Положено ли нам любить

В покоях Принцессы было категорически скучно. Настолько, что Сиаран позволила себе пару раз зевнуть. Ее было можно понять — это совершенно иная атмосфера замка, прежде никогда не привлекавшая внимания ассасина. У Гвиневер всегда было более чем спокойно. Окруженная десятком придворных дев, воспитательниц и учениц, она занималась всевозможной никчемной работой Принцессы. А именно — восседала на золоченых подушках и созерцала, как в одном углу девушки ткали шелка и вышивали, в другом углу то перебирали одежду и украшения, то составляли букеты, в третьем рисовали и музицировали, а в четвертом, самом близком к Принцессе, изучали чудеса исцеления и освящали воду. Иногда Гвиневер посылала своих служанок помочь кому-то из болеющих и раненых. Или же перемещалась с окружением в сады на недолгие прогулки. Или же уходила на трапезу. Но в остальном все шло по одному плану. Видимо, собравшиеся и сами понимали, как пресно и скучно они живут, поэтому разговоры здесь не смолкали ни на секунду. Наверное, это было для них единственным развлечением. Правда, тоже унылым. Сиаран слушала дурацкие слухи про княжну Асторскую, прибывшую в компании целых двух кавалеров разного возраста и привезшую с собой большой сундук самых разных платьев. Узнала за день, насколько безвкусно можно носить и дамскую шляпку с бумажными цветочками, и розовый сбор для аромата на поясе, и это все разом, не разделяя. Про интрижки некой Мираны с неким сэром Киром было особенно интересно послушать — замешанный в этом деле со стороны королевский страж Седрик, например, был у ассасина уже на слуху. Кажется, это десятая пассия бедного служивого. Словом, женский щебет Сиаран усыплял. И Гвиневер, видимо, тоже, потому как она решила вспомнить о своей новой стражнице и переключила свое внимание. -Милая Сиаран, как тебе наше общество? — поинтересовалась Принцесса, приподнявшись на подушках. На полных губах играла легкая улыбка, только красившая и без того идеальное лицо. Прекраснее Принцессы женщины нигде и не сыскать. -Все чудесно, миледи, — скупо откликнулась Клинок. Глаза слипались, а язык, казалось, ссохся, будто отвыкнув от речи. Сиаран хотелось пить, но это лишь маленькая потребность, которая может и обождать. -Понимаю, совсем не то, к чему ты привыкла. Ты, наверное, единственная женщина в королевстве, которую по-настоящему боятся даже бывалые солдаты. -То, что я женщина, не играет никакой роли. -Ах, разумеется! — воскликнула Принцесса. Ассасин отметила какую-то странную оживленность. Прежде Гвиневер почти целый день не выказывала интереса ни к ней, ни к тихим переговорам вокруг. — Но ты не представляешь, как батюшка гордится, что ты оказалась лучшей из лучших. Впрочем, наверняка представляешь, раз удостоилась высокого титула. Сиаран подавила раздраженный вздох. Запоздалые комплименты об ее достижениях были не новы. Отряд рыцарей Гвина был сформирован около года назад, но до сих пор находились собеседники, которые только и могли воскликнуть что-то вроде «Ох, да вы же Сиаран, единственная женщина среди рыцарей Гвина!». И подобных слов в адрес Гоха, как единственного гиганта, например, она не слышала. -Благодарю за лестные слова, Принцесса, — пробормотала Сиаран. Что толку сердиться на нее? Для Гвиневер время не имеет никакого значения. Ей что день, что год — все без разницы. -Ты можешь снять маску и шлем, выпить с нами восточного шербета или же доброго вина. Орнштейн не появляется здесь. Мужчинам вообще здесь делать нечего, — продолжила старшая дочь Повелителя. Ассасин оглянулась на стражниц вокруг. Одетые в белые одежды, они сняли капюшоны и отложили ножны с мечами, присоединившись к беседам девушек. В изнеженных руках бокалы и фрукты. Она одна оставалась упрямо стоять подле ложа Гвиневер. -Спасибо за предложение. Но