Сказок больше не будет.

Ранним утром они должны были вылетать обратно в Корею, и Тэхен не знал, как долго они будут там оставаться, потому попросил Дженни собрать чемодан с нужными вещами хотя бы на пару дней. Она сделала это быстро, и не забыла взять с собой договор и чеки. Она хотела, чтобы Тэхен сжег их, но он проигнорировал ее просьбу, и она решила сделать это сама. Очевидно, то ее предложение так сильно обидело парня, что даже сейчас, согласившись помочь ей, он не хотел расстаться с этой глупостью. Дженни просто не верила своему счастью, что Тэхен везет ее обратно, что поможет отомстить. Боль немного утихла за ночь в его объятиях, но ей на смену пришла злость на предавших ее бывшего любимого и лучшую подругу. Она была готова уничтожить их, но самое приятное было то, что теперь она не должна была действовать в одиночку, что можно было положиться на сильного и взрослого Тэхена, который все делал лучше нее, и он был первым таким. Она пока не понимала, почему он избегал теперь поцелуев и секса, но решила скинуть это на обиду за ее побег и пока что не придавать значения. Во всяком случае, пока что у них на курсу другое дело, и она ждала его с нетерпением. Все утро Тэхен провел на телефоне, обсуждая готовящуюся вечеринку. Он организовывал ее на крыше своего пентхауса в шесть вечера и сделал все, чтобы Чимин, Лиса и многие другие ее знакомые попали на нее. Он так же позволил одному издательству присутствовать и пообещал сенсацию. Деньги, которые ему переведут за это, он пожелал отдать Дженни, а она предпочла пока никак не комментировать его решение, потому что каким бы сейчас обходительным с ней он не был, она все еще помнила, какой он в гневе и не хотела рисковать, споря с ним. В этот раз он не повез ее домой, они сразу отправились в пентхаус. Трюк с платком и очками повторился, и снова Дженни ничего не имела против. Дома у него было роскошно. Именно так, как должно было быть у Ким Тэхена. Отличный дизайн, выдержанный стиль, все лаконично и со вкусом. Тут уже сновала целая куча прислуги, когда они приехали, и официанты мельтешили по лестнице, ведущей на крышу. Тэхен попросил не ходить туда, а посидеть в его спальне, и что он скоро придет. Разве она могла ему противоречить? В его спальне она почувствовала необычное возбуждение от того, что находится на его личной территории. Немного портило впечатление представление о том, сколько девиц прошло через эту кровать, но она быстро отогнала эти мысли и решила сделать ему небольшой сюрприз. Сняв свое платье, Дженни повесила его на спинку кресла в углу комнаты. На столик положила свой клатч от Кристиан Лабутен и не снимая туфель того же дизайнера, растянулась на его кровати в сексуальной позе. Серебристое белье выгодно подчеркивало фигуру, полупрозрачные туфли удлиняли ноги, длинные волосы делали вид более чувственным. Ловя свое отражение в большом зеркале, она удивлялась, откуда в ней, еще недавно милой девственнице, столько желания. Но оно огнем пылало внутри из-за того, что вчера у них ничего не было, а сегодня он был так мил и нейтрален. Посчитав, что до шести времени достаточно, Дженни с нетерпением ждала своего хозяина. И он не заставил себя ждать. Тэхен открыл дверь, быстро зашел внутрь и закрыл дверь за собой, а затем повернулся обратно к Дженни и, широко открыв глаза, спросил: — Это что? — она обиженно надула губки. — Это я. Иди ко мне… — она провела ладонью по покрывалу рядом с собой, Тэхен хмыкнул. — Что такое, Дженни? Ты же хорошая девочка… — его глаза сузились, он сделал несколько медленных шагов, присел на край кровати и поймал ручку Дженни, а затем прижал ее к губам. Девушка села в кровати и обняла его со спины, скользнув пальчиками по воротнику пиджака, вниз, расстегивая пуговицы, но он убрал ее руки. — Нет. — Почему? — капризно вскрикнула девушка, остро желая получить свое. — Теперь я твой друг и помощник. Я не хозяин, ты не сексуальная рабыня. Я найду, с кем удовлетворять свои потребности, а тебе еще нужно подрасти, — улыбнувшись, он поправил пиджака и попытался встать, но Дженни буквально повисла на нем. Гордость, самоуважение, ничто не волновало ее, когда ей так сильно хотелось почувствовать его на себе, в себе. Ощутить его поцелуи… — Да, да. Все так. Но я… Я хочу тебя, — парень удивленно обернулся и посмотрел на девушку. — Ты же не хотела? — А теперь хочу, — она устала от бессмысленного спора, поднялась на колени в кровати и скользнула ему на колени, обвивая шею руками. Тэхен тяжко сглотнул, когда грудь Дженни оказалась буквально у него перед носом, и легонько обнял ее за талию. — Держи себя в руках. Иначе мне придется тебя наказать. — Я больше тебя не боюсь, — дерзко заявила Дженни, и тут же оказалась прижата к кровати. Ее руки были заведены за голову и крепко сжаты. — А очень зря, моя девочка. — Я хочу этого! — смело заявила она, ощущая приятную тяжесть внизу живота от его прикосновений, от его близости. Тэхен медленно, издеваясь, наклонился к ней и мягко коснулся губами уголка ее губ. Дженни тихонько застонала и повернула голову, чтобы их губы соприкоснулись, но он убрал лицо и коснулся губами с другой стороны. Девушка заерзала и выгнулась дугой, прижимаясь полуобнаженным телом к его телу, на что он, тихо и приглушенно застонал. — Ну что ты делаешь? — обреченно, словно не имея выбора, он прижался губами к ее губам, и Дженни живо ответила на поцелуй, то переплетая их языки, то нежно покусывая его нижнюю губу. Скованные руки были минусом, потому что ей очень хотелось прижать его к себе, но в этом было что-то порочное и от этого захватывающее. То, что дарил ей только Тэхен. Она снова поерзала под ним, вызывая очередное рычание. Свободная рука парня поползла вниз, сжимая ее кожу, оставляя горящую дорожку его прикосновений. Он с трудом оторвался от ее губ, и зашептал: — Ты невероятная, я хочу тебя постоянно, я… — но договорить ему не дали. Стук прервал его монолог и парень резко оторвался от нее и буквально вскочил с кровати, рывком накрыл Дженни покрывалом и открыл дверь. Забрав несколько больших коробок, он поставил их на кровать рядом с девушкой и долго посмотрев на нее, укрывавшуюся, улыбнулся: — Это и к лучшему. Я не собирался этого делать. — Но Тэхен! — вскрикнула девушка, чувствуя, что желаемое ускользнуло. — Вечером встретимся тут же, и тогда посмотрим, останется ли твое желание, — наклонившись к ней, он мягко провел рукой по ее щеке и коротко, но крепко поцеловал в губы. — Наденешь это. К шести будь готова подняться наверх, но не забудь про очки и платок. Твое появление будет фееричным, — подмигнув ей, Тэхен развернулся и вышел из комнаты, плотно закрыв за собой дверь.

