***
- Проснись! Солнце уже высоко, нацист! Я знаю, что ты не сдох, хватит притворяться.
Союз стоял рядом с небольшим диваном, на котором прошлой ночью расположил объект своей ненависти. Диван был и правда не велик, но Рейх, со своим не таким и большим ростом на нем уместился. Кстати о Рейхе, он пару минут назад пришел в себя, но все еще не хотел открывать глаза, даже под раскаты такого властного голоса прям над ухом. Он все еще не мог понять, что он вообще тут делает и не умер ли он там, под сапогом у русского, а это все лишь иллюзия умирающего мозга?
Не-ет, голос был слишком настоящим и слишком громким..
- Was..?
Фашист наконец тихо отозвался, в его голосе было то ли недовольство, то ли недоумение. А может и то и другое, но Союз разбирать не стал. Он хмыкнул и отошел от дивана, бросив взгляд на лицо немца. Глаза его были все еще закрыты, на лице была уже засохшая кровь, так же в крови была и вся его форма. Каким бы долгим не был путь и какой бы сложной не была битва, фуражку Рейх свою не потерял. Но да ладно, это было не так важно сейчас.
- Поднимайся, нужно привести тебя в более менее человеческий вид.
Союз явно не намеревался помогать вставать немцу, которому сам же недавно перебил ребра, что вполне так мешало подняться. Но Рейх попытался. Однако, хоть это и было ожидаемо, завалился обратно с шипением, зажмурив и так закрытые глаза. Боль волной прокатилась по всему его телу, напоминая о том, что пусть ему и удалось немного отдохнуть на мягком
не нихуя диване, он все еще был серьезно ранен. Особенно болели ребра.
- Тц.. Посмотрите на него, представителя превосходящей расы. Даже встать не может.
Мужчина очертил взглядом круг и скрестил руки на груди. Он выждал пару секунд, пока немец тихо скуля снова пытался встать. Все же сжалился над арийцем, он вплотную подошел к дивану и поднял парня на руки, быстрым шагом направляясь в ванную комнату.
- Nein! Отпусти меня, русская шваль!
Рейх громко протестовал, Союз сильно давил ему именно туда, где болело больше всего. Он скалился и всячески пытался вырваться, хотя выглядело это жалко. СССР раздраженно хмыкнул и развел руки в стороны, отпуская парня. Рейх с грохотом и хрипением упал на пол, лицом вниз. Ахх, как это было больно. На этот раз боль была настолько невыносима, что немец просто не мог смолчать, скулил, как побитый щенок, закусывая нижнюю губу до крови.
- Доволен? Я вижу, что не особо. Разве ты не этого хотел?
Ответа он мог и не ждать, немец практически потерял сознание от болевого шока. Мужчина со вздохом снова поднял скулящего фашиста и, пройдя еще пару шагов, открыл дверь в нужную комнату. Зайдя в помещение, Союз направился к небольшой лавочке, на которую и усадил немца. Рейх же упорно молчал, не желая казаться еще более жалким, чем он уже кажется в глазах Союза. Действительно, он был так горд, так силен пару дней назад. А теперь что? Он даже подняться не может без чужой помощи.. Факт того, что Рейх стал не больше, чем жалким, слабым и никчемным был сам по себе ужасно противным. Ему не хотелось признавать того, что теперь он ничего собой не представляет..
Из глубоких раздумий о собственной никчемности его вывел голос Союза.
- Если что-нибудь понадобится, значит многого ты хочешь, ванну я набрал, тут есть все, что может тебе понадобиться.
Мужчина уложил полотенца и сменную одежду, что включала в себя одежду его старшего сына России. Они были почти одного телосложения, так что долго думать над этим не пришлось.
- Когда закончишь, просто постучи в дверь. Надеюсь, сил на это у тебя хватит.
СССР вышел из комнаты и запер ее, все таки Рейху он не доверял, в каком состоянии тот бы не был.
Теперь Рейх остался наедине со своими мыслями. Он прекрасно понимал, что Союз делает это не из личной симпатии. Природное влечение, подсознание. По другому он бы поступить не смог, даже если бы захотел. Рейх тихо смеется, наконец открывая глаза цвета стали. Таковыми они были раньше. Сейчас это цвет какой-нибудь мелкой речушки, высыхающего озера. Нацист с трудом, но поднимается на ватные ноги. У него нет времени и возможности быть слабым. Он делает шаг вперед и чуть ли не падает, вовремя успев схватиться за раковину. Ребра все еще болят. Держась одной рукой, второй он стягивает с себя фуражку, кидает ее на пол. Отпуская раковину и поймав равновесие, он так же медленно стягивает с себя оставшуюся одежду. Поворачиваясь к зеркалу, Рейх пытается оценить тяжесть повреждений, нанесенных ему. Но лишь взглянув на свое тело, все расписанное глубокими ранами и гематомами, он тихо усмехается, отворачиваясь. Когда-то он своим телом восхищался, когда-то, но не теперь. Нацист в пару шагов преодолевает расстояние до ванной. Вода кристально чистая, от нее исходит пар.. Такое приятное зрелище, как же Рейх мечтал об обычной ванне все это время. Он осторожно опускается в горячую воду, раны тут же реагируют новой волной боли, хотя уже не такой жгучей, так что Рейх терпит. Он прикрывает глаза и просто наслаждается этим мгновением. Вода становится мутно алой. Рукой он проводит ко своим ранам, смывая с них кровь и снова ощущая жгучую боль.. Так прошло где-то пол часа.
Смыв с себя наконец кровь, свою и чужую, нацист поднимается, выходит из воды будто абсолютно другое существо. Закончив с полотенцем и одеждой, которая была ему как раз, он некоторое время не решался подойти к двери. Непонятно, почему. Просто какой-то страх перед Союзом. Сейчас жизнь нациста в руках русского, возможно, это и вызвало страх.
- Oh Scheiße..
Рейх выдыхает и аккуратно пару раз стучит в дверь.
***
Пока Рейх там нежился в водичке, СССР готовил для него бинты, пластыри и мазь. Союз сам не знал, почему решил помочь этому мерзавцу, который перебил столько его солдат. Но что-то в голове говорило ему, что так надо. Он пытался перечить голосу, но когда это получалось, он сам чувствовал боль. Это было какое-то.. природное притяжение. Союз не осознавал до конца, что такое вообще возможно, поэтому не предавал большого значения.
Когда он уже со всем закончил и просто пребывал в раздумьях, сидя в кресле, он услышал тихий стук. Союз устало поднялся с кресла и прошел до двери.
***
Дверь открылась. Рейх стоял чуть поодаль, уже практически похожий на себя и смотрел на Союза.
- Со всем закончил?
Рейх кивнул.
- Ладно, иди в зал и жди меня. Если ты попробуешь выкинуть что-нибудь, я выкину тебя из окна. Все ясно?
Мужчина отошел от прохода, давая парню выйти.Тот, в свою очередь, с недовольным лицом выдал хриплое "ja" и, стараясь гордо, вышел из комнаты и направился туда, где сегодня и очнулся. Союз оглядел помещение, после быстро кинул вещи немца в корзину и так же вышел, закрывая за собой дверь.
