Эра Новой Земли

Суматоха поглотила и без того короткое утро. Все сновали, словно муравьи, торопились, занятые своей собственной важной задачей. Икар плохо спал и был очень нервным, когда будильник поднял его утром. Кофе привел его в порядок, растормошил сонный разум и подарил спокойствие. На площадке уже ждал Винс. Он был порядком возбужден, и в голосе его слышался восторг. Он что-то увлеченно рассказывал роботу-андроиду, стоявшему рядом, и широко размахивал руками. Увидев Икара, он чуть ли не ринулся к нему: — Ты можешь в это поверить?! Мы летим на Землю! Икар лишь слабо улыбнулся и покачал головой: — Кто это с тобой? — парень кивнул на робота. — А! Это… — RA9/083, сэр, — железным голосом проговорил появившийся буквально из ниоткуда андроид. — Я прислан для того, чтобы помочь вам в выполнении миссии, сэр. Вы можете звать меня как пожелаете. Икар поджал губы и коротко кивнул, как бы здороваясь с новым членом команды. Его и новый мир разделяла лишь пара мгновений. Вот они садятся в корабль. Пристегивают ремни. Три. Два. Один.

Взлет.

Мотор заревел, будто разъяренный зверь, и корабль отправился в бескрайний космос. Еще каких-то три дня лету — и они на Земле. Затем еще день — и наступит новое тысячелетие. Икар прикрыл глаза. Он вершит историю.

