Трудо выебудни

В среду к ним в магазин приехал подвоз новых товаров, и по этому поводу Сашу с Васей запрягли его перебирать. Беличенко сидел на полу, окруженный хуями, и это был даже не оборот речи. Стажер так подозревал, что это затянется на весь рабочий день, и Даша останется на продаже совсем одна. Потому что хуев было реально много. Парень со стыдом оглядывал все это разнообразие футуристичных фаллосов, мастурбаторов, коробок со смазками и презервативами, выглядывающее из разрезанных ножом обычных таких коробок с пометкой «спортивные товары». Интересно, по какому виду спорта. Все это было таким ярким, пестрым, необычным, и Саше казалось, что его на ночь закрыли в Детском Мире. Все хотелось посмотреть хотя бы из интереса, потому что когда еще такое увидишь. Прием товара заключался в том, что нужно отметить, точно ли все пришло, проверить, работает ли то, что должно вибрировать-пульсировать-светиться-звучать-и-так-далее, и рассортировать по категориям. Вася отметил на планшете первую упаковку, гордо поставил её в один угол комнаты отдыха и хлопнул по ней рукой.  — Анал ставим сюда! — заявил он, вновь уходя, чтобы притащить со склада еще коробку. Саша тяжело вздохнул, раскрывая первую большую коробку для перевозок. Все эти слова, конечно же, были вполне естественными, но Беличенко все еще смущался от названий их товаров и отверстий, куда их, собственно, суют. Ну не мог он привыкнуть к этому, просто не мог! Возможно, на это просто нужно немного больше времени. Парень вытащил из пенопласта какую-то яркую прозрачную упаковку и пораженно оглядел ее содержимое. Это был какой-то сдвоенный пенис, однако, предназначенный явно лишь для одного отверстия. В ширину он был чуть больше тонкого Сашиного запястья.  — А в чем прикол делать их такими большими? — любопытно спросил он у коллеги, очевидно, более понимающего суть всех этих вещей, — Это не больно? Вася остановился у него за спиной, заглядывая через плечо на упаковку в чужих руках. Саша продвинулся чуть вперед на полу, чтобы не чувствовать на затылке смущающего дыхания.  — Ну, это еще не самое большое, — пожал плечами парень, — Если сильно растянуть, то не должно быть больно.  — А смысл-то?  — У всех свои фетиши. Вот представь, — Звездкин протянул вперед руки, кладя их поверх чужих рук на упаковку и все же упираясь носом в макушку, — Оно дает ощущение наполненности, это почти на грани боли, но все еще удовольствие. Вася усмехнулся ему в волосы. Повисшую после этого тишину нарушил лишь громкий звук, с которым Саша нервно сглотнул. Этому придурку-Звездкину, что, доплачивают премиальные за то, что он заставляет своего стажера чувствовать неловкость? У Беличенко, как и ожидалось, возникли вполне здоровые вопросы. Вася, что, пробовал, раз так об этом говорит? Саша бы не удивился, во всяком случае. Парень вновь поймал себя на не очень приятных фантазиях о коллеге, где он медленно опускается на такой вот сдвоенный член, жмурится от удовольствия, проводит ладонью по своей шее, стонет, закатывает глаза. Что примечательно — воображаемому Васе хотелось врезать точно так же, как и настоящему.  — Может, ты перестанешь дышать мне в голову? — негромко спросил Саша.  — Может да, а может нет.  — Может пизда, а может пидора ответ, — задумчиво закончил Беличенко. Коллега опять засмеялся прямо ему в волосы, и Саша решил, что однажды все-таки его придушит. Только лишь через неделю работы в магазине Беличенко усвоил одну странную закономерность — здесь всегда было холодно. Во всех помещениях и при любой погоде, причем, это была вряд ли поломка, так как устранять её никто не спешил. Он даже выстроил несколько предположений по этому поводу. Гипотеза первая: это чтобы у забегающих онанистов опадал член. Гипотеза вторая: это чтобы у них с Васей опадал член, и не было соблазна, так сказать, хорошенько протестировать тестеры (гипотеза нерабочая, так как есть еще фактор Дахи, но все ведь может быть). Гипотеза третья, самая