***

Тэхену было очень сложно не поддаться искушению, но он решил, что необходимо проучить строптивую Дженни и заставить признать, чего ей хочется. А еще он надеялся, что когда их физический контакт прекратиться, его больше не будет терзать изнутри это странное чувство тоски и возбуждения одновременно. Примерно в полшестого парень надел костюм, купленный для этого вечера, и галстук, очень необычный в школьную клеточку, но он знал, что таким будет ее платье и это лишь подчеркнет то, что они вместе. Сам Тэхен предпочитал говорить, что она — его. Помимо этого школьная тематика была очень уместна, ведь Дженни как раз скоро должна была бы сдавать выпускные экзамены. Но возможно ли это теперь, после всего произошедшего? Скорее всего — нет. Но он — Ким Тэхен, а еще у него есть очень влиятельный папа, который очень много денег заплатил одному из колледжей Лиги плюща, пока сам Тэхен там учился. Тогда выбор отца пал на Йель и факультет… Сфера бизнеса, что-то там с финансами. Как ни прискорбно, Тэхен там почти не бывал и на то, чтобы он получил диплом ушло целое состояние. Но так хотел именно отец, а Тэхен ничего не имел против. На первом курсе он еще поразвлекался с девочками, а потом почти не появлялся там. И несмотря на это, он считался очень хорошим студентом и периодически появлялся на доске почета. Никто не устоит перед большими деньгами. Даже Йель. Если Дженни пожелает поступить туда, — ему стоит только попросить отца сделать пару звонков. Ровно в шесть Тэхен направился к своей спальне, где сейчас была Дженни, постучал и сообщил: — Примерно через пятнадцать минут поднимайся, — он не собирался ждать, пока Дженни выйдет, но она неожиданно открыла дверь и втянула его в комнату. Она была просто прекрасна, от ее красоты буквально перехватило дыхание. С ней поработали стилисты, на ней были дорогие украшения и шикарное платье. — Ты очень красивая, — констатировал Тэхен, заставляя девушку улыбнуться. — Поцелуй меня на удачу? — просила Дженни, и он, не желая ей отказывать, мягко коснулся губами ее шеи, заставляя запрокинуть голову назад. Она вцепилась в его пиджак, не желая отпускать, но Тэхен покачал головой. — Потом, все потом, — развернувшись, он вышел из комнаты и быстро пошел на крышу, где официанты закончили последние приготовления и молча стояли по углам, ожидая первых гостей. И они не заставили себя ждать. Медленной вереницей люди начали подниматься на крышу, и тут же заиграла негромкая ненавязчивая музыка. Тэхен здоровался с каждым, хотя не знал имен больше половины. В основном тут были дети со школы Дженни, деловые партнеры отца, и редкие светские львы и львицы. Несколько раз к нему подходили мужчины в возрасте, оценивающим взглядом осматривались по сторонам и кивали: — Наконец-то у твоего отца появится повод тобой гордиться, — ему откровенно хотелось вмазать им после этого, потому что если он и был шалопаем, это еще не значило, что им не за что гордиться… Хотя и ничего сказать он не мог. К тому же вопрос отца тоже волновал его. Тот извинился и сообщил, что не сможет успеть к шести, но к семи, скорее всего, будет. И это значило, что он будет присутствовать при пламенной речи Тэхена, написанной для ушей двух школьников и орды светских людей, но никак не для отца, ведь он поверит тому, что Тэхен скажет, а будет ли это правда? Или, точнее, будет ли это та правда, которую нужно знать отцу? К тому же, знакомства с Дженни не избежать, и это будет первая девушка, которую он познакомит с отцом. Ответственность, черт возьми. Благотворительный вечер он устроил с размахом, было больше сотни приглашенных, и помимо крыши накрыто было еще в огромной гостиной. Примерно на пятидесятом человеке Тэхену надоело стоять у входа и здороваться, он прошел вглубь толпы и взял два бокала шампанского с подноса в руке официанта. Очень вовремя, потому что через секунду перед ним появилась Дженни. Ее голова была укрыта алым платком, на лице большие черные очки и она выглядела очень эксцентрично в этой толпе длинных платьев и высоких причесок. Но какое ему дело до всех, когда она так обворожительна? Протянув девушке бокал, он сделал глоток и, поморщившись, поставил на столик. — Через пару минут пойдем к трибуне, не отходи от меня. Не видела еще этих своих виновников торжества? — Нет пока, — он не видел лица Дженни, но чувствовал ее волнение. — Оппа, ты правда затеял все это только ради меня? Нет, я привыкала к подобному, но только для того, чтобы вернуть свою рабыню в свет… Ну, знаешь, это ли не чересчур? — Ничто не чересчур, если это касается тебя, сладкая… — последнее он сказал очень приторно, с коротким смешком, а затем вложил ладошку Дженни в сгиб своего локтя и повел сквозь толпу к трибуне. Едва он встал к микрофону, а Дженни — рядом, Тэхен заметил их. Интуитивно, а потом и Дженни резко сжалась и кивнула в их сторону. Сосунок выглядел именно так, как он его себе представлял. Блондинка же была ничего, но рядом с Дженни она ничего из себя не представляла. Он отметил, что оба одеты в черное, хоть на это мозгов хватило. Но он обнимал девушку за талию и она то и дело хихикала, глядя на него. Он всем телом ощущал, как больно Дженни от этого зрелища и внутри него поднимался ураган из ревности к этому щенку, потому что что еще причиняло ей такую боль? Ненависти к этой отвратительной парочке, которая посмела предать Дженни. И сострадания к девушке, которую хотел уберечь от всего на свете. Он крепко сжал руку девушки, затянутую в перчатку и, повернувшись к ней, шепнул: — Все будет хорошо. Эта месть будет легендарной, и сегодня — только крошечный шаг на этом пути, — когда он повернулся обратно, его лицо озарила спокойная улыбка. Коротко похлопав в ладоши, он привлек к себе внимание и еще не успев сказать и слова, увидел отца, что всего в нескольких метрах стоял от них и с неподдельной гордостью взирал на сына. Собрав все свое мужество в кулак, Тэхен коротко улыбнулся отцу и заговорил.

***

Он был так хорош собой, что буквально притягивал к себе взгляды всех женщин и даже некоторых мужчин. Там, на острове, где они почти постоянно были вдвоем, она не замечала, насколько он привлекательный и сексуальный, но теперь, в толпе похотливых львиц, которые были старше, красивее, опытнее ее, она испытывала неприятные муки ревности. Раньше, до трагедии, она никого не знала лучше себя и едва ли бы стала ревновать. Но до трагедии она не знала и его, так что, что тут теперь рассуждать? В конце концов, все это было для нее, ради нее, и в ее честь. Пусть все сучки кусают локти, эту ночь она проведет в его объятиях. Поднявшись к трибуне, она сразу заметила их, и боль сдавила горло. Так много всего произошло с ней за последнее время, что она уже почти не умела держать себя в руках. Стала такой нежной и слабой. Чуть-что — в слезы. А может, все дело в Тэхене, рядом с которым, взрослым и сильным, можно позволить себе быть девочкой? Но как бы то ни было, только благодаря его руке она стояла на месте. Лиса и Чимин были счастливы. Их лживо-траурные одеяния ничего не меняли. О, как хотелось ей вылить им на голову ведро шампанского. Она ведь думала, он любит ее. Как давно, интересно, они вместе? Сошлись на почве ее смерти или и раньше лгали, просто скрывали от нее, а теперь можно было открыться? А Лиса… она часто называла ее сестрой. А теперь не будет называть никак, кроме «Сука». Она бы долго еще испепеляла парочку сквозь очки, но Тэхен заговорил, и, повинуясь его гипнотическому голосу, девушка перевела на него глаза. — Добрый вечер, дамы и господа, — далее он долго говорил о том, как важен этот вечер для всех детей-сирот, для которых сегодня мы собираем деньги, и о том, как благодарен каждому откликнувшемуся. Дженни даже не знала, что Тэхен обладает таким хорошим ораторским даром. С ней он был немногословен, а тут все внимательно слушали и ловили каждое его слово, как и сама Дженни. А затем он заговорил о ней. — И рядом со мной стоит девушка, которую за что-то невзлюбила судьба, но которой немного помогла удача. Я не стану говорить, где и при каких условиях я встретил ее, но я благодарю Бога за это событие. Она невероятная, волшебная, восхитительная. Я никогда не устану радоваться нашей встречи. Но самое чудесное это то, что для общественности сегодня будет день ее возрождения, — далее Тэхен рассказывал ее историю, обминая острые углы вроде того, что Дженни была куплена им в качестве сексуальной рабыни и то, что он собирался и дальше держать ее в борделе. Но он рассказывал так трогательно, что женщины пустили вежливые слезы, а мужчины охали в возмущении, что такое еще может случиться в современном мире. По рассказу Тэхена, не было борделя, ее просто украли и держали в доме, а потом сбежали, и Тэхен чисто случайно нашел ее, привел в стабильное состояние и привез домой, чтобы вернуть ей имя, место в обществе и счастье. Больше всего внимания привлекал светловолосый мужчина в первом ряду гостей, который буквально светился от гордости. Они с Тэхеном были похожи, и в головку Дженни закрадывалась мысль, что это мог быть его отец. Но она боялась и думать об этом, потому что это означало, что им придется познакомиться, а знакомство с родителями это… Это что-то, что она уже сотню лет назад пережила с Чимином и еще не готова была повторить. Из размышлений ее вырвал звук ее имени: — Эта девушка изменила меня и вскоре изменит мир к лучшему. Эта девушка — несравненная Дженни Ким, — дрожа, как осиновый лист, Дженни сняла очки и стянула с головы алый платок, под шквал аплодисментов кладя все это на трибуну. Она понимала, что больше половины людей тут даже понятия не имеют, кто она такая. Кто-то слышал о гибели родителей, они были известны в Сеуле. Они знают ее фамилию, и, вполне вероятно, слышали о трагедии из новостей или читали в газете. Но все их эмоции — обязанность, долг перед обществом. Истинные же эмоции она сейчас наблюдала на небольшой группке таких неуместных тут школьников. Ее свита хваталась за грудь, падала в обморок, бескультурно кричала и рыдала, и только Чимин и Лиса выглядели так, будто на них рухнуло небо. Как славно. Одно это уже стоило всего, что Тэхен организовал. Они были разбиты, напуганы, ошарашены. Лиса шумно разрыдалась, так отвратительно и притворно, как казалось сейчас Дженни, а Чимин, этот маленький ублюдок, принялся метаться между Лисой и желанием броситься к трибуне. Ох, и как же он объяснит теперь все? Он же знает, что она видела, как они тут целовались, что пришли вместе. Восторг от мести переполнял Дженни, и когда Тэхен, нежно поцеловав ее в щеку, дал девушке сказать пару слов, она восторженно засыпала благодарностями всех присутствующих, и очень показательно, для двух человек, сказала главную фразу: — Я благодарна за все Ким Тэхену. Он — лучший мужчина, лучший человек. Он — все что у меня есть, мой самый близкий и родной. Он сделал меня счастливой и стал моей жизнью. Спасибо, Тэхен, — сказала это так проникновенно и, конечно, искренне. В ее глазах собрались слезы, которые она смахнула со светской элегантностью и тут же почувствовала руку Тэхена на ее плече. Идеальная пара с великолепной, полной боли и радости историей. Она — прекрасная девушка, такая красивая и с хорошими манерами. Она богата и так одинока, он — весь ее мир. И он, такой сильный взрослый и великолепный. Желанный, манящий, и любящий ее одну. Все по канону романического жанра. Даже, пожалуй, в жанре женских романов в мягкой обложке. Так это выглядело для всех. Так это выглядело для Лисы и Чимина, для всех журналистов. А на деле? На деле она была убита горем, ее психика едва ли когда-нибудь восстановится и она чувствует себя использованной и преданной. А он — он легкомысленный повеса, купивший ее, как вещь. И, скорее всего вся эта акция — очередное развлечение. Между ними пламя сексуальной страсти, потому что у него много опыта, а у нее — ноль. И как только она ему надоест, он выбросит ее. Благо, теперь не на помойку. Но он вернется в свой мир, полный женщин, а что будет делать она, Дженни еще не знала. Масса планов и идей, большая мечта, но в душе слишком пусто, и она не знала, когда она заполнится, чтобы найти силы на новую жизнь. Тэхен свел ее со сцены, и почти тут же около них оказались девочки со школы, но Тэхену было достаточно окинуть их взглядом с ног до головы, чтобы они, восторженно запищав и заохав, отвалили, позабыв о Дженни. С Чимином и Лисой было сложнее. Они не решались подойти, они смотрели на нее, как на призрака и маячили в нескольких метрах. Дженни заметно нервничала, и снова Тэхен все решил. Он подвел к ним упирающуюся Тэхен и стальным тоном произнес: — У вас есть пять секунд, далее у Дженни есть планы поважнее, — раскрыв рты, они не решались сказать и слова, только Лиса смогла выдавить из себя: — Джен, мы… — Время вышло. И у вашего приглашения на вечер тоже истек срок. Направляйтесь к выходу, вам не место в моем доме, — обняв Дженни за талию, он нежно прикоснулся губами к ее губам, убирая из головы все тревожные мысли. — Еще немного мучений, и мы закроемся в моей спальне до самого утра… — жарко зашептал он ей в ухо, заставляя ее щеки заалеть. Но Тэхен не дал ей опомнится, и за талию плавно подвел к тому самому мужчине, которого она так боялась. — Дженни, это мой отец, Ким Джинён. Отец, как ты уже слышал, это моя Дженни, — это «моя» пронзило ее насквозь, и она улыбалась, как идиотка, когда Джинён сначала поцеловал ее руку, а затем, расчувствовавшись, и щеку. Она и раньше была его, но иначе. Это «моя» было глубоким и чувственным, а не собственническим. — Господин Ким, мне безумно приятно познакомиться с вами. Тэхен так много говорил о вас, вы для него — пример во всем, — Джинён засмеялся. — Видимо, я плохой пример. А вы чудесная девушка, вы правда изменили его. Очень за вас рад, — Джинён был очень приятным мужчиной. Он был красив, хоть и немолод, в нем чувствовался железный стержень, и одновременно огромная любовь к сыну. Она понимала, что и Тэхен станет таким однажды, и понимала, что она хотела бы быть с таким мужчиной. Джинён бросил взгляд сыну в глаза, и тот, нагнувшись к Дженни, шепнул: — Спускайся в спальню, дальше разберутся без нас. Я скоро приду, — сдержав взволнованный смешок, Дженни кивнула Джинёну и улыбнулась: — До встречи, господин Ким. Была рада знакомству, — Тэхен остался с отцом, она понимала, им есть о чем поговорить и ничего не имела против. Дженни уже была у самого выхода, Тэхен исчез из виду, и она захотела выпить немного шампанского перед уходом, для чего остановилась около одного из столов. Она лишь поднесла бокал к губам, когда кто-то взял ее за локоть, заставляя резко развернуться.

