Эра Новой Земли

Мир спал. Спали все в комплексе «Новая Земля». Спали высшие и низшие, прячась в теплой постели от нагнетающей и всепоглощающей неизвестности. Спали люди класса А и те, кем можно пренебречь — спали все, и сон этот был глотком воздуха для вечно бегущего вперед человечества. Утро наступило быстро, так, как наступало всегда, оборвав ту единую нить, соединяющую всех людей. Прозвенел будильник, и гул его эхом отозвался от холодных стен. По команде распахнулись занавески, и свет включился. За окном был лишь черный одинокий космос, но привычка впускать в дом новый день не выветрилась из памяти людей. Он нехотя поднялся, свесив босые ноги, еще несколько минут сидел неподвижно, обдумывая планы на сегодняшний день, затем встал, выбрал кофе и завтрак и двинулся в ванную. Теплая вода мягко окутала его, пробуждая и освежая, готовя к новым свершениям. В отражении он видел свое лицо, молодое и свежее, с легкой тенью недавней дрёмы. Мужчина наскоро позавтракал и надел свой жилет, на котором яркими знаками было выведено: ИА9/384 В новом мире имена не числились в базе, это было неудобно и долго: они делили людей по нациям, расам, религиям. Номер же был для всех один и составлялся на основе положения в обществе. Имена не исчезли, нет, люди теперь сами были вольны выбирать себе имя и менять его, когда вздумается. Он посмотрел в зеркало и улыбнулся самому себе. Его звали Икар, каждое утро он начищал свой блестящий номер, горделивую девятку, которая так и кричала о его важности. Вторая буква номера и цифра, что за ней следовала, именовались коэффициентом необходимости, где А значило «авангардный», то есть передовой человек, от жизни которого зависит будущее, а цифра — уровень значимости с диапазоном от 0 до 10. Икар пригладил волосы, слегка вьющиеся на концах, поправил одежду и вышел из номера. Он был высоким — около двух метров, — и слегка худощавым, с добрым, внимательным лицом. Парень из отдела межпланетных дел уже в сорок добился высокого поста. Он был юн, но полон сил, умен и внимателен. Когда он хмурился, лицо его принимало вид грозный, но по-прежнему безопасный, а родинки строились в созвездие Кассиопеи, если посмотреть под нужным углом. Он быстро шагал по светлому, почти белому коридору, пока не вышел к офису, где работал. Его поприветствовала секретарша, худая и маленькая, с темными волосами, едва достававшими до плеч. Её лицо в белом свете офисных ламп было желтым и слишком вытянутым, отчего в нем виднелось что-то лошадиное. — Доброе утро, Минни! — весело протянул Икар. — Мария. И тебе доброго. Парень остановился на месте и резко повернул голову. Девушка легко засмеялась, отчего на лице Икара тоже расцвела улыбка. — Тогда доброго тебе утра, Мария, — он вновь пригладил свои русые волосы. — Винс у себя? — Да, он пришел еще полчаса назад. Икар двинулся дальше, свернул налево, затем еще раз и оказался у знакомого кабинета, заполненного разными плакатами, старыми книгами и скелетами уже давно вымерших животных. В центре захламленного кабинета находился огромный макет Земли, почти в человеческий рост. Винс был археологом и, по совместительству, лучшим другом Икара. Пусть они познакомились всего полгода назад, но уже крепко сдружились и стали неразлучны. Винс гордо носил свой номер НВ8/012. Он был Важным членом команды из отряда «Новых людей». Туда относили всех деятелей науки, что ежедневно трудились на благо общества. «И» на номере Икара обозначала отряд «Исполнителей», которые работали в самых различных сферах по оказанию услуг. Существовали еще и Охранники, к которым относили службы спасения, охрану здоровья и правоохранительные органы. Те находились этажами ниже и редко пересекались с представителями классов «Н» и «И». Винс вышел не сразу, лениво потягиваясь и попивая кофе из большой кружки. Он был самым удачным гибридом человека и инсекторианца. Существа с планеты Инсекториус были похожи на больших насекомых, за что и получили такое название. Это была единственная форма жизни, с которой земляне установили тесный контакт, и Винс был негласным соглашением о мире для двух цивилизаций. У него было человеческое тело, отличавшееся лишь задатком крыльев и второй пары рук, которые в процессе так и не развились. Фасеточные глаза не упускали ни одной мельчайшей детали, чувствительные антенки улавливали любые изменения, а тонкие ворсинки на конечностях делали чувство осязания более точным и направленным. Короче говоря, он был рожден для того, чтобы стать археологом. Под парой фасеточных глаз располагались два следа. Здесь должна была быть пара человеческих, однако Винс в них не нуждался, так что они так и не появились. Его тело было темно-багровым, а на голове виднелись черные непослушные волосы, что торчали в разные стороны. НВ8/012 был выведен искусственно с помощью одного из видов ЭКО. Естественный путь появления такого существа на свет был невозможен из-за принадлежности родителей к разным видам. Винс сделал пару медленных шагов, со стуком поставил кружку на белый стерильный стол и протяжно зевнул. Он славился своим позитивным настроем, нескончаемым энтузиазмом и энергией, но мало кто знал, каким вялым и ворчливым был Винс по утрам. Он был хорошим ученым, и Икар невероятно уважал его знания, правда, из-за своего характера он часто что-то упускал. Парень говорил сбивчиво, ярко, часто забываясь и делая ошибки, он поспешно судил и тут же менял точку зрения, был непоследовательным и часто себе противоречил, но проходило время, и он разбирался в сказанном, приходя к единственному выводу, который всегда оказывался правильным. Икар облокотился на край стола и, наклонив голову набок, спросил: — Как давно ты встал? — Полчаса назад, — недовольно буркнул Винс, потирая заспанные глаза. — Но ты пришел сюда полчаса назад. Он ничего не ответил, лишь нахмурился и сделал еще глоток кофе. Когда Винс злился, он был похож на ребенка: демонстративно скрещивал руки, надувал губы и недовольно сопел. — Ладно, соня, у тебя пятнадцать минут. Просыпайся, и идем к директору. У нас сегодня важный день.

