Их связала Война

Драко благополучно принял своё подобие метки. Этот ритуал засвидетельствовали многие пожиратели, в том числе и Люциус. Признаться, он презирал в этот момент сына за то, что тот так легко поддался влиянию Лорда, за то, что не смог понять позицию отца. Но особенно он ненавидел себя, ведь не смог уберечь близкого человека. Теперь сын, как и отец, связан путами рабства. — Надеюсь, ты знаешь, что делаешь, — равнодушно сказал Люциус, когда закончился ритуал. — Хах, не сомневайся, — пытаясь выровнять дыхание, дал ответ Драко. Даже сквозь ложную кожу он чувствовал невыносимую боль.

***

В течение недели Лорд выяснил, что ни одного крестража нет на месте, кроме Нагайны, которая и так всегда рядом. «Чертов старик. Воскресить бы его, да убить еще пару раз…» — не единожды проговаривал Воландеморт, когда поступала очередная информация о частицах души от разных отрядов. Драко тоже был среди пожирателей на задании. Находясь в такой атмосфере, он понимал, что близится финальное сражение. Необходимо было предупредить Поттера. — Этот неадекватный все больше бушует, после того как узнал, что вы выпотрошили его тайники. Я боюсь, что скоро он пойдет в наступление, — но не сказать, что Гарри удивился полученной информации. — Да этого стоило ожидать…

***

Следующие два месяца все находились в состоянии ожидания. Никто не говорил, что грядет последнее противостояние света и тьмы. Никто официально об этом не объявлял. Но волшебники чувствовали эту напряженную атмосферу. Готовились. Воландеморт тоже не сидел на месте. Началось укрепление его армии — изнурительные вылазки по уничтожению других крупных врагов, которые могли хоть как-то взаимодействовать с Орденом. Но редко такие операции приносили успех, каждый, кто был в опасности, предупреждался заранее. В один момент Лорд чуть сам не перебил большую часть своих слуг из-за вечных провалов, но потом понял — среди них крыса. Поиски предателя вывели на одного малоприметного пожирателя, который слишком часто ходил в бар и по пьяни рассказывал тайные планы. Он незамедлительно получил Аваду в лоб. Настоящим шпионам это сыграло на руку, но на время пришлось затаиться. Драко даже не мог нормально связываться с Поттером, только через Северуса, и то только в крайних случаях. Таких не возникало. Это выводило больше всего. Малфой переживал, что единственный раз, когда они нормально поговорят, — на сражении. Гарри вообще отделился от мира на эти два месяца. Он каждый день проводил время в библиотеке. Каждый день просматривал толстые, запыленные, мало кому известные книги. Даже Гермиона не так часто посещала это место, а все чаще замечая там друга, она начала переживать. Но Поттер уверил ее, что все в порядке. На самом деле нет. Он все еще не может найти…

