Что делать, если полюбил неадеквата

— Хочу вернуться! — Тэхен, на миг придя в сознание, дернулся в сторону клуба. Вот только его не отпускали. — Пусти! — он предпринял еще одну попытку, также безуспешную. Чонгук смотрел на старшего, который буквально растекался в его руках. Хоть ноги и не держали, тот все настойчивее просил отпустить его. Причем немедленно, так как дети не могут указывать старшим, что им делать. С трудом дойдя до скамейки, Гук усадил Тэхена рядом с кроликом. — Тэхен, ты где живешь? Старший его не слушал. Он развалился на скамейке, используя игрушку вместо подушки. Чон поднял валяющуюся бутылку. Пиво хоть и крепкое, но не настолько, чтобы с него так унесло. Присев на корточки, он ткнул Кима в плечо. — Я могу кому-нибудь позвонить, чтобы тебя забрали? Послышался непонятный бубнёж. Так и не получив в ответ ничего вразумительного, Чон начал шарить в карманах старшего. После того, как нашел телефон, из него посыпались маты. Нужен был пароль. Со стороны же Тэхена послышалось что-то вроде «дети», «маты» и «прибить». — Тэхен, какой пароль? — Чонгук за плечо слегка тряханул Кима, стараясь привести в чувство. В ответ он услышал лишь недовольное «хен!». Положив телефон на место, Гук поднялся. Плевать. Пусть тут лежит. Он не нанимался в няньки пятилеткам-переросткам. Развернувшись, он уже сделал пару шагов от скамейки, как со стороны клуба послышался какой-то пьяный гундеж, маты и ржач. Чонгук очень хотел уйти, вот только ноги почему-то отказывались шевелиться. Они словно приросли к земле, не позволяя ему уйти без Тэхена. Посомневавшись еще секунд пять и сматерившись напоследок, он вернулся к скамейке и, схватив за руки, довольно грубо поднял старшего, после чего сразу закинул его себе на спину. Он и шага не успел сделать, как ему вцепились в волосы. — Крооолииик! Блять, еще же этот долбанный кролик! Он совсем про него забыл, хоть тот и лежал у него практически перед глазами. Застегнув карман кофты с молоком, которое так и норовило вывалиться, Чон как можно сильнее тряхнул Тэхена, устраивая того поудобнее на своей спине. Поудобнее для себя, конечно. Услышав со стороны старшего недовольный стон от такого сильного толчка, он усмехнулся. Так ему и надо! Взяв в зубы ухо кролика, Гук пошел в сторону своего дома. Он думал, что умрет. Он думал, что коньки отбросит прямо на улице. Мало того, что от игрушки у него начало челюсть сводить, так еще и Тэхен не желал спокойно сидеть на его спине. Старший то резко дрыгался, намереваясь слезть, то подгонял его идти быстрее, хватаясь за волосы, то, обхватив руками, старался рулить им, меняя траекторию его движения. Чонгук плелся на последнем издыхании. Останавливаться на передышку было нельзя. Потому что как только он остановится и отпустит Тэ, то тут же его и убьет. Он задушит старшего вот прям этими руками, которые сейчас обхватывали его ноги, чтобы от своих телодвижений тот не навернулся с его спины. Зайдя в квартиру, Чон уже чуть ли не ползком добрался до дивана, по дороге выронив кролика. Скинув на него Тэхена, он только хотел упасть прямо на пол, вот только у старшего на него были, по ходу, еще планы. — Кролиииик! — Тэхен, вцепившись в шею, повалил Гука на себя. — Гуки, хочу увидеть твою улыбку. Я видел ее всего раз. Покажи мне своего внутреннего кролика! Чон попытался встать, но старший, буквально всем весом повиснув на его шее, не давал ему этого сделать. — Какого хера ты меня постоянно зов... — договорить Гук не успел, так как Ким отпустил его шею и довольно ощутимо треснул по губам рукой. Чонгук изумленно смотрел на старшего под собой, глаза у которого были закрыты. — Ребенок не должен так разговаривать. — Блять, я же сказал, что я не... — договорить ему снова не дали, изо всех сил толкнув в грудь. Чон с грохотом слетел с дивана. Приподнявшись на локтях, он со злостью посмотрел на Тэхена. Какого хрена он позволяет ему себя избивать? Встав, он подошел к старшему и, схватив за грудки, потянул его на себя. Тело Кима было расслаблено, он так и повис на футболке, даже не открыв глаза. Футболка, не выдерживая веса, начала трещать. Гук хотел схватить старшего и скинуть того с дивана. Желательно, как можно жестче. Вот только он почему-то остановился. Голова Тэхена была запрокинута, показывая ему выпирающий кадык. Он все еще был в бессознательном состоянии. Чонгук завис, слушая лишь звук рвущихся непонятно где ниток. Он не мог. Тупо не мог скинуть Тэхена с дивана. Непонятно почему, но не мог. Все его нутро протестовало против такого его действия в сторону старшего. Ему ведь ничего не стоит подраться хоть с кем и хоть