я несу службу, как и положено солдату. -По сравнению с твоими приключениями прежде — это наказание, а не служба, — отметила Принцесса. Впрочем, эта истина была яснее солнца на безоблачном небе. — Может, тогда развлечешь нас историями? Или слухами? Как шпион, ты наверняка все видишь и знаешь вокруг. -Все свои донесения я пишу в письменном виде капитану и Повелителю. Боюсь, там нет ничего интересного для ваших ушей, миледи. Политика, и только. -Но есть ведь что-нибудь? Неужели тебе не интересны интриги дворца? Что твой капитан увлеченно бегает за одной женщиной? Может, и у тебя есть любовный интерес? -Меня не касаются личные дела капитана, — ответила Сиаран сдержанно. — И у меня нет времени на любовные интересы, миледи. -Уверена, за тобой хвост поклонников. Неужели в твоих апартаментах не стоит каждодневно свежих цветов с милой запиской? -Я редко бываю у себя. И не замечаю таких вещей. Сиаран чувствовала себя уже не просто не в своей тарелке, она понимала, что ее загоняют в тупик подобными вопросами. Из которого можно выйти, лишь либо дав нужный Принцессе ответ, либо же попросту нагрубить ей, что совсем было бы неприемлемо. Несмертельно — Гвин все-таки ценил своих рыцарей — однако, определенные правила приличия должны соблюдаться. Неизвестно, к чему бы пришли дурацкие вопросы, если бы спокойствие девушек не нарушило появление младшего принца. Гвиндолин вплыл в покои белым высоким призраком. Странное явление — вместо человеческих обычных ног он имел ворох змей. Точное их происхождение никто не знал, да и предпочитал не шептаться об этом. Принц в целом был одной сплошной загадкой, которую даже Гвин предпочитал держать подальше от лишних глаз. Одетый в легкие белые ткани и кружева, Гвиндолин выглядел больше худенькой леди, чем взрослым мужем или юношей. Совсем не похож ни на Принцессу, ни на старшего брата, ни на отца. Для Сиаран он был единственной тайной дворца, которую хотелось выяснить в подробностях и деталях. Что и как мыслит, чем руководствуется, изучая драконью магию Нагого Сита, и для чего учится стрельбе из лука, если сам же никогда не покидал Анор Лондо и не стремился к политике. Словом, он был темной лошадкой, за которой стоило бы присматривать. Один принц уже изменил королевству. Что мешает другому? -Приветствую, дорогая сестра, — тихо поприветствовал младший брат в легком кивке головы. Девушки вокруг спешно отодвигались в стороны, пугливо перешептываясь и бросая взгляды на змей, что вальяжно подымали головы и оглядывали убранство вокруг. Сиаран порой казалось, что очертания их не точны, и сами гады больше похожи на очередную иллюзию Гвиндолина, в коих он известный мастер. В конце концов, юноша решил изображать из себя леди до конца, и в какой-то момент его тощий торс обзавелся заметной со стороны грудью, будто бы женской. Некоторые и впрямь принимали его за женщину и называли младшей Принцессой. Некоторые предпочитали не замечать. Весьма удобно. -Здравствуй, Гвиндолин, — проворковала Принцесса, привстав со своего места. Она указала на столик возле себя, полный угощений и напитков в серебряных бокалах. — Присаживайся, угощайся. Будем рады твоему обществу. -Я только лишь по делу. Хотел поинтересоваться, каковы успехи твоих учениц в деле целительства, — возразил Принц. -Они делают успехи. Думаю, это видно по проделанной вчерашней работе в госпитале. К тому же, леди Ровена сегодня помогла сэру Арториасу после жуткой стычки с драконом. Прежде ты не задавался подобными вопросами, лишь ради этого ты пришел ко мне? — удивилась сестра. Настолько удивилась, что выпрямилась и села, подобрав под себя босые ноги. Золоченые шелка, укрывавшие ее вместо накидки, упали к подножию ложа. -Нет. На самом деле я в гневе, сестра, — высказался Гвиндолин, чем заставил смолкнуть легкие перешептывания