Их связала Война

— Драко? — услышав как Малфой зовет его, Гарри решил, что у он уже совсем с ума сошёл. Ну не мог же слизеринец рисковать всем, чтобы встретиться. Но сейчас, стоя напротив него, Поттер понимает, видимо мог. — Гарри! — Малфой налетел на гриффиндорца с крепкими объятиями. Он уже и не надеялся, — как же я скучал, — прижимая все крепче и вдыхая такой родной запах, говорил Драко. Поттер просто таял в его объятиях. Он хотел бы остановить это мгновение. Хотел бы остаться с ним навсегда. — Я тоже скучал, — пряча предательские слезы, проговорил Гарри. Они ещё некоторое время молча наслаждались присутствием друг друга, пока гриффиндорец не нарушил эту уютную тишину. — Но почему ты здесь? — отстраняясь, задал вопрос Поттер. — Явно не прогуляться, — съязвил Малфой, — тебя, придурка, хотел увидеть, — он отвечал беззаботно, при этом широко улыбаясь. От этой картины у Гарри стонала душа. Ему так хотелось остаться. — Тебе нужно скорее уходить. — Но я ведь только пришёл! — недоумевал Малфой. — Пожиратели могут прибыть в любое время, — Поттер говорил уверенно, но предательская тоска в глазах сдавала его. — Не тупи! Я тоже среди пожирателей! Нас бы призвали! Ты что собрался сделать? — медленно, с нарастающей злобой говорил Драко. — Ничего, — отстранено ответил гриффиндорец. Но уже сейчас он понимал, что Малфоя так просто не провести. — Что.Ты.Задумал? — чуть ли не рыча, проговорил слизеринец, — отвечай, придурок! — Ты ведь и так уже понял, — эти слова были пропитаны лишь грустью и сожалением, но на лице Гарри сияла улыбка. Он не мог позволить себе показать сейчас слабость. — Не смей! Поттер! Я тебе говорю, не смей! Не смей сделать то, о чем я подумал! — кричал и размахивал руками Драко. — Прости, — избранный виновато опустил голову, — но я не могу по другому. — Можешь! Мы ведь хотели пройти через все вместе. Ты обещал мне! — но посмотрев в глаза напротив Малфой сразу понял, — ты изначально собирался… — осознание пришло неожиданно и отдалось в сердце мучительными ударами. — Я прав, Гарри? — Прости… — гриффиндорец ненадолго замолчал, — знаешь, я давно хотел тебе сказать. Я, кажется, люблю тебя, Драко… — Поттер боялся, что у него больше не выпадет возможности озвучить свои чувства. — Нет! Нет! Нет! Скажи мне это после войны. Я прошу тебя, скажи после, — Малфой не мог больше сдерживать слезы. Если он и надеялся на что-то лучшее, то своим признанием Гарри стёр эту надежду. Слизеринец чувствовал, что так с ним именно попрощались. — Тогда знай, чтобы не случилось, знай, Гарри, я тоже л… — ему не дали договорить. Гриффиндорец неожиданно поцеловал, но в следующую же секунду отстранился. — Не надо, — Драко смотрел, ничего не понимая, — не трать своё первое признание на меня, прошу тебя… — Придурок, ненавижу тебя! — Малфой начал бить кулаками в его грудь, — почему ты всегда решаешь все сам?! Бесит, — резко прекратив он притянул к себе гриффиндорца, — останься со мной. — Прости, я не могу. Но, пожалуйста, Драко, пообещай мне, что ты будешь жить дальше! — смотря прямо в глаза, серьезно говорил Поттер. — Ты ведь не выполняешь обещания, почему я должен? — безнадежно поинтересовался слизеринец. — Пообещай! — настаивал. — Хорошо… — вынужден согласился Драко. В следующую секунду Поттер утянул его в чувственный, голодный поцелуй. Он не был наполнен страстью, лишь горечью и сожалениями, но в тоже время они оба растягивали его. В этот момент у Драко в груди словно разливалось что-то тёплое. У каждого в голове билась одна мысль: «Неужели… последний…». Драко резко отстранился и схватился за свою якобы метку. Пульсировала. — Нас призывают, — сказал он и так очевидное. — Поттер, иди вперёд. Я не смогу сам уйти. Больше ничего не сказав, Гарри выбежал из туалета Миртл и направился в гриффиндорскую гостиную. Он так и не увидел, что прямо около входа стояла зареванная гриффиндорка, которая вновь, кусая ладонь, сдерживала всхлипы. Драко выходил медленно. Заметил. — Давно ты здесь? — безэмоционально спросил слизеринец. Ему, если честно, сейчас не до чего не было дела, кроме избранного. — Я… — Гермиона посмотрела на него заплаканным, наполненным болью взглядом. — Ты ведь знала, — утвердительно сказал Малфой. — О чем? — тихо спросила она. — Видимо, обо всем… — Гермиона не сдержалась и обняла Драко. Впервые ощущая, что только слизеринец может понять ее. — Как же так, Малфой. — Ну, — он протянул «у», — не разводи тут сопли, — Драко не мог показать свою слабость перед ней, тем более, видя, что Грейнджер сама нуждается в поддержке. — Так! — он посмотрел ей прямо в глаза и встряхнул за плечи, — возьми себя в руки! Поттеру, как я понимаю, тем более нужна твоя помощь. А ты тут раскисаешь! — как ни странно, но эти слова подействовали на Гермиону. — Спасибо… — Успокоилась? — она кивнула, — ну тогда я пошёл, меня вообще-то Лорд вызывает, — Драко следил за реакцией Грейнджер на эти слова, но она лишь с пониманием кивнула. «Как же нас изменила эта война…»