***

Уже полгода они занимались важной миссией. В честь наступления 3000 года, звавшегося эрой Новой Земли, они вдвоем должны были посетить родную планету, которую человечество покинуло пятьсот лет назад из-за загрязнения. Их задачей было провести трансляцию, которая будет выведена на все телеэкраны, и сделать заключение, что Земля непригодна для жизни, тем самым заткнув всех несогласных с освоением новой планеты. До колонизации Энцелада оставалось всего ничего. Эта планета была шестым спутником Сатурна, и единственное, что разделяло её и человечество, — ледяная корка, покрывавшая семьдесят процентов поверхности, низкие температуры и малая концентрация атмосферы. Но, по сравнению с данными, которые были получены полвека назад, планета делала большие успехи, и ученые уверяли, что она станет для всех новой Землей. Однако люди боялись сделать первый шаг. Пятьсот лет они дрейфовали по космосу в комплексе «Новая Земля», а память о родной планете еще не стерлась и горела в глазах. Поэтому операция Икара и Винса носила такой важный характер. Они поставят точку и перелистнут страницу, открывая новые горизонты для человека. Спустя пятнадцать минут они уже сидели в светлом, практически белом кабинете. Радио лениво вещало утренние новости и желало хорошего дня всем жителям станции Олимп. Вообще вся Олимп походила на больницу. Комплекс «Новая Земля» состоял из трех станций: Олимп, Эдем и Терра. Эдем была предназначена для высших людей, там сидело правительство, выдающиеся деятели искусства, лучшие из исполнителей. Все мечтали туда попасть. Олимп же была направлена на научные исследования, здесь проживало около восьмидесяти процентов ученых различных сфер и люди, что их обслуживали. На Терре трудились рабочие, производя всевозможные продукты. Эта станция была похожа на город, пыльный и захламленный. В кабинете директора было душно и всегда пахло чем-то сладким. Директор был тучным мужчиной, которому минул девятый десяток, он ходил медленно, громко пыхтя и вытирая лоб платком. — Я надеюсь, вы понимаете всю важность миссии, что вам поручена, — голос его раскатистым басом разливался по комнате. — Вы лучшие из тех, с кем мне представилось работать, поэтому ответственны за все, что произойдет за пределами станции. Я надеюсь, вы меня не подведете. Завтра в восемь часов утра вас будут ждать на взлетной площадке. Лететь предстоит три дня. После приземления вы обязаны связаться с нами. В случае поломки за вами прилетит эвакуационная служба. Уяснили? Последнюю фразу он выкинул с особой резкостью, отчего парни едва заметно вздрогнули. — Да, сэр! Он слабо опустился на стул и прикрыл глаза: — ИА9/384, НВ8/012, пожалуйста, сделайте все как надо...