Положено ли нам любить

Пора бы уже заканчивать со сборами. Сколько там можно копаться, демон тебя подери? Сощуривши глаза, девушка искоса взглянула на своего спутника, после чего демонстративно отвернулась. Каблуки и острые носы ее сапог утопали в чересчур мягкой земле, сокрытой за высокой травой. Болото было не лучшим местом для отдыха и остановки, и почему у Арториаса не хватало и капли ума подумать об этом? Тот, в свою очередь, закончив поправлять и подтягивать крепежные ремни доспеха, переключился на вещмешок. Будучи гораздо крупнее спутницы и, соответственно, тяжелее, он почему-то не испытывал дискомфорта от уходящей из-под ног земли. Вокруг лишь болотные кочки с густой порослью осоки и тонкие светлые деревца — ни одной живой души более. И в воздухе повисла напряженной стеной монолитная тишина. Сиаран не слышала ни единого звука живой природы, и это ее настораживало. Не в пример беспечному Арториасу. -Твое раздражение слышно за милю отсюда, — заявил рыцарь со своего места. В его руках сверкнул золотой пузырек благословения Гвиневер. Сиаран не ответила — напряженно вслушиваясь в тишину вокруг, она ждала подвоха. В лесу всегда шумно. Если нет шума — это повод всполошиться. -Мы опережаем события — благодаря этому срезу будем подле Гвина всего лишь через сутки. По прямой дороге нам еще пришлось бы провести две ночи под открытым небом, — продолжил свою мысль Арториас. Судя по металлическому лязгу, он поднялся на ноги. Еще один громкий глухой удар железа — он вскинул меч на плечо. — В этих лесах кроме моей скромной персоны нет лучше проводника. Порыв ветра заставил взреветь кроны деревьев густым шелестом сухой листвы. Желтая, красная — она опадала проливным дождем к ногам. С чего бы вдруг подняться ветру в столь ясный день? -Погода портится, — уверенно заявил спутник, поравнявшись с девушкой, и Сиаран подняла на него взгляд. Впрочем, что ему будет видно из-под маски? -Ты закончил? — спросила она, двинувшись к дальнему холму, внушавшему уверенность крепкой земли под ногами. Да что угодно внушало уверенность, только не эта трясина! -Как видишь, — ответил Арториас, двинувшись вслед за нею. Ветер все еще гнал листву вслед за ними, периодически стихая и поднимаясь вновь. Для густого Королевского леса он был несвойственен. Может, и впрямь надвигалась гроза, и стоило бы побеспокоиться об укрытии. -Где можно разбить лагерь? — осведомилась Сиаран спустя пару часов пути, когда болото осталось далеко позади. Несмотря на то, что они выбрались из низины, неба по-прежнему не было видно за плотным потолком черной листвы, а ровная прежде земля сменилась множеством скалистых обрывов и горных узких тропинок. Если раньше было просто темно, как в пасмурную погоду, то теперь казалось, что уже наступили сумерки. По земле стелилась легкая дымка, а возле часто встречающихся кустарников с мелкими ягодами вились светлячки, вспыхивавшие кисло-желтыми фонариками. Воздух заметно похолодел. Рыцарь ответил не сразу, будто бы и не услышал вопроса спутницы. -Поищем вдоль скальных стен. Где-то должны быть сквозные пещеры, прорубленные нежитью. И, обогнав Сиаран, он пошел вперед в поисках обозначенных ходов. Ассасин, несколько притомившись после долгого пути, поплелась следом. Панцирь весомым аргументом давил на плечи, нужда в отдыхе постепенно нарастала. В спину снова ударил порыв ветра. В этот раз гораздо более сильный, больше походивший на силовую волну — чудо клириков Карима. Однажды и они перешли Гвину дорогу, попав ему в немилость. Девушка присела на одно колено. Дождавшись, когда все стихнет, она приложила ладонь к земле и закрыла глаза. Шелест листвы не давал ей возможности услышать, но почувствовать чужой топот можно было запросто. -Замри, — приказала она, и металлический лязг со стороны Арториаса смолк. В ту же секунду земля содрогнулась от тяжелого удара где-то неподалеку. Еще раз. И снова. И гулкий топот. Кто-то очень большой резвился и прыгал неподалеку. Сиаран вздохнула. Судя по частоте ударов и дрожи земли, этот кто-то обладал четырьмя лапами для передвижения. И парой крыльев. Каменная чешуя и злобный нрав. Со времен Великой Войны она навсегда запомнила, что говорит земля о приближении к дракону. -Королевский лес еще кое-кому полюбился. — Сообщила ассасин, поднимаясь на ноги. — Слишком близко к Анор Лондо. Это нельзя так оставлять. -Оставим это на утро, — возразил Арториас. — А еще лучше — сообщим Орнштейну. Виверны — его стезя. Сиаран улыбнулась таким словам. Может, Волчий рыцарь того не хотел, но он только что унизил бравого капитана. Драконоборец стал вивернобивцем. Впрочем, стоило бы подумать о вторженце. -Это не виверна. А самый настоящий дракон. — Уверенно возразила она. — Слишком шумно для одной виверны. Или даже стаи. Арториас цокнул языком, вперив взгляд в фарфоровую маску. Слишком внимательно, словно бы видел сквозь нее. -Я склонен верить тебе, ты знаешь. Но все еще настаиваю на поиске убежища. Дракон — проблема серьезнее, и уж точно не тебе ею заниматься. Мы нуждаемся в отдыхе. Задумавшись, Сиаран не отвечала. Эта тварь терроризировала ее спокойствие вот уже целый день. На завтра он может и вовсе улететь. И что им после такого докладывать Орнштейну? Вот там вроде кто-то громко топнул? Будь добр, проверь, и Гоха захвати не забудь? А если и вовсе промолчать — это равно преступлению. Нет. Так не пойдет, она всегда приносила достоверную информацию. Минута отдыха может и подождать. -Отыщешь пещеру — разбей лагерь. Я скоро, — тоном, не принимающим возражений, заявила девушка. Собрав всю волю в железный кулак, она уже была настроена на работу. Усталость отошла на задний план, уступив место бдительности. Как засидевшийся охотничий сокол, она сорвалась с места вперед. -Да постой же! Восклицание Арториаса она успешно проигнорировала. Уж точно не рыцаря это дело! Загремит, зашуршит и обязательно даст себя обнаружить. А в бой им кидаться сейчас точно никак нельзя.