и разговоры вокруг. Повисла тишина в ожидании развития разговора. — Твоя леди Ровена проникла ко мне в покои, пока я отдыхал после тренировок в магическом искусстве. И просила обучить ее. Не чудесам, коими ты гордишься. Более того, она повела себя совершенно неприемлемо, высказывая нелепые глупости! Хоть голос Принца звучал тихо и спокойно, Сиаран все же улавливала нотки негодования. Подобные эмоции для него выглядели неслыханно яркими. Буря, не иначе. -Похоже, бедняга просто сильно увлечена тобой, мой дорогой брат, — грустно улыбнулась Гвиневер. — Как можно не замечать ее знаков внимания? -Дорогая моя сестра. Изволь держать своих девушек при себе. В следующий раз я не стану с ней церемониться. И ваши игры в любовь мне совершенно не интересны, как не интересна и Ровена. Надеюсь, она здесь и тоже это слышит. — Судя по резким речам, Гвиндолин был не просто раздражен, он был в ярости. Однако он не стал озираться в поисках фигурантки разговора. Может, и впрямь всячески ее презирал. -Сегодня она на заслуженном отдыхе. Но не тревожься, я передам твои пожелания, — закивала головой Принцесса. — Может, все-таки, выпьем в качестве примирения? -Слово в слово. Пусть Клинок Повелителя будет свидетелем и не позволит тебе исказить мой посыл ей, — объявил напоследок Принц и отвернулся, спешно покидая зал все той же плывущей в воздухе фигурой. Змеи даже не раскачивали его, лишь легкий плащ на плечах Гвиндолина играл переливчатыми складками, а золотые украшения ритмично позвякивали, создавая ненавязчивую мелодию. -Сиаран, будь добра сопроводить Принца до его покоев. Кажется, в таком настроении он способен кому-нибудь нагрубить по пути, — вздохнула Гвиневер. Простая просьба скрывала за собой требовательный приказ, от которого не отделаться. Впрочем, ассасин была рада выбраться из этой золоченой клетки хоть на пару минут. И молча устремилась вслед за Принцем. -Необязательно меня сопровождать. Он даже не оглянулся, когда она его нагнала. Только змеи повернули на нее головы, не сбавляя своего хода. -У меня приказ Принцессы, мой Принц, — возразила Сиаран. Что только мешает ему отменить этот приказ? -Ладно, — только и сказал Гвиндолин, не став что-либо менять. И какое-то время они шли в абсолютной тишине — высокая тонкая фигура юноши впереди, Клинок Повелителя позади и чуть слева. -Почему ты вдруг охраняешь мою сестру? У нее мало стражи? Или кто-то в чем-то подозревается, и скоро снова прольется кровь под покровом ночи? — вдруг задал вопрос Принц, чем вызвал у Сиаран удивление. Обычно он не проявлял интереса к ее делам. И вообще одаривал отряд рыцарей Гвина особой нелюбовью, почти такой же, какой она одаривала Орнштейна. -Таков приказ моего капитана, — кратко ответила она. -Удивительно видеть, как ты послушно исполняешь их. Не похоже на тебя. -Не замечала прежде с Вашей стороны интереса к моей работе, мой Принц. -Мне и не интересно, — Гвиндолин замер и пристально посмотрел на Сиаран, когда она поравнялась рядом. Сегодня он был без золотой маски-Солнца, что скрывала бы половину его лица. И ассасин могла видеть почти бесцветные глаза на его бледном лице. Смотрел он на нее крайне неприветливо. — Но Клинки Повелителя были эффективны и действеннее без приказов одного много о себе возомнившего драконоборца. А когда ты стала последней из них, ты была полезна лишь благодаря своей самодостаточности. Хочешь превратиться в бледную копию Орнштейна и создавать видимость работы? -Мне жаль, что Вы столь нелестно думаете о моем капитане, — процедила Сиаран. О, конечно же, она была полностью согласна с Принцем. Но нельзя выдавать истинные мысли. Ты Клинок, Сиаран. А не рука, его направляющая, и не голова, способная думать. -Я поручил тебе засвидетельствовать мои слова, потому что знал, что ты ценишь честность. Не смей впредь