Трудо выебудни

Саша зажато сидел на диванчике, нервно оглядываясь по сторонам. Туда-сюда. Он чувствовал себя, словно в очень плохом сериале или совсем уж дрянном кино, где испанский стыд — главный двигатель сюжета. Влево-вправо. Глаз уже начинал дергаться, а отворачивать голову было просто некуда. Вверх-вниз. Он даже немного подрагивал от нервов.  — Вася, может, хватит человека смущать? — протянула Даша, лениво закидывая ноги на кассовую тумбу. Звездкин, что до этого с преспокойнейшим лицом ритмично протирал салфеткой тестеры резиновых членов, приподнял вопросительно одну бровь.  — А что я такого делаю? — спросил парень, после чего вновь продолжил протирать от пыли товары. Даша лишь цокнула языком, перелистывая на следующую страницу журнал. Честно говоря, идя работать в сексшоп, Беличенко не думал, что здесь все будет настолько… карикатурно. Его подруга Даша, что работает здесь уже несколько месяцев, не рассказывала ничего о своей работе, лишь загадочно улыбалась на все вопросы и, придя в этот же магазин продавцом, Саша понял, почему. Он бы тоже не стал говорить о работе, где каждый день выслушиваешь все фетиши совсем незнакомых людей, сталкиваешься со всякими извращенцами и вообще сидишь сутками в окружении силиконовых фаллосов. Беличенко работал здесь лишь только второй день, но уже понял, что ему придется нелегко. Вася поднял с витрины пробников еще один дилдо, осторожно вытирая все венки и впадинки. Саша стыдливо отвел взгляд, смотря вместо этого просто куда-то в Дашины колени. Они были не такими смущающими. Наконец колокольчик на двери зазвенел, и Звездкин положил в витрину член, уходя консультировать клиента, и Саше пришлось тоже встать. Весь этот месяц он был привязан к Васе, так как проходил испытательный срок и был вынужден стажировать коллеге, чтобы выучить специфику работы. А это значило, что он должен, как идиот, ходить везде за этим едва знакомым парнем и запоминать, что он делает, как делает и что говорит покупателям. Это было стремно, потому что сам Вася был каким-то стремным: придурошным, зеленоволосым и искренне любящим свою работу. Последнее уже настораживало. Лучше бы его определили в стажеры к Даше, но администратор посчитал иначе.  — Привет, вам чем-нибудь помочь? — улыбчиво начал Звездкин, и Саша остановился сбоку от него. У дверей стояла миниатюрная милая девушка в свободном платьице и завитыми кудрями, при виде которой стало даже как-то неловко за собственный сонный и растрепанный вид.  — Да, мне нужен страпон, — кивнула покупательница, и Беличенко попытался скрыть свой шок, отвернув голову в сторону.  — Хорошо, сейчас выберем, — спокойно улыбнулся Вася, ведя девушку к дальним стеллажам. Саше хотелось захныкать от стыда. Он не понимал, как Даха с Васей могут относиться ко всему так легко, почему им не неловко? Неужели это норма — советовать незнакомке, какой член на ремнях лучше купить? Поборов прилив стыда, Беличенко неловко поплелся за коллегой и клиенткой. Звездкин открыл ключом стеклянную витрину и аккуратно выложил на нее несколько коробок. Он цепким взглядом оглядел бедра девушки.  — Вы носить будете? — уточнил парень.  — Да, конечно, — как ни в чем не бывало, улыбнулась покупательница.  — Тогда давайте померим этот вот, — протянул Вася, — Саш, дверь прикрой. Беличенко кивнул и сходил к двери, закрывая её на задвижку. Обернувшись обратно, он впал в ступор. Девушка приподняла свое платье прямо в зале — хотя для этого есть примерочная! — в то время как Вася, опустившись на одно колено, крепил к ней ремешки страпона. Парень несколько раз глубоко вдохнул и выдохнул, пытаясь придти в себя. Не получалось. Даша же продолжала спокойненько листать «Все звезды», даже не смотря в сторону происходящего. Наверное, ситуация штатная.  — Нигде не давит? — вывел его из мыслей голос коллеги.  — Да вроде нет. Клиентка попробовала подвигать ногами, и кивнула Звездкину. Тот вновь наклонил голову, забираясь руками ей под юбку, уже чтобы отстегнуть ремни. Положив их на витрину, он убрал внутрь все остальные коробки, и Саша уже обрадовался, что это конец, но второй продавец хлопнул радостно в ладоши, открывая другую витрину.  — А теперь выберем насадки! Беличенко еле слышно простонал, опускаясь обратно на диванчик. Пиздец. Пиздец лютый. И какой черт его дернул придти работать именно сюда? Почему не в, прости господи, какую-нибудь Евросеть? Условия там намного хуже, но зато ему бы не было так стыдно во время продажи телефонов и наушников. Саша спрятал лицо в ладонях, вздыхая. Он перевел взгляд на Васю, что сидел на корточках и показывал различные насадки на страпон. Парень не знал, завидовать ему или сочувствовать по поводу этой профессиональной закалки и полного отсутствия смущения. Парень вообще-то уже ничего не знал. Наконец-то девушка оплатила покупку и, очень довольная, ушла. Звездкин опустился на диванчик рядом со своим стажером.  — Что ж ты смущаешься-то как целка? — недовольно спросил Вася, ложась, свернувшись в комок, на свободной части сидения.  — Блять, да я столько членов в жизни не видел, — пожаловался Саша, на что коллега лишь махнул рукой.  — Не ссы, еще насмотришься, — улыбнулся Звездкин. Саша тогда подумал, что парень говорит про игрушечные члены. Как же он ошибался. Одним субботним вечером, когда не было ни одного клиента, произошло это. Саша помогал Даше раскладывать по полкам белье, а Звездкин околачивался рядом с ними, не зная, чем себя занять. И как же он обрадовался, когда услышал звук открывающейся двери. Продавец вскинулся и пошел было в ту сторону, но остановился на полпути, устало вздыхая.  — Я щас, сука, охрану вызову! — пригрозил парень, и Саша обернулся посмотреть, что там такое. Лучше бы не оборачивался, потому что в дверях стоял мужчина с абсолютно невменяемым взглядом и в длинной куртке, под которой было явно лишь голое тело. Он тут же распахнул полы своей куртки, и Вася глянул туда, после чего лишь приподнял одну бровь.  — Не впечатлен, — наконец отозвался парень, заставляя мужчину нахмуриться.  — В смысле? — недовольно переспросил незнакомец.  — В прямом, не очень так, — пожал плечами Звездкин, возвращаясь обратно к своим коллегам. Мужчина удивленно глотнул воздуха, оскорбленно запахнул куртку и гордо вышел обратно наружу, громко хлопнув дверью. Вася повернулся к двум другим продавцам, переглянулся с Дахой, после чего они оба несдержанно рассмеялись.  — Чё, правда так все плохо? — сквозь смех спросила Даша, даже роняя на пол коробку презервативов.  — Да пиздец, можешь его догнать еще, глянуть. Беличенко громко вздохнул. Работать в таком месте, да еще и с такими долбоебами — явно не очень хорошая идея. Саша был в шоке, когда узнал, что у каждого продавца, как правило, есть свои постоянные клиенты. То есть, некоторые люди реально ходят в сексшоп к какому-то определенному продавцу? Типа как у каждой девушки есть свой маникюрный мастер, так и у каждого извращенца есть свой торговец членами? Так это работает? Беличенко не понимал. Еще в большем шоке Беличенко был, когда один из таких клиентов позвонил Васе, внимание, по телефону. Звездкина, казалось, это никак не смутило, и он был даже рад помочь человеку. Чертов продавец года.  — Да-да, — ответил на звонок Вася во время оттока покупателей, — Император вагин слушает. Даха, что сидела рядом, истерично засмеялась в кулак, давясь чаем, и Саша тоже подавился, но уже воздухом и не от смеха, а от удивления.  — Ага, а диаметр какой нужен? — выслушав что-то, спокойно спросил парень, — Да, у нас есть такие. Беличенко стыдливо отвел глаза, когда Вася стал записывать размеры в блокнотик, чтобы не забыть. Размеры, надо сказать, приличные. Рука Звездкина остановилась, и он нахмурился, бегая взглядом и прижимая телефон ближе к уху. Парень сглотнул, вздыхая.  — Нет, вынужден отказаться, — покачал головой продавец, — Да, до свидания.  — Чё, опять интим предлагают? — усмехнулась Даша, продолжая потягивать чай, когда парень сбросил звонок.  — Чего?! А могут? — удивился Саша, смотря на подругу. Девушка сочувственно вздохнула, и её вздох поддержал и Вася.  — Тяжело тебе придется в жизни, мальчик мой, — похлопала его по спине Даха, отдавая свой стакан чая и скорбно складывая на коленях руки.  — Да, ты симпатичный, так что тебе пизда, — кивнул Звездкин.  — Точнее, жопа, — усмехнулась девушка.  — Точнее, хуй. Коллеги засмеялись, а Саше было почему-то не смешно, а страшно. Через всего лишь неделю работы с Васей Саша начал подозревать, что к резиновым пенисам у парня какая-то нездоровая страсть. Он всегда красочно советовал их, протирал и мацал тестеры, у него даже брелок для ключей был в виде маленького члена, который ему подарили на каком-то форуме. Беличенко честно был в шоке, когда узнал, что у сексшоперов есть какие-то свои форумы, на которые может командировать директор. И вот уже пятнадцать минут Звездкин объяснял какому-то до жути смущенному пареньку, какие плюсы и какие удобства есть у фаллоимитаторов какой-то там фирмы. Саше грело душу, что ему не одному здесь неловко, и покупатель тоже стыдится всего происходящего. Неудивительно, ведь Вася очень красочно описывал, куда и как вставлять игрушку, и какой эффект от этого будет. Парень неуклюже кивал, внимательно слушая.  — Вы так много знаете о ней? — удивился покупатель, забирая из Васиных рук коробку. Продавец усмехнулся.  — Да, у меня дома такая есть. Юноша смущенно отвел взгляд, равно как и Саша. В голове всплывали довольно интересные картинки, как Звездкин сжимает своими пухленькими пальцами ручку дилдо, как медленно вставляет его в себя, запрокидывая назад голову. Беличенко неприязненно скривился. Не хватало еще, чтобы Васина морда виделась ему не только наяву, но и в грезах. Этот повелитель пенисов и резиновых вагин вообще должен ему теперь разве что в кошмарах сниться. Когда Даша пробила клиенту его покупку, Саша подошел к ней, садясь на самый край стола. Девушка захлопнула кассу и подняла свои уставшие глаза на задумчивого друга, успокаивающе кладя ладошку ему на колено. Беличенко все смотрел вслед ушедшему парню.  — А по нему и не скажешь, что гей, — заключил Беличенко.  — Чува-ак, если он любит пихать что-то в свой зад, это не значит, что он гей, — протянула Даша недовольно.  — Да, человек гей, если у него на мужиков стоит, — вмешался Вася, — У тебя вот на мужиков стоит?  — Неа, — покачал головой Саша.  — А жаль, — вздохнул Звездкин, тут же уходя в комнату отдыха. Беличенко так и остался на кассе в смешанных чувствах. Ночные смены в сексшопе — это просто отдельный вид ада. Администратор уходит на ночь, а из трех продавцов оставляют только двух, подразумевая, что так им работается эффективнее. Но на самом деле они с Васей оба просто умирали, как хотели спать. К тому же, ночью дверь запиралась на ключ, и клиентам нужно было позвонить в звонок, чтобы войти, поэтому продавцов ничего не останавливало от того, чтобы прилечь, отчего опасность уснуть становилась еще больше. Звездкин валялся на животе вдоль небольшого дивана, следя за тем, как Саша ходит по залу, расставляя бутылочки со смазками. Беличенко было неловко под чужим внимательным взглядом, но он не подавал виду, не желая показаться странным.  — Са-аш, — позвал парень с дивана, спуская руки на пол.  — Чего-о? — глухо протянул Беличенко, расставляя тюбики по размеру.  — Ты трогал новые хуи от Лело? — улыбнулся Вася, расслабленно и лениво.  — Что? Нет, зачем? — не понял Саша, удивленно оборачиваясь к коллеге. Звездкин обреченно вздохнул и, кряхтя, поднялся со своего места. Он подошел к стажеру и, по-отечески похлопав его по плечу, подвел к витрине с тестерами. Вася отпер стеклянную дверцу, вытащил какой-то ярко-розовый девайс и попытался тут же вложить его в чужую руку, но Саша быстро отдернул ладонь.  — Надо знать, с чем ты работаешь, — пояснил-таки строго продавец, — просто потрогай. Беличенко поджал губы и снова выдернул ладонь, когда Вася попытался вновь поднять её.  — Саша, ты как ребенок! Как ты собрался работать, если ты даже письку игрушечную потрогать не можешь? — нахмурился Звездкин. Парень скривился, смотря на устройство в чужих руках. Это был немного изогнутый эргономичный овальчик, покрытый мягким гладким материалом, с еще одним отростком, вероятно, для клитора, и стеклянной вставкой снизу. Саша неловко сжался. Ну, его ведь еще никто не использовал, верно? Значит, ничего такого? По крайней мере, парень пытался себя успокоить.  — Ну ла-адно, — хныкнул он, неуверенно протягивая руку. Его пальцы перехватил Вася, накрывая их своими пальцами и заставляя мягко обхватить игрушку. Материал оказался бархатным, но гладким, и очень мягким, что от пальцев оставались неглубокие вмятины, тут же пропадающие. Звездкин сжал его пальцы в слабый кулак, принуждая несколько раз провести ими по всей длине. Это оказалось не так плохо, как Саша себе представлял, даже наоборот, на ощупь было очень прикольно. Только Беличенко смог привыкнуть к его положению, коллега вновь пошатнул его спокойствие.  — А теперь лизни, — приказал Вася, поднося фаллос ближе к чужому лицу. Саша хотел отшатнуться, но его все еще держали за руку, и он смог лишь убрать подальше голову.  — А это еще за-зачем? — скривился парень, краснея.  — Я же сказал, чтобы понимать, с чем работаешь, — вздохнул коллега, — Давай. Беличенко зажмурился, подался вперед и провел самым кончиком языка по игрушке снизу вверх. Материал чувствовался еще приятнее, и Саша все же лизнул еще раз, ощущая это легкое скольжение языка по дорогой брендированной поверхности. На вкус же это не было похоже на обычную резину — что-то явно качественное, гипоаллергенное и роскошное.  — А меня облизывать необязательно, — усмехнулся Вася, и Беличенко только тогда осознал, что случайно задел чужие пальцы. Саша резко отстранился, краснея и смущаясь. Звездкин же приблизился к нему, тоже проводя языком по фаллосу совсем рядом с чужой мокрой дорожкой, глядя при этом прямо в глаза. Стажер удивленно сглотнул, смотря, как Васин язык вновь исчезает за губами, растянутыми в хитрой улыбке.  — И какого хуя это было? — вздохнул Беличенко.  — Вот этого, — усмехнулся парень, слегка шлепая коллегу по щеке кончиком игрушки.  — Блять, фу. Звездкин закатил глаза и убрал товар обратно в витрину, а Саша отвернулся от него и пошел обратно к своим лубрикантам, все еще неловко краснея. Вообще, Саша хотел бы попросить больше никогда не ставить его со Звездкиным в ночную. То ли у психов на луну обострение, то ли так сказалось отсутствие Дахи, но Вася почему-то именно в три утра решил провести краткий курс членоведа. Он разложил на диване между ними несколько разных тестеров, и Беличенко становилось страшно уже от факта такого их разнообразия.  — Главное — это понять материалы, — наставительным тоном рассказывал продавец, задумчиво оглядывая разложенное добро. Вася поднял одно дилдо — полупрозрачное, ярко-фиолетового цвета и по консистенции похожее на жесткий мармелад. Он силой вложил его в чужую ладонь, и Саша инстинктивно сжал кулак, отмечая, что тактильно эта штука довольно приятная.  — Этот из геля, — пояснил коллега, — Дорогой, качественный, но недолговечный. Звездкин забрал обратно игрушку, проводя ей по чужой щиколотке, заставляя Сашу вздрогнуть от щекотки. Затем он поднял с дивана следующий девайс — обычный телесный член, реалистичный и с множеством рельефных венок по поверхности. Беличенко уже сам потянул руку, забирая из чужих пальцев фаллос. На ощупь он был почти как кожа! Саша с невольным восторгом оттянул покрытие, провел по нему рукой.  — Киберкожа. Реалистичная, но негигиеничная и служит недолго, — улыбнулся ему Вася, — Если ты когда-нибудь трогал и смотрел на свой член, можно заметить, что довольно похоже.  — Ну не знаю, мой необрезанный, — на автомате пожал плечами Саша, не поднимая головы от рассматриваемой игрушки. Звездкин рассмеялся.  — Очень полезная информация, как о коллеге! - воскликнул Вася, улыбаясь. Беличенко поднес игрушку к лицу, принюхиваясь и не ощущая никаких химических запахов. А ведь действительно, как настоящий. Стажер еще несколько раз с интересом провел рукой по члену, а потом, заметив, что коллега странно замолк, поднял на него глаза. Его взгляд встретился с чужим и завороженно завис. А у Васи всегда были такие черные глаза? Левый его висок некрасиво прикрывали упавшие на лоб зеленые волосы, и Саша, не задумываясь, протянул вверх руку с пенисом и поправил им чужую челку, скользя головкой прямо по лицу. Зеленая прядь заправилась за дужки очков, а член, соскользнув, уперся прямо в чужую щеку. Звездкин тут же потерял серьезное и томное выражение лица, взрываясь смехом, который Беличенко, впервые за все время, поддержал.