Жить в твоей голове

Антону всё-таки удалось уснуть, но ближе к утру его разбудила гроза. Лениво разлепив глаза, парень приподнялся на локтях, стараясь не свалиться с дивана. Одеяло над человеком, с которым он на данный момент разделял квадратуру, вздымалось медленно, и также медленно опускалось. Антон издал странный звук и встал с дивана. Дорога до небольшого окна показалась очень длинной. А за окном шел дождь. Он крупными каплями отбивался от земли, будто желая вернуться обратно, но гребаная сила притяжения не давала. И у миллиардов упавших капель не оставалось другого выхода, кроме как объединиться. Одному не выжить — природа раз за разом это доказывает. А люди видят лишь лужи, из-за которых промокает их обувь за 20k. В собственном одиночестве люди не замечают одиночества других. И в этом их проблема. Захотелось курить. Шастун точно знал, что в сумке сейчас лежит открытая пачка, и что можно сделать это в уборной, но в голову закралась мысль о «соседе». А что, если он будет против? Или аллергия? А вдруг… — Антон, ты чего не спишь? — послышалось из-под одеяла. Через секунду оттуда выползло нечто, лишь отдаленно напоминающее Арсения: он все еще выглядел уставшим, растрепанным, со слегка покрасневшими глазами, а вчерашняя одежда помялась. Антон почувствовал себя виноватым за такой его вид. Немного. — Да с погодой херня какая-то, — он выдержал паузу и прикусил нижнюю губу. — Думаю, вот, как домой добираться по такому дождю. Ливень прям. — Классно же, можно погулять. — Арсений будто засветился и поднялся с кровати. Найдя точку опоры, он оттолкнулся от нее и подошел к Шасту. — Ты ебнулся? Гулять в дождь? — мимика Антона выдала максимально подходящую гримасу и он начал палить на Арсения. В стоячем положении он выглядел лучше, но не намного. — Кепку, капюшон накинул и пошел. Круто же. — Арсений почувствовал на себе взгляд Шастуна. — Как-нибудь погуляем, и я тебе докажу, что ты недооцениваешь дождь. Он рассмеялся и, бросив что-то о ванной, ушел. Шаст вернулся к дивану и вытащил из междуподушья свой мобильный. «05:24» показывали часы, и Антон практически бесшумно повалился на диван. Домой было возвращаться рано. Он положил голову под подушку и начал думать об абсолютно разных вещах. И все они сводились к Арсению. В голову, неожиданно, пришла очень ебанутая идея. Натянув толстовку, Шаст пулей вылетел из номера. На первом этаже отеля был небольшой ресторанчик, так или иначе на вывеске написано слово «ресторан» — на деле же это вряд ли дотягивало даже до звания кафе. Внутри было пусто. Нормальные люди в полшестого спят — пронеслось в голове Антона, пока он уверенно шел к барной стойке, где находилась единственная живая душа в этом заведении. Молодой парень сидел, закинув ногу на ногу, и щелкал по кнопкам на пульте от плазмы. — Кхм-кхм, — Антон прокашлялся и пальцами постучал по стойке. Парень по ту сторону оживился. Он зевнул, прикрывая рот рукой, и встал со своего места. — Чем могу вам помочь? — вежливо спросил тот, смотря на Антона самым невинным взглядом из всех, что только могли существовать. Шастун улыбнулся в ответ. Дружелюбию этого парня можно было позавидовать. Обычно Антон, если он проснулся раньше положенного, готов убивать всех и вся, параллельно матерясь. Парнишка же за стойкой, по всей видимости, не спал всю ночь и чувствует себя прекрасно. Или притворяется. — Один капучино с карамелью и… — пауза. Антон не знает, какой кофе нравится Арсению. Но он очень хочет не прогадать. Он хочет извиниться за свое поведение и вызвать улыбку на лице Арса, пусть и банальным кофе. — И? — спрашивает парень. Что же выбрать? Проходясь по ассоциациям, Антон уверен — будь тут какой-нибудь коктейль из Скитлс, то он заказал бы его. Арсений как чертова радуга из всего. — Вы как будто судьбу человечества вершите, — произнес парень и рассмеялся в кулак. — И америка… но… Парень за стойкой кивнул. Запах дробленых кофейных зерен резко ударил в нос, и парень прикрыл его рукой. Подобравшись к ближайшему столику, Антон нащупал рукой спинку стула и, не отрывая взгляда от баристы, сел на тот самый стул. Было видно — он знает, что делает. Антон впервые начал покручивать кольца не от того, что нервничал, а из-за переполняющего любопытства. Когда-то Антон подрабатывал в кафе и всегда любил наблюдать за приготовлением кофе. Была в этом особая магия. — Готово! — донеслось до Антона буквально минут через десять. Он встрепенулся и пошел навстречу двум одноразовым стаканчикам с кофе, крышки которых не были закрыты. Антон придвинул их ближе к себе. На поверхности первого вырисовывался витиеватый узор с сердечками, а второй украшал маленький котенок. — Мило, –только и произнес Шаст, даже не пытаясь стереть улыбку с лица. Наверное, так утро и должно начинаться. С улыбки. Поблагодарив