Bad Romans

Лукас подходит к столику, за которым сидит Иван, издали поднимая руки, в одной из которых зажата белая роза, и делая преувеличенно несчастное лицо: — Только не говори мне, что наша сказка закончилась! — Не знал, что ты читаешь мысли на расстоянии, — улыбается Иван. — Да у тебя на лице всё написано. Чёрт! — Лукас с шумом придвигает стул, усаживаясь максимально близко к Ивану, протягивает ему розу. — Буквально пять минут назад я был самым счастливым парнем в Мадриде и вот собираю осколки своего разбитого сердца... — Он прижимает руку к груди. — Как думаешь, может, махнуть в Хорватию? Иван пожимает плечами, нюхая цветок: — Попробуй... Почему нет? — Найду там своё счастье, — продолжает Васкес, мечтательно закатывая глаза, — женюсь... Будет у меня куча горбоносых ребятишек... И каждого будут звать Иван. — А девочек? — смотрит на него Иван, наклонив голову. — А девочек тем более, — отвечает Лукас. — Всех? — интересуется Иван. — Без исключения, — твёрдо говорит Лукас и смеётся. — Ладно, всё это хорошо, но... — Он делает серьёзное выражение лица. — Ты разбил мне сердце. Мне полагается прощальный секс. — Я поимею тебя на поле во время следующего Класико, — обещает Иван. — Ну хоть так, придётся смириться... Хотя это же кафе... — подмигивает Лукас. — Тут наверняка есть туалет... — Тебе нужно меньше смотреть порно... — доверительно наклоняясь, говорит ему Иван. — С ума сошёл? — восклицает Лукас. — Что мне теперь остаётся? Только горячий шоколад, плед и порнофильмы. По крайней мере, пока я не доберусь до Хорватии... Чёрт, ты знаешь, что вкус и запах горячего шоколада теперь напоминает мне о твоих губах? Невозможно пить: только поднесу чашку к носу, вдохну запах — и всё... — Что «всё»? — Что-что... Мозоли на ладонях не сходят. Хорошо, когда дома пью, а если на людях? Хватит ржать! — толкает он коленом Ивана, который утыкается в стол, заходясь смехом. — Ты мне жизнь сломал, можно сказать... Теперь вообще только плед и порно остаётся... Он с минуту любуется трясущимися плечами и светлой макушкой и спрашивает, когда Иван перестаёт всхлипывать: — Хорошо, если не секс, то зачем ты мне позвонил? — Я... — Иван, вытирает слёзы, выступившие от хохота, шарит по карманам и протягивает маленький красный футляр. — Должен вернуть тебе кое-что... Лукас убирает руки за спину: — Точно рехнулся... Это подарок. — В этот момент он действительно выглядит обиженным. — Я хочу, чтобы он остался у тебя. Думаешь, я каждому встречному дарю кольца с бриллиантами? И потом, вдруг ты ещё передумаешь... — Ты узнаешь об этом первым, — улыбается Иван. — У меня ведь есть твой номер телефона. — Никогда не буду менять его. — Васкес долго смотрит в глаза Ивану и спрашивает: — Я могу тебя поцеловать, принцесса? Иван кивает, и Лукас кладёт ему ладонь на затылок, притягивает к себе, прижимается, целует глубоко и мягко, ероша волосы, гладя по шее, затем выдыхает в губы: — Хорошо, что я сразу решил, что ты ненастоящий... и вообще, что это всё мне снилось... — Он с сожалением выпускает Ивана из рук и поднимается с места. — Ладно, принцесса... Было здорово... Он направляется к выходу, останавливается у двери и оборачивается. Иван кивает ему и прячет красный футляр в карман.