Их связала Война

Подготовка к соревнованиям шла полным ходом. Первая игра уже через несколько дней, и вся школа стоит на ушах по такому знаменательному событию. Даже учителя отнеслись с пониманием и сократили поток домашней работы. Хотя каждый знал, что им это все ещё вернётся, именно сейчас повода для грусти не было. Смотря на радостные лица товарищей, Поттер уже не раз думал, что он, наверное, единственный не разделяет общего волнения. Его голова забита совершенно другими мыслями. — Гарри! Давай проведём сегодня ещё одну дополнительную тренировку?! — вопя, говорила Джинни. Гриффиндорец лишь тяжело вздохнул. Он был совершенно не настроен на игру, но команде и в правду нужно готовиться. — Да, давайте проведём ещё одну тренировку. За всей этой картиной из другой части класса наблюдал Драко. Он не понимал: «Как друзья Поттера могут не замечать его ухудшающееся состояние?!». Когда Малфой увидел его тогда, на станции, Гарри показался ему достаточно бодрым и отдохнувшим. Драко уж было подумал, что гриффиндорец смог справиться со своими кошмарами. Но наблюдая за ним в течение всего этого месяца прекрасно понимал, что Поттер нормально не спит, если вообще спит, возможно, плохо ест. И как бы Малфой ни хотел забыть этого придурка, сердцу не прикажешь. После своей истерики и приступа гнева, слизеринец понял, что все же в душе простил гриффиндорца, и если бы тот извинился, с радостью вернул бы все на прежние места. Но Гарри просто забыл о существовании Драко, а тот решил поддержать эту затею. Наблюдая за Поттером, Малфой не видел что на гриффиндорца устремилась ещё одна пара глаз. Северуса в последнее время слишком сильно стал беспокоить внешний вид Гарри. Однажды профессор дал Лили негласное обещание, что в знак своей юношеской влюбленности позаботится о ее сыне. Он ей этого, конечно, не говорил. С началом занятий все оставили свои переживания и отдались изучению сложнейшей дисциплины — зельеварению.

***

За обедом все обсуждали предстоящую игру, никто даже не обратил внимания на отсутствие капитана гриффиндорской команды. Гарри тем временем поднялся на Астрономическую башню. У него не было ни малейшего желания участвовать во всех этой суматохе. Единственное чего он хотел — покоя, желательно рядом с Драко. Поттер с каждым днём все сильнее осознавал, насколько он слаб. Все чаще его посещали мысли прийти к слизеринцу, молить о прощении, рассказать правду, но нельзя. Такая оплошность в будущем может стоить тому жизни. Гарри всегда удивлялся, почему избранный именно он. Ведь у него нет особых способностей, он не самый сильный волшебник, да и вообще, он во многом мог бы быть самым обычным. Но судьба решила иначе. И каждый раз думая об этом, Поттер понимал, он никому бы не пожелал быть избранным. И кто бы что не говорил, эта ноша совсем нелегка… От мыслей Гарри отвлек вошедший студент. «Драко…» Поттер не верил своим глазам. Снова. Они снова встретились здесь наедине. Можно представить, что все повторяется, но в тот раз, они сближались, а сейчас пытаются убежать друг от друга. Гриффиндорец стоял и не мог вымолвить ни слова. Было чувство, что легкие наполнились свинцом, и сделать хотя бы один вдох нереально. Драко был рядом. Буквально на расстоянии вытянутой руки. Как же Гарри хотел подойти еще ближе, назвать его по имени и увидеть чужую искреннюю улыбку. «Чужую…» — Что ты здесь забыл, Поттер? — язвительным тоном спросил Малфой. — Тебя это не касается, — рявкнул Гарри и быстрым шагом покинул башню. Он осознал, что не может еще раз назвать того по фамилии. Даже в тот раз, это было настолько тяжело, что хотелось вырвать себе язык. Да, это странно, тот ведь Малфой. Но Малфой он для других, для однокурсников, для преподавателей, для Рона и Гермионы и еще для многих. Но не для Гарри…