* * *

Они приземлились мягко. Настолько мягко, насколько это было возможным. Двигатели издали пронзительный вой, и весь корабль задрожал, словно промокший зверек. После все затихло, молчание обрушилось на экипаж. Никто не говорил ни слова, не издавал ни звука. Все молчали, боясь даже пошевелиться. Икар поднялся первым. Он надел защитный костюм, легкий, но плотный, чтобы химикаты не повредили кожу. Затем взял устройство, похожее на наушник с ободком, закрепил все ремни и нажал на кнопку. Устройство коротко пискнуло, и на лице Икара появился шлем. Когда Винс сделал то же самое, Икар прокашлялся и проверил встроенный микрофон. Винс прекрасно его слышал, а значит, все работало исправно. Икар стоял посреди корабля, не зная, что делать. Вдруг паника охватила его. Он кинулся к пульту, проверил координаты, затем хотел связаться с домом, но связь не работала. Ему стало еще страшнее. Он сжал челюсти, а затем больно укусил себя за язык. Сейчас или никогда. Мужчина так же резко направился к выходу и нажал на кнопку. Шлюз открылся, перед ними предстала Земля. — Это один маленький шаг для человека, но гигантский скачок для всего человечества, — сказал он, и Винс заулыбался от такой необходимой сейчас цитаты. Икар сделал шаг. Затем еще. И еще. Еще шаг — и он оказался на пустой горячей Земле. Она одиноко тлела в углях собственных катаклизмов, и ничего уже не могло её спасти. Не такую Землю они видели в книгах и учебниках, не такой она была даже тогда, когда люди покинули её. Здесь не было гор мусора, мутантов, здесь не было ничего. Бескрайняя пустота, выжженная земля и тучи, плотные и тяжелые. Дело близилось к буре. Тучи огромным одеялом накрыли все небо и только чернели и чернели. Оттого-то связь и не ловила. Среди черноты туч можно было разглядеть болотное небо с желтыми вкраплениями. Было ужасно жарко и душно из-за таких облаков, и Винс, будто уловив мысли Икара, ответил: — Это… Парниковый эффект. Из космоса я уж было подумал, что мы летим на Венеру. Икар ничего не ответил, лишь двинулся дальше. Гроза была совсем не такой, как в книгах. Не поднимался ветер, не качались деревья, и в воздухе не пахло той свежестью, которая обычно бывает. Честно говоря, Икар был сейчас невероятно рад, что скафандр защищает его от запахов. Он подкрутил фильтр с кислородом у себя на спине, потому что почувствовал, как задыхается. Такие хитрые приспособления помогали получать нескончаемый запас кислорода, так как все вредные вещества на планетах, подобных Земле, фильтровались и превращались в нормальный воздух, которым дышит человек. На планетах без атмосферы такие фильтры, к сожалению, не имели смысла. — Мы должны были отправить сообщение домой и записать пробную трансляцию, ведь завтра уже нас покажут на телеэкранах, — вклинился в разговор RA9. — Ты видишь возможность связаться с домом, Девятка? — нервно бросил Икар. — Винс, переведи его в режим бортового компьютера. — Боюсь, это невозможно, сэр, — продолжал робот. — Только хозяин может давать установки системе. Икар ничего не ответил, лишь сильнее разозлился. Роботы, а особенно андроиды, которые являлись прототипами людей, его безумно раздражали. Сильнее только раздражал тот факт, что правительство могло вести слежку через подобные экземпляры, в частности через RA9. Благо, даже при желании он сейчас не мог передавать информацию из-за погодных условий. Они шли уже больше получаса, и за это время практически не говорили. Очевидно, что нужно было найти место, куда хуже, чем то, где они приземлились, ведь так люди бы не поверили в неизбежность колонизации Энцелада. Винс же был настроен серьезно, пару раз он останавливался, чтобы взять образцы для анализа. Несмотря на свое происхождение, он пылал внеземной во всех смыслах любовью к Земле и всей истории человечества. Винс надеялся найти хоть один водоем, чтобы анализы и заключение были более точными. Ветер усиливался, поднимая пески и ураганы. Вдруг послышался рокот, протяжный, тяжелый, и сиплое дыхание старых моторов. Икар остановился, а рука его машинально потянулась к оружию. Большая дряхлая машина остановилась прямо рядом с ними. Откинулась крыша, и сверху показался человек. Его пыльные волосы раздувал ветер, повязка закрывала нос и рот от химикатов, а на глазах были очки на кожаных ремнях с толстым и грязным стеклом. Человек направлял оружие на отряд и напряженно смотрел. Он что-то грозно крикнул на своем. Его голос был еще по-мальчишески высоким, но уже хриплым. Икар достал переводчик и судорожно стал вводить тот язык, на котором говорил парень. Винс сделал шаг вперед и тихо сказал: — Volumus pacem… Мальчик нахмурился и лишь крепче схватился за автомат. Он его не понял. RA9 не был оснащен ничем, кроме шокера, который держал наготове. Икар к тому времени нашел на устройстве нужный язык и громко крикнул: — Не стреляй! Мальчик оторопел, он чуть отодвинул от себя оружие, но через мгновение сильнее прежнего за него схватился. — Назови хоть одну причину, почему я не должен этого делать… — Мы, — Икар медлил, — мы можем вам помочь! Землянин не двигался, он долго и пристально смотрел на приезжих, и даже под толстым стеклом виднелся его жесткий взгляд. Он опустил автомат, сел в кабину и открыл им дверь, ведущую в тесный фургон. Мальчик опустил стекло в окне и крикнул: — Залезайте. Сейчас буря начнется. Исследователи повиновались, но, как только RA9 собрался ступить на борт, механические двери плотно закрылись. — Все, кроме консервных банок. Икар кивнул андроиду и велел тому оставаться на корабле и ждать. Робот не мог не повиноваться, учитывая, что мальчик уже нажал на газ и ехал вперед. Винс настроил свой коммуникатор и теперь тоже мог понимать, что говорит землянин. Он первый нарушил тишину, что налипла на них паутиной. — Куда мы едем? Мальчик ничего не ответил, вместо этого сильнее вдавив педаль газа в пол. Винс повторил вопрос, и мальчик ссутулился, напрягшись. Винс оставил свои попытки завести разговор. Через какое-то время послышался тонкий голос: — Дальше от ям. — Что? — Мы едем дальше от ям, — процедил мальчик, — там опаснее всего. Они проехали еще километров пятьдесят в тишине, свернули несколько раз и теперь съезжали по горному серпантину; оказавшись в низине, приезжие разглядели поселение где-то на пару тысяч человек. Ветхие покосившиеся домики стояли неровно, будто городок не был спроектирован заранее, а произвольно рождался по желанию людей. Улицы были практически стерты, такое хаотичное расположение домиков делало деревушку похожей на селение племени. Мальчик нажал на тормоз и буквально прыжком выбрался из машины. Он сорвал с глаз очки, стянул повязку на шею, и та приняла вид шарфа. Икар и Винс тоже вышли, но теперь их вниманием завладел не город, а именно этот мальчик. Он был очень юн, его красивое детское лицо было грязным от пыли, отчего смуглая кожа делалась ещё темнее. Он выглядел смертельно уставшим, круги под глазами были черно-синего цвета, худенькое тело было все в синяках и царапинах, и только глаза горели невероятным желанием жить. Светлые, яркие, они будто не принадлежали этому телу, в них было все то детское, что когда-то исчезло из этого мальчика: надежда, любовь, мечты. Его голубые глаза были похожи на то небо, что люди когда-то уничтожили, на те моря и реки, которые они загрязнили. В его глазах отражалась Земля, родная планета, которую ещё не успели убить. Мальчик слегка оробел от таких пристальных взглядов, но потом снова нахмурился, отчего на лбу появились пыльные складки, и вытер грязной рукой лоб. — За мной. Я отведу вас к Главе. — Стой, — опешил Икар, — как тебя зовут? Мальчик потупил взгляд, а после коротко и тихо сказал: — Адам. И не отставайте, не хочу, чтобы такие неженки, как вы, умерли до того, как Глава увидит вас.