Артефакт

– Я схожу, заберу Молли и вернусь… – Сэм осекся, удивленно уставился на Каина, сидевшего слева от него, потом на свои руки, и снова на Каина. Тот выглядел не менее ошеломленным, и это парадоксальным образом успокаивало, давая надежду, что он не сошел с ума. – Это же уже все было, верно? Рей? Он обернулся назад и похолодел от ужаса. Рей навзничь откинулся на спинку сидения и тяжело дышал. Его глаза были прикрыты, из уголка рта тонкой ниточкой тянулась слюна, грудь приподнималась рваными, неравномерными толчками. Сэм в мгновение ока перебрался к нему назад, оставив грязные следы на светлой обивке, но ему было в высшей степени плевать. Он схватил Рея за руку и попытался нащупать пульс. – Твой рюкзак, быстро! – велел ему Каин, перегнувшись через спинку. Сэм зашарил под ногами, выудил искомое и бросил его Каину. Тот, покопавшись в нем с полминуты, протянул Сэму небольшой флакон. – Налей ему в рот половину. Ну, чего ждешь? Спрашивать, что это, Сэм даже не стал. Он откупорил флакон, аккуратно разжал Рею рот и щедро плеснул внутрь содержимое пузырька. – Полегче! – одернул его Каин. – Это тебе не витаминки! – Что случилось? – спросил у него Сэм, встревоженно вглядываясь в порозовевшее лицо Рея. – Мы пошли в отель, напоролись на засаду, эта тварь убила Молли, а потом… – Потом твой друг слетел с катушек, – холодно процедил Каин, и Сэм едва не отшатнулся под его взглядом. – Ты видел, что он сделал? – Они убили Молли! – почти выкрикнул ему в лицо Сэм, страшась приговора, который прочитал в его глазах. – Ты говорил, что Артефакты логичны, как машины, что они действуют во имя общего блага! Рей не такой! Просто ему было больно! Неужели это не доказывает тебе, что он не твой брат?! Каин вздрогнул, словно бы Сэм его ударил. На мгновение его лицо стало безжизненной маской, а потом он глухо, без тени веселья рассмеялся. – Это уж точно, – сказал он и отмахнулся от собиравшегося извиниться Сэма. – Он вытащил нас оттуда. Просто взял и отмотал реальность назад. Чертов всемогущий пацан. Я до сих пор чувствую, как эти молнии входят в мой живот… – Прости, – донеслось до них очень тихое, и Сэм порывисто обернулся к начавшему приходить в себя Рею. – Я бы сделал это раньше, если бы знал как. Я до сих пор не понимаю, как все это вышло. – Ты хотел спасти нас всех, – пожал плечами Каин, и его лицо вновь приняло обычное насмешливое выражение. – Магия просто подчинилась твоему желанию. Тоже мне бином Ньютона. – Что? – не понял Сэм, но Каин проигнорировал его вопрос. Он извлек из кармана поврежденный револьвер и протянул его Рею. – В этот раз ты отменил время, вернул нас в тот отрезок, где все были живы, – сказал он мальчишке, который слушал его словно самого Господа Бога. – Теперь отмени событие. Давай, парень, верни мне должок. Сделай так, чтобы он снова был целым. Рей взял револьвер в руки, задумчиво покрутил его, рассматривая со всех сторон, и с расстроенным видом протянул обратно Каину. – Я не знаю, что делать. – А тебе и не надо ничего делать, – усмехнулся тот. – Просто представь его таким, как он был. Рей на мгновение прикрыл глаза и зашевелил губами, будто проговаривая что-то про себя. Его аура полыхнула белым, ослепляя, а когда свет исчез, Сэм едва сдержал удивленный возглас. – У меня получилось? – пораженно поинтересовался Рей, будто сам не верил своим глазам. Каин, хмыкнув, забрал у него из рук абсолютно целое оружие и, придирчиво оглядев, спрятал в карман. – Так-то лучше, – удовлетворенно кивнул он. – А сейчас надо решить, что делать. В отеле засада, это мы знаем. Парень, вдобавок, опустошен, ему сильно досталось. Сперва выплеск в номере, потом перенос во времени… Ему нужно пару дней, чтобы восстановиться, или он сожжет сам себя. Сменим тактику? Надо затаиться. – Мы не можем бросить Молли! – возмущенно вскинулся Рей, и Каин бросил на него взгляд, способный