лгать Принцу, — Гвиндолин отвернулся, возобновив ход. Клинок широко улыбнулась. Угрозы и приказы маленьких принцев и принцесс были все же столь забавны. Не солдаты, не герои войны, не важные фигуры политики. А пытались быть кем-то кроме декорации в белых стенах отцовского дворца. -Прошу меня простить, — бросила она вопреки собственным мыслям. -И еще кое-что. Понаблюдай за Ровеной. Что моя сестра бы ей не сказала, сомневаюсь, что это хоть как-то охладит ее пыл. Девушка преследует меня далеко не в первый раз. -Она всего лишь испытывает нежные чувства по… -О, я обязательно скажу об этом в своих последних предсмертных словах, — перебил юноша. В голосе зазвучали резкие нотки. — Мне плевать, влюблена она или нет. Она мне мешает. И я хочу, чтобы она оказалась виновна в каких-либо заговорах против меня или отца. Уж будь добра. Найди ее предательство. И реши вопрос. Принц снова остановился и пристально посмотрел на Сиаран. Под маской он не мог видеть, как та скривилась от озвученного приказа. Гвиндолин прямо сказал — подставь и убей. То, чем она хотела больше не заниматься. -Взамен я окажусь спасенным, а ты — снова героем. Орнштейн будет обязан даровать тебе амнистию и выпустить за стены города. -За невинную жизнь одной глупой женщины? -Прежде такой вопрос тебя не волновал. -Вы же знаете, что я не обязана вам подчиняться? — поставила вопрос ребром Сиаран. — Вашему Отцу — да. Но не вам, и не вашей сестре. Это всего лишь дворцовый этикет. А подобные приказы в него не входят. -Я предупреждаю, Клинок Повелителя. Если все окажется ловушкой, а я встану на пороге смерти, я назову твое имя, — Гвиндолин скривил губы в презрительной гримасе. — Дальше можешь не следовать за мной. Возвращайся к Принцессе Солнца. И он уплыл, оставив Сиаран в одиночестве. Гулкий зал был непривычно пуст, и стражи, расставленные вдоль стен ничуть его не наполняли. Принц не стеснялся чужих ушей, отдавая такой приказ. Знал, что из всех, кто мог бы на него донести, была прежде всего одна маленькая женщина в маске, стоявшая перед ним. Что бедная дева вообще ему сделала, что он пожелал ее смерти? Сиаран была в замешательстве. Дворец был не для нее. Со своими сплетнями, интригами, образом жизни он был хуже всех прочих миров вокруг. Хуже драконов и демонов. И сейчас он раскрывался перед нею со всеми красками грязи. -Спасите меня, пожалуйста, — пробормотала девушка, возвращаясь к Гвиневер. -Спасу, разумеется. Она подняла взгляд на появившегося из неоткуда Арториаса. Милая, тебе стоит быть повнимательнее. И какое счастье, что он пришел не к моменту разговора с Принцем. -У меня нет времени, — буркнула Сиаран, спеша оторваться от идущего след в след рыцаря. Жизнерадостная улыбка не предвещала ничего хорошего. -Напротив оно как раз-таки есть. Взгляни на небо, уже вечер. Девушка кинула сомнительный взгляд на высокие потолки, расписанные солярными знаками и облаками. -Это фигура речи. Делая вид, что более Арториаса она не замечает, Сиаран подошла к подножию лестницы. Пара сотен ступенек, и он точно от нее отстанет. Не станет же он идти в покои Принцессы? -Да брось. Сейчас начнется смена караула. Не на сутки же ты застряла у Гвиневер? Они уже миновали половину ступеней, и рыцарь до сих пор шел следом. Все такой же энергичный, полный жизни и довольный собой. Скосив взгляд, ассасин приметила, что он даже не вычистил сапоги — за ними тянулась дорожка разводов и сухой грязи. Лесной бродяга. -К чему такое зловещее молчание? — поинтересовался Арториас, на что Сиаран тяжко вздохнула. Что вообще в этом мире способно остановить его? -Что, тебе Орнштейн ничего не поручил, что ты слоняешься без дела? — наконец сдалась она, задав не то чтобы сильно волновавший ее вопрос. -Смена караула. А кроме того я тяжело раненный после схватки с драконом. -Вот и