Надежда умирает последней

POV Фред. Темнота окутала все вокруг. Я ничего не понимал. Вокруг будто бесконечное пространство. Что бы я ни делал, я не мог отсюда выбраться. Здесь не было ни места, ни времени. Я будто был подвешен в воздухе, а если точнее сказать, в вакууме, ведь необходимость дышать отсутствовала. Я не чувствовал своего тела, его не было. Такая неопределённость раздражала. Спустя неопределенное количество времени все вокруг начало светлеть. В конце концов стало совсем светло. От этого стало еще хуже, ведь яркий свет бил прямо в глаза. А так как я и их не чувствовал, то закрыть их не представлялось возможным. Я не чувствовал свое тело, зато прекрасно чувствовал как бьется сердце. «Пик… пик… пик…» Странные звуки звучали в такт моему сердцебиению. При этом было ощущение, что приглушенное пищание исходило откуда-то далеко. И опять же я убеждался, что все это место похоже на вакуум. Затем послышались неразборчивые голоса. Постепенно они становились все ближе и четче. На данный момент я смог разобрать, что разговаривают два человека: один из них мужчина, а другая женщина. Я попытался услышать, о чем они разговаривали, но безуспешно. Когда я уже сдался, голоса стали громче и мне вдруг показалось, будто они рядом. Все, что они говорили, стало понятно. - Что с ним? Этот мужской голос показался мне ужасно знакомым. Я попытался вспомнить хоть что-то, но память как будто стерли. - Мы не знаем, что с вашим братом. Но состояние у него стабильное. Мы подключили его к маггловскому аппарату, чтобы было легче следить за изменениями. Пока что мы бессильны,- ответил женский голос. Братом? Кто это может быть? Билл, Чарли, Перси, Рон, Джинни или же Джордж? Джордж. Все ли с ним в порядке? Столько вопросов в голове и ни одного ответа. Только сейчас я понял, что если я не смогу вернуться в реальность и выйти из этого непонятного состояния, то Джордж так и не узнает то, что я хотел ему сказать. Я столько раз обещал себе, что все расскажу ему, но каждый раз трусил. Я ведь догадывался, что я не безразличен Джорджу, а все равно молчал. Дурак! Я до сих пор помню тот момент, когда все началось. Через два дня после Святочного бала, на истории магии я как обычно заснул. Вот тогда-то я и вспомнил, что произошло тем вечером в нашей спальне. Поначалу меня смутил тот факт, что я вообще занимался сексом со своим братом. И только потом до меня дошло, что Джордж согласился добровольно. Целую неделю я ходил, как вареный овощ и не хотел верить в то, что Джордж испытывает ко мне какие-то чувства. Затем я просто напросто смирился. Я был уверен, что мой брат не будет затрагивать эту тему. Время от времени в мою голову врывались непрошеные мысли. Каждый раз, когда я обнимал Джорджа, то сразу вспоминал, что я ему симпатичен, но продолжал обнимать. Даже, несмотря на это неловкое обстоятельство, мне было все равно приятно тискать братца. Позже у Джорджа появилась девушка, и я облегченно вздохнул. Он проводил с ней очень много времени, но при этом, не забывая про меня. Я был искренне рад за него. Тем более, что неловких взглядов Джорджа в мою сторону стало гораздо меньше, что не могло не радовать. Но не тут-то было. Однажды ночью, я как обычно встал часа в два, потому что услышал стоны. Джорджу опять снился кошмар. Почти каждую ночь я вставал и следил за ним, и этот раз был не исключением. Я сел на край кровати, положил свою руку на плечо Джорджу и стал успокаивающе гладить. Через какое-то время стоны прекратились, и Джордж опять тихо посапывал. Что на меня тогда нашло, до сих пор не могу понять. Я наклонился и прикоснулся своими губами к губам Джорджа. И тут как будто прилип. Каждый раз, когда вспоминаю, становится смешно. Я просто смотрел на закрытые глаза Джорджа и не мог оторваться. Я осторожно провел языком по губам брата и тут же резко отстранился, боясь, что кто-нибудь проснется и увидит. Всю ночь не мог заснуть, думал, что это было. Больше я так не делал, но может быть пару раз. После этого неловкого поцелуя я и начал ревновать своего брата. Я не показывал этого, но каждый раз, когда утром я видел Джорджа в обнимку с Кэти, так и хотелось устроить какой-нибудь скандал. Такая картина вызывала во мне море эмоций. Иногда мне казалось, что я ненавижу Кэти, но ведь это было неправильно, поэтому я старался успокоить себя. Так и продолжались мои мучения. Я все также успокаивал Джорджа ночью и, смотря на такого беззащитного братца, иногда поддавался желанию и опять целовал его. Осторожно, чтобы не разбудить. В такие моменты я начинал желать большего. Хотелось разбудить Джорджа, чтобы он ответил на поцелуй. Почему я тогда так не сделал? Иногда мне казалось, что если Джордж ни о чем не догадывается, наоборот хорошо. Я обнимал, брал