испепелить на месте. – Но ты же видел, что они с ней сделали! – И не хочу видеть, что они могут сделать с нами, – возразил Каин. Он посмотрел на Сэма. – Я не подготовлен. У меня в запасе не так много заклинаний, которые можно применить налету. Вы свалились как снег на голову, я сегодня даже не собирался выходить из дома, а уже лишился слуги, дома и… Он осекся на полуслове, посмотрел вверх и вдруг цепко ухватил Сэма за плечо. – Из машины, быстро! – заорал он, но Сэм и сам уже почувствовал опасность. Он схватил Рея за шиворот и резко потянул на себя, другой рукой открывая дверцу. Рюкзак мешался под ногами, сковывая движения, и Сэм сильно врезался плечом, выбираясь наружу. Асфальт ударил по коленям, Рей неуклюже навалился сверху, мешая встать, и Сэм пополз, волоча его за собой. В спину ударила горячая упругая волна, распластывая по земле. В рот набилась пыль, смешиваясь с кровью, сочившейся из разбитой губы, в голове при каждом ударе сердца взрывался небольшой фейерверк. Сэм, борясь с головокружением, попытался приподняться, и едва снова не уткнулся носом в асфальт. Его резко потянули за плечо, помогая встать. – Давай же! – словно издалека, приглушенно, услышал он голос Каина. Тонкие горячие пальцы вкрались в его ладонь и крепко сжали, и Сэм ответил пожатием, радуясь, что с Реем все в порядке. Каин ухватил его за подбородок, внимательно вгляделся в его глаза, а потом несильно хлопнул по щеке, вызвав в голове взрыв осколочной гранаты. – Жить будешь, – констатировал он. – В отличие от Матильды… Сэм оглянулся. Даже объятый пламенем, Хаммер все еще был прекрасен, несмотря на смятые огненной магией крышу и капот. Огненная магия… Сэм попытался сделать вдох – и не смог. Его словно бы парализовало: как кролика под взглядом удава, и он не мог ни пошевелиться, ни произнести ни слова. Впрочем, даже если бы и мог, это бы ничего не изменило. – У нас гости, – промурлыкал Каин, делая шаг вперед и доставая револьверы. – Вот же неугомонный народ. Ждать, когда объявятся все, он не стал. Выстрелом снял парня, появившегося из-за развороченного капота Хаммера, вторым – того, кто шел за ним. Их Сэм не знал, они были довольно молоды, да и он не много общался с представителями рода Змеи десять лет назад. Чьи это были воплощения? Не все ли равно? Все лица теперь сливались в одно единое лицо врага. Интересно, Кристи была среди тех, кто ждал его в отеле? Сэму очень хотелось думать, что нет. Он оттеснил Рея за спину и обнажил клинок, готовясь встретить тех, кто ускользнет от внимания Каина. Рядом в опасной близости взметнулись языки пламени, глаза хлестнуло колкой едкой пылью. Сэм закашлялся, заморгал, щурясь от выступивших слез и боли, и остервенело потер лицо, восстанавливая зрение. Собственная магия работала плохо, неровно, обильно поставляя ему обрывки чужих воспоминаний и эмоций. Все вокруг фонили, коротили контакты его разума, и только теплая рыжая аура за спиной не давала сорваться. Нового нападавшего он даже узнал – не по лицу, по Искре. С наслаждением полоснул его кинжалом по руке, заставляя отступить, а тот вдруг внезапно захрипел и осел на подогнувшихся ногах. На его груди расплылось алое пятно. Сэм несколько секунд таращился на кровь, ощущая, как затухает чужое сердцебиение, а потом, очнувшись, нашел взглядом Каина. – Уходим, – беззвучно, одними губами проговорил тот, указав в сторону проулка за их спиной. Сэм согласно кивнул и повернулся к Рею. Тому и вовсе ничего не пришлось объяснять. Понятливый мальчишка. Переулок упирался в двухполосную дорогу, у края которой стояло несколько припаркованных машин. Сэм, наскоро оценив каждую, бросился к старенькому форду, поблескивавшему в лучах восходящего солнца пыльными боками. Каин, сделав несколько выстрелов в сторону, откуда они пришли, поспешил за ним. – Без сигнализации, – одобрил он его выбор и, перехватив