***

Дженни однозначно понравилась Джинёну, это было видно. Но когда он недвусмысленно посмотрел на сына, Тэхен понял, что у него есть пара слов и для него лично. Едва Дженни отошла, Джинён отвел его немного в сторону и негромко сказал: — Тэхен, но она еще совсем ребенок. Ты хоть понимаешь, что она несовершеннолетняя и тебя, по хорошему, ждет наказание? — он говорил это достаточно вкрадчиво, потому что не хотел злить и без того вспыльчивого сына, а еще потому, что на самом деле, никогда не видел его таким. Повзрослевшим, изменившимся, счастливым. И Тэхен понимал то, что сказал отец, но в ответ на его слова только улыбнулся, потому что Джинён не знал и половины истории, за которую его действительно могли бы посадить. — Отец, она достаточно взрослая, к тому же у нас с ней все серьезно, — брови мужчины взлетели вверх. — Серьезно насколько? Она об этом знает? Ох, Тэхен, было бы ей хотя бы двадцать два… Ты сам у меня еще не вырос, а она и вовсе юная… — не желая ссориться и пребывая в отличном расположении духа, Тэхен положил руку отцу на плечо и улыбнулся. — Все нормально, не волнуйся. И спасибо, что пришел сегодня, — Джинён улыбнулся в ответ, и собрался было идти, но вдруг задал вопрос: — Ты любишь ее? — Тэхен был застигнут врасплох. С этой позиции он еще не думал об их отношениях. Любовь? Что это? Он с ней не сталкивался и пока не планировал, но для спокойствия Джинёна… — Да, — отец засиял, похлопал его по плечу и отправился к группке своих знакомых, а Тэхен, со странным осадком внутри, отправился в спальню за Дженни. Но он не дошел до выхода с крыши, потому что увидел Дженни, беседующую с этим маленьким засранцем. Который ее предал, которого он прогнал, и который не имел никакого права говорить с ней. Тем не менее, он говорил. Блондинки нигде не было, и Тэхен понял, что он специально остался, чтобы поймать Дженни одну и пообщаться с ней. Благо, девушка стояла, сложив руки на груди и нехотя смотрела на Чимина. Неожиданно Тэхен осознал, что ей ничего не стоит сейчас уйти. Просто развернуться и все. С ним. Он объявил о том, что она жива, и тем самым лишил себя всяких прав на нее. Дженни теперь свободный человек, и ничего он не сможет сделать. Больше нет смысла кричать и держать ее. Теперь он и она — отдельно. Теперь он делает для нее что-то потому что… Чувствует что-то, а не потому, что она принадлежит ему и он обязан содержать ее. Сложно и страшно. Тэхен продолжал прятаться за спины гостей и высматривал Дженни, до дрожи боясь, что вот сейчас она бросит последний взгляд в толпу, возьмет парня за руку и уйдет прочь, унося с собой половину мира. Минута, вторая. И он видит, что губы Дженни искривляются, она выставляет руки вперед, словно прося его замолкнуть. Ему потребовалась доля секунды, чтобы оказаться рядом. К его удивлению и восторгу, девушка тут же прильнула к нему со всей нежностью, и он прижал ее к себе за плечи. — Ты что-то не понял из сказанного мной, щенок? — рявкнул Тэхен, наплевав на все нормы приличия и то, что сам организовал этот вечер и драка не входила в планы. Но какая драка, если парень лишь на миг посмотрел ему в глаза, а потом, испугавшись ярости, съежился и буркнул: — Я говорил с Дженни, а не с тобой, — сжав челюсти, Тэхен едва сдержал себя от того, чтобы не выволочь мальца за шиворот. Вместо этого он ледяным тоном отрезал: — Мне показалось, Дженни не желает разговаривать, — а затем уже тише, немного приблизившись к парню: — Вали отсюда, пока цел, иначе ты очень об этом пожалеешь, — удивительно, но тот не расплакался. Он недовольно бросил: — Дженни, поговорим позже. И держи его на поводке, — кулак Тэхена уже был в воздухе, когда Дженни встала между ним и Чимином. Тэхен был разъярен, но руку опустил и с радостью отметил, что успел это сделать, иначе Дженни бы отлетела в сторону, потому что он вкладывал в удар всю силу. Тэхен тяжело дышал и буквально кипел от злости, но Дженни обхватила его за талию и молила: — Оппа, пожалуйста. Он того не стоит, — пока она говорила, щенок сбежал, и немного взяв себя в руки, Тэхен схватил Дженни за локоть. Кажется, никто не заметил ничего сверхъестественного. Как всегда в этом городе. Снаружи все красиво, а нутро прогнило. Буквально клокоча от злости, Тэхен окинул зал взглядом, убедился, что нанятые организаторы на местах и быстрым шагом пошел вниз, таща Дженни за собой. В спальне он хлопнул дверью, закрыл ее на замок и бросил девушку на постель. — Ох, Дженни. Поберегись, — она невинно улыбнулась, похлопала глазами и встала на кровати на колени, маня его к себе. — Какого черта ты не послала его сразу? — орал он. — Я… Не знаю, Тэхен… — она выглядела испуганной, но не настолько, как в первый день их встречи. Она и правда перестала его бояться, пора это менять. — Ты будешь наказана, — глаза девушки округлились. — Только не говори, что я буду спать одна… — расстроенно протянула Дженни, но Тэхен быстро качнул головой. — Повернись спиной и обопрись о локти, — в глазах девушки вспыхнули огоньки, и она покорно повернулась к нему спиной и изящно, играя, прогнулась, опускаясь на локти. Тэхен мгновенно почувствовал эрекцию, но злость никуда не ушла, он шагнул к кровати, взял девушку за талию и рывком подтянул к себе, так, чтоб ее ступни в туфлях свисали с кровати. Легким движением он задрал ее пышную юбку, открывая его взору аппетитную задницу в кружевных трусиках. На Дженни были чулки с кружевными резинками, и когда она вильнула бедрами, он буквально зарычал от желания. — Ты знаешь, что я сделаю? — охрипшим голосом прошептал парень, скользя ладонью по ее ножке от сгиба в колене, по бедру, по тонкой линии голой кожи между чулками и трусиками. — Накажешь меня… — так же сдавленно шепнула Дженни. Его рука нежно погладила ее ягодицу, а затем звонко шлепнула, заставляя девушку вскрикнуть и выгнуть спину дугой. — Стой. Я не закончил, — она повернула голову и взглянула на него, улыбнулась, и опустила голову вниз. Тэхен взял пальцами ее трусики и спустил вниз, они скользнули по ее бедрам. Ладонь опустилась на вторую ягодицу, нежно погладила и снова звонко шлепнула. Дженни вновь вскрикнула, но на этот раз крик смешался со стоном. — Возьми меня… — простонала она, вызывая в Тэхене волны вожделения. Но он держал себя в руках, он действительно хотел проучить ее. — Молчи, — приказал он и снова шлепнул ее. Раз, второй, третий. Примерно на восьмом шлепке Дженни стонала не прекращая, ее стон был схож с рыданием, она не обращала внимания на его приказы и умоляла заняться с ней сексом. Тем не менее, она не просила остановиться, не вставала и не мешала ему. Тэхен сходил с ума от возбуждения, и когда она вскрикнула в очередной раз, не выдержал и скользнул ладонью между ее бедер, погружая два пальца в ее теплое и готовое для него тело. Дженни рухнула на живот, заходясь в оргазме, но он еще не был согласен с этим, и потому тут же прекратил пытку, подхватил ее и снова поставил в колено-локтевую позу. Только на этот раз он не мог сдерживать себя. Расстегнув ширинку и стянув боксерки, он резко вошел в нее и начал двигаться в неспешном ритме, наслаждаясь этим. Его руки скользнули по лифу ее платья, стягивая его вниз, освобождая полные груди и сжимая их. Дженни бесстыдно стонала, заявляя всем об их занятии, а он наращивал темп и покрывал поцелуями доступные ему участки ее тела. Через несколько минут они обессилившие и счастливые рухнули на кровать, Тэхен прижал девушку спиной к себе и покрывал поцелуями ее шею, а та, в полуобморочном от экстаза состоянии прошептала: — Хочу, чтобы так было всегда…