***

— Профессор Снейп, что Вы делаете? — Макгонагалл стояла в своём кабинете с поднятыми руками. Её палочка была в руках Северуса, а сама волшебница была под прицелом. — Минерва, не сочтите это за личную неприязнь, но временно Вы будете мешаться. Мне приказано Вас обезвредить. Остолбеней! — мгновение, и директор даже не смогла дать ответ. По её щеке скатилась скупая слеза. Бросив чужую палочку, Снейп покинул кабинет, оставив Макгонагалл обездвиженной в одиночестве. По школе разнесся зловещий, наводящий ужас голос. — Приведите ко мне Гарри Поттера, и никто не пострадает! В Хогвартсе началась суматоха. Все студенты были обучены, но совершенно не готовы к нападению. В итоге, покидая комнаты своих факультетов, многие то и дело натыкались на пожирателей. А иногда и на студентов, вставших на сторону врага. Это было начало финального сражения. Поттер только успел вернуться в комнату, как услышал призыв. «Быстро, однако.» Не долго думая, он взял свою палочку и решил спуститься вниз. Идя по коридорам, Гарри не раз видел сражающийся студентов. С разных сторон летели самые разные заклинания. Увидев, как двух студенток окружили трое врагов, избранный, не медля, кинул пожирателям в спину ступерфаем. Помощи ждать было неоткуда. Теперь и Поттер был ввязан в сражение. От пожирателей он отбился быстро, но было ясно, что путь до Лорда легким не будет. Драко старался не вступать с кем-то в бой. Как ни как, но вокруг были не чужие ему люди. Цель Малфоя — вовремя найти Поттера. Неожиданно слизеринец почувствовал, что ему в спину летит какое-то заклятие. Он резко ставит блок и отступает. Но не успевает и, отлетев к стене, оседает на пол. Уизли. — Хорёк! Тварь! Так и знал, что ты заодно с его приспешниками. Что, успел получить его клеймо? — Рон насмехался. Он чувствовал превосходство над Драко. Оно опьяняло. Подойдя ближе, Уизли поднял Малфоя за воротник и чуть ли не выплюнул в лицо, — я тебя по стенке размажу. Ничтожество, — Рон часто использовал грубую силу. Вот и сейчас не поскупился на несколько ударов по лицу. В этом Драко ему точно не превзойти. — И кто из нас ещё большее ничтожество? — с окровавленной улыбкой на лице спросил Малфой, — кидать заклятия в спину, это так по-геройски, — он выплюнул кровавую слюну и попытался встать. — А тебе, я смотрю, мало, — удар в живот кулаком и еще один с колена. — Хватит! — за их спинами раздался пронзительный крик Гермионы. — Рон, отпусти его! — она встала между слизеринцем и гриффиндорцем. — Ты с ума сошла?! Это же Малфой! Какого черта ты защищаешь его?! — он грубо оттолкнул её. — Извини, Рон, но так будет лучше, — она кинула в него отталкивающим заклинанием, и Уизли отлетел к стене, потеряв сознание. — Пойдём? — Гермиона протянула руку Драко. — Не ожидал, — одобрительно посмотрел на неё Малфой, при этом стирая кровь со своих губ, — Гермиона, а ты не так проста, — он принял помощь гриффиндорки.