револьвер за дуло, коротким хлестким ударом разбил водительское стекло. Сэм распахнул заднюю дверцу и впихнул внутрь растерянного и напуганного Рея. А сам плюхнулся на пассажирское место ровно в тот момент, когда Каин сумел завести двигатель. – Бурная молодость? – не удержался Сэм, косясь на скрутку проводов под рулем. Каин шало сверкнул глазами и резко бросил машину в бок, уходя от столкновения с летящим на них мусорным баком. – И не лень же им… – Им? – хмыкнул Каин. – Им настолько не лень, что у нас на хвосте теперь обе Семьи в полном составе. Ну, – поправился он, – уже не совсем в полном. Кое-кого мы все-таки достали. Но расклад явно не в нашу пользу. Что будем делать, контрактер? У тебя есть еще гениальные идеи? – Твоя задача, как и раньше – защитить Рея, – помолчав, ответил Сэм. – Не разменивайся на меня, я смогу постоять за себя. Защищай его. – Хватит! – срывающимся голосом выкрикнул Рей, и Сэма хлестнула боль, сквозящая в его крике. – Я не хочу этого! Плевать, пусть они уже убьют меня, только… – его голос сорвался на шепот, – только заберите у них Молли. И выживите сами. – Сколько тебе лет, парень? – внезапно доброжелательно поинтересовался Каин. Сэм видел, что он встревоженно поглядывает в зеркало заднего вида, но его голос звучал спокойно и расслабленно. – Пятнадцать, – растерялся Рей от неожиданного вопроса. Каин широко улыбнулся, показав все тридцать два зуба. – Голосовать в этой стране можно с восемнадцати, значит ты в пролете. На повестке дня предложение: сдаться на милость победителя, вручить им тебя в качестве контрибуции и смирно влачить дальше жалкое существование. Кто за? Рей демонстративно поднял руку, и Сэм не менее показательно опустил ее обратно. Каин, наблюдавший за этой пантомимой в зеркало заднего вида, одобрительно хмыкнул. – Кто против? – поинтересовался он, поднимая руку. Сэм последовал его примеру. – Отлично. Единогласно против! – Вы не понимаете! – Рей едва не плакал, с трудом сдерживая злые слезы. – Я не смогу сейчас вернуть все обратно, если вы умрете! Я не хочу, чтобы вы умирали! Мне не нужна эта сила, от нее одни проблемы! Я не хочу быть Артефактом, я хочу быть просто самим собой! Из-за меня погибли мама с папой, Молли, а теперь еще и вы! Да как вы не понимаете! – Мы все понимаем, – мягко произнес Каин, и его взгляд на мгновение стал теплым. – Именно поэтому мы и здесь. Ну, – рассмеялся он, – я еще и потому, что мне за это платят. Но ты слишком хорош для них, парень, – добавил он жестко, разом посерьезнев. – И я им тебя не отдам. Сэм молча поддержал его кивком, ему было нечего добавить. У Рея на глазах заблестели слезы. – Это так глупо, – прошептал он, и Сэм, не удержавшись, протянул руку и потрепал его по волосам. – Все будет хорошо, – тихо произнес он древнюю как мир мантру, которую так любят твердить матери своим детям. – Все будет хорошо… В глубине души он и сам не верил в это. Каин, судя по его взгляду, тоже. – Нам надо передохнуть, – сказал он, снова поглядывая в зеркала. – Рею нужно восстановиться, а мне – поспать. Я бессмертный, но не двужильный. А потом я создам пару големов, и дела у нас пойдут получше. – Типа Маджести? – обрадовался Сэм. Каин скривился, как от кислого. – На Маджести у меня ушел месяц, – огрызнулся он. – Она была произведением искусства. Нет, сейчас нам пойдет что попроще. Даже с внешностью не буду заморачиваться, возьму нечто примитивное за образец. Тебя, например. Сэм не счел нужным отвечать на подначку. В одном Каин безусловно был прав – им требовалась передышка. – Еще один отель? – поинтересовался он. Каин мотнул головой. – В отеле мы привлечем внимание, а это лишнее. Я всегда знал, что однажды влипну по-крупному, – грустно усмехнулся он и свернул на узкую улочку, – поэтому предусмотрел варианты. Это не Убежище, конечно, но лишний раз прибегать к магии я бы не стал. Нас