лежал бы… -Скучно. Я не мог даже Сифа привести посидеть со мной. И что же мне прикажешь делать? А ведь были времена, когда волк бегал по скользким мраморным полам. Еще когда лишь только появился в стенах города маленьким щенком. Разгром оружейной и разбитые скульптуры и вазы, загубленные изгрызенные ковры были лишь маленькой толикой хаоса, что он привнес в жизнь Анор Лондо. -Сегодня потешный турнир среди серебряных рыцарей, разве нет? Ты всегда принимал в нем участие, — припомнила Сиаран в надежде, что Арториас наконец отвяжется. -Нет, сегодня его нет. Из-за вести о драконе Орнштейн его отменил, приказав драконоборцам собрать отряд. Разве что лучники пристреливаются под присмотром Гоха. Девушка поджала губы, не зная, как еще отогнать от себя назойливого рыцаря. Тот будто бы не замечал ее напряженности, а потому спокойно продолжил разговор: -Так что ты там говорила про спасение? -Иди. Нечего тебе делать в покоях Принцессы, — вместо ответа сказала Сиаран. Через последний десяток ступеней рыцарь станет объектом внимания Гвиневер и ее спутниц. Дворцовый этикет не позволяет мужчинам тревожить их по пустякам. У Арториаса вообще нет причин здесь находиться. -Всего лишь отпрошу тебя у Ее Высочества, делов-то. -Не смей. Рыцарь будто бы не слышал, обогнав девушку и устремившись к концу лестницы. -Арториас! — Злобно прошептала Сиаран. Выбросив руку вперед в попытке схватиться за синий плащ, она лишь поймала воздух и чуть не потеряла равновесие. Разбить нос о ступени перед Гвиневер и доказать свою неспособность даже на шелковой подушке посидеть? Черт бы тебя побрал, волчий рыцарь. Он вносит хаос в ее жизнь точно так же, как Сиф — в жизнь Анор Лондо! -Мой нижайший поклон самому светлому лику во всем городе Богов! — залился между тем соловьем Арториас. — И вновь Ваша красота сразила меня наповал. «Или меня» — пробухтела в мыслях Клинок Повелителя с убитым насмерть достоинством. Добравшись до арки в покои Гвиневер, она застыла рядом с товарищем. И слава богам, что никто не видел в эту минуту ее лица! -Сэр Арториас! — воскликнула Принцесса. — Сиаран, ты пригласила его к нам? -Сэр рыцарь горел желанием заполучить минуту аудиенции, — пробормотала та обреченно. -Всего лишь хотел поблагодарить вашу деву Солнца, что излечила меня силою чудес, — тут же подхватил разговор мужчина. — Она ушла, даже не дождавшись слов благодарности. -Ровена нынче популярна, я смотрю, — комментарий Гвиневер вызвал легкие смешки по зале. Сиаран, глядя на десятки глаз и лиц со стороны просителя, теперь видела клубок змей, который будет нежен с тобой лишь до удобного момента для броска. Шипят и сплетничают даже о своих собственных змейках. — К сожалению, ее сейчас нет здесь. Она отдыхает у себя. Но ты, рыцарь, можешь найти ее с нами завтра. -Как жаль это слышать. Однако оно дарит мне веру в то, что завтра я снова найду причину навестить вас, моя Принцесса, — Арториас скорчил скорбный вид. Вышло ужасно, он все никак не мог согнать с лица кривую улыбочку. Даже в бою с драконом не может не улыбаться! Клинок Повелителя вновь была злее мангуста на кобру. Только дай повод, только ляпни что-нибудь не то, проснешься со свернутой шеей! -Но раз я остался сегодня ни с чем, позвольте украсть у вас вашу стражницу, леди. Наш капитан хотел переговорить с ней. Я полагал, что сейчас как раз подошло время для смены караула, и Сиаран освободится. Упомянутая застыла не жива, не мертва. Все-таки посмел. Пожалуйста, дай только возможность, Арториас, и на утро ты уже не проснешься. -Разумеется. Мы вот-вот уже должны были удалиться к себе, и Сиаран может быть свободна, — улыбнулась Принцесса и перевела взгляд на ассасина. Та с невидимой за маской натянутой улыбкой в ответ пыталась подобрать слова вразумительнее. -Возможно, сэр Арториас что-то перепутал. Капитан