***

Дженни резко развернулась, но уже знала, кто стоял за ее спиной. Чимин. — Чего ты хочешь? — девушка резко ответила, отпила немного шампанского и оглянулась по сторонам. Она понимала, что если сейчас придет Тэхен, добра не жди. — Дженни, я так растерян, я не знаю, что сказать, — он протянул руку, но Дженни тут же отдернула ее. — Но ты знал, что делать с Лисой. Я все видела и все знаю, Чимин. Теперь уходи и больше не возвращайся, — и как бы не было больно, Дженни сжимала губы и была непреклонна. Она была слишком обижена на него, и слишком благодарна Тэхену за все, несмотря ни на что. Сейчас вспоминая свои отношения с Чимином, она ясно осознавала, что они не шли ни в какое сравнение с тем, что сейчас у нее с Тэхеном. Но то она называла любовью, а этому не знает имени. Как бы то ни было, он предал ее, она не станет больше предавать Тэхена из-за него. — Но я был в шоке, я не знал, как мне жить. Я люблю тебя! — Дженни замахнулась для пощечины, но в толпе рядом мелькнул знакомый силуэт, и как только он оказался рядом, Дженни прижалась к парню, моля Бога, чтобы он не слышал последнюю фразу Чимина. По сути, разговор ничего не значил, она не верила ни одному его слову, но Тэхен был в ярости и ей чудом удалось избежать драки. Их ночь была великолепна. Он наказал ее порочно, как маленькую плохую девочку, и еще месяц назад Дженни была бы в шоке, но та которой она стала, была в восторге. Все ее тело ныло от удовольствия, даже когда девушка проснулась. — Оппа… — тихонько позвала она, не открывая глаз и надеясь, что парень все же рядом. Ответом ей стало нежно прикосновение руки к руке, от которого Дженни заулыбалась, быстро перекатилась и оказалась прижатой к груди Тэхена. — Доброе утро… — сонно прошептал он и легко коснулся губами ее лба. — С тобой все хорошо? Ничего не болит после вчера? — Дженни открыла глаза и хитро улыбалась, глядя на парня. Он тоже открыл глаза, и девушка покачала головой. — Мне хорошо… — Можем повторить, — Тэхен засмеялся, немного подтянул Дженни к себе и коротко поцеловал в губы, а его рука скользнула по бедру девушки. Она спала голой, потому что вчера им хватило сил лишь на то, чтобы скинуть одежду и рухнуть в постель. — Сначала в душ, потом все остальное, — с трудом отлепившись от Тэхена, Дженни направилась в душ, нагло виляя бедрами. Она не сделала и пяти шагов, как Тэхен уже сзади обнимал ее. Вопреки всему, «все остальное» случилось не после, а во время душа, но никто из них не был против. После душа и секса, разомлевшая Дженни направилась к своему чемодану и просто не могла заставить себя надеть каблуки. Юбка, белая футболка и приятного цвета кожаные балетки. Она чувствовала себя отдохнувшей и готовой к новым свершениям. Впервые за все это время она проснулась без боли в груди. Была тоска, она никогда не уйдет, но то безутешное горе отступило. Спасибо Тэхену. Выйдя наконец из спальни, Дженни тихо прокралась в столовую, где уже сидел Тэхен. Что в особняке, что в этом пентхаусе, ничего не менялось. Он пил кофе и листал газету, а как только она пришла, поднял глаза и улыбнулся. Идеальный, как и каждый день. — Ты без каблуков? — Ага. И такое бывает. — Ты очень милая, мне нравится. Если во вчерашнем наряде отец сказал, что ты еще ребенок, то если бы он увидел тебя сегодня, я бы точно загремел в тюрьму, — Дженни округлила глаза и обиженно надула губы, садясь рядом с Тэхеном и втянула носом запах пищи, которую начал приносить парень в белой рубашке. — Ого. Твой отец что-то обо мне говорил? И я не ребенок. — Ну конечно нет, я же тебя трахаю, — он сказал это бесстрастно, а Дженни вспыхнула и бросила взгляд на официанта, но тот и бровью не повел. — Оппа! — вскрикнула девушка и шлепнула парня по руке. — Ммм. Шлепки это то, что надо. Намек понят, — Тэхен встал и со смехом поднял ее, упирающуюся со стула. — Сейчас этим и займемся, — повизгивая от смеха, Дженни все же удалось отбиться от него и сесть обратно за стол. — Я хочу есть, имей совесть, — он покорно кивнул головой и тоже принялся за еду. Допивая свой кофе и видя, что Тэхен в хорошем настроении, Дженни решилась задать несколько интересующих ее вопросов и ненавязчиво поглаживая парня по руке, заговорила: — А мы еще вернемся на остров? — М… А ты хочешь? — Не знаю, сложно сказать. И да и нет. — Почему? — Просто с ним очень многое связано, и хорошее, и плохое. Но, с другой стороны, там ты только мой… — Тэхен ухмыльнулся и сжал ее руку. — Я и тут… — но он запнулся и быстро перевел тему: — А у тебя остались там какие-то важные вещи? — Дженни отметила это про себя, но весело ответила: — В любом случае, хотя бы разок туда вернуться мы обязаны. А еще один вопрос… Смогу ли я… бывать дома? — Тэхен несколько секунд смотрел на нее, а затем ответил. — Ты хочешь спросить, можешь ли ты жить там, а не со мной? — Дженни не знала, что сказать. Она не хотела уезжать от него, тут было так хорошо. Но и дом это ее дом. Как бы то ни было, она не хотела, чтобы там все заросло пылью. К тому же, ей надо разобраться с делом родителей, и со школой, с поступлением. Боже, у нее столько дел… — Ну не жить, но бывать… — она не знала, как сказать правильно, чтоб не обидеть его. — Я не держу тебя. Ты больше не моя собственность, можешь делать что хочешь, — его взгляд изменился, он отпустил ее руку и больше не смотрел ей в глаза. Дженни ощутила укол страха. — Тебе просто нужна свободная территория, чтобы трахать шлюх, и таким образом ты выгоняешь меня? — его взгляд обжег холодом. Она видела, что ему неприятно, но не понимала причины. Все внутри сжалось, когда он холодно сказал: — Понимай мои слова как хочешь, — считая разговор оконченным, Тэхен поднялся со своего стула и развернулся, но вспомнил кое-что и бросил: — Ключи от твоего дома в коридоре на тумбочке. Пока что он принадлежит мне, но уже на неделе я позабочусь о том, чтобы он снова стал твоим. И я займусь расследованием, не лезь туда, пожалуйста, — она не успела ничего сказать, он быстрым шагом прошел по столовой и скрылся за одной из дверей. Дженни просидела около десяти минут тупо глядя в стену. Он сам разберется, вернет ей дом. Он стал ей таким близким, но он ничего не говорит о своих чувствах, она понятия не имеет, есть ли они у него или она — просто модный проект богатого парня. Голова шла кругом от всего этого, ей было необходимо немного побыть одной. Поднявшись, Дженни отправилась в спальню, взяла свою сумку, немного денег, что лежали на столе, решив, что он не будет против, и направилась в коридор, где взяла свои ключи, вызвала лифт и замерла, не веря тому, что сейчас не сбегает, не идет куда-то под его надзором, что она свободна. События на острове становились похожи на сумасшедшее ток-шоу, такое далекое теперь и туманное. Все, что помнила она хорошо, — Тэхен. Его поцелуи, тело, голос. Все остальное медленно уплывало в глубокие воспоминания. Вздохнув, Дженни шагнула в лифт.