сейчас разыскивают лучшие ищейки в мире. Сэм вспомнил про Койота и был вынужден согласиться. Этот редко сбивался со следа, если смог на него встать. Да, времени у них было не так много. Машина нырнула вправо и скользнула в подземный гараж. Каин притормозил, огляделся, словно ища ориентиры, а потом, радостно хмыкнув, двинулся дальше, держась левее, и вскоре припарковался между синей Тахо и распластанным низеньким Астон Мартином. – Выходим, – коротко скомандовал он, и все молча подчинились. Вслед за Каином проследовали к лифту, поднялись на пятый этаж, прошли по пустому коридору и остановились около пустой стены. Сэм вопросительно выгнул бровь. – Отсюда отправляется поезд в Хогвартс? – поинтересовался Рей, и Сэму пришло в голову, что парень чувствует себя хуже, чем выглядит. – Нам придется пройти через стену, а там платформа девять и три четверти? – Что ты несешь? – изумился Сэм, борясь с желанием пощупать парню лоб. – Ты ведь был десять лет в отключке, – с издевательским сочувствием покачал головой Каин и приложил ладонь к стене. Поверхность дрогнула, пошла рябью, а потом под слоем выцветшей краски проступил отчетливый контур двери. – Мир за это время очень изменился… Вот мы и дома. Не Хогвартс, конечно, зато и привидений в туалете нет. – Даже не хочу знать, о чем вы, – замотал головой Сэм и следом за Каином вошел в небольшую почти пустую квартиру. Внутри оказались две спальни, гостиная с диваном и огромным телевизором на стене, ванна и крошечная кухня, годная лишь на то, чтобы вскипятить чайник, которого, впрочем, тут не было. Сэм быстро сунул нос в каждую из комнат, а потом позвал Рея, так и застывшего на пороге. – Ты будешь спать здесь. Каин в соседней комнате, я – на диване в гостиной. Отдыхаем четыре часа, потом решаем, что делать. – Хорошо, – послушно кивнул Рей, и его апатия очень не понравилась Сэму. Он схватил мальчишку за руку и развернул к себе. – Ты ведь не собираешься делать ничего глупого? – с нарочитой угрозой в голосе поинтересовался он. Рей глянул на него во все глаза, а потом прыснул со смеху. – Меня подташнивает, – признался он, и Сэм отпустил его руку. – Думал, прошло, а вот… И лекарства больше нет. Вот я и расстроился. – У меня есть тайники, – успокоил их Каин, подойдя ближе и ненавязчиво вплетя пальцы в шевелюру Рея. – Все, давайте спать. – Будем сторожить по очереди? – спросил Сэм, когда за Реем закрылась дверь. Каин мотнул головой. – По периметру радиусом в километр расставлены мои датчики, – сказал он и, присев на диван, от души потянулся, хрустнув суставами. – Они разбудят меня, если кто-то хоть с малейшим следом Искры покажется рядом. Так что спи спокойно, нам можно не опасаться угрозы извне. Спи спокойно, быть может это твой последний сон, – зубасто улыбнулся он. – Помни, контрактер, если ты умрешь, твоя Искра станет моей. Не торопи этот момент. – Я не шутил, – не обращая внимания на его издевку, произнес Сэм, и лицо Каина стало тусклым и невыразительным. – Защити Рея любой ценой. Если я умру – не страшно. Возьми мои силы и воспользуйся ими. Обещаешь? – Мы заключили сделку, – пожал плечами тот и отвернулся к спинке дивана, показывая, что разговор закончен. – Признаться… я бы предпочел выпить с тобой где-нибудь в баре, а потом от души начистить морду, и потом снова выпить, нежели забирать твою жизнь. Но даю тебе слово: я защищу этого мальчишку. – Меньшего я и не жду, – кивнул Сэм, глядя ему в спину, а затем, не дождавшись реакции, направился к себе в комнату, уступив место в гостиной Каину. Он и не замечал, как сильно устал, пока не вытянулся на кровати и не закрыл глаза. Сон навалился на него сразу, не оставив ни единого шанса. Минута – и Сэм уже крепко спал. Разбудил его резкий толчок. Сэм мгновенно вынырнул из забытья и, распахнув глаза, встретил встревоженный взгляд склонившегося над ним Каина. – У нас