***

— Сегодня, в этот солнечный день, состоится долгожданная игра между командами Гриффиндора и Слизерина. Кто раньше приблизиться к желанному кубку школы, а кто останется позади? Начнем же! — на все поле звучал уверенный голос комментатора. — Игроки! На позиции! — громко проговорила мадам Трюк. Когда все были готовы, на поле выпустили мячи. Игра началась. — И первыми взяли квоффл игроки команды Гриффиндор! Неужели нас уже ждет первый гол?! Оу, — комментатор Захария Смит, протянул «о», — охотницу Кэти Белл неожиданно сбил с метлы Ургхарт. Ах, какой шанс был упущен, — буквально спустя несколько минут раздались несдерживаемые крики. — Гол! Команда слизерина открывает счет 10:0. — Гриффиндорцы не остались в долгу, и в скором времени также забили первый мяч. Игра продолжалась. Счет 50:70. Ловцы все еще не нашли снитч. С каждым заброшенным мячом, гул с трибун становится все громче. — Ловец Драко Малфой заметил снитч! — услышав это, Гарри сразу нашел слизеринца и, проследив за его взглядом, обнаружил золотистый шарик. — Ловцы обеих команд направились за снитчем. Чем же закончится это соперничество? — Мы должны уничтожить их! — раздался громкий возглас Беллатрис. — «Нет! Только не сейчас!» — Гарри тряхнул головой, чтобы избавиться от видения. Снитч был совсем рядом, он не мог его упустить. — Держите оборону, не смейте сдавать позиции! — «Знакомый голос, что происходит?!» — перед глазами все плыло, но Поттер все еще пытался добраться до золотого шарика. Неожиданная картина и гриффиндорца выбросило из реальности: «Сириус?!» Драко охватил азарт игры, поэтому он сначала даже не обратил внимания, что за ним больше нет хвоста. Только когда с трибун начали доноситься испуганные крики, Малфой обернулся. Представшая перед ним сцена ужасала. На земле без сознания лежал Поттер. Драко хотел было подлететь к нему, но со всех сторон послышались вскрики радости от слизеринцев. «Точно…» — ловец посмотрел на свою руку, — «я же успел поймать снитч». — Команда Слизерина побеждает со счетом 210:80! Гарри Поттера в срочном порядке доставили в медкабинет. На этом матч окончен. С вами был ваш Захария Смит, — но его уже давно никто не слушал. Слизеринцы радовались победе, гриффиндорцы убежали вслед за перенесенным Гарри. Драко стоял в кругу улыбающихся однокурсников, но не разделял с ними того же восторга. Все его мысли занимал один шрамоголовый придурок. Когда всех шумных гриффиндорцев выгнали из палаты Гарри, Драко решил тайно его проведать. Только он никак не ожидал, что там будет не один. — Профессор? — Малфой удивленными глазами смотрел на Северуса Снейпа. — Что вы здесь делаете? — Тот же самый вопрос я хочу задать вам, мистер Малфой, — ответил тот своим привычным тоном, — или мне стоит прислушаться к слухам, что это Вы что-то наслали на Поттера? — Снейп вопросительно поднял бровь. — Ничего я ему не делал, — пробурчал себе под нос Драко, не поднимая глаз на профессора. Неожиданно зашла мадам Помфри. — О, Северус, рада тебя видеть. Какими судьбами? — как всегда доброжелательно говорила колдомедик, — решил поинтересоваться о состоянии Гарри? — радостно добавила она. Получив утвердительный кивок и поняв, что Драко не является лишним свидетелем, мадам Помфри продолжила. — Не понимаю, что с мальчиком, — она тяжело вздохнула, — я ведь сначала решила, что у него солнечный удар, так и сказала его однокурсникам. А потом, при тщательном осмотре, поняла, что у Гарри переутомление и истощение. Как он себя до этого довел?! Ты что-нибудь знаешь, Северус? — не получив ответа, она хотела сказать что-то еще, но ее отвлек стук в дверь. — Ой, совсем забыла. Мне нужно идти. Профессор, дайте Гарри это зелье, — и, не выслушав возражений, колдомедик суетливо покинула кабинет. Наступило молчание. — Драко, ты