***

— Мой Лорд, — Снейп поклонился, — директор обезврежена. Теперь мы можем захватить Хогвартс. — Знаешь, Северус, это все, конечно, хорошо, но я чувствую, что моя палочка совершенно не подчиняется мне. Как же так? — Воландеморт скучающе уставился на своего подчиненного. — Я могу предположить, что она все ещё слушается того, кто убил Дамблдора. Что думаешь? — профессор стоял и не мог поверить, Лорд открыто говорил, что ему пришло время умереть. — Я никак не могу этого знать, — пытался как можно вежливее отвечать Снейп. — Я так и думал, — Воландеморт ухмыльнулся, — Нагайна! В следующую секунду змея впилась своими клыками в шею Северуса. Тот даже не сопротивлялся. Не было смысла. Когда яд начал распространяться по телу, Снейп почувствовал головокружение и не смог стоять на ногах. Лорд не удостоил того чести наблюдать за такой кончиной. Он просто ушёл с этого места, так и не узнав, что первым, кто прикоснулся к палочке после смерти Дамблдора, был Драко Малфой. Лёжа на холодной земле зельевар осознавал, какая все же смешная шутка у госпожи Смерти. Он — мастер по зельям и противоядиям, лежит и умирает от яда змеи. «Какая насмешка судьбы»

***

Гарри Поттер встретился с Воландемортом на территории за Хогвартсом среди руин. Лорд был уверен, что именно там им никто не помешает. Так он сможет убить мальчишку лично, при этом не марая руки в крови тех, кто захочет защитить избранного. Гарри шёл на эту встречу уверенно, но ни одна его мысль не была посвящена предстоящей схватке. — Это же сам Гарри Поттер! — разводя руками, как бы приветствовал его Лорд, — ты действительно пришёл. Похвально! Возможно, если бы не твоё предназначение, мы могли бы сработаться. Как думаешь? — он наслаждался этими мгновениями. Воландеморт желал тянуть их как можно дольше. Он упивался своим превосходством. — Хватит разводить эту бессмысленную беседу, Том, — Гарри тоже не упустил возможность показать себя. — Не смей звать меня этим именем, ты, жалкий мальчишка! — Лорд буйствовал. Все его желание вести беседу ушло в считанные секунды. Он грациозно поднял палочку, словно дирижёр, руководящий оркестром, и с величием в голосе проговорил, — Авада Кедавра! — из его палочки полыхнула вспышка яркого изумрудного света в сторону Гарри, но тот не собирался просто стоять. — Экспеллиармус! — было выкрикнуто ответное заклинание, палочка избранного разверзла пространство красным лучом. Две противоположные силы столкнулись в решающем бою. Их мощь была настолько велика, что ветер начал бушевать, поднялись клубы пыли, и при этом ни один из них не собирался сейчас сдавать позиции. — Ты же не думаешь, что тебе удастся победить меня, — Лорд все ещё чувствовал превосходство, но к этому ещё добавился азарт. Поэтому он не услышал тихий, но уверенный ответ. — Конечно, мне не победить тебя, Том… — Гарри чувствовал, что время уже поджимает. Драко с Гермионой ещё издали увидели две вспышки магии. Незамедлительно они отправились туда. Картина, представшая перед ними, восхищала и ужасала. Два сильнейших волшебника противостояли друг другу, и их силы были настолько велики, что создавалось ощущение, будто сама природа склоняет пред ними колени. — Он борется! — радостно воскликнула Гермиона, — Драко, ещё есть шанс, — вся её радость испарилась, когда она посмотрела в лицо слизеринца. В его глазах отражался страх. — Нет, он не борется, — тихо проговорил Малфой. В следующее мгновение стало очевидно, что Гарри сбавляет силу. Авада все ближе и ближе подбирается к избранному. — Нет! — Малфой резко поддаётся вперёд, чтобы успеть к Поттеру, но его перехватывают тоненькие, но сильные ручки. — Нет! Нельзя! — крепче сжимая Драко кричала Гермиона. — Отпусти! Он сейчас… — слизеринец успел вырваться, но было уже поздно. Смертельное заклинание пронзило тело избранного. Создалось ощущение будто звуки всего мира стихли, чтобы почтить его память. По лицу Драко скатились первые крупные капли слез, — Гарри… нет… — он не сбавляя шаг побежал к телу гриффиндорца, не обращая внимание ни на крики Гермионы за спиной, ни на заинтересованный взгляд Лорда. Перед глазами Малфой видел лишь его. Драко упал перед родным телом на колени, начал щупать пульс, пытался уловить хотя бы слабое дыхание. Ничего. Тишину всего мира прервал пронзительный рёв, наполненный горечью потери и осознанием всепоглощающей тоски. Малфой бил Поттера по груди, пытался завести сердце. А сквозь слезы можно было услышать молящий шёпот: — Пожалуйста, ну пожалуйста, Гарри, приди в себя. Прошу… только не оставляй… Ты же обещал… Драко больше не сдерживал слезы... он просто медленно умирал изнутри...