Школьник

***

— Молодой господин, вы думаете что он очнётся? — взволнованно спросил низкорослый мужчина. Он нервно вытирал пот со лба носовым платком, который всегда носил с собой, и поглядывал то на диван, то на стоящего перед ним парня. Совсем ещё молодого, не видевшего ещё жизни. — Прошло уже чуть больше двух месяцев.       Парень даже не посмотрел на него. Взгляд его вот уже который день был прикован только к лежащему на кровати мужчине. Не подумайте неправильно, он не испытывал к этому мужчине ровным счетом ничего, но было жутко интересно, когда он уже проснется. И проснется ли вообще. — Разве это не ваши слова, господин Ли? — нахально поинтересовался парень. — Да, конечно! — сразу поддакнул ему доктор, — Но я сказал, что шанс очень маленький и… — Главное что он есть, — обрубил разговор молодой господин и сделал знак рукой, веля подчинённому покинуть комнату

***

      Было чертовски больно. Вот прям пиздец как больно. Так, что хотелось глупо и бесполезно разбить руки о стену. На что он, собственно, надеялся? Мужчина, лежащий на кушетке, даже издалека не напоминал Тэхена: слишком крепко сбитое телосложение. — Тэхен… пожалуйста, найдись, — отчаянно прошептал Юнги, прежде чем у него зазвонил телефон. — Да? Богом? Я тут… подняться в 345? Уже иду.       Сбросив вызов, мужчина еще раз оглядел палату. Тоска в его сердце стала невыносимой, и он поспешил выйти в коридор. Снаружи туда-сюда сновали врачи и пациенты, посетители сидели на стульях-лавках, кто-то стоял у окна. Окружающая размеренность успокоила Юнги, и он смог взять себя в руки, чтобы подняться на третий этаж, где его ждал Богом.

***

— Воу, чувак, тебя как будто собаки подрали, — Богом приветственно махнул рукой, подзывая только что вошедшего Юнги к себе, — Что случилось? — Я видел мужчину, которого ты сегодня нашел. Было, конечно, глупо надеяться, что им окажется Тэ… — Юнги с трудом проглотил образовавшийся ком и продолжил, — Тэхен, но я надеялся. — О, мужик, — сочувственно проговорил Богом и похлопал коллегу по плечу, — мне очень жаль. Ты уже видел его, да? Его повезли в сестринскую, чтобы состричь волосы. Честно говоря, я тоже совсем малость надеялся, что это будет Тэхен. — Нет, стой, сестринская? — переспросил Юнги, но Богом не смог ответить на его вопросы, так как дверь в палату открылась, привлекая внимание двух мужчин. Двое медбратьев вкатили кушетку с лежащим на ней пациентом. Следом за ними вошли переговаривающиеся доктор и Намджун, позади которых вяло плелся Чонгук.       Юнги сразу напрягся, потому что какого черта мелкий делает тут? Закрадывается мысль, что они с Богом не одни подумали этой ночью о Тэхене. Медбратья тем временем аккуратно переложили тело мужчины с кушетки на кровать и тихо вышли. — Намджун, — кивнул ему Юнги, все ещё не отрывая подозрительного взгляда от Чонгука, который даже не думал поднимать головы, внимательно рассматривая заинтересованным взглядом свои кроссовки. Юнги почувствовал, как Богом начал толкать его в бок, но он старался не обращать на это внимания, — а этот что тут делает? — недовольно спросил он, пока Богом больно тыкал ему под ребра, пришлось на него шикнуть. — Слушай, давай на чист- — Я… Блять… Парни! Господи, скажите, что мне не мерещится! — Богом не выдержал и буквально заставил коллег обратить на себя внимание. — Что ты несешь? — недовольно цыкнул Юнги, переводя взгляд на Пака.       Всё дальнейшее словно происходило в замедленной съёмке. Мужчина, готовый в очередной раз шикнуть на Богома, заставив его замолчать, резко осекся глядя на койку, на которой лежал… Нет, скажите, что это не галлюцинации… Кто-нибудь, пожалуйста… На койке лежал Тэхен. Бледный измученный Тэхен.       Чонгук медленно сделал шаг вперёд и ещё и ещё, пока не настиг изголовья. Он также, как и все находящиеся в палате, смотрел и смотрел на знакомое лицо. Отвести взгляд сейчас было равнозначно смерти. Никто не заметил, кто начал рыдать первым, но через пару долгих, томительных секунд, которые понадобились всем на осознание, Юнги и Чонгук пролили первые слезы.

