Без шансов.

У них нет никаких шансов. И никогда не было. Потому что у Юлика есть Даша. У него самого Настя. И ни один дебил не бросил бы любимую девушку ради друга, только потому что шутки последнего стали слишком пошлыми. И будь даже хоть один из них девушкой, даже тогда он не рискнул бы всем ради неясного ничего. Мир меняется, непредвзятость к людям и борьба за права захватили целые страны, вот-вот на почве этой самой толерантности начнется Третья Мировая. И то что раньше казалось прописными истинами, теперь не имеет никакого значения. Но несмотря на все это, Руслан уверен по крайней мере в двух вещах. Во-первых, он точно не гей. И во-вторых, уж точно не влюблен в Юлика. Он не думает о нем перед сном, да и после тоже. Он не ищет с ним встреч и тем более не хочет встречаться глазами, плечами, пальцами. Небольшая дистанция его устраивает, дружеское рукопожатие и идиотские шутки, за которые перед друг другом даже не стыдно – вот и все, что их связывает. Ну или по идее, по тем самым прописным истинам, должно связывать. Потому что иногда Руслан испытывает обжигающий щеки стыд вперемешку с смущением, когда Юлик эту самую дистанцию рушит, рукопожатие из дружеского перетекает в простое соприкосновение пальцев, а шутки из идиотских превращаются в пошлые (правда менее тупыми они от этого не становятся). И все это не всерьез. На публику ради. Аниме. Фансервис. Все дела. Бывает и не на публику тоже, но все объясняется тем же – Юлик просто долбоеб. Волосы красит чаще, чем Руслан меняет выходные толстовки. Безостановочно несет хрень про пидоров. И постоянно смеется. Громко, звонко, и порой без причины. А мы то все знаем, чей это признак. Но все это совершенно не объясняет того, что Руслан чувствует. Другой бы забил давно, подумаешь, друг прикалывается. Забил и может быть даже подыграл, если нужно. Руслан тоже иногда пытается подыгрывать, но без охоты и, кажется, совсем не искренне. Потому что смущение настоящее, а красные щеки и глупое «девчачье» хихиканье, сопровождающие его при каждой подобной попытке отшутится, совсем не радуют своего владельца. Удручают скорее. Эти эмоции редкие, странные и непонятные. И хоть они совсем и не похожие на «бабочек в животе», скорее уж на острые иглы, им абсолютно точно не место между хороших друзей. Что при этом творится в голове у Юлика – неизвестно. У себя самого – тоже. И это нечто уж точно не стоит долгих лет отношений и совершенно-точно-любимого человека. Даже можно не сравнивать. Ведь у Насти есть тонкая талия, милая улыбка и его сердце. А у Юлика заразительный смех, Даша и член. Выбор был очевиден с самого начала. У них нет никаких шансов. И никогда не было. Поэтому Руслан предпочитает не задумываться, даже не предполагать, что могло бы быть, если… И этих «если» немыслимое количество. Если бы они никогда не познакомились. Если бы их не позвали на «Дай леща». Если бы он сам не стал бы вести себя как конченный в тот самый день вытворяя просто невообразимую поебетень. Что это была именно она, он правда понял только потом, оглядываясь назад в прошлое и каждый раз ощущая невообразимую лавину стыда. Конечно, он сильно переволновался тогда. То ли шутки были не смешными, то ли Юлик гондоном. Скорее всего второе, потому что Онешко мог бы и посмеяться пару раз для приличия, хуже бы точно не стало. Да куда уж там хуже, когда в башке полный астрал, и расфокусированный разум не выдает ничего лучше, чем чмокнуть лучшего друга в щеку, облизать его подбородок или сесть ему на колени. Забыть бы все это, как страшный сон. И Руслан бы забыл будь то его воля, но вот только Юлик ему этого ну никак не дает. Просто ли они гуляют вместе или снимают видео, из Юлика постоянно прет фонтан гейских шуток. Кто-то возможно скажет: «Да подумаешь! Относись, Руслан, ко всему