когда. Его не заботит, если в этой драке пострадает его противник или же он сам. Так какого хрена он не может скинуть вот этого наглого хена с дивана?! Обхватив за голову, Гук аккуратно опустил Тэхена обратно на подушку. — Плохой кролик, — Тэ недовольно надул губы. За все это время он так ни разу и не открывал глаза. Чонгуку не нравится эгье. Но он вынужден был признать, что старшему это идет. Он очень милый. Со вздохом Чон сел на пол, закрывая глаза и упираясь спиной в диван. Сейчас происходит что-то непонятное. Раньше он и не подумал бы притащить кого-нибудь к себе домой. Ему было плевать на все. Но почему-то Тэхена он притащил. Чуть не подох, но притащил. Вспомнив про банановый напиток, Чон открыл глаза. Немного посомневавшись, он достал его из кармана своей кофты. Открыв, он неуверенно сделал один маленький глоток. Его глаза неосознанно расширились. Это вкусно... Чуть ли не залпом допив оставшееся молоко, Чонгук посмотрел на пустую упаковку у себя в руках. Это, правда, очень вкусно! И он хочет еще! Вот только... Сам себе же он его никогда не купит... Он и забыл, когда последний раз покупал из напитков что-то, кроме алкоголя. Улыбка, которая, оказывается, появилась на его лице, тут же исчезла. Казалось бы, что может быть проще, чем купить молоко, но Чонгук почему-то не мог. Все его нутро отвергало это. Это молоко, а особенно его покупка, не вязалось с его образом жизни. В него постоянно пихали то пиво, то сигареты. Поэтому покупать что-то помимо этого, ему казалось неправильным. Смяв, Чон кинул упаковку в сторону журнального столика. Ударившись о него, она упала на пол. Уже довольно поздно, поэтому нужно ложиться спать. Чон только дернулся, чтобы встать, как на него что-то свалилось, заставляя его еще не выпрямленные ноги подкоситься. Чонгук валялся лицом в пол, мысленно матеря весь сегодняшний вечер. Повернув голову, он увидел спящего на своей спине Тэхена. Старший вконец решил его замучить? Довольно грубо скинув Кима с себя, Гук встал и просто пошел к себе в комнату. Плевать. Пусть валяется на полу. Там ему и место. Пусть скажет спасибо, что он его на той скамейке не оставил. Ничего с ним не случится, если поспит и на полу. Чон довольно уверено скрылся за дверью. Но не прошло и минуты, как дверь спальни открылась, и он вышел обратно, бурча себе маты под нос. Тихо. Чтобы Тэхен не услышал. Взяв за подмышки, он потащил старшего в спальню. Это он делает, потому что... Потому что... Чонгук не знал, почему он это делает, но уж точно не потому что он переживал, что старший может снова навернуться с дивана, если его положить на него. С трудом закинув на кровать безжизненное тело Кима, Чон сел рядом со старшим, устало выдыхая. Ему нельзя больше встречаться с Тэхеном, потому что если и дальше так продолжится, то он же с ним кони двинет. Не ради этого он с таким трудом выживал в своей прошлой школе, чтобы после умереть такой тупой смертью. Чонгук всматривался в лицо старшего, который спокойно себе спал, даже не подозревая, какие проблемы доставил. Как физические, так и душевные. Прямо сейчас Гук и правда не понимал, что творит. А главное — зачем. Немного посомневавшись, он взял Кима за руку, после чего поднес к ней для сравнения свою. Кожа его рук грубая и в мелких шрамах от порезов. Рука же старшего мягкая, а кожа белая, без единого изъяна. Смотря на нее, у Чона промелькнула мысль, что он хочет, чтобы на теле Тэ и дальше не было ни одного синяка, ни одной царапины. Он хочет, чтобы старший никогда не испытывал боли. Отпустив руку, Чонгук медленно потянулся к шее Тэхена. Еле касаясь, он провел по ней кончиками пальцев. Тэхен же парень. Парень, которого он ненавидит больше всех. Поэтому он не должен думать о нем такое. Какая ему разница, испытает старший боль или нет? Он же не девушка. А для парней влезать в драки, получать синяки, падать, разбиваться — это нормально. Чон еще раз провел пальцами по тому месту на шее, которое он утром с силой сжимал в школе, впечатывая старшего в стену. Это воспоминание почему-то вызывает в нем довольно странные чувства... Вздрогнув, он быстро отдернул руку, когда увидел, что Тэхен открыл глаза. Чонгук понимал, каким он сейчас выглядел напуганным. Он не был таким напуганным, даже когда парни из старших классов избивали его в туалете. Этот милый и безобидный парень, лежащий сейчас на его кровати, почему-то нагоняет большей жути, чем они. — Если ты решил придушить меня во сне, то знай, тебя найдут и посадят. Даже дети не могут нарушать закон, — после этих слов Ким отвернулся от Чонгука и, стиснув в объятиях одеяло, снова провалился в сон.