баристу, докупив пару булочек и расплатившись, Антон поскакал вверх по ступенькам, надеясь, что Арс еще не вышел из душа. — Я уж думал, ты ушел не попрощавшись, — встретила Шастуна фраза Арсения, заправляющего постель. — Только мудаки так делают. — Шастун поставил на тумбочку все, что купил. — А я не мудак. Арсений повернулся к Антону, плавно переводя взгляд с него самого на стаканчики с кофе. Он нервно сглотнул. Потом взял один из стаканчиков и отхлебнул. Его лицо немного скорчилось, но он нехотя проглотил жидкость. — Надеюсь второй сладкий, потому что американо — лажа полная. — срезюмировал Арсений, а Антон тем временем указательным пальцем придвинул ему другой кофе. Один глоток. Второй. Третий. — А вот этот классный, — довольно промурчал Арс. Антон стоял и тупил. Его мозг сейчас выстраивал какие-то тактики, подкидывал варианты ответа, но особенно бунтовал по поводу кофе. Он брал капучино себе. Да, Антон, везение — это твоё.       — А я тебе его и брал, — зачем-то ляпнул Антон и взял американо, чтобы чем-нибудь занять руки. Антон сейчас был на сто процентов уверен — он дибил, но выставлять себя на посмешище перед Арсом в очередной раз не хотелось. — Я сам по кофе не особо.       Антон в наглую врёт. Он практически каждое утро в универе покупает себе кофе в автомате, а когда есть бабки, то и на тот, что подороже раскошеливается. Что Антон делает сейчас непонятно даже ему самому.       Зачем?       Арсений тем временем уже дожевывал холодную булку с корицей, запивая карамельным капучино. На его лице читалось блаженство.       — Присоединишься или это все мне?       — А, — Шастун быстро кивнул. — Да.       Их импровизированный завтрак прошел в тишине. Антон немного не так это себе представлял, когда тащил еду в номер. По сравнению с тем, сколько они говорили — читали объявления — вчера, то нынешнее молчание давило. Арсений лишь размеренно дышал и пил кофе. Шаст в свою очередь пару раз доставал свой телефон в ожидании чего-нибудь, но новых уведомлений не было. 6 утра — оно и неудивительно.       — Антон, слушай, — заговорил, наконец, Арсений, глядя на свой пустой стакан и целлофановый пакет из-под булок. — Может… еще за парой сгоняешь?       Тут Антон прихуел и вскинул брови.       — Че?       Вслед за эти многозначительным словом прозвучал смех Арсения. Чистый и настоящий он заполнил все помещение.       — Шу-чу — произнес Арс, слегка касаясь плеча Антона. — Твое лицо очень мемное.       Арсений-мастер комплиментов-Попов — у себя в голове отметил Шаст, закатывая глаза.       — А спасибо?       — Спасибо.       Круто, Шаст, все завязанные тобой когда-либо диалоги никогда еще не шли по такой тупой траектории. Вот ты будто самовольно идешь к обрыву наикратчайшей дорогой, а потом, стоя у края, ты любуешься на вид, открывающийся оттуда. И вроде бы ты уже решаешь уходить, но путаешься в ногах и падаешь вниз, пока в ушах играет электронная музыка.       Шастун сейчас чувствовал, как падает.       Арсений же никуда не падал. Он стоял и улыбался, разглядывая подростка. Неизвестно, что же он там высматривал, но мимика Антона в этот момент выдавала весь свой максимум.       — Занят сегодня? — Арсений поправил челку и скрестил руки на груди. — Никаких намеков, — тот усмехнулся — я ж тебе пиво должен. И еще есть одно предложение, касательно вступительных в универ.       Антон загорелся мгновенно и бросил в Арсения заинтересованный взгляд.       — Что за предложение?       Последовал глубокий вздох.       — Я знаю, что ты хочешь попробовать поступить туда, но должен предупредить — будет непросто. В свое время я буквально из кожи вон лез, чтобы хоть чего-нибудь добиться. Почти ночевал в стенах ВУЗа, в то время как мои одногруппники наслаждались «молодостью». Постшкольный период, — Арс на пару секунд накрыл свое лицо руками и так же быстро убрал их в карманы. — Я вижу, что в тебе есть искра и желание. Вопрос лишь в том, хватит ли этого?       Антон внимал каждое слово, сказанное Арсением, но не понимал к чему этот монолог. Чтобы хоть на чем-нибудь сфокусироваться, Антон посмотрел в окно. Дождь почти прекратился. Кроссы жалко — промокнут. Хотя Антона сейчас это волновало меньше всего.       Будто получив немое разрешение, Арс продолжил:       — Мне тут осталось находиться две недели. Если ты хочешь, то я могу с тобой попрактиковаться, может быть дам советы, хоть как-то сориентирую.       — Да! — слишком эмоционально ответил Антон, всплеснув руками. — Конечно, было бы круто!       — Не хочешь спросить, в чем заключается твоя часть «сделки»?       Антон недоумевающе нахмурил брови. Интонация, с которой Арсений произнес эти слова, не предвещала ничего хорошего.       — И что же?       — Покажи мне город. Даст бог, после работы перевезу вещи, а потом будет время. И довольно много. Эд обещал мне сделать это, но теперь он из игры выпал, а в Воронеж я вряд ли в ближайшие пару лет попаду, так что… — голубые глаза начали искать одобрение и когда Антон слегка кивнул, Арс добавил. — Вот и договорились. Так что, ты сегодня свободен?       — Наверное…