проще», а он и рад бы, вот только в сознании слишком глубоко и прочно засела, уже нечеткая и будто бы какая-то сюрреалистичная картинка - Они сидят оба на кухне съемной небольшой квартирки, в которой на тот момент еще проживал Онешко. На столе два стакана и куча полупустых и пустых бутылок от пива, энергетиков и какой-то абсолютно лютой выпивки – творения самого Юлика, решившего, что смешать пару напитков будет классной идеей. Из-за вейпа во всем помещении стоит густой белесый дым, нихуя не видно, даже лицо напротив разглядеть возможно только с трудом. И Руслан этому даже рад. После тех злосчастных съемок они не виделись целых две недели, стыдясь друг другу смотреть в глаза и всячески стараясь избегать личных встреч. Ну, по крайней мере, Руслан старался, а Юлик то ли не замечал сложившейся ситуации, то ли делал вид, что не замечает. А судя по тому, как сейчас он уже какую минуту протирает взглядом в Руслане дырку, скорее всего второе. - Ну чего? – не выдерживает он, первым прерывая зрительный контакт и стремительно отводя глаза в сторону. Куда-то в угол не самой чистой кухни, пытаясь зацепится хоть за какую-то деталь интерьера, лишь бы Юлик перестал пялиться. Они встретились можно сказать спонтанно, не договариваясь об этом заранее. Честно говоря, Руслан сам предложил, а у Юлика, по удачному стечению обстоятельств, как раз оказалась целый склад выпивки. Откуда она у него так резко взялась, учитывая, что друг практически никогда не употребляет спиртное, Руслан предпочитал не задумываться. Как говорится, меньше знаешь – крепче спишь. Но Руслан уже тысячный раз успевает пожалеть, что сам напросился в гости. А начиналось то все вполне адекватно – радость от встречи, пара тупых шуток, душевные разговоры, и ни слова о том невъебенном позорище. Ну до того самого момента, пока бутылки не стали стремительно пустеть, разум замутняться, а говорить стало так лень, что между ними повисло долгое непрерываемое молчание. - М? – вопросительно мычит Онешко, но, к огромному разочарованию Тушенцова, смотреть не перестает. М-да…алкашка видимо совсем в голову ударила…залип что ли… - Да ниче, забей, - на выдохе быстро бормочет Руслан, откидываясь на спинку деревянного неудобного стула и уставляясь нечетким взглядом в потолок. Может это паранойя, и ничего Юлик и не смотрит даже? Может он свихнулся уже, на фоне всей этой пидорской хуйни? Неприятно это признавать, но общественное мнение, всегда волновало его больше, чем следовало бы. - Кстати, что это за хуйня была? На «Дай леща»? – сука. - Какая именно? – нет, ну он просто сука. Блять. - Ну, когда ты мне пальцы в рот засунул, и хрен этот слизывал, а потом на колени залез зачем-то… - начинает негромко перечислять Юлик, вяло и медленно вороча во рту языком. - А что, у тебя встал? – у Руслана это вылетает это как-то само, прежде чем он успевает дать мозгу команду заткнуться. Юлик сразу не отвечает, но прежде, чем Тушенцов начнет напрягаться еще сильнее, все же смеется, а потом так же с улыбкой на губах говорит: - Ага, встал, – шутка. Да, определено шутка. Всем смешно, очень весело. Если бы. Да нихуя. - А сам-то? «Ниже будет после передачи», - писклявым голосом произнес Руслан, передразнивая друга. - Я тебе вообще-то подыгрывал! – возмутился тот, но как-то без особого энтузиазма, уже через секунду снова залипая куда-то в одну точку пространства. - Ага, актер хренов. Я растерялся просто, - зло бросает Тушенцов, по-прежнему не глядя на Юлика. - Я тоже, - и на пару мгновений между ними снова воцаряется напряженная тишина, а воздух, кажется, становится слишком густым и наэлектризованным. Стало даже трудно дышать. Правда это длится всего несколько секунд, прежде, чем Юлика окончательно прорывает, - Блять, брат, это был такой пиздец! Я вообще нихрена не