами:       — Моя настоящая мама — Настька. А та… Я не знаю. Она ушла от отца, я ещё совсем мелкий был. Я её практически не помню, помню только, что она была, — он печально улыбнулся. — В детстве я скучал, но не столько по ней, сколько по ощущению, что я не один, отцу ведь вечно не до меня было — у него бизнес. Потом я, насмотревшись от скуки сериалов, придумывал, что это отец запретил матери приближаться ко мне, и мечтал, как я вырасту и встречусь с ней… — Стас посмотрел в пространство. — А потом появилась Настька. Она играла со мной, ругалась с учителями, считая, что они ко мне несправедливы… и ей всегда было интересно, чем я занимаюсь! И все мои переживания как-то сами собой прошли. А через два года родилась Леська. Я сначала ревновал… А потом… Мне дали её подержать!.. Такую маленькую!.. Мне было всего десять, а она практически целиком помещалась на моих ладонях. Я очень её люблю. Теперь-то она вымахала… — Стас ласково усмехнулся.       — Ты скучаешь по ним? — спросил Денис, заворожённо следящий за рассказом. Он ещё не встречался с этой стороной Стаса, такой трепетной, которая не совсем вязалась с его брутальным обликом, но очень нравилась Дэну.       — Ещё как.       — Но всё-таки ты не переезжаешь к ним.       — Ну, по сути, не так уж они и далеко, — покачал головой Стас, — я часто навещаю их. А вообще, — он развёл руками, — у меня давно своя жизнь. К тому же, — добавил он, глядя Денису прямо в глаза, — если бы я переехал, я бы не встретил тебя, — он улыбнулся, щёлкнул Дэна по носу и добавил: — Только ради этого стоило остаться.       Дэн расплылся в счастливой улыбке и шуточно помахал рукой, они уже были возле его подъезда, и пришло время расставаться.       — До вечера? — с надеждой спросил он.       — Разумеется. — Стас улыбнулся в ответ. — Обещаю, сегодня — никаких дел. Даже если небо упадёт на землю, мне плевать! Заеду в шесть.

***

      Что ж, сегодняшний день обещал быть очень даже ничего. В школе тоже всё сложилось тип-топ, Дэн всё-таки выбил у географа пятёрку, несмотря на давешний трояк, и, в принципе, мог больше в этом учебном году не появляться на занятиях, оценки по всем предметам уже стояли, но… Он же — сама прилежность, так что придётся таскаться в школу, никому ведь не может прийти в голову, что у него есть другие интересы.       Впрочем, хрен с ним, всего неделя осталась, а потом — каникулы! Последние беззаботные каникулы в его жизни. На следующий год — ЕГЭ, поступление… Нет, он не собирался бездельничать всё лето, на шмотки и развлечения они с Антоном зарабатывают себе сами уже не первый год.       Но сперва — отдых от учёбы. К тому же через десять дней у них с братом день рождения, и Дэн хотел предложить вместе с друзьями рвануть в деревню. Хоть на недельку. Отметить днюху, отдохнуть на природе… Взять Альку и Кира. И Стаса, конечно. Тоха, наверное, Юльку позвать захочет, раз у них там всё так шоколадно.       Правда, Алинка в последние дни как-то отдалилась, ходила задумчивая, отвечала невпопад. Но Дэн списал это на загруженность под конец года. Да ему особо и некогда было разбираться в Алькином настроении, он сам постоянно витал в облаках, а уж сегодня и подавно.       Слава яйцам, до вечера ничего не случилось, Стаса никуда не дёрнули, и даже небо на землю не падало. И в шесть часов Дэн, светящийся от радости новёхоньким червонцем, наблюдал с балкона, как во двор заезжает крутейший байк с крутейшим парнем за рулём, его парнем. Сердце Дениса зашлось от восторга бешеным стуком, когда Стас, остановившись напротив подъезда, снял шлем и, заслоняясь рукой от солнца, с улыбкой посмотрел на пятый этаж. Дэн махнул рукой и пулей метнулся обуваться.       — Тебя сегодня не ждать? — раздался из комнаты ехидный голос Антона, а следом появился и он сам. — Или опять явишься ночью, всех перебудишь и до рассвета будешь вздыхать?       Дэн, скорчив гримасу, показал брату средний палец и выскочил за дверь. Препираться с Тохой не было никакого желания, пусть себе язвит. Денис, как любой по-настоящему счастливый человек, обожал сейчас весь белый свет.       — Ну что? Куда отправимся? — бодро спросил Стас, когда Дэн устроился позади него. — Можно куда-нибудь в клуб. Хочешь?       — Ты хочешь в клуб? — раздосадовано проговорил Денис.       Стас обернулся с хитрющей улыбкой и, наигранно вздыхая, сказал:       — Ну вот… Я стараюсь действовать по законам жанра, быть романтичным, не торопить события. А ты…       — И что же у нас по законам жанра? — Дэн спросил это, с возмущением скрестив руки на груди, но его губы против воли расползались в улыбку.       — У нас — свидание, — шепнул Стас склоняясь к нему, — и по этим самым пресловутым законам жанра мы должны хорошо проводить время, сходить куда-нибудь, например, в ресторан… Ну… так ведь полагается… нет? — он пытался выглядеть неуверенным в себе, но всё портила его ухмылка, которую он никак не мог скрыть.       — В ресторан?.. — Дэн уставился на него круглыми от удивления глазами. — Ты издеваешься?       — Ну почему? Будем узнавать друг друга получше, — рассмеялся Стас. Потом взглянул на обескураженную мальчишечью физиономию и примирительно рассмеялся: — Ну не обижайся, я шучу. На самом деле я уже всё спланировал, так что вперёд! — и он без предупреждения стартовал. Дэну оставалось только покрепче вцепиться в его куртку. В отместку он дотянулся и цапнул зубами Стаса за загривок, но тот только расхохотался.       После всего, что было сказано, Дэн даже немного удивился, когда они приехали всего лишь к дому Стаса. Но его это устраивало целиком и полностью. Разве что он снова чувствовал себя глупо. Ну почему Стасу нравится ставить его в неловкое положение? Всякими шуточками, подъёбочками… Сам-то вон какой невозмутимый!..       Но как только за ними закрылась дверь квартиры, стало понятно, что самообладание Стаса — чистое притворство. Денис был рывком прижат к стене и зацелован до звёздочек перед глазами.       — Как же я скучал… — шептал Стас, стаскивая с него ветровку и одновременно пытаясь разуваться. — Это настоящая пытка — видеть тебя каждый день и не иметь возможности прикоснуться. Вот так, — он прижал Дэна к себе сильнее, — так, как хочется.       Он знакомым жестом с лёгкостью подхватил Дениса за бёдра, с ним на руках сделал несколько шагов и упал на диван в гостиной.       — Щекотно, — захихикал тот, когда шустрые пальцы пробрались под футболку. Но не отстранился, а напротив, закинул руки вверх, подставляясь желанным ласкам. Тело вновь переставало ему принадлежать, оставались только руки Стаса, торопливо лишающие одежды, и губы, обцеловывающие каждый обнажающийся участок кожи. Именно об этом Дэн мечтал целую неделю, именно это видел в своих снах.       Но когда он уже почти впал в эйфорическое забытьё, раздался звонок в дверь.       — Твою ж мать, блядь! — выматерился Стас, отрываясь от податливых Дэновых губ. — Совсем забыл…       Забыл?.. Денис привстал и попытался привести свою одежду в порядок: мало ли кто там, а он тут валяется весь расхристанный. Но Стас вернулся буквально через минуту, держа в руках две коробки пиццы.       — Хочешь перекусить? — спросил он, облизываясь, но глядя при этом не на пиццу, а на Дэна.       — Я похож на того, кто хочет есть? — вопросом на вопрос ответил Денис и растянулся на диване, согнув одну ногу в колене, вторую он опустил на пол, словно стараясь дотянуться ею до Стаса. — Не заставляй меня чувствовать себя озабоченным придурком.       — Ни за что, — Стас улыбнулся, бросил коробки на журнальный столик и с неожиданной для его мускулистого тела грацией скользнул на диван к Дэну. — Потому что я чувствую себя ещё более озабоченным, — его губы вновь опаляли кожу жаркими прикосновениями, — как в пятнадцать лет, ей-богу. Я, наверное, за год столько не дрочил, как за прошедшую неделю.       — Боже… — смущённо прошептал Дэн, краснея от этих откровений. Но вместе с тем он чувствовал себя как никогда счастливым. Стас скучал, Стас думал о нём… Да о чём, блядь, ещё можно мечтать?       — Да, малыш, — кивком подтвердил Стас, — я совсем сошёл с ума с тобой. Хоть и понимаю, что это неправильно, но ничего не могу поделать, словно у тебя внутри магнит, а я всего лишь металлическая щепка…       — Да что неправильно? — Денис, часто дыша, потёрся носом о щёку и прильнул ещё теснее.       — Ну я же вроде как взрослый, — покачал головой Стас, — должен учить тебя уму-разуму, а не совращать. Но…       — А это не ты, это я тебя совращаю. И лично я ощущаю себя сейчас на самом правильном месте, — твёрдо сказал Дэн и, не давая Стасу вставить больше ни слова, приник губами к его губам. А у того не было ни сил, ни желания сопротивляться.       Через несколько минут Стас встал и, увлекая Дэна за собой, тихо сказал:       — Идём.       Денис непонимающе взглянул мутным взглядом, но позволил поднять себя и увести по коридору, как он думал, в спальню. Но Стас распахнул другую дверь, ведущую в ванную комнату, не в ту, которую он видел в прошлый раз, маленькую, рядом со спальней, а совсем другую. Дэн непроизвольно ахнул. Во-первых, помещение было довольно просторным, с огромным джакузи в центре, совсем не то, к чему Денис привык дома. А во-вторых, его освещали с десяток крупных свечей в прозрачных стаканах, установленных там и тут. От сквозняка пламя колыхнулось, и блики заплясали по блестящим кафельным стенам.       — Чёрт, — Денис с улыбкой обернулся, глядя на Стаса, — ты всё это сделал заранее. Ты знал, что я не захочу ни в какой клуб…       — Ну конечно знал, — Стас ласково провёл губами по шее, обнимая сзади за талию, — если у меня так сносит крышу, я представляю, каково тебе. Помню себя в твоём щенячьем возрасте, когда почти постоянно испытываешь возбуждение… — он говорил приглушённым голосом, и от этого его лёгкая хрипотца звучала особенно сексуально. Денис плавился от звучания этого голоса и, откинувшись Стасу на плечо, отдавался ласковым рукам, которые плавным движением скинули с него последний элемент одежды — трусы — и принялись вожделённо массировать налившийся член с подтянувшимися к нему яичками, скользя ниже, дальше…       Не в силах сдерживаться, Дэн постанывал от этих прикосновений и раздвигал ноги шире, чтобы Стас мог трогать его везде. Руками он обхватывал сильное тело позади себя, неосознанно царапая смуглую кожу бёдер, и чувствовал, как упирается в поясницу возбуждённый орган любимого, потираясь влажной головкой.       Денис понимал, что если это не прекратить сейчас же, он вновь кончит быстрее скорости звука, поэтому усилием воли отстранился и, развернувшись, опустился на колени (не всё же Стасу стараться для него). Пальцами обеих рук он нежно обласкал ствол, двигая тонкую кожицу вверх-вниз, слизнул выступившую капельку смазки и наконец обхватил губами крупную головку. Подняв глаза, он взглянул на реакцию Стаса, тот удивлённо и восхищённо смотрел ему прямо в глаза, а его грудь тяжело вздымалась.       