Жить в твоей голове

      Две женщины стояли напротив Антона, устремив на него свой взгляд.       — Здравствуйте, тетя Оля, — кивнул парень и, откланявшись, побежал в уборную, якобы помыть руки.       В голове сейчас была только одна мысль — выматерить Эда.       Неужели они уже приехали? Почему он не сказал? Что вообще происходит? — уже выстраивал последовательность вопросов Антон, как только попал в уборную и запер за собой дверь. Пальцы на автомате открывали Вконтакте и нажимали на аудиозвонок.       — Да, Тох, я слушаю.       Голос Эда был расслабленным. Антон, сперва желавший наорать на друга, решил смягчиться и спросил:       — Ты уже в городе?       — Я бы тебе сказал, Шаст, ты чё? — пауза. — С чего такие вопросы вообще, я разве не предупреждал, что надолго тут?       — А с того, что твоя мама сейчас попивает чаек с малиной на моей кухне.       — Ну, ее по работе вызвали, она сегодня утром на самолете улетела, завтра вернется. В чем проблема? — Эд все еще не понимал сути претензий и, причем была тут его мать он тоже не особо вдуплял.       — Ты ведь помнишь, что я вчера тебе рассказывал про Арса и ночевку?       — Ага.       — А мамке я написал, что у тебя буду и…       С той стороны послышался громкий хриплый смех. Если бы в такую ситуацию попал Эд, то Антон бы тоже над ним поржал, но сейчас его заботило только одно — что сказать маме.       — Ну, ты лошара конечно, Шаст, — сквозь смех и, похоже, слезы пробормотал Выграновский. — Че делать будешь?       — Хуй знает.       Антон честно не знал. И чувствовал себя отвратно, потому что так сильно он себя не закапывал уже давно. Сейчас его целью было придумать оправдание, которое не закопает его еще глубже.       Сказать, что был у нового репетитора по английскому? — Шаст, ты дибил? Кто у репетиторов на ночь остается?       Сказать, что был в клубе? — Еще хуже.       А что если…       — Эд, я тебе напишу позже, — буркнул Антон и отключился под усмешку собеседника.       Стоило Шасту нажать на красную трубку, ему тут же пришло сообщение от Выграновского, где он переслал старый Димкин мем про неловкие ситуации. Антон закатил глаза, сполоснул руки и пошел прямо на кухню.        — С кем-то болтал? — до неприличия хитро улыбаясь произнесла его мама, когда Шастун появился в дверном проеме. Это был тот самый дверной проем, по которому измеряли рост ребенка в свое время в каждой семье. Шаст упирался в верхнюю перекладину уже в 8 классе. От отца поступало предложение измерять его дальше по горизонтальной части, но мать сказала, что портить дверь дальше она не позволит.       — Нет, с чего ты взяла? — Шаст решил сохранять уверенность, но в чем именно он пока не придумал.       Тетя Оля приподняла бровь. На ее лице можно было прочесть не только нежелание встревать в нарастающий конфликт, но и интерес. Видимо, поэтому она и не уходила.       — Да просто услышала, как ты очень громко сказал имя Эда, — мать все еще победоносно улыбалась. Не дожидаясь ответа от сына, та добавила. — Ты где был, Антон?       Антон еще пару секунд подумал над тем, стоит ли озвучивать свою мысль, и не найдя других решений, он произнес:       — Я у девушки был.       Слишком затянувшаяся пауза.       Антону сейчас показалось, что его мать была готова звонить отцу и орать в трубку «Поздравляю, твой сын не пидорас! А то ты мне уже все мозги проел тем, что у него девушки нет!». Но мать еще шире заулыбалась.       — А зачем врать-то было? — она привстала, чтобы долить в чашку еще чаю. — Думаешь, мы были бы против?       Думай, Шаст. Думай.       — Да я не хотел это так рано афишировать, мы с ней вроде как еще не встречаемся, я просто помогал по учебе и как-то засиделись… — Шастун подсел за стол к женщинам и почувствовал полный контроль над ситуацией. Картина складывалась очень удачно. — Я же не думал, что с Эдом так получится, — он посмотрел на тетю Олю. — А как там он? Что вообще произошло?       Ольга оживилась и, встрепенувшись, тоже заулыбалась. Повертев чайной ложечкой по ободку кружки, женщина начала рассказ. Она в подробностях расписала то, что ее родители выдают замуж внучку брата дедушки, и то, как им нужно обустраивать загородный дом, купленный пару лет назад, чтобы оставить им квартиру, а самим переехать туда, и что устраивать теперь нужно проводы и прочее-прочее-прочее. Были, конечно, и шутки про свадьбу Антона. Так или иначе, то, что Антон рассматривал, как шутки, мать преподносила уж больно серьезно. Еще среди этого проскакивали попытки узнать имя «избранницы», но Шастун всякий раз переводил тему. Переводчик хренов.       Спустя час посиделок за уже остывшим чаем, тетя Оля вспомнила, что ей пора домой, а Шаст, сложив руки, откланялся и пошел в свою комнату, предварительно попрощавшись с тетей Олей. Напоследок та сказала ему что-то вроде «Эда в следующий раз не приплетай в подобные истории». Антон лишь кивнул.       Оказавшись в комнате, он уронил свое тело на кровать. Жить хотелось только от мысли о том, что Арс будет его курировать.       Полежав пару минут в тишине, компания самого себя Шасту надоела, поэтому рука потянулась к мобильному. Висело одно непрочитанное от Эда.       «Че, как оно?»       

«Придумал себе бабу, чтобы не рассказывать про Арса»

      Эд прочел сообщение мгновенно. Иногда такое ощущение появляется, что он ничего не делает и просто сидит в телефоне.       «А про Арса че не рассказал?»       «Друг мол так и так»       «По переписке»       Антон замешкался. Говорить ли Эду про предложение Арса? Решив, что он все-таки его лучший друг, Шаст начал печатать.       