может обождать, мой пост и ваша охрана мне важнее. -Я настаиваю. Моя напарница излишне скромна и попросту не может себе позволить о чем-то просить у Вас, — перебил ее рыцарь. «Арториас, заклинаю всеми силами, просто… заткнись» — шипела Сиаран неслышно сквозь зубы. -Не заставляй своего командира ждать. К тому же, здесь есть кому за мной приглядеть, — поднялась с места Гвиневер и махнула им рукой. — Идите, рыцари Имени моего отца! Сиаран потребовалось несколько секунд, чтобы сделать усилие над собой и не вгрызться в собственную руку от навалившегося отчаяния. Спасибо, напарник, удружил! -Принцесса, мы премного вам благодарны, — снова отвесил поклон Арториас, после чего схватил свою сестру по оружию и потащил ее вниз по ступеням. Та вела себя на удивление спокойно. Высчитывала секунды, когда наконец можно будет спокойно выдохнуть и за первым же углом устроить несчастный случай и нелепую смерть одного идиота. -Знаешь что, Арториас, — наконец вырвала руку она и замерла. Рыцарь с интересом взглянул на черный комочек ненависти у себя под боком. — Я испытываю вот уже третий день навязчивое желание убить тебя. -Хочу заметить, что это самые сильные чувства, которые кто-либо у тебя вызывал. Мне определенно стоит гордиться собой. -Черт бы тебя побрал, — вздохнула она обреченно и привалилась к стене. -Да не стоит благодарностей! — махнул рукой товарищ, улыбаясь во все ширь рта, — чем собираешься заняться? Сиаран, оценивающе вглядываясь в лицо Арториаса, глубоко задумалась, припоминая разговор с Принцем. Тот сказал «проследить за Ровеной, выявить предательство, пресечь». Его сестра сообщила, что сегодня девушки не было с ними. -Кто, говоришь, тебя исцелил? — спросила Клинок Повелителя, поднимаясь с готовностью на ноги. -Одна милая дева. У нее замечательные черные локоны волос, лоснящиеся как вороново перо, и имя соответствующее — Ровена. В белом шелке она смотрелась просто неподражаемо… -Меня не интересует твое к ней отношение, Арториас, — перебила Сиаран. — Где она живет, ты знаешь? Льдистые глаза ехидно прищурились, темные брови сошлись на переносице. -Это что, ревность в голосе? — уточнил рыцарь, на что девушка вскинула взгляд к небу. Небеса, дайте сил на этого конченого дурака! -Боги, нет же! У меня есть еще дела, и мне нужно знать, где живет эта служанка, — заявила Сиаран. — Не знаешь — так и скажи. Но за меня ответ не выдумывай. Она двинулась на выход из дворца, предполагая, что девушка, как все прочие слуги, обитает в нижнем городе. По крайней мере, черни там обитает порядком, и каждый знает друг друга в лицо. -Эй, я с тобой, — поспешил нагнать ее рыцарь. Ассасин покачала головой. -Нет. Это мое дело, и оно требует скрытности. Ты такой не располагаешь. -Я, по крайней мере, знаю, что Ровена не просто служанка при Принцессе. Она дочка Роффе, главнокомандующего над серебряными рыцарями в городе. И живет соответственно вместе с отцом в верхнем городе. Где точно — не знаю. Но зная о Роффе, ее ты найдешь, думаю. Такие серьезные сведения были девушке кстати. Обернувшись и взглянув на Арториаса, Сиаран не нашлась, что сказать. Даже не видя ее настоящего лица и испытываемых эмоций, рыцарь только пожал плечами. -Это ты предпочитаешь молчать, когда тебя штопают. Я предпочитаю беседу. -В любом случае спасибо. Это полезная информация, — кивнула ему девушка. — Пожалуй, это перекрывает твой обман Принцессе в лицо. -Я надеюсь, убивать ты никого не собираешься, — откликнулся на это Арториас и махнул рукой на прощание. Мол, о чем еще говорить. Глядя ему вслед, Сиаран в очередной раз удивлялась, как в этом человеке вмещалось так много противоречивых друг другу черт характера — с абсолютной глупостью сидела дотошная проницательность, а вместе с дурацким геройством обитала вполне себе разумная практичность.