гости, – без обиняков пояснил тот, и Сэм вскинулся, едва не врезавшись лбом в его подбородок. – Но это не самое худшее… Сэма будто окунули в кипяток. Он отчаянно замотал головой, не желая слушать, что ему собирается сказать Каин, но уже прекрасно зная: Рей совершил огромную глупость. Рей, который вчера вроде бы успокоился и принял как должное то, что они оставили Молли в отеле. Рей, спокойный и собранный, будто даже не расстроенный. Рей… Упрямый и преданный Рей, будто он мог оставить своего друга на произвол судьбы. Как, почему он не понял этого сразу? – Рей сбежал, – Каин произнес вслух то, что Сэм уже прекрасно почувствовал и так. В соседней комнате было пусто и холодно, в ней не осталось и следа жгучей, ярко-рыжей ауры мальчишки. Упрямый дурак! – Как будто он тут такой один, – фыркнул Каин, и Сэм понял, что в пылу праведного гнева перекинул ему свои эмоции. – Что будем делать? Пойдем за ним – приведем за собой весь клан Змеи. Они не слезут у нас с хвоста, как ни старайся. Задержимся, чтобы разобраться с ними – потеряем парня. – Значит, надо сделать и то, и другое, – негромко произнес Сэм, и Каин нахмурился. – Ты пойдешь за Реем и спасешь его, как мы и договаривались. А я останусь тут и задержу змеенышей. Как сможешь – вернешься за мной. Или я вас нагоню. – Один против всей Семьи? – едва не выплюнул ему в лицо Каин. – Что ты несешь? Ты не продержишься и пяти минут! – Значит, у тебя будут лишние пять минут, – Сэм поднял на Каина спокойный, безмятежный взгляд, и лицо наемника исказилось. – Твоя задача – спасти Рея, Чистильщик. Кроме того, – он усмехнулся и сделал шутливый жест, будто бы доставал из шляпы кролика, – у меня еще есть в запасе пара козырей. Не волнуйся за меня. – Мне не нравится эта идея, – ворчливо отозвался Каин и, выпрямившись во весь рост, глянул на него сверху вниз. – Но лучше у нас все равно нет. Я вернусь так быстро, как только смогу. Поэтому… не смей сдохнуть до моего возвращения. Сэм молча протянул ему руку, и Каин, не заколебавшись ни на секунду, пожал ее в ответ. Его ладонь показалась обжигающе холодной, но пожатие было теплым и уверенным. А затем он резко подался вниз, встретив на полпути губы приподнявшегося навстречу Сэма. Мимолетное прикосновение опалило, словно огнем, оставив глотать воздух приоткрытым ртом, когда Каин отстранился. Через миг наемник уже оказался у открытого окна и выпрыгнул из него – прямо с пятого этажа. Но даже это уже не удивило Сэма. Он пружинисто поднялся на ноги, прошел в гостиную и, подвинув диван так, чтобы видеть вход, уселся на него в ожидании. Клинок в руке приятно грел кожу, а в душе не осталось ни страха, ни сомнений. Он прекрасно знал, кто пришел по его душу, поэтому ничуть не удивился, когда дверь распахнулась, пропуская внутрь высокого темноволосого мужчину, одетого в баснословно дорогой костюм, сидевший на нем безупречно, будто вторая кожа. Сердце на мгновение пропустило удар, а потом забилось в обычном ровном ритме. – Здравствуй, Сэтта, – произнес Сэм, улыбаясь позаимствованной у Каина улыбкой. – Ты теперь глава Семьи, поздравляю. Как много всего изменилось за последние десять лет. – Не так уж и много, – сказал тот, входя в комнату и останавливаясь точно напротив Сэма. Вместе с ним вошли еще пятеро, остальные – Сэм не стал считать сколько именно – остались в коридоре. Один из вошедших быстро осмотрел все комнаты и вернулся в гостиную. Сэм не препятствовал ему. – Ты вот нисколько не изменился, – продолжал тем временем Сэтта. Он улыбался такой хорошо знакомой улыбкой, что у Сэма задергало, заныло глубоко внутри, словно заболел потревоженный старый шрам. Сэтта своим безукоризненным звериным чутьем тут же заметил это и, порывисто шагнув вперед, опустился на пол перед диваном и положил руки Сэму на колени. – Ты все такой же… Прошло столько времени, Сэмми, столько времени. Я очень