Can you hold me in your arms?

«Не влюбись в эту женщину вновь...» Что за глупость? Как я могу влюбиться в одну и ту же дважды? Безусловно, Кесем Султан - самая очаровательная женщина на свете, но и самая коварная. Я жил ею, дышал, гордился. Всегда был на её стороне, проявлял уважение и покорность. И никогда... Никогда не давал даже повода думать о любви к ней, не подставлял под угрозу. Я её интересы ставил превыше своих! А что взамен? Грязный, подлый и тайный приказ о казни. Конечно, кто я такой? Обычный, жалкий раб. Однако, все мои чувства и преданность к ней - в прошлом. Видит Аллах, я не хотел, но у меня нет другого выбора. Она не оставила, нет. Теперь она не моя королева. Больше нет. Закончив все свои утренние приготовления, Кесем сидела за своим столом и разбирала накопившиеся документы, выпивая иногда стоящее рядом кофе. В покоях царила безупречная тишина, а в воздухе витали нотки свежести из-за утреннего проветривания помещения. - Мелике, где мой сын? - поинтересовалась она, не отрываясь от документов. - Повелитель пожелал сделать конную прогулку, - быстро ответила девушка, но, увидев несколько испуганный взгляд госпожи, добавила: - С ним всё хорошо. Рядом охрана, не волнуйтесь. - Прекрасно, - успокоившись, улыбнулась Кесем, - Следите за Гюльбахар. Думаю, она не станет сидеть здесь сложа руки и принесёт нам множество проблем. Служанка поклонилась и уверила, что за матерью шехзаде тщательно наблюдают, так что бояться нечего. Кесем знала, что на Мелике можно положиться. Она вырастила девушку как родную сестру. Гюльбахар, отобедав в своих покоях, вышла на прогулку из дворца, но без сопровождения слуг. Она догадывалась о том, что за ней следят, поэтому вела себя крайне осторожно. Конечно, под прогулкой в саду подразумевалась встреча с верным ей пашой. - Синан, как обстоят дела? Султан Мурад уже на конной прогулке. Надеюсь, ничего не сорвётся? - вопрошала Гюльбахар, которая переживала за точность исполнения плана, способного приблизить их к власти. - Не стоит переживать, всё под контролем. Как только придёт время, на султана совершат нападение. Ествественно, вреда ему никакого не будет. Подержат до вечера, а потом Кеманкеш чудом спасёт его, - внушая уверенность, проговорил Синан. - Дай Аллах, всё будет так, как ты сказал. Кеманкеш в янычарском корпусе, а, значит, никаких подозрений на него не выпадет. А то, что он спасёт султана, нам только на руку: Кесем приблизит его к себе, станет доверять. А зная, как она любит своего сына, то и во дворец поселит нашего доносчика! Гюльбахар ликовала, представляя, что скоро получит безграничную власть. А Синан был просто счастлив, что его любимая женщина рядом, да ещё и счастлива. Как и предполагалось, после обеда на Султана Мурада было совершено покушение, в ходе которого вся его свита, сопровождавшая во время прогулки, была убита, а сам он был похищен. Весть о нападении сразу же разлетелась по всему дворцу, не обойдя стороной и Валиде Султан. - Моего сына похитили? Как? Кто? Кто посмел это сделать? Немедленно найдите мне этих негодяв! О, Аллах! А что, если они что-то сделают моему мальчику? Я не прощу себе этого никогда? Как я могла упустить его? Как могла дать согласие на эту чёртову прогулку? Женщина была просто не в себе от ярости. Она паниковала, сметала всё на своём ходу, кричала на слуг, тормошила стражников. В гареме, как и во всём дворце, был полный переполох. Все бегали, метусились, стараясь не попадаться разъярённой госпоже на глаза, и только Гюльбахар Султан вела себя крайне спокойно, но всё же изображала сожаление. - Кесем, мне жаль, - войдя в покои Валиде Султан, произнесла Гюльбахар. - Гюльбахар, выйди! - крикнула ей Кесем, но, подумав, подошла к ней и произнесла полушёпотом: - Если ты причасна к похищению моего сына... Клянусь, я задушу тебя собственными руками! Весь день был убил на поиски пропавшего султана. Но всё было тщетно, так как никто не мог его найти. Как будто провалился сквозь землю! Так и не дождавшись никаких вестей, весь дворец отошёл ко сну. Не спалось только Кесем. Как она может спать, если её ребёнок в опасности, да ещё и неизвестно, где? Женщина не теряла надежды, что его найдут. Она умирала от разлуки с сыном, не прощая себя за то, что упустила его. Отпустила всех слуг и пришла в султанские покои, желая побыть наедине. Махпейкер стояла на баконе в одной тоненькой ночнушке. Прохладный летний ветер дул прямо в лицо, играясь с непослушными локонами, которые были освобождены от строгой причёски и просто спадали на плечи. Небо было чистое-чистое, а вот в душе султанши бушевал шторм. Вдруг послышались чьи-то шаги, и через пару мгновений в покои вбежал двенадцатилетний мальчик. - Валиде! - послышался детский голос, вызвавший спектр эмоций на её лице. - Сынок! - подбежала к сыну со слезами радости на глазах. Женщина крепко-крепко прижала ребёнка к себе, вдыхая родной детский аромат и целуя по всему лицу. - Меня похитили сегодня! Но потом пришёл Кеманкеш Ага и спас меня. Он убил всех, кто украл меня, - воодушевлённо рассказывал Мурад, обнимая свою мать. Кто мог тогда знать, что это розыгрыш? Когда вошла служанка, Кесем приказала ей увести Мурада и приготовить его ко сну. Встав с колен, она хотела уже уходить в свои покои, но появившийся мужчина остановил её. - Хаджи Ага сказал, что на балконе прохладно. Думаю, вам подойдёт сейчас это. Кеманкеш обошёл Кесем и укрыл её в тёплое одеяло, вернувшись на своё место и поклонившись. - Спасибо. И также спасибо за то, что спас нашего Падишаха, - произнесла Кесем, но уже без особого холода. - Я не мог поступить иначе. Жизнь вашего сына и ваша - это всё, что я должен защищать, - ответил Кеманкеш на благодарность. А ему определённо шло актёрство. Так умело сыграть не каждый сможет. - Ты спас моего мальчика, проси, чего желаешь, - хоть она и ненавидела его, но поблагодарить уж точно стоит. - Лучшая награда - быть подле вас, - проговорил воин, делая несколько шагов вперёд, - Позвольте быть рядом с вами, защищать вас. Уверяю, мне можно доверять. Кесем тоже сделала шаг на встречу, смотря так, будто что-то изучает на его лице. - Отныне, ты новый хранитель покоев султана. Надеюсь, тебя устроит эта должность, - объявила Кесем, даже и не понимая, что таким образом толкает свою жизнь на полное измение.