Экспериментальное

Урарака девочка-весна, девочка-фея, девочка-хомяк и девочка-дура, в конце концов. Куда ей в лучшие герои. Куда девушкам вообще в герои-то, думает Кацуки. Он скептичен и считает, что рваться на передовую геройскую глупо, когда из тебя раз в месяц хлещет кровь, всякие там настроения и вообще, чего мужиков отвлекать. Правды ради, есть несколько мощных героинь, но это ж какие-то бабищи механические, жуть вообще. Будь круглолицая умнее, сообразила бы стать восторженным хвостиком придурка Деку на законных основаниях, как раз тема пухлощекой. Впрочем, идея о том, что хомячка может стать нормальной супругой, канула в небытие где-то в районе десяти вечера, когда на кухне произошел взрыв. Киришима орёт из комнаты «Бакуго, оставь кухню!». Бакуго вообще-то спал и думал, что рвануло от Лиги Злодеев. Урарака Очако бывает куда разрушительней. Но гораздо пизже было ловить её где-то под облаками в семь ебаных утра субботы. Бакуго вообще порядочно приохуел, когда увидел проплывающее над кортом тело в шортах с единорогами. Странности-странностями, но дрыхнуть крепким детским сном на высоте пятнадцати метров… СМИ просто уржется над уровнем обучения. Хуизуку нигде не наблюдалось, как и еще хоть кого. «Эй, круглолицая… Подъём, хомячище… Блять, Урарака!… переворачивается, отменяя причуду, и начинает ускоренно приближаться к земле. «Ебатьпиздец» дрыхнет в пике и Бакуго подрывается, хватая Очако в двух метрах от земли. Выдыхает, слышит, как грохочет сердце в груди, держит ее на руках, она жмется ближе…  — Ммм, Изуку, — лыбится во сне Урарака и скидывается на землю особенно агрессивно. Удивленно распахнула свои блюдца и сидит, пялится. Так и въебал бы, тоже мне, Хуиня, как тебя вообще не отчислили, рычит Кацуки и сваливает в кампус.

***

Урарака мечтает о принце и Изуку идеально на эту роль подходит. Добрый герой с мощным квирком — второй всемогущий, и она — героиня Уравити. Верная жена, союзница в борьбе со злом. Фанаты дали бы их паре особую кличку, нечто вроде ураку, девити, мичако, декурака… потому что он будет главным и его инициалы спереди, так правильней, думает Урарака. Мидория станет великим героем, сделает ей предложение после смертельной битвы, и она конечно же согласится. Кругом репортёры, они самые счастливые, свадьба… Ах, выдыхает Урарака и перекатывается, сжимая подушку. Представляет, как они спасают мир с Деку, как смотрят на сакуру, сидят вечером на кухне, а потом, в спальне… Как Изуку с ней трахается, она совершенно не представляет. Вообще, Мидория Изуку и трахаться в одном предложении, тексте, вселенной звучит вульгарно и похабно до крайности. Урарака цыкает. И считает, что им просто рано о таком думать, вот и не представляется. Днём Урарака смотрит на Мидорию и думает, что начать с ним отношения — идея хорошая. Прям шикарная. То есть подойти и сказать, мол, Мидория-кун, ты мне очень нравишься… или нет. Вдруг откажется. Лучше как-нибудь случайно устроить поцелуй в романтической атмосфере, тогда он сам все предложит, решает Очако и опускает голову к тетрадке.

***

Такие милые девочки не должны драться до потери сознания, ругаться матом и вертеть на хую мнение общественности. Что они должны почему-то не уточняется. Видимо, стоит завалить и ждать в стороночке, пока персональный принц не разгребёт весь пиздец. Факт его отсутствия не учитывается. Получается вроде «ну, не свезло тебе, Урарака, бывает». Стой и смотри, как все летит к ебеням молча и с улыбкой, милая девочка. И Урарака давит лыбу вообще из самого последнего, потому что ну это просто фаталити. Изуку Мидория на деле оказался Пидория. Ха. Очако вообще сомневалась, что к середине 3 курса, после всего дерьма, что-то сможет выбить ее из жизни так основательно. Однако, в перерыве всех практик, на запланированной «романтической» прогулке с подтекстом, происходит это:  — Дорогая Урарака, ты — мой самый близкий человек, — торжественно начинает Изуку, — и есть кое-что очень важное, — блаблабла, — я влюбился, — Очако горячеет и холодеет одновременно, — и этот человек ответил мне взаимностью. — что-то внутри застыло, — В общем, это Шото. Тодороки, то есть». Изуку стоит такой красный и доверчивый перед ней, такой жизнью коцаный, что она просто сметь не смеет рта открыть, не успевает сразу осознать, какого это вообще сейчас случилось, улыбается, обещает молчать и «я так рада за тебя, Мидория-кун». Он обнимает ее, говорит всю дорогу до общежития о своей любви, Очако не слушает совершенно, падает на кровать и отрубается. Это уже перебор.