***

— Я так понимаю, вы знаете кто это? — удивлённо произнес доктора, обращаясь к единственному вменяемому Намджуну, потому что отчего-то Богом тоже начал плакать. — Да, — осторожно и тихо произнес капитан, словно слишком громкий звук мог заставить Тэхена исчезнуть, — Это Ким Тэхен. Один из лучших детективов нашего отделения. Он пропал чуть больше двух месяцев назад. — Тот мальчик? Припоминаю, — кивнул старичок и решил сразу перейти к делу, прервав рыдания, уже перешедшие в вой. — Молодые люди, держите себя в руках, — строго произнес он и поднял планшет с листками на уровень глаз.       На Чонгука было жалко смотреть, рыдающий, с бородой, он выглядел, мягко говоря, непрезентабельно. Но разве можно было его винить? Мужчина, в которого он влюблён и которого, он думал, потерял навсегда, лежит прямо перед ним живой. Он живой, черт побери! Жив, всем уродам на зло. Чонгук аккуратно гладит его по коротким волосам. Должно быть, Тэхен будет шокирован, когда очнётся и обнаружит то, что сейчас творилось у него на голове. Видимо, медсестра, которая его стригла, не обладала навыками парикмахера, что было совершенно не удивительно.       Этими глупыми мыслями, Чонгук отвлекался или, как минимум, старался отвлечься от изувеченного тела Тэхена. Он старался не задумываться о природе ран, покрывающих все его тело. Он только и мог, что молча смотреть, только на это Чонгук имел право. — Кхм, — доктор привлёк к себе внимание осторожным кашлем и заглянул в планшет, с которым пришёл, нахмурившись. — На теле мужчины обнаружены многочисленные гематомы, рваные раны, порезы. Из обследования стало ясно, что ему относительно недавно сломали левую руку, безымянный и средний пальцы правой руки. На ногах обнаружены ожоги, которым чуть больше месяца. — доктор хмурился сильнее с каждой прочитанной строчкой. — Всё выглядит так, будто его сначала калечили, затем оказывали медицинскую помощь. — Вы хотите сказать, что его пытали? — грубо перебил врача Юнги. — Все признаки указывают на это, — подтвердил мужчина и опустил руку с планшетом. — А есть ли следы… сексуального насилия, — решился спросить Намджун. Все-таки он не вчера родился и знал, что обычно делали преступники, когда пытались отомстить полицейским. А уж бандиты, которых когда-то поймал Тэхен, никогда не скрывали своих намерений относительно него. Так что этот вопрос был уместен. Но кто бы знал, как каждый в этой палате боялся услышать ответ. — На счёт этого… Нет, никаких следов сексуального насилия обнаружено не было.       Послышалось четыре облегчённых выдоха. Слушать о физических увечьях Тэхена было невыносимо. Невыносимой была сама мысль, что на него напали со спины и похитили, даже не дав возможности ответить в честном бою. Потому что в таком случае, Тэхен никогда бы не дал схватить себя. — Он должен очнуться в ближайшие дни. Ему потребуется много времени на восстановление, надеюсь, вы понимаете. Также, если мне не изменяет память, и я хорошо помню ваш устав, — говорит доктор, — Тэхен будет вынужден пройти курс психотерапии. — Да… все верно, — с сожалением выдохнул Намджун, — Скажите, есть ли вероятность того, что он забудет все? Или какую-то часть происходящего в… месте, где его держали? — Сильных повреждений головы мы не нашли. Только если он сам не захочет вспоминать… — Что это значит? — быстро спросил Юнги. — Когда с нами происходят плохие события, мозг может блокировать информацию, которую мы отчаянно не хотим вспоминать. Такое происходит не со всеми. А, хм, только с теми, кто недостаточно силен, чтобы выдержать эти воспоминания. — Тэхен не такой, — Юнги покачал головой и снова повернулся к другу, лежащему на больничной постели. Бледный и измученный. Но главное — живой. — Очевидно у него большой болевой порог, раз он не умер от болевого шока. Но временную потерю памяти могут вызвать определенные препараты, так что мы взяли у него кровь на анализ. — мужчина тяжело вздохнул, но не решился сказать, что они чуть не потеряли пациента, потому что у него были слишком уж глубокие раны. — Могу я остаться здесь? — нарушил образовавшуюся тишину Чонгук. — Я думаю, — начал было доктор, но был в который раз прерван Юнги. — Ты себя в зеркало видел? Если он очнется и увидит твою рожу, то впадет в кому. Тебе бы следовало хотя бы побриться. Но, в любом случае, если ты думаешь, что после всего, что случилось, я оставлю тебя наедине с Тэхеном, то ты глубоко… — Юнги, хватит, — Намджун жестко пресек друга. Он понятия не имел, почему тот так взъелся на его сына, но терпеть такое отношение был не намерен. — не вижу никакой проблемы в том, чтобы Чонгук немного побыл с Тэхеном.       В его тоне Юнги прочитал скрытое: «Тэхен бы сам этого хотел. Если вы думаете, что я не знаю, с кем встречается мой сын, то вы ошибаетесь». — Тогда я тоже предпочту остаться до того, момента пока он не очнется, — Юнги знал, что если Джун запретит, то он не сможет остаться, но и позволить мелкому быть здесь одному тоже не может. — Послушай, — устало начал мужчина. — Кхм, извините, что отвлекаю, но находиться рядом с пациентом до того, как он очнется, я вам запрещаю. Из соображений безопасности. Так что, прошу всех на выход, — скупо улыбнувшись, доктор указал рукой на дверь.