логичная: директор — жлоб, и экономит на отоплении. Однако Беличенко не был уверен, что хоть в чем-то угадал. И ведь это были даже не личные загоны Саши, потому что температуру ощущали и все остальные. Даша ходила по магазину, накинув на плечи короткий плед, а Вася носил какой-то большой полинялый свитер, но никто из них ничего не высказывал. Схватившись за нить тайны, Беличенко твердо решил её разведывать. Отложив в сторону очередную коробку, стажер на всякий случай оглянулся и подсел чуть ближе к Звездкину с четким желанием быстрее во всем разобраться. Вася, услышав его шебуршание, поднял голову от планшетника с бумажками.  — Вася, — неловко позвал его парень.  — А? Говори быстрее, — поторопил его коллега, вновь обращая внимание на бумаги.  — Слу-ушай, есть вопрос, — Саша выдержал драматическую паузу, заставляя Звездкина поднять заинтересованный взгляд из-под очков и прекратить писать, — А почему тут не топят? Вася цокнул языком, закатывая глаза.  — Потому что иначе хуи поплавятся! — вздохнул он, возвращаясь к работе, — Долбоеб, иди товар разгребать. Беличенко разочарованно вернулся к своему месту, печально опуская плечи. Все-таки, в голове все было намного загадочнее, чем в жизни. На обеденном перерыве Саша никогда особо не обедал. Брать с собой еду было не очень удобно, покупать — дорого, да и есть обычно хотелось не смертельно. Однако после разбора товара он захотел сожрать как минимум — кабана, как максимум — Васю. Второй вариант казался очень заманчивым, ведь в переваренном состоянии Звездкин вряд ли сможет так много пиздеть, издеваться и смущать Сашу. Хотя кто его знает, конечно. Как назло, палатка с дешевой шаурмой, что находилась в соседнем ларьке, сегодня была закрыта. Но его коллеги не были бы его коллегами, если бы опять не придумали какую-то хрень. Сегодня, например, Вася с Дашей со светскими лицами намазывали на хлебцы смазку со вкусовыми добавками и спокойно ели её с кофе, разговаривая о возвышенном. Смазка была просроченной на день, поэтому работникам можно было забрать её себе, чем продавцы и пользовались. Саша думал, что это уже клиника — есть лубрикант, как паштет какой-нибудь, но остальным вроде нравилось.  — Хочешь попробовать? — в который раз спросила Даха, с улыбкой протягивая уже полупустой тюбик, — Ванильная.  — Боже, нет, — отмахнулся парень, вызывая раздраженные вздохи у коллег. Звездкин полил еще один хлебец, все равно протягивая его Саше, который отвернул голову, крепко сжимая губы. Вася ткнул кончиком снэка в его щеку, заставляя парня убрать голову еще дальше от себя.  — Саша, не выпендривайся, — строго сказал коллега, — Рот открой.  — Не хочу, — сквозь зубы проговорил Беличенко.  — Открой. Рот, — мягко приказал Вася. Стажер упрямо покачал головой.  — Я напишу про тебя плохую характеристику, — пригрозил Звездкин.  — Это нечестно! — возмущенно воскликнул Саша, и ему тут же, воспользовавшись моментом, засунули в рот хлебец. Беличенко недовольно нахмурился, разжевывая жесткий снэк, пропитанный вполне неплохой на вкус смазкой. Даша заинтересованно смотрела на них, подперев щеку кулаком и отпивая из кружки. Саша проглотил и запил все глотком кофе, а потом все же потянулся за еще одним хлебцом с хмурым выражением лица. После девяти вечера, как раз под конец рабочего дня, они с Васей закончили. Беличенко устал просто смертельно: устал сидеть на полу, устал писать, устал таскать коробки и расставлять по углам упаковки. Даша же свалила домой самая первая, не дожидаясь никого, поэтому Саша был вынужден остаться в пустом магазине наедине со Звездкиным, чтобы закрыть кассу и все запереть. Парень стоял возле застекленных витрин, задумчиво оглядывая их содержимое, ожидая, пока коллега проверит сигнализацию. Все-таки его до сих пор удивляло, что есть люди, которые готовы без смущения приходить в сексшопы, консультироваться с продавцами, мерить что-то. Наверное, просто Беличенко как-то по-другому был воспитан, что его это так напрягало? Или он просто не пробовал ничего из их товаров, и в этом его проблема? Саша не знал. Стажер вздрогнул, когда ему на плечо беззвучно опустилась чужая рука.  — Знаешь, сотрудникам скидка пятнадцать процентов на все, — тихо сказал сзади Вася.  — Блять, пошел ты, — вздохнул отчаянно Саша.  — Да ладно тебе, — улыбнулся Звездкин, — Могу помочь с выбором. Беличенко возмущенно глянул на него, поджимая губы. Все-таки ему бы хотелось купить что-нибудь, но явно не при Васе, не при этом дебиле.  — …А могу и с применением, — продолжил продавец, прыская от смеха. Саша пихнул парня локтем в живот, обиженно хмурясь и злясь. Но, немного подумав, Беличенко все же смущенно вздохнул и согласился. На самом деле, Саша просто не знал, на что подписался. Вот уже десять минут Вася с восторгом рассказывал ему об особенностях разнообразных резиновых пенисов, и Беличенко к этому времени хотел просто-напросто умереть. Например, проткнуть глаз вибратором или же убиться об анальный болт. Повеситься на плетке, засунуть мокрые пальцы в аккумулятор вибратора, наглотаться таблеток для потенции — вариантов была масса. Звездкину же, казалось, было абсолютно все равно, кому рассказывать про игрушечные фаллосы: покупателю, коллеге, наверное, он говорит про них даже с собственной мамой, так он был воодушевлен. Саше же рассказ про члены безбожно наскучил, поэтому он невольно ушел в себя, размышляя, действительно ли дома у Васи музей пенисов. А может, весь его дом в форме пениса? И мебель? Он женат на пенисе? По крайней мере, Беличенко бы вряд ли удивился чему-то такому. Только подумав об этом, Саша понял, что вокруг стало подозрительно тихо. Опустив голову вниз, он наткнулся взглядом на замолкшего Васю, сидящего на корточках возле него.  — Чего?  — Я спрашиваю, что бы из этого ты засунул в свой зад? — ухмыльнулся Звездкин, протягивая пару фаллоимитаторов.  — Э-э… ничего? — пожал плечами Саша, заставляя коллегу разочарованно вздохнуть.  — Чувак, ты такой пуританин, я не могу, — возмутился Вася, бессильно закатывая глаза, — Может ты еще и не дрочишь?  — Нет, ну, просто… я никогда не пробовал… — Беличенко замялся и замолк.  — Не попробуешь — не узнаешь, — заключил продавец, широко ухмыляясь. Саша задумчиво закусил губу. Он не знал, чего ему больше хотелось — довериться Васе или ему же уебать. Беличенко опустился на корточки рядом с ним, неуверенно глядя на игрушки в чужих руках. Как-то не представлялось, что какая-то из них должна оказаться в нем. Это… просто странно.  — Честно, разницы между ними особой не вижу, — пожал плечами стажер.  — Да в смысле?! Они все разные! — возмутился Вася, а потом бессильно провел ладонью по лицу, — Как сложно говорить с дилетантами…  — Ну прости, — вздохнул Саша, — Ладно, давай вот этот. Беличенко забрал из чужих рук один из фаллосов — не очень большой, черного цвета и с утолщением внизу. На ощупь он был гладким, твердым, но упругим. Одним словом — странным. Звездкин пожал плечами и убрал все остальное в витрину, а потом поднялся с корточек и пошел к кассе. Пока кассовый аппарат вновь включался, Вася вдруг, будто о чем-то вспомнив, вскинул голову.  — Ах да, надо же объяснить, как им пользоваться! — оживился парень, широко улыбаясь.  — О боже, только не это, — досадливо простонал Саша, прикрывая лицо руками.  — Да ла-адно тебе, — недовольно протянул Вася, но, хорошенько рассмотрев выражение лица коллеги, махнул рукой, — Потом в ватсапе тебе напишу. Беличенко сглотнул и кивнул. Единственное, о чем он надеялся — что Звездкин не додумается присылать ему инструкции голосовыми. А ведь он может. Придя домой, Саша смотрел на свой телефон с крайне сложным лицом. Вася не прислал голосовые с описанием того, как дрочить, нет, все было намного хуже. Он прислал пятнадцатиминутное видео с каким-то пятидесятилетним мужиком в галстуке на превью. Беличенко бессильно простонал, падая на кровать и пряча лицо в подушке. И за что господь послал ему такого коллегу?