любить разрешается

тусклый свет люстры и надпись 18+ для её бюста, на ней не то, чтобы нет белья, на ней нихуя.

— Не зас­лу­жила ещё, ма­лыш­ка, — он до­воль­но нас­лаждал­ся не на шут­ку воз­бужден­ной Ка­роль, на­конец-та­ки пол­ностью ски­дывая тру­сики и юб­ку на пол, вмес­те с чул­ка­ми, — всё толь­ко на­чина­ет­ся… Его пылающий желанием взгляд обжигал, заставляя внутренности девушки взволнованно трепетать. Мужчина целовал так неистово, жадно сжимая каждый сантиметр сексуального тела, так умело ласкал пальцами, что, казалось, девушка была готова на всё ради долгожданной разрядки. Сладкие стоны участились, а ноги задрожали с новой силой, предупреждая Потапа о том, что девушка уже на пике. Рэпер оставил в покое её истерзанную грудь и, сделав ещё несколько резких движений пальцами, покинул тело блондинки. Тина сильнее впилась ноготками в плечи, казалось, до кровавых следов, и недовольно заскулила. — Помнишь, как на этом диване, — глухо прорычал он, оторвавшись от девушки всего на мгновение, давая им двоим возможность сделать вдох, — ты обломала меня так же? Мы в расчёте. — Леш…ммм, хватит, — невнятно прошептала та, как в бреду, рукой сползая вниз, к своему сокровенному месту, чем вызвала лишь злобный смешок. — Ну, зайка, — он тут же убрал её руку, которая уже начинала ласкать клитор, — кто разрешал? Тебя и за это наказать? Мужчина тут же обхватил её хрупкие ладони одной своей рукой, болезненно сжимая их над головой Тины, а языком вновь прошелся по всей длине шеи, целуя медленно и долго, покусывая молочную кожу. Ни на секунду не разрывая их телесный контакт, Потап заставил блондинку обвить его своими ножками и, приподняв, рывком усадил на стол. — Научим тебя хорошим манерам, — он ловко стянул пояс с халата, лежавшего неподалёку, и вновь завёл руки блондинки ей за спину, связывая их, — урок первый: не нужно играть со взрослыми мужчинами. Пытка оказалась слишком сладкой: пусть она и не могла касаться Потапа руками, но было так приятно чувствовать его сбивчивое дыхание, ощущать, как мужские руки сжимаются вокруг разгорячённого тела, словно пояс. Страсть, которая слишком долго не находила удовлетворения, взяла над ней верх. Тина не успела насладиться чёрными от желания глазами мужчины, которые завораживали своей таинственной глубиной, как плотная плотная ткань закрыла ей весь обзор. Чувствуй, малышка. Кароль услышала непонятные звуки, содрогаясь от мучительного ожидания, в то время, как Леша доставал из морозилки формочки со льдом. Он взял этот самый кусочек в рот, зажимая зубами, и начал проходиться от тяжело вздымающейся груди до подрагивающих губ. Опустившись к её выпирающей ключице, мужчина положил туда лёд, зализывая место, где уже было совсем холодно, своим горячим языком. Льдинка плотно прижалась к груди, затрагивая набухшие соски, спустилась по пупку и остановилась внизу живота. От томных вздохов Тины мужчина в любой момент мог потерять самообладание. А девушке нравилась власть, исходящая от любимого, особенно то, как сильно тот буквально комкал и чуть ли не ломал хрупкое тельце, воплощал в жизнь все свои потаённые, грязные мечты, которые давно сидели в его голове. Из последних сил она пыталась освободить свои руки, судорожно дергая ими за спиной, продолжала издавать стоны в перемешку с негромким криками от обжигающего холода. С ума сводил контраст: чувствовать каждой клеточкой тела лёд, пронизывающий всё тело, а затем, горячие касания его рук. Потап получал дикое удовольствие, наблюдая, как маленькие капельки воды стекают по холмикам грудей, вниз, к животу, затем, к самому её сокровенному месту. Он вновь резко прекратил ласки, запуская влажные пальцы в приоткрытый рот девушки. Она коснулась их языком и, обхватывая губами, слегка посасывала. — Ты такая развратница, Кароль, —победно усмехается тот, стягивая повязку с её глаз, — так и быть, я развяжу тебя, но только при одном маленьком условии…— он давно понял, что в его по-детски наивном ангелочке живёт настоящий бес, который сейчас