Дэн улыбнулся, ну насколько это возможно с членом во рту, и начал двигать головой, стараясь всё делать правильно. За последнее время он перечитал кучу всего в интернете о правилах минета, но сейчас убеждался, что теория — это теория, а практика — совсем другое дело.       Во-первых, почти ни один из советов нельзя было использовать применительно к Стасу из-за его размера, как Денис ни старался, у него не получалось взять больше, чем головку и ещё пару-тройку сантиметров, да и вряд ли у кого получилось бы… А во-вторых, когда читаешь советики, не чувствуешь бесконтрольного возбуждения, не ощущаешь терпкий вкус и запах желанного тела, которые сводят с ума, а именно это Дэн испытывал сейчас.       Он так увлёкся, загипнотизированный собственными движениями, зашкаливающим возбуждением и их звучащими в унисон стонами, что едва не подавился, когда Стас, сжав его отросшие волосы в кулак, толкнулся глубже, бормоча:       — Малыш, ты чудо… Да… Да… Дааа… — последнее своё «да» он, в прямом смысле слова, прорычал, содрогаясь всем телом и выплёскиваясь Дэну в рот.       Денис, в свою очередь, сглотнул и обхватил свой мокрый, готовый разорваться от притока крови член. Но Стас быстро сориентировался, потянул его вверх и усадил на стиральную машину. Ещё не отошедший от оргазма, он двигался немного заторможено и смотрел пьяно, но Дэна это заводило ещё сильнее. Он успел подумать, что вот, говорят, кончать без рук — это особый талант… Да он сейчас кончит вообще без какой-либо стимуляции…       Больше он ничего подумать не успел, потому что язык Стаса жёстко прошёлся по его члену от основания к вершине, облизал головку, толкнулся в щёлочку уретры и… этого оказалось достаточно. Дэн изогнулся навстречу, запрокидывая голову, вскрикивая и разукрашивая лицо Стаса перламутрово-белыми каплями.       — Боже, — приходя в себя, шепнул он и улыбнулся, — я поступил, как все эти похабные порнушные мужики…       — А мне понравилось, — Стас собрал пальцем сперму со своей щеки и медленно, с видимым удовольствием, облизал его.       Денис судорожно вздохнул и притянул его к себе, обнимая ногами и руками. В таком положении они провели ещё некоторое время, восстанавливая дыхание, пока, наконец, Стас не рассмеялся, утыкаясь носом Дэну в макушку.       — Мы с тобой совершенно не романтичные люди, — объяснил он своё веселье. — Сценарий намечался совсем другой. Я думал, как будет красиво — мы в ванне, пьём вино…       — Когда я так хочу тебя, мне не до романтики, — усмехнулся Денис. — А что мешает нам принять ванну с вином сейчас? Или вино с ванной… Чёрт, я совсем запутался, — захихикал он.       Потом они пили вино и целовались, лёжа в джакузи в обнимку. А потом снова занимались любовью, исследуя тела друг друга с маниакальным рвением, учась доставлять друг другу большее удовольствие. Дошли даже до проникновения двух пальцев, больше Денис не выдержал. Нет, ему не было больно, но вот сдерживать себя он ещё не научился, и стоило Стасу заполнить его нутро, сразу двумя пальцами потирая сладенькое местечко внутри, он моментально кончил. Но он ни капельки не жалел об этом. «Всему своё время», — думал он. Это даже интересно, когда всё происходит постепенно.       Конечно, спор Дэна с братом оказывался под большим вопросом. По-хорошему, ни о какой его девственности уже не могло быть и речи, и если быть совсем честным, то надо было признать своё поражение. Но Денис подозревал, что у Антона с Юлькой тоже всё далеко не невинно, поэтому решил повременить со всяческими признаниями.       А впрочем, ему было плевать. Особенно сейчас, когда он засыпал в таких сильных и таких нежных объятиях. У него появилась какая-то совершенно дурацкая уверенность, что всё будет хорошо.       Только бы Стас был рядом.