***

Сложнее всего было дать ей свободу. Отпустить руку, встать из-за стола и не давать себе стоять под дверью, слушая, приедет ли лифт. Но когда через час он вышел в столовую, ее не было там. Не было и в спальне. Ни в одной другой комнате. Уехала все же. Домой, наверное, но какая разница? Есть факт — она все же ушла. И когда она вернется, — он не знает. У него нет ее телефона, и значит, если ее не окажется дома, он не сможет ее найти. Наверное, это взволновало его острее всего и потому, не позволяя себе загрузиться тоской из-за нехватки Дженни, Тэхен сделал несколько телефонных звонков и благодаря папиным связям заключил контракт с сотовым оператором на имя Дженни. Телефон он выбрал самый дорогой, и доставку оформил на ее адрес. Он все же надеялся, что она там. Оставалось ждать. Это было мучительно. Почти месяц они были вместе каждый день, так тосковали, если расставались на пол дня, так упивались близостью друг друга, а теперь она ушла. А он остался. Как можно научиться кому-то доверять? И возможно ли это вообще, если этот кто-то ненавидит тебя за все, что ты ему сделал, а ко всему прочему имеет очень сексапильную задницу, на которую может кто угодно покуситься. Тэхен поднялся на крышу и полчаса курил, глядя на Сеул в первой половине дня. Он не знал, чем себя занять. Нет, он вообще редко мог найти себе занятие и это было нормально. Он пил с утра, курил, чуть позже ехал в ресторан, а на ночь в клуб. Но сегодня он чувствовал резкую нехватку Ее. Взяв в руки телефон, он сделал то, чего не делал уже черт знает сколько времени: написал смс. Привет. Все ок? — словно школьник, он быстро заблокировал телефон, сжал его в руке и закурил следующую сигарету, надеясь, что она дома, что доставка пришла, что она ответит ему… Через несколько минут телефон пискнул, и Тэхен чуть не выронил его из рук, но быстро вернулся в норму и прочел ответ: Привет. Да. Спасибо за телефон ;) — короткое смс. Это плохо. Смайлик в конце это хорошо. — Черт-черт-черт, — заговорил он вслух и заулыбался. Удивительное, юношеское чувство. Оно дарило ему столько надежд. И наконец он понял, чем ему надо заняться. Он быстро написал ответ: Если что-то пойдет не так, — звони в любой момент. — и пока спускался вниз, к лимузину, получил сообщение: Спасибо еще раз. Пока все хорошо. Но если что… — они переписывались все время, пока Тэхен был в дороге, и только входя в офис одного очень необычного человека, он написал: Занимаюсь твоим делом, напишу позже. — он ждал ответ несколько минут, но его не было и парень все же зашел в офис. — Господин Пак, — мужчина встал из-за стола и пожал руку Тэхену. — Здравствуйте, господин Ким. Вы сказали, дело срочное и очень важное. Чем я могу вам помочь? — умостившись в кресло у стола, Тэхен принялся рассказывать все, что знал о деле Дженни. Некоторые детали девушка рассказала ему на острове, некоторые — узнал сам. В целом, картина была немаленькой и выслушав, Пак Сехун покачал головой: — Ничего сверхъестественного, Тэхен. Большие деньги, нет близких родственников, одна дочь. Видимо, она и правда должна была погибнуть. А этот бордель… Не волнуйтесь, держать язык за зубами это моя работа. Но вы не думали выяснить подробности с их директором? Вероятно, понадобится крупная сумма денег. Скорее всего, они поняли, что с аварией не вышло, и таким образом устранили девочку. Впрочем, я сам этим займусь. Периодически я буду звонить вам, называть сумму и давать отчет. Не волнуйтесь, Тэхен. Мы вернем вашей Дженни дело ее семьи, — Тэхен был в восторге от этого мужчины. Частный сыщик, которого посоветовал отец, была настоящим мастером своего дела, и Тэхену не терпелось рассказать Дженни о том, что дело сдвинулось с мертвой точки и теперь все у нее будет. Почему его так тянуло рассказать ей? Зачем вообще возвращал этот бизнес, почему искал преступников? Он не позволял себе думать обо всем этом, и только переступив порог написал: Вечером у меня? Есть что рассказать. — он безумно волновался, когда ждал ответ. Потому что таким образом он пригласил ее к себе, и если она откажет… Писк телефона Прости, сегодня не выйдет. Давай завтра. — злость. Обида и ярость захлестнули его. Как только его нежные чувства так быстро растворялись? Чем она занимается? С кем будет? Почему не выйдет? Его воображение уже рисовало самые откровенные картины, и он с трудом удержался от того, чтобы не разбить телефон о стенку. Он не мог совладать с собой, сходил с ума. Впервые в жизни он так хотел кого-то видеть рядом, впервые в жизни хотел стать для кого-то лучше… Спустившись в лимузин, он попросил ехать в первый бар. Он пил виски стакан за стаканом и не заметил, как стемнело. Ким Тэхен не узнавал себя. Он становился другим человеком, изменял своим привычкам, хотел того, чего не хотел никогда. Нет, он еще не готов, он не согласен. Поднявшись с диванчика, Тэхен окинул взглядом бар и быстро выхватив из общей массы хорошенькую блондиночку, направился прямиком к ней. Уже через час они были в машине по дороге к нему домой. Мелани, так она назвалась, без конца щебетала, сидя у него на коленях. Она тоже была под хорошим градусом и потому разговоры были ни о чем. Тэхен старался не думать о Дженни. Он целовал девушку, ласкал ее ноги, а в мыслях была только одна она и это злило еще сильнее. Они поднялись к нему, дошли до спальни, и когда девица рухнула на кровать, струна лопнула. — Нет, — негромко сказал он, вышел из комнаты и достал телефон. Он быстро набрал: Мне не хватает тебя. — отправил, и тут же за его спиной вышла из спальни Мелани. — Эй. Ну что не так? — Извини. Я вызову тебе такси. — У тебя кто-то есть? — Есть, как оказалось. — Любишь ее? — девушка была пьяна и не особо умна, для нее этот вопрос ничего не значил, а вот Тэхен широко распахнул глаза. Когда это спросил отец, он солгал, чтобы не расстраивать старика. Но второй раз это спрашивает у него молодая девушка. С которой он не смог переспать потому что из его головы не выходит Дженни. Что, если это правда? Если в этом-то и есть вся разгадка? Он неуверенно качнул головой: — По ходу… — она улыбнулась, коротко чмокнула его в щеку и спросила: — Только давай выпьем? Мне так грустно… — примерно пятнадцать минут они пили виски, Мелани рассказала свою «большую историю любви», а когда девушка уже решила уходить и Тэхен провожал ее до лифта, они не успели нажать кнопку. Двери лифта открыли сами собой и внутри стояла Дженни, широко раскрытыми глазами глядя на пьяную парочку.