соскучился по тебе. Мы в прошлом наломали много дров, но теперь… Теперь я глава Семьи, я могу тебе помочь. Если хочешь, я даже верну Магду. Зачем мне ее Искра, когда есть Артефакт? Ты же этого хотел, Сэмми? Вернуть ее к жизни. Одно только твое слово, и мы снова будем вместе. Представляешь, как многого мы сможем добиться? Сэм смотрел на него во все глаза, внимательно вглядываясь в знакомые до каждой мелочи черты. Глаза глубокого зеленого цвета, словно свежая листва. Четкие, безупречные линии скул, тонкие бледные губы, которые он так любил целовать. Длинные пальцы, выступающие ключицы, проглядывавшие в распахнутом вороте рубашки. Сэтта, неверно истолковавший его молчание, ободряюще улыбнулся и, подняв руку, осторожно провел подушечками пальцев по его щеке. Сэм не дернулся, не отстранился, на его лице не дрогнул ни единый мускул. – Я все хотел спросить, – произнес он, взяв Сэтту за руку и перевернув ее тыльной стороной вверх. На указательном пальце холодно поблескивал кроваво-красный камень, вставленный в изящную резную оправу перстня. – Ты с самого начала это задумал? С самой нашей первой встречи? – Зачем ворошить прошлое? – ласковый голос оплетал его словно ядовитый плющ, вкрадываясь в малейшие трещинки выстроенной за последний год защиты. – Мы оба наделали ошибок, милый, но сейчас это неважно. Мы можем все забыть и начать сначала. – Это кольцо должен был надеть я, – не обращая внимания на его слова, продолжил Сэм, бережно погладив камень большим пальцем. – И это моя Искра должна была быть заключена в нем. Магда видела тебя насквозь, она меня предупреждала. Знаешь, раньше мы никогда не ссорились. Ради тебя я был готов отказаться от всего: от сестры, от своего рода. Я думал, мы станем теми, кто сможет преодолеть тысячелетнюю историю вражды, что наш союз, наша любовь станет символом того, что можно и по-другому. А ты подарил мне кольцо с порабощающим заклятием. Если бы его надел я, а не Магда… Ей пришлось это сделать, потому что я ей не поверил. Я назвал ее завистливой лгуньей, сказал, что она мне больше не сестра, раз не рада моему счастью. И она надела кольцо, чтобы доказать мне свою верность. По мере того, как он говорил, улыбка медленно сползала с лица Сэтты. Пальцы Сэма крепко держали его ладонь, не позволяя вырваться, время будто замерло, мир вокруг съежился, сузился до них двоих. В глазах Сэтты промелькнула растерянность, затем страх, и он попытался отстраниться, разорвать ставший слишком тесным контакт, но Сэм лишь сильнее стиснул пальцы. Внутри у него было так пронзительно пусто, так холодно, что он бы не удивился, покройся его кожа слоем льда. Одновременно с этим он чувствовал невообразимое спокойствие, словно все шло правильно, единственно верным путем. – Я никогда не говорил тебе, Сэтта, – произнес он с легкой, почти безумной полуулыбкой, и тот снова попытался выдернуть руку из его цепкой хватки. – Но я могу не только лечить. Я просто вижу все эти связи, все цепи живых организмов, и знаю, что нужно сделать, чтобы они работали исправно. Или – не работали. Вот, например, так… Он без особой осторожности подцепил яркий, пульсирующий поток энергии, ведущий к чужому сердцу, и сдавил его, круша на мельчайшие искры. Сэтта вскрикнул, выгнулся дугой, задергался в конвульсиях, и Сэм, не медля, смял в труху его жизненные узлы. Спину пронзила режущая боль. В грудь на несколько дюймов вошло лезвие кинжала, и Сэм разжал скрюченные пальцы. Сэтту тут же оттащили прочь, над ним склонилось несколько фигур, пытаясь остановить хлещущие через край потоки энергии, но тщетно. Сэм умел ломать на совесть. – Уходим! – услышал он сквозь шум в ушах, и не сдержал улыбки. Все-таки он выиграл больше чем пять минут, надо было поспорить с Каином на то, что тот съест собственные револьверы. – А этот? – донеслось до него. – Не трать время, сам сдохнет. Посмотри на его