А что, если...?

Наступил новый год. Зима была в самом разгаре, кружа снежные крошки в белоснежной пляске. Арбенина с детьми уехала в Мексику, отдыхать и восстанавливаться после оголтелого года, в котором концерты вереницей шли друг за другом. Хотелось тишины. Но тихие каникулы с детьми лишь слегка затянули глубокие раны тотального одиночества. Какая странная насмешка: Арбенина по восемнадцать часов находилась в присутствии кого-то, не оставаясь одна ни на минуту. Ей ли жаловаться на одиночество? Но как и все публичные люди, она, окруженная армией готовых на все фанатов, помощников, просчитывающих каждый ее шаг, родных, друзей, все же была одинока. Вырываясь на сцену, она кричала о своих чувствах, не боясь быть непонятой и неуместной. Единственное место, где она была собой и могла делать и говорить все, что хочет. Конечно цензура знатно подрезала крылья свободной и вольной птице, но к счастью, не коснулась текстов песен, в которых Арбенина все еще оставалась собой. Телефон молчал, хотя уведомления на него приходили с пугающей частотой. Но ей было все равно! Иллюзия жизни и нужности работала исправно, но шла мимо. Жизненных сил хватало лишь на детей и те, под конец дня, как она не старалась, к сожалению шли фоном. — Мама, у тебя телефон! — Артем по-хозяйски полез к матери в рюкзак, пытаясь отыскать разрывающийся смартфон. — Тема, потом перезвоню. — Диана совершенно не обратила внимания на то, что сын выудил телефон и прикрыв ладошками от яркого солнца, воскликнул: — Ой, а тебе звонил «Не звонить!» Диана с секунду смотрела на сына удивленными глазами и схватила смарт, пытаясь скрыться от вездесущего солнца. — Так, молодежь! Гулять тут, в поле зрения, я сейчас! — Арбенина рукой очертила круг, где должна видеть своих сорванцов и лихорадочно слушала глухие гудки в трубке. — Динка, привет, ты можешь говорить? — Привет. Могу. — Диана говорила отрывисто, хотя очень хотелось тепло и нежно. — Я много думала, над тем, что ты мне говорила и… — Светка, забудь. Я не хочу тебя напрягать и обременять. Жизнь не может состоять лишь из наших прихотей и не все в наших руках. — Ты сдаешься? — Света против своей воли выдохнула первое, что пришло ей на ум. — Я никогда не сдаюсь и ты это знаешь! — Диана громко крикнула, привлекая внимание шедшей мимо группу туристов. — Просто кольцо, наш разговор, Динка, я ничего не понимаю! Объясни мне, чего ты хочешь? — А я и сама не знаю. — Диана, словно побитая собака ссутулилась и тихо поскуливала человеческими словами. — Как же все запуталось. Динка, мне так одиноко без тебя. — Сурганова сказала то, что думала, не обдумывая и не фильтруя, как она привыкла за многие годы. Диана встрепенулась, словно ее ударили огромной боксерской перчаткой, смачно впечатывая хрустящую кожу в неприкрытое осунувшееся лицо. — Давай встретимся и поговорим нормально? — Диана затаила дыхание и отбежала подальше от вездесущего гомона толпы. — Динка, а как ты себе это представляешь? Где? Когда? Как? — Светка, ты только намекни, что хочешь, я все устрою! — Да Лена, договорились. Как скорректируешь график, скинь сообщением — ровным голосом протараторила Сурганова и отключилась, оставив Диану наедине с короткими гудками. — Марта, где брат? — Арбенина крикнула так, что на мгновение показалось, будто толпа окружавшая их, разом притихла, ожидая новых слов перевозбужденного оратора. — Мама, он прячется сзади тебя. — Марта смеялась и тащила брата за футболку. — Значит так, слушаем внимательно: помните Свету, которая играла на концерте в Олимпийском на скрипке? Арбенина даже присела рядом с детьми, вглядываясь в их напряженно вспоминающие лица. — Фотографию девушки со скрипкой на моем столе помните? — Диана вздохнула и помотав головой, словно выбрасывая всплывший образ из головы продолжила, увидев радостно закивавших детей. — Так вот, я хочу пригласить ее к нам сюда