***

Она ушла, но едва спустилась, уже пожалела об этом. Она с трудом заставляла свои ноги идти вперед и даже не смогла сесть в такси. Пешком дошла до знакомого дома, поднялась наверх, и остановилась посреди дома. Когда он был рядом — тут было проще. Сейчас же одиночество тяжким грузом легло на плечи, не давая возможность вздохнуть. Дженни не придумала ничего лучше, как подняться в свою комнату и рухнуть ничком на кровать. Слез не было, была пустота и тоска. Перед глазами медленно проплывали картины ее счастливого прошлого, которому никогда не вернуться. Мама и папа, Чимин и Лиса. Подготовки к вечеринкам, покупки новых платьев, обсуждение новеньких учениц и планы на студенческую жизнь в Йеле. Йель теперь был единственным возможным продолжением ее планов, но как поступит она туда, если в школе полным ходом идут выпускные экзамены, а ее там нет и возвращаться она не хотела? О Йеле теперь можно и не мечтать. Может быть, через пару лет она накопит денег и поступит хотя бы в какой-то колледж в Корее, пусть не из Лиги плюща. Она сможет вернуть родительский бизнес, сможет вернуться в привычный ритм, а Тэхен… Тэхен обещал, что поможет. При мысли о Тэхене, внизу открылся лифт и Дженни радостно вскочила с кровати, надеясь, что это он. Но нет. Доставка. Телефон от него был приятным подарком, а смс, которая пришла, как только она его включила, и подавно. Они переписывались несколько часов кряду, пока он занимался ее делами. Это было удивительно, что жестокий Тэхен, которого она встретила меньше месяца назад, сейчас так заботился о ней. Но было ли это истинное желание, что к этому его подстегивало? Почему он не хотел открыть ей свою душу и хоть раз сказать о том, что чувствует? Впрочем, она тоже не знала, что чувствует. Еще этот Чимин, и Лиса. Столько всего сейчас на ней, Тэхен помогает, но было бы гораздо проще, если бы их отношения были ясными. А то сначала она ничтожество и сексуальная рабыня, потом — друг. Затем… Вообще не понятно кто. А как заставить его понять, что он чувствует и самое главное — сказать ей об этом. Через час ей пришло смс от него с предложением встретиться вечером. Ее сердце и тело ныло от желания увидеть его, но как иначе заставить его что-то понять, кроме как отказать? Ведь теперь они почти на равных, оба свободны. Значит, теперь он обычный парень. И что, что самый невероятный, но все же с ним можно вести себя так же, как с любым другим. Со сжавшимся сердцем, Дженни написала, что сегодня не сможет, оставила телефон на тумбочке и пошла на кухню, где приготовила себе крепкий кофе. Она впервые в жизни целый день ничего не делала. Слонялась по квартире, пила кофе, перечитывала небольшие рассказы о любви, пересматривала фильмы с Одри Хепберн. Дженни даже не переоделась и думала только об одном: почему отказала ему? Ведь сейчас, как минимум, он был бы рядом. А в лучшем случае — у них был бы секс, во время которого он принадлежал только ей, и не было целого мира вокруг. Ничего удивительного, что когда она получила короткую смс от него с фразой: Мне тебя не хватает. Она ничего не смогла с собой поделать, и буквально вылетела на улицу, запрыгнула в первое такси и примчалась к нему. Ее душа летела наверх быстрее лифта и звонко разбилась вдребезги, когда створки лифта, открывшись, показали ей Тэхена с какой-то блондинкой. Она замерла, не находя сил ни выйти, ни зайти обратно. Рука пыталась нашарить кнопку, чтобы нажать нижний этаж, но ей не дали. Тэхен шагнул внутрь, притянул ее к себе и выволок в комнату. — Ой, это она? — пропищала девица. И Дженни не поняла, о чем они. — Она, — ответил Тэхен и поскольку он все еще сжимал ее в своих руках, она почувствовала, что от него пахнет алкоголем. Конечно. Напился, привез к себе шлюшку. Но к чему было то сообщение? — Что она? — вырвавшись из оцепенения и его объятий крикнула Дженни. — Девочка, не волнуйся, у нас с ним ничего не было. Он сказал, что… — но Тэхен не дал ей договорить. Приложив к губам девушки руку, он продолжил за нее: — Что я частичный импотент и встает у меня только на маленьких школьниц. Спокойной ночи, Мелани, — пихнув девицу в лифт, он повернулся к Дженни и расплылся в довольной улыбке. — Ты приехала… — Ты позвал. Но зачем? Если у тебя тут была эта Мелани. — А чем ты была занята, почему не хотела приезжать? — Какая разница, Тэхен? Это мое личное дело, моя личная жизнь! Зачем ты написал мне это, пока в твоем доме была шлюха? — она орала так громко, что кажется звенели стаканы в баре. Он прислонился к стенке, окинул ее долгим взглядом и холодно ответил: — Я ошибся номером. То смс было одному моему знакомому, который возил мне травку. Довольна? — на Дженни будто вылили ведро ледяной воды. Она сорвалась, как дура, к нему, а он всего лишь соскучился по травке… Как сохранить гордость, уходя, а не разрыдаться? Она подняла подбородок, сжала кулачки и сделала шаг к лифту, чтобы спокойно обминуть его, нажать кнопку и уехать. Но перед этим нужно сказать, что ей от него ничего не надо. Что она сама справится, а он пусть продолжает жить как жил. Спасибо, что хоть освободил от рабства. — Конечно. Теперь все ясно. Спасибо за помощь во всем, но больше не надо. Я справлюсь сама, а ты… Ты забери телефон и забудь, где я живу, — ее голос предательски дрогнул, она сделала шаг к лифту и добавила короткое: — И спасибо за все, — она протянула руку к кнопке, но в этот момент ее оторвали от пола и спиной вперед понесли вглубь квартиры. Горячие и крепкие руки Тэхена, его пропитанное алкоголем дыханием, его сильная грудь к которой он прижал ее спиной. Слезы текли из глаз, и она не знала, слезы ли это обиды от того, что она даже не может и не хочет вырваться или это слезы радости от того, что он и не собирался ее слушать. Они остановились в гостиной, Тэхен опустил ее на пол и тут же рывком повернул к себе. — Не реви, Джен, — он заключил ее лицо в ладони, девушка подняла на него глаза и растворилась в сверкающем опьяняющем виски его глаз. — Слышишь меня? — губы прижались к губами, и Дженни потянулась к нему, словно не целовала целую вечность, словно и правда минуту назад они могли расстаться навсегда. Что же он сказал той девушке? Правда ли, что спутал номер, или просто не хочет ей признаваться в том, что чувствует что-то? — Тэхен, скажи, что ты чувствуешь. — прошептала Дженни, когда он на миг разорвал поцелуй. Но парень не спешил отвечать. Он замер и отодвинулся от нее. — Я… Это что, так важно? — не лучшая идея была задавать такие серьезные вопросы такому пьяному Тэхену, но она так хотела знать, что она ему дорога. Дженни шагнула к Тэхену, обняла его и снова прижалась губами к губам. — Пожалуйста… — прошептала она. — Я дорога тебе? — Да… — неуверенно ответил он, прижимая к себе ее стройное тело, забираясь ладонями под юбку, опускаясь губами на шею. — Ты хочешь, чтобы я осталась сегодня? — Да… — он сделал несколько шагов к дивану, и Дженни безумно хотелось почувствовать его на себе, в себе, но несмотря на волшебные прикосновения, она нашла в себе силы спросить главное: — Ты любишь меня? — тишина. Его руки ушли от нее, поцелуй прекратился, Тэхен холодно спросил: — Ты не останешься, пока я не отвечу? И если я отвечу не так, как тебе этого хочется, ты тоже не останешься? — лучше бы она не спрашивала этого потому что по его словам было все понятно. Поправив юбку и футболку, Дженни кивнула головой. — Извини, Дженни. Ее балетки легко крутанулись на паркете и за считанные секунды от девушки в гостиной остался только тонкий аромат ее духов.

***

Идиот. — первая мысль, с которой проснулся Тэхен. Второй была головная боль и третьей неприятные ощущения в паху от того, что, черт возьми, раз пять за вчерашний вечер возбуждался, а секса так и не получил. Вообще-то он вполне мог себе позволить вообще весь день не вставать с кровати. Но Тэхен считал иначе. По ходу, сейчас было около девяти утра. У Джинёна поди уже закончилось совещание и его не интересует, что для сына глубокая ночь. Телефон трезвонил, как сумасшедший, и исключительно потому что он бесил его, поднялся с кровати и нажал на зеленую трубку. — Да, пап, — буркнул Тэхен, прикрыв глаза от усилившейся головной боли и зевнул. Отец по ту сторону телефонной связи был бодр и весел, хоть этот день был для него всегда половину на половину. — С Днем Рождения, Тэхен! — далее посыпались поздравления и пожелания, которые Тэхен выслушал, кивая. И как всегда, отец нагло соврал в конце: — Мама очень гордилась бы тобой, если бы сейчас была с нами, — его мать умерла при родах. Таким образом его праздник рождения всегда был омрачен. Отец очень любил жену, и сколько бы женщин у него не было, никогда ее не забывал. И этот праздник он всегда отмечал с отцом, так уж было заведено. На следующий день он мог ехать куда угодно, но саму дату его появления на свет и смерти матери они всегда проводили вдвоем. Вот и сейчас, как обычно, отец объявил: — Давай к семи в нашем ресторане, поужинаем, а потом, может, поедем ко мне, посидим немного, выпьем? — Тэхен младший собрался было согласиться, поблагодарить и отключиться, но отец продолжил: — И обязательно пригласи Дженни. Я видел, вы так счастливы. Хочу, чтобы она была с нами. Это будет честь, — у Тэхена отвисла челюсть. Не имея сил перечить отцу в такой день, он все так поблагодарил его, согласился и закончил вызов, но сам застыл с телефоном в руке. Ох не лучшая, далеко не лучшая идея. Можно ли считать, что вчера они с Дженни порвали? Согласится ли она поехать с ним, если он скажет, что отец очень просил? И черт возьми, он не хотел, чтобы она знала о его дне рождения. — Вот дерьмо, — недовольно простонал парень, рухнул на постель и, нажав кнопку на стационарном телефоне, позвонил на ресепшен: — Кофе в пентхаус и лимузин через час. В черных брюках и синей рубашке с коротким рукавом Тэхен чувствовал себя вполне неплохо. Май уже набирал обороты и с пиджаком в первой половине дня было бы жарко, а футболки парень практически не носил. Миссия ему предстояла нелегкая, он понятия не имел, как вести сейчас себя с Дженни, но искренне не хотел расстраивать отца и потому решил самостоятельно пригласить ее, таким образом увеличивая шансы на ее согласие. По дорого он заехал за небольшим букетом бледных пионов. Кажется, однажды Дженни говорила, что любит эти цветы, а как бы то ни было, но надо было извиниться за вчерашнее. Только бы ей в голову не пришло опять требовать от него признаний. Что бы он там к ней не чувствовал, она — совсем еще девчонка, а он совершенно не готов ни к каким обязательствам. Лучше бы им закончить все их общие дела и разойтись, так будет легче обоим. В любом случае, он не видел рядом с собой какую-то постоянную девушку, не хотел никому быть обязанными, не хотел хранить верность, уважать. Черт, да он просто хотел жить, как жил. Ну и еще трахать милую маленькую Ким Дженни. Ох. Воспоминания о сексе неприятно отозвались в паху, и Тэхен с грустью подумал, что от присутствия Дженни все только ухудшится. Но делать нечего. — Привет, Дженни! — крикнул он на всю ее немаленькую квартиру, когда двери лифта открылись. Но ответом ему послужил визг, как минимум, трех голосов. Тэхен прикрыл глаза от вновь накатившей головной боли, а когда открыл, увидел Дженни, как всегда обворожительную, но в чем-то другую. Она была. Это необъяснимо, но полна любви к себе и какого-то превосходства. Неплохое сочетание, ей шло. За ее спиной толклось три девушки ее возраста в очень похожих на ее одежках, но разных цветов. Ни дать ни взять, свита школьной королевы. Может, так и было? Впрочем, нет времени объяснять. Его слишком тошнит, а еще член слишком естественно среагировал на зрелище обнаженных стройных ножек Дженни. Ох, сплошные проблемы. — Здравствуйте, дамы, — проговорил Тэхен и улыбнулся каждой. Ну не мог он вести себя иначе с девушками. Те вздохнули и буквально поплыли на глазах, заставляя его хмыкнуть, а Дженни закатить глаза. — Дженни, я не стану отвлекать тебя от вашего девичника, — он положил цветы на столик и собрался было пригласить ее на ужин, но Дженни молча взяла его за руку, бросила многозначительный взгляд на девушек и гордо повела его наверх. Детский сад, ей Богу. — Оппа, ты пришел извиниться? — что-то в ней точно изменилось, она была такой непохожей на ту испуганную девчонку в его особняке… — Отчасти. За поведение — да. — Но своего решения ты не меняешь? — о, это уже та самая Дженни. Голосок немного дрогнул, изменившийся взгляд. Он бы сейчас прижал ее к себе и поцеловал, но эрекция грозилась порвать штаны, и он только качнул головой. — Тогда уходи. — Ох, Дженни. Давай поговорим об этом вечером, хорошо? Я пришел к тебе с приглашением на ужин. Отец непременно желает тебя сегодня видеть. Поскольку для него ты — чудо, а вместе мы — залог его внуков, я был бы очень благодарен, если бы сегодня в половину седьмого ты была готова к поездке в ресторан. Лимузин будет тебя ждать. Ну и я в нем, — девушка поджала губы и собиралась, видимо, выдать тысячу колких комментариев, но настроение было не то, и Тэхен добавил: — Спустишься или нет — решать тебе. Но мой отец от тебя без ума. Сделай приятно старику. К тому же, повод имеется, а вечером поговорим обо всех наших делах, — наклонившись, он положил руку ей на локоть и легонько коснулся губами щеки. Зря, очень зря. Ее кожа была такой приятной, и этот аромат ее духов… Твою мать. Сцепив зубы, Тэхен быстро вышел из комнаты, спустился вниз и у лифта с трудом выдавил прощальную улыбку для девиц, страстно ждущих новостей. — Веселитесь, девушки, — их страстные вздохи начали его раздражать и как только двери лифта сомкнулись, он сжал пальцами виски, проклиная вчерашний виски и то, что его угораздило родиться именно в день такого жуткого похмелья.