готов на всё. Тина сразу сообразила, на что намекает мужчина и, хитро усмехнувшись, прикоснулась губами к его шеи, груди, спускаясь ниже и ловя на себе взгляд, в котором можно было рассмотреть настоящий пожар. Девушка стянула полотенце с бёдер Потапа, когда её колени коснулись холодной кухонной плитки. Кароль не спеша провела рукой по затвердевшей от желания плоти, следя за каждым мускулом на лице мужчины. Его скулы напряглись, глаза загорелись ещё ярче, ноздри вздымались, а грудь поднималась из-за тяжёлого дыхания. Протяжный рык будто принуждал девушку к действиям; она тут же коснулась кончиком языка его головки, дразня мужчину короткими движениями. Опухшими от укусов губами блондинка обхватила его член у основания, с каждым движением захватывая всё больше пульсирующей плоти. Приятные движения её рта приносили мужчине заоблачное удовольствие. Алексей намотал её взъерошенные волосы себе на руку и, сжимая их в кулаке, заставил девушку ускориться. Она вошла во вкус, блондинке самой нравилось беспрекословно слушать и делать всё, что он скажет. Внутри неё все запульсировало, Потапенко уже не мог терпеть и, отодвинув лицо блондинки, излился ей на грудь. Затем, словно ополоумевший, не отпуская волос, он потянул Тину к верху, поставив на ноги. Певица не знала его плана и того, что он хочет делать это с ней, но, безусловно, полностью доверяла мужчине. — Десерт, малышка, — рэпер положил одну руку на горло, чуть сжимая его, — хочешь? — Хочу, — проскулила блондинка, а воздуха в её груди становилось критически мало. Это ощущение уносило девушку куда-то дальше космоса, это не обычное удовольствие, это что-то, чему ещё не придумали словесного объяснения. — Хочешь чего? — он ослабил хватку и, уложив блондинку обратно на диван, прижал её своим телом, — не слышу. — Тебя, Лёша, тебя, — Кароль ухватилась за его сильные плечи, обхватывая ногами бёдра мужчины, — пожалуйста…—она была на грани потери сознания, когда он отпустил руку, от резкого доступа кислорода. Блонда выгнулась и застонала, жадно глотаю ртом воздух. — Не так, — мужчина одной рукой сжал её грудь, нарочно касаясь острых сосков, второй исследуя внутреннюю часть бедра, по которой стекали капельки её смазки, — оу, я знал, конечно, что классный, но не настолько же… — Черт бы тебя побрал, Потапенко, —слова вырвались наружу, и Тина снова, рьяно поцеловав мужчину, болезненно закусила его нижнюю губу, — закрой рот и трахни меня уже наконец-то. Алексей решил сжалиться над стонущей девушкой, хотя, если честно, сам уже не мог сдерживаться. Одним толчком вошёл в неё, медленными движениями удовлетворяя податливое тело. Постепенно ускорил темп, вновь лаская свою любимую часть её тела. Девушка послушно приподнялась ему навстречу и вскрикнула, сотрясаясь от резких вторжений. Потап сам застонал, чувствуя, как её мышцы сокращаются в такт его движениям. Чувство наполненности заставило снова забиться сердце чаще. Стоны, больше похожие на вскрики, смешивались со скрипом дивана. Мужчина держал Тину за щиколотки, входя почти во всю длину. В таком положении она была практически обездвижена, лишь выгибалась и шарила руками. Он чуть наклонился вперёд, поменяв угол входа, теперь она чувствовала всего его, а он мог покусывать раскрытые в стоне пухлые губы. Разврат и похоть наполняли комнату. Возбуждение прокатывалось волнами по телу, а внизу живота разрастался ком. Все нервы будто оголились, чувства обострились, весь мир сфокусировался лишь на ощущении блаженства. Наконец, она вскрикнула имя мужчины и протяжно застонала, задвигав бедрами в своем собственном ритме, зажмурила глаза от удовольствия. Леша со свистом выпустил воздух сквозь сжатые зубы и излился на плоский животик девушки. Опустился рядом на диванчик, пытаясь восстановить самообладание. Блондинка крепко прижалась к разъярённому телу любимого, всё ещё наслаждаясь волнами внизу живота. — Ну что, — спустя несколько минут, девушка восстановила дыхание, обессиленно пытаясь приподняться, — теперь развлекаться буду я…