соображал, что делать надо. Я так затупил, Господи! А там еще народа собралось столько! Вот мы с тобой ебланы, да? Надо было хоть немного подготовиться…Черт, - Юлик отчаянно впился пальцами себе в волосы, чуть ли не начиная выть от собственной глупости и бессилия, - Руся, мы так облажались… А у Руслана после всей этой Юликовской речи, даже полегчало на сердце. Сразу исчезло это давящее чувство стыда и неловкости, а нужно было всего-то выговорится. Хотя бы одному из них. - Да ладно тебе, это они все там хуесосы просто. Нифига не понимают в крепкой мужской дружбе, - и рука Тушенцова сама собой как-то потянулась к темной кудрявой макушке, просто чтобы ободряюще потрепать. На мгновенье черные глаза встретились с карими, а в следующую секунду обоих парней пробрал громкий смех. - Кстати, если бы тогда хотя бы немного перед съемкой накатили, не так неловко бы вышло, - говорит Юлик, сквозь собственные все еще непрекращающиеся хихиканья. - Думаешь бухим бы мне было легче сидеть у тебя на коленках?! - А то! Да бухим я бы с тобой даже и засосался бы, - и Юлика захлестывает новой волной смеха, буквально заставляя его согнуться на пополам. Руслана тоже, и он просто надеется, что это не истерика, копившаяся в нем все это время и решившая начаться в самый неподходящий момент. - Ага, конечно! Смелый что ли дохуя стал? Что ж ты на съемках таким не был? - А вот стал, - ничуть не теряясь, продолжает гнуть свое Юлик, все с той же улыбкой до ушей на лице,- А ты вот зато весь раскраснелся, как помидор. Ты свое лицо вообще видел?! - Я выпуск…не смотрел, - замявшись, все же признает Руслан, вызывая у друга очередные смешки, - Ой, да заткнись ты уже! Думаешь, мне не похуй?! Да я прям щас могу повторить! - Повто- ахаха- рить?! Боже…ухх, - Юлик откровенно ржал, хватаясь за живот руками, и вытирая накатившие от смеха на глаза слезы. Руслан пару секунд просто уничтожал друга взглядом, будто на что-то решаясь, а затем вдруг резко поднялся со стула, приковывая к себе внимание Юлика, но все же, заставив того, наконец, заткнуться. - Заебал. И больше не думая, по возможности отключив все органы, отвечающие за здравый смысл, ловко перекинул ногу и уселся Юлику на колени, в точности повторяю сцену на «Дай леща». - Оу-оу-оу, - Юлик ржать перестал, и теперь с застывшей улыбкой, как-то совершенно расфокусировано и тупо уставился на Тушенцова, при этом неловко расставив в стороны руки, явно не зная куда их пристроить. - Ну как? Сосаться-то будем? Или передумал уже? – усмехнулся Руслан, полностью ощущая свое превосходство над, теперь уже полностью потерянным, другом. Он был абсолютно уверен, что-теперь-то Юлик все же прикроет «варежку» и перестанет выебываться, струсит и закипишует, а ему останется только вернуться обратно на свое место, а после они оба хорошенько над этим поржут. - Ты меня на слабо берешь типа? – улыбка Юлика теперь стала уж совсем какой-то ненастоящей, больше на гримасу похожей. Кривая и испуганная. Но ничего, этому дураку даже полезно немного спесь сбить. А вот нечего было херню всякую нести! Засосался бы он…пфф…и кого только напугать решил? - О чем ты? Я же не школьница какая-то, чтобы тебя на слабо брать. Юлик зачем-то кивает, и Руслан замечает, как слиплись у того мокрые от слез ресницы и раскраснелось лицо. Можно подумать, что он и вправду плакал. Над таким Юликом прикалываться не смешно, никакого удовольствия нет, даже зная, что это все не по-настоящему. И пока он рассматривал Юлика, то даже и не сразу заметил, как тот начал как-то странно к нему наклоняться, прикрывая глаза. И только Руслан успел подумать, что Юлик, не привыкший к такому количеству алкоголя, перепил и решил отключиться, Онешко шумно вздохнув, словно собираясь задержать дыхание перед нырком в воду, коснулся его губ своими.