***

Вернувшись от Тэхена, Дженни не позволила себе ни плакать, ни думать. Она разделась, упала на кровать и забылась сном. Она бы спала целый день, если бы около одиннадцати утра ее дом не наполнил тихий, но пронзительный шепот. Ох, как хорошо она знала эти звуки. Раскрыв глаза, Дженни не сдержала короткого, но радостного вскрика. Ее девочки, ее свита, ее Йери, Момо и Соён. Увидев, что Дженни проснулась, они буквально набросились на нее прямо в кровати, обнимая и целуя. Пускай девочки никогда не отличались особой активностью серого вещества, они любили ее больше всех, как оказалось. Не пришел же к ней Чимин, не пришла Лиса. Только верная свита была рядом. И пусть она уже не школьная королева, проникновенной речи красавчика-Тэхена было достаточно, чтобы вернуть ее на пьедестал в их глазах. Кое-как избавившись от их объятий, Дженни отправила девушек на кухню и попросила сварить ей кофе, а сама отправилась в душ. Не иметь прислуги было не очень удобно, но эта троица, если объединит усилия, с чашкой кофе справиться должна. Ей, увы, нечем их угостить, да и вообще… Ей срочно нужны деньги! — с такой мыслью Дженни провела остаток водных процедур, оделась и спустилась вниз, где ее уже ждало кофе и две разбитых кружки, которые тщательно убирала Соён. Дженни снисходительно закатила глаза и приняла свой кофе, ведя девиц в гостиную. Она даже не сомневалась, что их не будет интересовать вся история ее похищения, им было достаточно очаровательной версии Тэхена. А вот сам Тэхен их интересовал очень и очень. Девочки просто засыпали ее вопросами про этого «дерзкого, взрослого, сексуального, нежного, романтичного и благородного красавца». Половина из всех этих эпитетов были полным бредом, но как могла Дженни вернуть свою репутацию, если не умопомрачительным романом с умопомрачительным Ким Тэхеном? Она нагло врала, придумывая множество красивых деталей для их непростых отношений, построенных на сексе. Было не очень легко говорить о нем сейчас, когда вчера парень буквально послал ее. Но он нужен был ей. И если не по-настоящему, то хотя бы номинально. Он — то, что вернет ее в высокое общество, он поможет ей встать на ноги, а если уж заставить себя любить она его не сможет, то так тому и быть. Сердце предательски сжалось, не соглашаясь с ее решением, и тут же с коротким звоночком открылись двери лифта. Разговор с Тэхеном не принес особого утешения, но было все же две хороших новости: Они поговорят вечером. Он все же пришел, это что-то да значит. К тому же, перед свитой ей надо быть идеальной. Едва Тэхен ушел, она томно вздохнула. — Его отец от меня без ума, как и Тэхен. Вновь признавался в любви, еле отбилась от его приставаний… — Дженни хихикнула, Момо тоскливо вздохнула. — Мы сегодня едем в ресторан, девочки. Мне нужна ваша помощь в выборе наряда, — очередной писк девочек заставил Дженни закатить глаза, но она расправила плечи и направилась в гардеробную. Никакие обстоятельства не свергнут ее с ее престола, ни отсутствие служанки, ни отсутствие денег, ни даже то, что ее тело готово на все, лишь бы быть рядом с Тэхеном. К половине шестого Дженни была готова. Девочки обцеловали ее и сбежали, но она знала, что они стоят у дома и ждут теперь появления Тэхена. Дженни стояла в своей спальне и смотрела в зеркало. Платье сидело идеально, кружевные туфли совпадали со вставкой на спине, клатч и сережки делали образ более игривым, и в целом она выглядела юной, нежной и обворожительной. Теплая погода позволяла одеть платье с открытыми руками, и не надевать чулок. Хотя она долго думала, что понравится Тэхену больше при их вечернем разговоре, но решила, что быстрый доступ к ее тонкому кружевному белью будет более заманчивым. Ох, она понимала, что не сможет удержаться, когда они останутся только вдвоем. Господи, как же сильно она хотела его… Двери лифта открылись, и, сделав глубокий вдох, Дженни направилась к лестнице. Она сразу увидела его внизу и у нее захватило дыхание, но она не подала виду. Тэхен поднял на нее глаза и расплылся в улыбке. — Ты же говорил, будешь ждать в лимузине? — игриво спросила Дженни. — Не удержался, — негромко ответил он, и когда Дженни уже оказалась внизу, он подал ей руку, но девушка отклонила ее и вместо этого шагнула ближе и медленно приблизила свое лицо к его. Совсем как он утром, но вместо поцелуя она шепнула: — Как тебе мои духи? — Шикарно… — выдохнул он, и когда попытался сомкнуть руки на ее талии, Дженни увернулась и сделала шаг назад, медленно приподняла юбку на десять сантиметров, показывая, что ее ноги обнажены, и когда его глаза запылали недобрым огнем, девушка засмеялась и быстро подбежала к лифту. — Вечером, поговорим об этом вечером, — буквально с рычанием Тэхен затащил Дженни в лифт, и не обращая внимания на ее возражения, грубо вжал девушку в стенку лифта и ворвался в ее рот своим языком. Руки скользнули под платье, сжимая ее попку, и Дженни ощущала, что просто задыхается от страсти и возбуждения, которым он ее заражал. Но как бы хорошо им не было, двери лифта открылись, заставляя их отпрянуть друг от друга. — Не шути со мной, Дженни, — прошипел он, быстро поправляя рубашку, а девушка никак не могла привести в порядок свое дыхание и одежду. В лимузине она держалась от него подальше, но и Тэхен не предпринимал попыток к сближению. Только однажды, одними губами он шепнул: — Вечером… — а затем все время хитро улыбался, заставляя Дженни ерзать на сидении и проклинать все пробки Сеула. В ресторане их уже ждал высокий красавец, отец Тэхена. Джинён наклонился перед Дженни, поцеловал ее руку и восхищенно проговорил, помогая девушке сесть: — Дженни, вы хорошеете день ото дня, я вами сражен, — Дженни смущенно улыбнулась и уткнулась в меню, что было для нее не характерно. Старший Ким был просто замечательным мужчиной. Такой вежливый, галантный, такой мужественный… Как только все сделали заказ, официант принес бутылку шампанского и разлил по бокалам. Шампанское и оба Кима казались ей вещами несовместимыми, и Дженни удивленно хлопала глазами. К тому же шампанское они пили при знакомстве, а оно было не самым радужным. Как бы то ни было, Дженни подняла свой бокал, а Джинён встал. Хм. Тост? За встречу, в ее честь? Странно все это. Но, погодите, Тэхен говорил, что есть повод? Дженни сделала торжественное лицо, и Джинён заговорил: — Этот день мы с Тэхеном всегда празднуем вместе. Он наверняка тебе говорил, — Дженни немного растерялась, но тут же почувствовала на своем колене под столом руку Тэхен, которая и обжигала и успокаивала, и Дженни кивнула и улыбнулась коротко. — Он одновременно и самый светлый и самый темный в моей жизни. Мне безумно не хватает Ким Сохи, но Тэхен — это смысл моей жизни, — она ничего, ровным счетом ничего не понимала! Что происходит, о чем он? Главное — держать лицо спокойным. — Первый тост я хочу поднять за своего сына. Впервые за двадцать семь лет его жизни я вижу Тэхена таким счастливым в день его рождения. Я желаю тебе всегда оставаться таким счастливым, сын… — Джинён говорил еще несколько минут, они подняли бокалы, соприкоснулись, выпили, а Дженни сидела ошарашенная. У Тэхена День Рождения, а он ни слова ей не сказал. Вчера она вынесла ему мозг, да и сегодня вела себя не лучшим образом. Ни подарка, ни поздравлений. Господи, как стыдно. Лицо девушки залила краска и она негромко сказала: — Простите, мне нужно отойти, — улыбнувшись, она поднялась со стула и быстрым шагом направилась в уборную.