***

Мина выцепляет подругу перед завтраком и ведет к столу, где поджидает Цую. По одной зубастой ухмылке Очако понимает, что сейчас будет допрос. По убитому виду подруги Цую понимает, что случился пиздец. Мина же не понимает совершенно ничего, сыпля вопросами об их поцелуе. Очако встает, «не было никакого поцелуя», и уходит. В задницу это все, решает Урарака. На ней спортивная форма и решительность убиться на корте, пока никто не смотрит.  — Я не стану реветь в подушку весь день, нетнетнет. Я выросла, Я в з р о с л а я, — скрипит зубами Очако и собирается сделать еще подход. Мышцы как камень, в мышцах боль. Вместе с потом выходит боль, чувствует Очако и поднимает пыль кроссовками. Пока еще не всё. Что-то сидит внутри Урараки мерзким червячком и жрётжрётжрёт её, требует плюнуть на всё и лечь в кровать, лежать весь день и страдать. Наесться ведром мороженного на последние деньги, плюнуть на весь мир и глазеть зареванно в потолок. Очако сплевывает слюну и рывком вытирает глаза. Хера с два тебе, я сильнее, шипит Урарака и бежит, задыхаясь, чувствуя, как горит лицо, горит она сама и эта болезненная гадость внутри неё. Перед глазами разноцветные круги, а еще воодушевление, что она одержала победу.

***

Бакуго Кацуки не машина, он зверь, который знает, где его место в пищевой цепочке и оно там, выше, чем все. Животная страсть быть первым дает ему силы прогрызать себе дорогу через себя в первую очередь, поэтому Бакуго не пьёт, не курит, тренируется и соблюдает четкий режим. Подъем-тренировка-учеба-тренировка-домашка-тренировка и питание по расписанию. Никакой гадости, ничего лишнего. Он максимально серьёзен в своем намерении, в отличии от всех этих идиотов вокруг, и знает, что его дух равен телу, как и причуда. На спортивной площадке Кацуки первый после занятий, как и всегда. Впрочем, глаз цепляется за тело в спортивной одежде, лежащее на беговой дорожке. «Что за идиотство, так себя загнать», пренебрежительно думает Бакуго и движется к тренажерам. Спустя пять минут тело все еще не двигается и что-то геройское внутри спрашивает у него в голове «А вдруг че серьёзное и этот хмырь откинет копыта?». Нахуй такое надо, справедливо решает он для себя и движется к дорожкам. Хмырь оказывается дурной пухлощекой и Конечно, кто ж еще блять может быть таким безмозглым, пиздец просто.  — Круглолицая, ты жива вообще? АЛЛО, БЛЯТЬ, ПРИЁМ. — Бакуго щупает пульс, так как на потряхивания реакции нет. Делать нечего, звать сука некого, потому что он не берет телефон на тренировки, а дура всё еще в отключке. Кацуки сам не верит, что жертвует своей тренировкой из-за очередного спортивного помешательства одногруппницы. Тупая, упрямая, недальновидная бестолочь, ругается Бакуго, поднимая Очако на руки. Пока тащит ее в общежитие, он отмечает, что для человека, который жрет столько мучного и имеет такие ляхи, она довольно легкая и вообще, Кацуки под ноги себе смотрит, а не на эту пухлощекую морду. Кацуки прогоняет слово Пиздец у себя в голове беспрерывной строкой и считает это отличным показателем концентрации. Кладет Урараку на диван, брызгает, (читай — выливает), ей на лицо стакан воды, потому что нечего с такой хуйнёй отвлекать лечащую девочку, да и он не нянька. Урарака мычит, фырчит и открывает свои глаза. — Чёрт, — говорит Урарака. — Ну наконец-то, блять. — говорит Бакуго. Она хлопает на него своими блюдцами в удивлении, и он отвечает, — Ты знаешь, круглолицая, если будешь такой идиоткой, то к тебе придет сердце и скажет: «Извини, что без стука», усекла? Впрочем, ответа он не ждет и уходит в комнату, оставляя девушку соображать в одиночестве. Когда Бакуго уходит, Урарака садится на диване и восстанавливает цепочку событий. Перепахала значит, ну вот опять, как я так, а? Зато у червяка внутри видимо не осталось сил совсем и это радует. Как и то, что она очнулась не абы где, а в гостиной. Меня притащил Бакуго Кацуки, обалдеть. А еще этот самый Бакуго Кацуки умеет шутить, осознает Урарака и оглашает гостиную смехом от дошедшей наконец шутки.