раны. – И то верно, – согласился первый голос. Громко хлопнула входная дверь, а потом все стихло. Сэм с трудом приподнял веки и посмотрел в расплывавшийся перед глазами потолок. Ему уже не было холодно, только вот ноги, неудобно свесившиеся с дивана, затекли и мерзли. Сэм попытался поднять их, но понял, что не может пошевелить даже пальцем. Что ж, не очень-то и хотелось, все равно лежать так оставалось совсем недолго. Сэм чувствовал, как с кровью вытекает из его тела такое важное тепло и силы, но ничего не мог с этим поделать. Да и не хотел. Ему оставалось сделать еще только одну вещь – дождаться Каина и выполнить контракт. Потом он сможет быть свободен. И, наконец, встретиться с Магдой. Эта мысль вызвала улыбку, и Сэм, успокоенный, снова закрыл глаза. Впервые за последний год он чувствовал себя умиротворенным. – Сэм… Сэм! Открой глаза! Он ведь жив? Он же не умер, да? – Нет… Еще нет… Голоса доносились до него как будто издалека, вырывая из благословенного мрака, и Сэм с трудом приоткрыл налившиеся свинцом веки. Над ним склонилось бледно-серое размытое пятно, которое обрадованно воскликнуло голосом Рея: – Сэм! Слава Богу, ты жив! – Как там Молли? – едва слышно поинтересовался Сэм, которому каждое слово стоило огромных сил. Рей, которого он теперь видел гораздо четче, поднял над ним совершенно невредимого щенка, радостно завилявшего хвостом. Сэм улыбнулся. – Молодец. Я рад. – Но… – на глаза Рея навернулись слезы, и он с надеждой обернулся к появившемуся в поле зрения Каину. – Он ведь сможет себя вылечить? А твои лекарства? Что нам делать? – Я ведь просил меня дождаться, – укоризненно, но очень мягко произнес тот, опускаясь на пол рядом с диваном. Сэм со всем доступным ему сарказмом приподнял бровь. – Я ведь еще не умер. И я выполнил свое обещание. А теперь – твоя очередь. – Что? – побледнел Рей, поняв, куда он клонит. – Нет! Это несправедливо! Я все слышал! Ты ведь не заберешь его Искру? Я не позволю! – Ты сейчас мало что можешь, малыш, – криво усмехнулся Каин и посмотрел на Сэма. – Я немного потрепал твою семейку, но Каллисто удалось сбежать. Ты, смотрю, тоже не сидел без дела. Чем похвастаешься? – Думаю, у Семьи Змеи будет новый глава, – не сдержал улыбки Сэм, и перед глазами все снова расплылось от слабости. Когда он снова смог видеть, лицо Каина стоило всех потраченных усилий. – Все хорошо, – сказал он беззвучно плакавшему Рею. – Все будет хорошо… – Ты ведь не сделаешь этого? – Рей порывисто повернулся к Каину, и тот на мгновение опустил взгляд. – Ты не заберешь его Искру?! – Нет, – качнул головой Каин, и Сэм попытался возразить, но из пересохшего горла не вырвалось ни единого звука. – Потому что это сделаешь ты. – Что? – одновременно вырвалось у Рея и Сэма, у последнего – беззвучно, одним только бессильным шевелением губ. На лице Рея появилось растерянное, испуганное выражение, и Сэм в этот момент больше всего на свете хотел взять Каина за горло. – Если ты сделаешь это, то снова восстановишь силы, – терпеливо объяснил Каин, и Рей отшатнулся от него словно от прокаженного. – Ты должен. Только ты можешь спасти нас всех. У меня есть одна идея, но… Если ты смалодушничаешь и струсишь, то… Его голос звучал глухо и прерывисто. Лица обоих все больше расплывались перед глазами, превращаясь в серые блеклые пятна. Сэм попытался что-то сказать, но силы изменили ему, и с губ сорвался только невнятный хрип. Он лишь чувствовал горячие тонкие пальцы в собственной руке, и теплое, влажное прикосновение чужих губ к своим. Ему приходилось умирать и раньше, в этом не было ничего абсолютно нового. Только теперь эта смерть почему-то имела смысл. Перед глазами как живая вдруг встала Магда. Она улыбнулась ему солнечной, прежней улыбкой и протянула руку. И Сэм принял ее, как принимают величайший дар: с благодарностью и восторгом. У него не осталось сожалений.