***

Он сразу заметил, что Дженни очень удивила новость о том, что сегодня день его рождения. Но это ему нравилось, ведь утром она строила из себя черт знает что, а сейчас вернулась маленькая испуганная девочка, которой он ее впервые повстречал. Она даже не смогла совладать с эмоциями и ушла из-за стола. — Тэхен, ты такой довольный, словно выиграл приз. — Так и есть, пап. Еще какой приз, — оба мужчины рассмеялись, через минуту им принесли заказанные блюда, а еще через минуту подошла Дженни. Ее глаза светились недобрым огнем, он сразу это заметил, но не подал виду. Все взялись за еду, но через несколько минут телефон Джинёна зазвонил, вынуждая его извинится и немного отодвинутся от стола, разговаривая. Это семейное у Кимов, именно потому Тэхен не хотел пока так глубоко погружаться в работу. Пока отец говорил, Дженни положила руку ему на колено, привлекая внимание. Он перевел глаза на девушку и улыбнулся, но она явно хотела другого. Опустив взгляд, он увидел, что в ручке Дженни что-то зажато. Он протянул свою ладонь, и Дженни, он буквально затылком ощущал ее торжествующую улыбку, вложила в его руку крохотный кусочек кружева, который однозначно служил ее трусиками еще десяти минут назад. Твою мать. Она сейчас сидит прямо около него без чулок и трусиков, а он все еще сидит в ресторане и ест какой-то непонятный стейк, вместо того, чтобы разорвать ее на кусочки в постели? Тэхен шумно втянул воздух, сжал трусики в руки и спрятал их в карман со спокойным лицом. Он медленно наклонился к Дженни и шепнул: — Беги, пока у тебя есть такая возможность, — в следующий миг его ладонь скользнула на ее колено и крепко сжала бедро, но затем так же быстро отпустила. Джинён вернулся к столу и заговорил уже с ними. — Я долго думал, что тебе подарить, и решил, что вам с Дженни было бы неплохо отдохнуть вдвоем пару недель, — это звучало смешно, потому Тэхену не от чего было устать, но, тем не менее, это было приятно, и это подразумевало круглосуточный секс с Дженни. Она же не откажет его отцу? — Я договорился обо всем на работе, вот ваши путевки, — мужчина положил на стол большой конверт. — Не удивляйся, там кроме ваших фамилий и даты ничего нет. Сами выберете страну и отель, вроде ведь не дети… — он бросил взгляд на Дженни, и Тэхен не сдержал смешка, за что получил удар по ноге от Дженни. — Спасибо, пап. Это очень круто! — поднявшись, он приобнял отца и вернулся на место. Они беседовали еще около часа, и все это время Тэхен физически ощущал накал между ним и Дженни. Воздух буквально электризовался от напряжения, и Тэхен уже не мог сидеть на месте. Благо, отец заметил это и поспешно расплатился. — Ребята, сегодня у меня планы, но вы должны заехать ко мне перед отлетом, выпить и поболтать, — Дженни тепло расцеловалась с Джинёном, а Тэхен не мог думать ни о чем другом, кроме того, что под платьем у нее ничего нет. Стоило им сесть в лимузин, он буквально вжал девушку в кресло и скользнул рукой ей между ног, заставляя резко выгнуться дугой и прикусить губу, сдерживая стон. — А как ты думала, девочка? — жарко зашептал он ей на ухо, пока его указательный палец погружался в тепло ее тела. Дженни впилась пальцами в его плечи, но не отталкивала, а наоборот, притягивала. Следом за первым пальцем скользнул второй, и Дженни обмякла в его руках, уже не сдерживая тихие постанывания. Но Тэхен не планировал останавливаться. Ехать им еще не мало, а перегородка между пассажирами и водителем плотно прикрыта. Убрав руку и вызвав полный негодования стон Дженни, он опустился на колени у сидения, задрал платье девушки до пояса и рывком поднял ее ногу вверх и закинул себе на плечо, а сам прижался губами к внутренней стороне ее бедра, поднимаясь выше. Едва его губы легли на чувствительную область между ножек, Дженни снова изогнулась дугой и вцепилась пальчиками в его волосы, безуспешно пытаясь то оторвать, то прижать сильнее. Он упивался ее наслаждением, и не останавливал свою пытку даже тогда, когда Дженни уже буквально кричала от нахлынувшего оргазма. Плевать он хотел на водителя за тонкой перегородкой и на все на свете. Он остро чувствовал потребность оказаться в ней, и как только машина тормознула, он резко поднялся, оправил ее платье и буквально выволок девушку из машины, с трудом сдерживаясь от того, чтобы не повалить ее прямо на полу в холле. Дженни с трудом держалась на высоких каблуках и выглядела очень, очень пьяной. Но он знал причину ее опьянения и очень хотел продолжить начатое… — Дженни… — зашептал он в лифте, вновь прижимая ее к себе. Дженни с готовностью закинула на него ножку, но он опустил ее вниз и только коснулся губами ее губ, целуя так нежно и неспешно, как только мог в подобной ситуации. Проворные пальчики Дженни уже расстегнули его пиджак и рубашку, и они буквально вывалились из лифта и кое-как дошли до гостиной, где он рухнул на диван, а Дженни — на него. И только Тэхен собрался перевернуться, как у Дженни на этот счет появились другие планы. Кажется, она вернулась в нормальное состояние, и теперь ее глаза сверкали демоническим огоньком. Девушка медленно встала с него, а Тэхен, повинуясь, сел на диване. Не отрывая от него глаз, Дженни взялась за низ платья и потянула его наверх, легким движением скинула с себя и бросила на спинку дивана. Тэхен едва не задохнулся от восторга, когда перед ним стояла девушка в тонком белом кружевном бюстгальтере и черных высоких шпильках. Ее трусики были в его кармане, а его душа — в ее ручках. — Ну что, оппа, теперь сыграем иначе? — Тэхен удивленно поднял брови и кивнул. — Ты не сказал мне ничего о своем Дне Рождения, поставил в неловкую ситуацию… Теперь ты будешь сидеть тут, и у тебя нет права прикасаться ко мне, — игра ему нравилась, она будоражила столько фантазий… Он послушно кивнул и продолжил пожирать девицу взглядом. Дженни вильнула бедрами, расстегнула лифчик и отбросила и его. Его руки буквально заболели от желания прикоснуться к ее груди, но он терпел и с интересом наблюдал за действиями Ким Дженни. Тем временем, она плавно опустилась на колени и закончила расстегивать его рубашку, одновременно покрывая короткими поцелуями обнажающуюся кожу. Это было просто умопомрачительно, и Тэхен даже не мог пошевелиться, а уж когда она плавно расстегнула его ремень, ширинку и приспустила боксерки, освобождая член, он и вовсе впечатался в диван, никак не ожидая от малышки Дженни такой прыти. Сразу поняв ее намерения, он попытался охладить ее пыл: — Детка, тебе не обязательно это делать. У нас с тобой разница чертовых десять лет, у тебя еще будет время, чтобы этому научиться… — но прямо посреди его тирады горячие губки сомкнулись на его достоинстве, заставляя Тэхена задохнуться от удовольствия. Черт, ему делали минет тысячу раз, но никогда еще это не было так порочно и от того — возбуждающе. Дженни не собиралась останавливаться, и если бы он знал ее чуть меньше, — назвал бы профессионалкой. Ноготки скользили по его животу, вызывая толпы мурашек, и дорого ему стоило не накрутить ее волосы на руку и не заставить взглянуть на него. Через несколько минут он осознал, что сейчас кончит, но это никуда не годилось, потому что он хотел ее, и не только в рот. Забив на ее предупреждения, Тэхен мягко оттолкнул девушку и тут же притянул к себе, укладывая на диван. Прижавшись к ее губам, он почувствовал собственный вкус, но это не остановило его, а, напротив, возбудило еще сильнее. Он рывком вошел в нее, заставляя громко вскрикнуть, и не дожидаясь, пока Дженни привыкнет, начал двигаться внутри нее интенсивными глубокими толчками. Буквально за несколько минут она содрогнулась под ним, и он мгновенно позволил расслабиться и себе, прижимая ее весом своего тела. — Должен сказать, это лучший подарок в моей жизни, — тяжело дыша, протянул он, и мягко поцеловал девушку куда-то около носа, заставляя ее засмеяться. — Оппа, милый, ты думаешь, что подарок уже закончен? Ну уж нет. Ким Дженни не дарит сувениры, — сексуально рыкнув, она вонзила острые зубки в его шею, и как только Тэхен перевернулся, уселась на него верхом. — Только на этот раз все будет медленно… — проворковала девушка, прокладывая дорожку из влажных поцелуев от его лица до пупка.