      ***

      — Арс, я не буду тебя фоткать, типа ты — Платонов!       Арсений впихивал в руки Антона телефон, в десятый раз, уговаривая его сделать фото. Нельзя было отрицать, что они были похожи: пальто, странный шарф, походка. Но Антону это казалось странным, а Арс в свою очередь уже шел к группке девушек-подростков, видимо с той же просьбой.       — Еб твою мать, Арс! — крикнул ему вслед Шастун и побежал за ним. — Не трогай людей!       Арсений остановился и с кошачьей улыбкой посмотрел на Антона. На его возглас обернулись и девчонки, но больше чем «хи-хи» с их стороны Антону расслышать так и не удалось.       — Фоткай давай. — Арсений стремительно вернулся к памятнику и скопировал позу поэта.       Антон в этот момент просто замер. Арсений повторил даже эмоцию — его буквально можно было читать. Антон начал тыкать в сенсор мобильного телефона, отправляя несколько десятков фото в галерею. Руки слегка дрожали, и почему-то именно сейчас Шастун осознал, что со вчерашнего дня не был дома. Из отеля он погнал в универ, а после Антон списался с Арсением, и они отправились в парк, потому что «Ну, Антон, ну, круто же, я даже вон — вещи перевез уже, ну, давай».       Лужи были рассыпаны по асфальту, и каждая из них отражала серое небо Воронежа. Антону от их вида, почему-то, становилось не по себе.       После этой недофотосессии, Арсений сам подошел к Шастуну, чтобы забрать телефон и посмотреть кадры.       — Круто вышло, Антон. Может попробуешь на фотографию пойти? — оживленно протараторил Арс, не поднимая глаз от экрана.       Антон промолчал. Он прокручивал в голове возможные диалоги с мамой и предложение Арсения, которое матери нельзя было озвучивать, а значит, придется врать. Снова.       — А может фамилию на Платонов сменить? Мы так с ним похожи. Платонов Арсений Сергеевич. Зашибись звучит. — короткими отрывками произносил Арс, как будто говоря сам с собой.       — Арс, я домой, наверн.       Арсений поднял глаза от монитора, зажимая блокировку.       — Да, хорошо, конечно. — Арсений убрал телефон в карман и расставил руки, чтобы обняться на прощание.       Антон улыбнулся и потянулся к Арсу. Когда голова оказалась в районе плеча, Антон тихо шепнул ему на ухо:       — Ты все еще торчишь мне пиво.       Арсений рассмеялся и расцепил руки, отпуская Антона.       — Я помню, Антон. До связи.       — До связи.       Шастун возвращался домой очень медленно, обходя каждую лужу. Ветра не было, но что-то неприятной дрожью проходилось по открытым участкам кожи, отчего хотелось съежиться и лечь под теплое одеяло. После времени, проведенного с Арсением, Воронеж казался каким-то неродным. Увидев человека из другого города, из другой среды, с другой картиной мира, Антону еще больше захотелось покинуть это место и уехать. В Питер, в Москву. Да, Господи, хоть куда-нибудь. Подальше отсюда. Он сейчас очень сильно завидовал Арсению, потому что у него горят глаза и он хочет увидеть Воронеж с той стороны, с которой может показать только местный житель. Местный житель же, в лице Антона, очень сильно хочет сменить геолокацию и готов сделать все, чтобы Воронеж стал городом, куда захочется возвращаться, только чтобы увидеть новый построенный памятник, объявленный национальным достоянием, а не потому что родители купили новую мебель, которую нужно собрать. Помнится, Айдар с Витей, его бывшие одноклассники, позвали его на вписку за городом /да, именно тогда он засосался с Иркой/ и в самый разгар веселья родители начали искать парня, чтобы он помог отцу собрать шкаф. Кто вообще ночью собирает шкафы? Такси в ту ночь обошлось Шасту очень приличных бабок, а родители, когда он приехал, ему сообщили, что было не срочно, да и к тому же алкоголем от Антона несло за километр. Неловкая ситуация вышла.       В любом случае, родители с того момента запрещали ему пить и курить. И если с первым еще как-то справлялись, то с сигаретами ничего сделать не получилось. Вот так бывает.       А тем временем Антон уже проворачивал ключ в замочной скважине. Как только он переступил порог, до него сразу донеслись голоса из гостиной. Один из них принадлежал его матери, а второй тоже был женским и очень знакомым, но Шастун все еще не до конца понимал, кто это.       — Антоша, привет.       Ему широко улыбалась мама Эда. Черт.       У кого ты там сказал, что вчера ночевал, а, Шаст?       Кто? Антон Шастун. Где? В своей квартире. Что делает? Пытается выкрутиться из этой ситуации.       Погнали. Шоу начинается.