«Да я не то что-нибудь пизданул бы»

      

«Ну и Арс штуку одну предложил»

      

«Как бы сказать»

             »?»       

«Ну тип он сказал, что поможет со вступительными и я согласился и еще я его выгуливаю теперь за это»

      «ахахахаха»       

»?»

      «Так вот, что он имел ввиду, когда написал мне»       Пересланное сообщение от Арсений Попов «Я нашел себе нового гида»       

«аахааххах»

      

«Лан, до связи»

      «Давай»       Антон закрыл диалог с Выграновским, а после закрыл и глаза.       Что еще они говорили обо мне с Эдом? А вдруг он проболтался о том, что я выкинул в отеле? Но тогда бы Эд уже подстебал за это. Блять, почему с ним все так странно?       Рука снова потянулась к телефону. На этот раз он открыл диалог с Поповым и начал строчить туда:       

«Ты теперь моя новая девушка»

      «Я не догоняю»       «Я твоя кто?»       

«Девушка»

      Да, Шаст, ты опять начал разговор не с того. Поздравляю.       «А по-нормальному не объяснишь?»       Надо признать, что Арсению шло быть серьезным. Пусть даже и в таких мелочах, как пунктуация. Помедлив слегка, Шаст начал набирать ответ.       

«Я вчера сказал родителям, что я у друга ночую. Ну, тип у Эда. А сегодня когда домой зашел — охуел. Моя мама с мамой Эда на кухне. И я такой тип: У меня девушка появилась, и я с ней был вчера»

      Арс долго не отвечал. Скорее всего был занят. Антон за это время успел пролайкать кучу постов в Инстаграме и даже оставить несколько комментариев, но отвлекло его новое всплывшее уведомление. «Арсений Попов прислал вам фотографию» — гласила надпись, и Шаст открыл диалог.       На картинке была изображена книга детских сказок, но место, где раньше располагалось название, было наскоро замазано в фоторедакторе, а вместо него красовалось «Антон Шастун и 1001 сказка».       — Вот пидор, — вслух произнес Антон и заблокировал телефон. Он чувствовал, что его уши понемногу краснели, да и к щекам тоже подливала кровь. Арсений сейчас будто прочел свой текст на рэп баттле и громко крикнул «Раунд!», стоя напротив Антона. А Антон ведь даже не умеет баттлить. Шастун МС уже готов отдать победу Арсу, но гордость подпирает к горлу и встает поперек. Безобидной картинкой Арсений попал в самое слабое место — ложь. Антон сам уже давно запутался, кому и что он говорил, потому что верил во фразу «Существует ложь во благо». И в этом мире, построенном Антоном, все шло по траектории, которую он изменял в свою выгоду. Никто не жаловался.       А теперь пришел Арсений и хочет повернуть линию в свою сторону. Попов его читает, как открытую книгу. И пытается вносить правки, при этом, не делая практически ничего. Разум Антона без спросу наотмашь черкает листы, тщательно выведенные каллиграфическим почерком, сгибаясь под банальным указанием на его ошибку. На то, что он проебался. И терпеть его подростковые выходки Арсений, по всей видимости, не собирается. Самым неприятным в этой ситуации все еще был тот факт, что полностью отказаться от компании Арса он не мог, ведь Арсения он все еще считал спасательный кругом. Тем самым кругом, который не даст Антону пойти ко дну. Который не должен дать ему утонуть в пучине Воронежского менеджмента.       Антон сейчас чувствует себя котенком, которого тыкают носом в испачканный ковер, а он ничего не может сделать — у него, блять, лапки.       Главное, не дать ему зайти слишком далеко. Он кажется каким-то сверх манипулятивным.       Надо будет спросить его про психологию. Скорее всего, он ей увлекался. — Сделал для себя пометку Шаст.       Нужен был достойный ответ, но идей не было. Собрав все знания, которые ему дали универ со школой, Антон напряг извилины, прикрыл глаза и…       у с н у л.       *** От яркого солнца Антону пришлось зажмурить глаза перед тем, как открыть их. После вчерашнего дождя солнце было подарком. Скорее всего, близилось к 11, поэтому парню немалых усилий стоило поднять затекшее тело с кровати и взять свой телефон. Сообщений было несколько. Пара от Эда, переживавшего, где пропал его бро, одно длинное в групповом чате о том, что пары отменили из-за болезни препода, и еще несколько от Арсения. Тапнув по экрану, Антон открыл диалог, вчера закончившимся странным мемом.       «Антон, ты что, обиделся?»       «Хей, извини»       «Я не хочу потерять единственного нормального знакомого в этом городе»       «После Эда, разумеется»       «Шучу. Черт, Антон, отпишись, пожалуйста»       «Блять»       «Спокойной ночи»       По времени отправки было видно, что периоды между сообщениями не ограничивались парой минут. Он писал по одному сообщению каждый час на протяжении всего вечера.       Антон вчитывался в буквы, отобразившиеся на экране. Они отпечатывались в его голове одна за другой, образуя слова. И от каждого из них ощущалась непонятная энергия: такого он раньше не испытывал. Если бы подобное написал Эд, то Антон, разумеется, сначала охуел, а потом ответил что-то вроде «Все ок, ты че там как?». Что говорить Арсению Антон не знал. Строить из себя кого-то Антону сейчас не хотелось. Не перед Арсением. Этот человек мог совершенно по-иному воспринять информацию, поэтому Шастун выбрал самый тернистый для себя путь — сказать правду.       

«Арс, всё в порядке. Я просто уснул »