***

— Профессор, разрешите войти? — Гарри постучался и еще до звучания ответа прошел в глубь комнаты. — Поттер! Я не помню, чтобы давал Вам разрешения! — рявкнул Северус. Его каждый раз бесило это самовольничество. Но Снейп быстро остудил свой пыл. Осталась всего неделя. — Не переживайте. Я просто хотел уточнить. Вы же помните, что мне обещали? — Гарри было это очень важно. Жизненно важно. — Я помню, — тяжело вздохнув, ответил профессор, — и я не отказываюсь от своих слов. А теперь ступай, — Снейп отвернулся, ему тяжело смотреть на удаляющуюся спину гриффиндорца. «Почему время идет так быстро…» Школа была в боевой готовности. Директору с неизвестных источников пришло известие с планами о нападении Лорда. Детей необходимо было эвакуировать. Каждому студенту выше пятого курса давалось право выбора: дом или сражение. Лишь единицы отказались. Младшие в это время безоговорочно готовились к отправке. Кого-то даже лично встречали родители. Во многих семьях можно было наблюдать такую картину: семья прощается со старшим ребенком, при этом забирая младшего. О, как же им тяжело разделять их, но никто не смог забрать желавших остаться — никто. Остался день до окончания эвакуации. — Гарри! — в гриффиндорца на полной скорости врезался слизеринец. — Ты можешь поехать со мной? — Даниель не хотел оставлять брата. У них ведь только появился шанс наладить отношения. Не сейчас! — Что за глупости ты говоришь? — Поттер с легкой улыбкой потрепал ребенка по волосам, — конечно, я не могу уйти. Я ведь — избранный! — скрывая всю иронию, проговорил он. «Прости, что не стал для тебя достойным братом» — Да плевать! — Даниэль ненавидел это слово. «Избранный-избранный-избранный. Бесит!» Но сейчас раздражал не сам Гарри, а отсутствие у него выбора. — Ты же знаешь, я не могу, — Поттер хотел сразу закончить разговор, но, понимая, что это, возможно, их последняя встреча, тихо прошептал, — береги наших родителей, — после этого, не дожидаясь ответа, Гарри ушел. Он даже не видел ничего непонимающий взгляд брата, направленный ему в спину. — Дорогие ученики! — на весь Большой зал раздался тревожный голос Макгонагалл, — вы все уже знаете, что Магический мир находится в состоянии войны. У нас никак не получается остаться в стороне, — она укоризненно, но с добротой в глазах посмотрела на Поттера, — поэтому, сегодня мы в последний раз собираемся вместе в этом году. Я надеюсь, что в следующем вы вернетесь тем же составом, — голос директора дал слабину. Дрогнул… — Я хочу пожелать вам всем удачи в предстоящих событиях. Да хранит вас Мерлин! — воцарилось молчание. Спустя время раздались первые хлопки исходящие от Гарри Поттера, за ним потянулись остальные, и по залу прошелся медленно нарастающий гул аплодисментов. До отъезда все ученики посвятили себя близким друзьям, кто-то уезжающим братьям и сестрам. Избранный наблюдал за всем со стороны. В итоге, он сам так и не пришел проводить брата. Не выдержал бы. В то время как Джеймс и Лили Поттер уже знали, что их старший сын не вернётся домой, родители Драко все ещё питали надежду. Но вырвать сына из-под надзора Лорда без веской причины было невозможно. Поэтому им пришлось долгое время ждать. В день перед боем Воландеморт дал своим верным псам возможность отдохнуть. Люциус сразу воспользовался этой возможностью и перенёс сына в родной менор. Им предстоял долгий и тяжелый разговор. Когда Драко зашёл в гостиную, первое, что он увидел — собранные сумки. Прямо посреди комнаты. А рядом с ними копошилась Нарцисса, собирая ещё какие-то вещи. — Что здесь происходит? — незаинтересованно спросил слизеринец. — Драко! — леди Малфой отвлеклась от своего занятия и приблизилась к сыну с объятиями. — Я так рада тебя видеть, — она с удовольствием рассматривала его лицо, словно успела забыть. — Mama, я тоже рад тебя видеть, но что всё-таки происходит? — у него заканчивалось терпение. Настроение Драко и так не задалось с самого утра. Всю ночь плохое предчувствие, возникшее из-за волнения за этого придурка, не давало заснуть, так теперь ещё и родители что-то придумали. — Мы уезжаем во Францию, — весело проговорила Нарцисса. Она считала, что нашлось просто замечательное решение их проблем. — Если нас не будет в Англии на финальном сражении, мы сможем настаивать на невиновности твоего отца в служении Лорду. Будем говорить, что все было сделано под угрозой семье. — Я остаюсь, — безэмоционально сказал Драко и потер