на каникулы, что скажете? — Ну не знаю, а что она будет делать? — Артем совершенно не хотел делить мать ни с кем на этих долгожданных каникулах. — Гулять с нами, болтать. Да все тоже самое, только будет еще веселее. — Диана заглянула в глаза дочери, ища у нее поддержку. — Мы не против, если ты будешь с нами. — Марта, поправив очки, толкнула брата и улыбнулась. — Отлично, тогда идем вон на ту гору — Арбенина махнула рукой в сторону нависающей скалы, обрамленной пышной зеленой шапкой. — Так ты же нам запретила даже близко к ней подходить, — Артем вытаращился на мать. — Ну мы подойдем поближе и посмотрим, может и не так страшно! — Диана набирала Ларисе сообщение, улыбаясь во все тридцать два зуба. — Ура!!! — малыши взвизгнули и наперегонки побежали к манящей глыбе. — Ура, ура. — повторила Диана, отправив наконец сообщение и припустив следом за детьми. Оставлять их одних было небезопасно: минута промедления и пришлось бы их снимать с этой отвесной скалы. — Мама, телефон! — хором крикнули близнецы, уплетая мороженное после изнурительной прогулки. — Слышу! — Диана нетерпеливо достала мобильный и слегка отвернувшись от детей ответила: — Лариса, надеюсь ты меня обрадуешь! — Более чем, к вечеру доставят в лучшем виде! — Пальцева вздохнула и заговорила тише. — Значит так, ее привезут прямо к вам в дом. На улицу вместе не выходить, автографы не раздавать и лучше если вы просидите дома. — А на сколько же она прилетит? — Арбенина! Ты в своем уме??? К тебе лететь не в соседнее село! Прямой рейс 12 часов. Это сутки на перелет в оба конца. А выкрасть даму твоего сердца больше, чем на два дня я не имею никакой возможности. Либо летела бы сама сюда. — Так у меня же дети! — Арбенина мысленно возблагодарила Пальцеву за такую оперативность. — Ларка, как тебе это удалось? — Как, как… Позвонили ей, сказали, что у нее срочный и дорогой корпоратив. Все продумано, Светлана в курсе, вот только как с деньгами быть? Там говорят, за счетом в банке следят и могут возникнуть подозрения. — Как прилетит сюда, переведи ей на счет денег, сколько нужно. Можно даже в фоток сделать, чтоб наверняка. — Арбенина, я фотки лично сделаю, на баннер распечатаю и на их дом приколочу, только ты уж постарайся вести себя прилично, а то эти разъезды стоят мне здоровья! — Ладно, не учи меня! — Арбенина привычно рявкнула, но тут же осеклась и добавила: — Спасибо тебе! — Ого! Неужели я это слышу? — Съязвила Пальцева, улыбаясь и выдыхая. — Кто-то кажется будет и правда вести себя хорошо?! — Все Лариса, остальное я сделаю сама! — Диана выключила телефон и заерзала на скамейке. — Света приедет сегодня поздно вечером. — Когда мы будем спать? — Марта сражалась с огромной порцией мороженого, роняя капли на руку матери. — Да! Когда вы научитесь нормально есть? — Диана истратила ворох салфеток, но дети все равно были все в мороженом и совершенно этого не замечали.

***

Арбенина, уложив детей, стояла возле окна и курила, ожидая прибытия машины. Вот уже полтора часа она не отходила от двери, боясь пропустить или уснуть. Хотя уснуть кажется она не сможет вообще. Шурша колесами подъехала черная машина, разрезая темноту ночи яркими лучами фар. Из машины вышла уставшая Светка и поплелась к дому, не обращая внимания на водителя, услужливо поставившего сумку на порог. — Как добралась? — Диана подхватила вещи и закинув их в дом обняла Светку, тепло и бережно прижимая к себе. — Устала! — Света прижалась к Динке и слегка тронув ее щеку губами, отстранилась. — Кушать хочешь? Чай? — Диана засуетилась, не зная, что делать и говорить дальше. — Ничего не хочу, пойдем лучше погуляем. Все равно сидеть или лежать я уж точно больше не могу! — Света открыла дверь и вышла на порог вдыхая густой аромат ночи. — Пойдем, только будем рядом. — Диана сказала это, подумав о детях. — Хотелось бы, — ответила Света, — подумав о чем-то своем.