что-то знаешь? И только не смей мне лгать, — пока Северус ждал ответа, он решил дать Поттеру зелье. Открыв флакон, понял, что это простое зелье для сна без сновидений. Когда профессор уже поднес жидкость к губам гриффиндорца, его остановил крик: — Нет! — Драко нагло выхватил флакон. Он по цвету уже узнал это зелье, но решил все же убедится. — Да что ты себе позволяешь! Мерлина ради, что с тобой творится? — хоть Снейп и кричал, в голосе отчетливо слышалось беспокойство. — Извините, я испугался… — Чего?! Что я подменил зелья и решил отравить его? — Северуса переполняло мерзкое чувство. Он не думал, что даже Драко такого о нем мнения. А затянувшееся молчание только подтверждало догадки. — Ясно, — профессор решил, что и без этого зелья Поттер выспится. Не хотелось больше там оставаться. — Я боялся, что он не проснется… — очень тихо сказал Малфой, но Снейп услышал. — Ты о чем? — осторожно задал вопрос крестный, он подошел к Драко и положил тому руку на плечо в знак поддержки. После этого слизеринец не выдержал… — Я так испугался, что если он выпьет это зелье снова, то повторится все как в прошлый раз. Ему тогда так плохо было! Гарри даже ко мне пришел, потому что не смог сам справиться с настигшими его кошмарами. Я не знаю почему, но зелье не оградило его от сновидений, оно заперло его наедине со своим страхом без шанса проснуться! Его тогда такая лихорадка била. А если бы в этот раз он вообще не проснулся! Я так испугался… — Драко еще много говорил сквозь слезы. Сказывался месяц переживаний. Северус просто обнял его и поглаживаниями по спине старался успокоить. Он, если честно, мало что понимал. Как связаны Поттер и Малфой? Какое отношение имеют к состоянию друг друга? Может ли он чем-то помочь? И когда Драко стал называть гриффиндорца Гарри? С плачущим Малфоем на руках Снейп просидел в кабинете колдомедика около часа, пока не заметил, что Драко заснул. Чтобы не привлекать лишнего внимания, профессор взял слизеринца на руки, захватил зелье и перенес их в свои покои. Утро встретило Драко мраком подземелья. Он не ощущал этого с того времени как стал старостой. «Стоп! Это покои крестного? Но что я здесь делаю?» — Ты здесь спал, — видя эмоции на лице Малфоя, не сложно было догадаться о чем тот думал. — Выпей, — Северус протянул ему флакон, — бодрящее. — Когда Драко принял зелье, Снейп начал свой допрос. — Ну, а теперь я жду объяснений. Времени у нас еще много до начала занятий, так что, можешь не торопиться, — он ухмыльнулся, видя недоумение Малфоя. — Ну, я жду, Драко. — Эм, — Малфой замялся, — там и рассказывать то нечего… — Драко, — как гром прозвучал голос Северуса. — Мы с Поттером общались некоторое время. Я знал про его кошмары и головные боли. Еще Рождество семьями встретили, но, я думаю, ты и так знаешь. А почему кстати тебя не было? Отец же, вроде, звал, — протороторил слизеринец. — Дела были, — сухо прокомментировал крестный, — не переводи тему. — А это собственно все… — Малфой пожал плечами, показывая, что ему нечего добавить. — Почему перестали общаться? — Северус, то, что мы начали с ним общаться — это чудо, а не то что закончили, — Драко ответил тоном, показывающим, что больше он ничего не скажет. Крестный и так надрывал старые раны, Малфою тяжело говорить о них. Снейп не знал, что сказать на это заявление, он видел, что тема Гарри была очень болезненна для слизеринца. Но и не выяснять конкретную причину таких перемен он не мог. Его волновали оба ученика, и видеть их общие страдания невыносимо. Драко покинул покои профессора еще до начала завтрака. Только приведя себя в надлежащий вид, он направился в Большой зал. Малфой уже знал, что это будет тяжелый день, ведь со вчерашнего вечера его еще сильнее стал волновать один вопрос: «Что с тобой происходит, Гарри?»