переносицу. Сейчас будет очень тяжелый разговор. — Что ты такое говоришь?! — крикнула Нарцисса, — ты хоть понимаешь, что будет, если мы останемся?! — Mama, я тоже принял метку, присягнул на верность Лорду, — слизеринец говорил устало, — я не могу уехать, — она смотрела на него широко раскрытыми глазами, не могла поверить, что услышанное — правда. — Ты серьезно сделал это? — тихо спросила, но ответ был очевиден. Повернувшись к своему мужу, леди Малфой направила весь гнев на него, — как ты мог это допустить?! — она кричала, а, попадись ей что-нибудь под руку, обязательно бы кинула. — Нарцисса, — голос Люциуса звучал уверенно, — успокойся. — Успокоиться?! Да как ты себе это представляешь?! Почему я только сейчас узнаю, что мой сын принял метку на служение этому сумасшедшему?! — ее было не остановить. — Драко сам выбрал такой путь. Ни ты, ни я не смогли бы его переубедить, — обреченно проговорил Малфой, — я не хотел тебя тревожить лишний раз. — Ты не обо мне должен был думать! — рявкнула она. А потом на время воцарилось молчание. — Ну, раз уже все случилось, мы ведь можем ему тоже на время призыва через метку давать болеутоляющее, верно? — в ее глазах засияла надежда. — Нет, — отрезал все попытки что-то предпринять Драко, — я в любом случае никуда не поеду. — Почему же? — Нарцисса в плотную подошла к сыну, взяла его лицо в свои руки и пыталась найти ответ в этих холодных глазах. Она не ошиблась. На секунду в них мелькнуло что-то несомненно важное, но, к сожалению, ей не удалось уловить что. — Так надо, я, как сказал уже отец, — сам выбрал этот путь. Так что, позвольте мне самому принимать решения, — Драко устало улыбнулся, и мама улыбнулась ему в ответ. — Мы остаемся! — резко повернувшись к остальным крикнула Нарцисса. — Эльфы! Разберите чемоданы! Так, — она ненадолго задумалась, — Эндрю и Элизабет, на время битвы вы будете под присмотром вашей няни. И чтобы без глупостей! Люциус, милый, — сложно было не заметить раздражение на лице мужа, — пойдем наверху поговорим, — обворожительно улыбнувшись, леди потянула его за собой. Но разговор точно будет не из приятных. В комнате, в полной тишине, остались только Драко и близнецы, которые за весь разговор просто старались не привлекать внимания. — Брат, а ты уверен, что стоит остаться? — тихо спросил Эндрю. — Уверен, мне это точно нужно, — похлопав по плечу младшего, с улыбкой ответил Драко. Когда Эндрю ушел, к нему подошла Элизабет и со смущенной улыбкой на ушко спросила: — Это ведь из-за Гарри? Да? — слизеринец уставился на сестру огромными глазами, а его щеки в мгновение покраснели. — С чего ты взяла? — Не знаю, — она пожала маленькими плечами, — мне просто так кажется. — Только никому о своих догадках не говори, — Драко так и не ответил на ее вопрос. Но с удивлением подумал, что у сестры не слабо развита интуиция. В таком случае она сейчас ему точно не поверила. Больше в этот день семья Малфой не собиралась полным составом. Нарцисса и Люциус весь вечер выясняли отношения. Она читала ему нотации, говорила про доверие, ведь муж не сказал ей о решении сына. Люциус благополучно отмалчивался о своих подозрениях насчёт Драко. Что бы его жена не говорила, но посвящать ее в ненормальную реакцию сына на действия Лорда, он не собирался. Близнецов уже оставили на няню, поэтому их вообще не было слышно. Драко Малфоя предоставили самому себе. Он в одиночестве ходил по саду в меноре, но мысли его были далеко оттуда. Перед глазами то и дело всплывали их с Гарри моменты. Слизеринец очень боялся. Его изнутри бьет мелкая дрожь с самого утра. «А если…» и столько мрачных вариантов, что голова уже раскалывается. Малфой срочно должен встретиться с Поттером. На следующее утро Драко проснулся с четким осознанием, что сражение начнется сегодня. Нет, сейчас метка не болела, даже никто не напоминал об этом. Но он чувствовал, что ему необходимо раньше попасть в Хогвартс. Воспользовавшись камином, Малфой, впервые за долгие месяцы, оказался в стенах родной школы. Кабинет Снейпа пустовал. Чтобы не терять время Драко, наложив отвлекающие чары, побежал к туалету Миртл, при этом мысленно, не переставая, посылал Гарри просьбы о встречи. Это было слишком необдуманное решение. Только придя на место, Малфой понял, что еще совсем рано, что Поттер, может быть, вообще спит, возможно, занят и в любом случае не сможет прийти. От размышлений слизеринца отвлек тихий, неуверенный голос. — Драко..?