***

      Тэхен метался на кушетке. Он не мог проснуться, переживая кошмар раз за разом. Он чувствовал боль в сломанных конечностях. Чувствовал ожоги от бычков сигарет на своих бедрах. Царапины на спине и руках. И мерзкий, тошнотворный запах крови. Своей крови. «Очнулся? Как… знать… здесь? …тебе раз за разом… боль? Ты не… для меня… Тот кто… нужен — ###. Готов поспорить, что… Или… всем. Но ты чертовски… Боль… Боль… Боль… Боль…»       Тэхен вскочил. Резко. И тут же начал задыхаться. Он не знал где находится. Он до сих пор слышал в своей голове ужасающий шепот, который на повторе произносил всего одно слово. Он пытался оглядеться, но прострелившая голову боль, заставила его опять потерять сознание.

***

      Следующее пробуждение уже не было таким болезненным. Тэхен почти сразу сообразил, что находится в больнице и нажал кнопку вызова медсестры. Его тело все ещё болело, но от этой боли уже не хотелось выть. Но жутко хотелось пить. — О, Боже! Он очнулся! Доктор! Пациент из 345 очнулся!       Издалека Тэхен услышал знакомые голоса. — Юнги… Чонгук…       Все, что он смог из себя выдавить, даже отдаленно не напоминало их имена. Только хрипы. Но несмотря на то, что, очевидно, все тело его было будто изрубленно, а сказать он ничего толком не мог, Тэхена затопило спокойствие. Он знал, что если рядом Юнги и Чонгук, то все будет в порядке. Он будет в порядке.