его за руку, спал с ним в одной кровати. Мне так это нравилось, и я ничуть не смущался. В отличие от брата. Всякий раз Джордж краснел и сжимался. Это зрелище мне тоже очень нравилось. Я бы все отдал, чтобы хоть на минуту возвратиться в реальность и сказать Джорджу, все, что я так долго скрывал от него. Минуту, чтобы в последний раз посмотреть в такие любимые голубые глаза. Я до сих пор не могу принять то, что я не могу ничего рассказать, а лишь находиться здесь в подвешенном состоянии, где-то между жизнью и смертью. Почему я должен торчать здесь и мучиться от неизвестности? За что я так провинился? Вокруг меня опять послышались какие-то звуки. Кто-то подвинул стул. Затем я почувствовал, как меня взяли за руку, переплетая пальцы с моими. Это прикосновение также было очень знакомо, и теперь я уже был почти на сто процентов уверен, кто это. Я хотел сжать пальцы в ответ, но не мог. Через пару секунд я услышал тихие всхлипы. Как же хотелось что-нибудь сделать, а не находиться в этом дурацком положении. Сейчас я мог поклясться, что сердце стало биться чуточку быстрее, а вместе с ним и ускорилось непонятное пищание. Сейчас мне вдруг стало интересно, сколько я здесь уже нахожусь. А сказать этого никто не мог. Все это начинало казаться забавным. Еще чуть-чуть и я свихнусь. Так продолжаться не может. Тишина была мучительной. Она давила на уши, заставляя сходить сума. Человек, державший меня за руку, плакал. Слезы падали прямо на запястье. Радовало то, что я до сих пор чувствую. Хоть какой-то проблеск среди всего этого безумия. Казалось, что так и до галлюцинаций не далеко. - Фредди, ты слышишь меня? Голос отвлек меня от мыслей. Джордж! Это точно был Джордж. Его голос я ни с кем не спутаю, пусть даже такой осипший. Как же хотелось подать хоть какой-то знак, чтобы он знал, что я все еще здесь. Осознание того, что с ним все в порядке успокаивало. И теперь несмотря на то, что неподвижно лежу и не могу двинуться, я счастлив, что Джордж рядом со мной. Вот если бы он еще не плакал. Еще секунду назад я был готов согласиться на смерть, лишь бы не мучиться, но сейчас - я не знаю, как - я был готов бороться за жизнь. - Глупый вопрос, ты ведь все равно не можешь ничего сказать,- опять всхлип,- А вот я хочу тебе кое-что сказать. Уже, наверное, поздно, но все-таки. Почему я не сделал этого раньше? Трус, вот кто я. Думал, что ты отвернешься от меня, когда я скажу правду. А теперь ты даже этого не можешь сделать. Если бы я мог, то наверняка сейчас плакал вместе с Джорджем. Не представляю, как ему сейчас тяжело. Я хотел кричать, дергаться, я уже не мог лежать спокойно. - Фред, мне тебя не хватает,- еще одна слеза упала на руку,- Я бы сделал все, что угодно, только бы ты сейчас оказался рядом живой и здоровый. Нет, ты, конечно, еще живой. Просто никто ничего не знает. Не знает, как вернуть тебя. Я бы отдал свою жизнь за тебя,- секундное молчание,- Хотя нет. Я не хочу обрекать тебя на такие же страдания, как мои. Джордж замолчал. А я был в полном оцепенении. Я должен пытаться выбраться отсюда. Не знаю как, но должен. Я же ведь еще не умер, значит, еще есть выход. Не просто же так меня оставили в этом беспространственном месте. - Что я все о себе, да о себе. Знаешь, мама сегодня утром приходила. Ты лежишь здесь уже три дня. Я пришел в десять часов вечера и только сейчас меня сюда пустили. Я останусь с тобой на ночь, надеюсь, ты не против. Мне, конечно, было приятно слышать, что у них все в порядке, но сейчас мне было важнее другое. Джордж опять ушел от темы. - Черт, опять я трушу. Даже, когда ты сейчас лежишь здесь, мне все равно трудно это сказать. Но надо. Фред, ты самый дорогой человек для меня,- Джордж шумно втянул воздух. - Фред, я люблю тебя. Теперь сердце бешено колотилось. Я почувствовал, как мои губы накрывают соленые губы Джорджа. Пищание стало почти сливаться в единый звук, но потом медленно выравнивалось. В какой-то момент я наконец-то ощутил себя в своем собственном теле, но двигаться я все равно не мог. Я кое-как раскрыл губы, чтобы поцеловать Джорджа. Он резко отпрянул и шокировано посмотрел на меня. Я улыбнулся, и тут же из глаз ручьем полились слезы. Это были слезы счастья. Джордж, нервно всхлипывая, набросился на меня с объятиями и поцелуями. Я, наконец, смог нормально поцеловать его. Мерлин, как же это классно! Джордж неловко и робко разжал губы и позволил моему языку проникнуть к нему в рот. Все это просто сводило меня с ума. Ощущение, будто я и не лежал минут назад и не могу даже глаза открыть. Я был готов целовать Джорджа вечно, но легкие протестовали и требовали воздуха. Я отстранился от него, глубоко вздохнул и сказал всего три слова, которые хотел произнести долгое время. - И я тебя люблю.