Чувствую любовь.

Лишь однажды Антон позвонил Арсению сам. Произошло это месяца два назад. Арсений был дома, готовился к предстоящим экзаменам, и вдруг зазвонил телефон. Когда парень поднял трубку, сразу услышал весёлый, заливистый лай. Дурацкими телефонными шутками, в наше время уже никого не удивишь и Арсений было уже хотел мяукнуть в ответ, но что-то его остановило. — Шастун, ты?! — наконец спросил Арсений, впрочем совершенно уверенный в своей правоте. Откуда взялась такая уверенность, парень не сумел бы ответить. За одиннадцать лет в одном классе, они вряд ли десятком слов перекинулись: нужды не было. Тем более не было нужды, звонить по телефону! Глупый лай, испуганно оборвался и в трубке раздались короткие гудки. Арсений быстро отыскал в справочнике номер Шастуна и решительно начал его набирать. Шастун сразу снял трубку: понимал, что попался, но молчал. Арсений слышал, как мальчишка напряжённо дышит в мембрану. И он скомандовал: — Шастун, голос! Бедолага на том конце провода тяжело вздохнул и вдруг негромко, виновато и жалобно заскулил. «Ну чисто щенок, не отличишь!» — подумал Арсений. —Веселее, Шастун! В голосе телефонной «собаки» появились уверенные, басовитые нотки, пару раз Шастун, словно бы между прочим, рыкнул. Арсений не выдержал и засмеялся. И Шастун услышал в этом смехе и прощение себе, и даже какое-то одобрение. Вот так было в первый раз. А в школе ничего не изменилось. Шастун, как и прежде, сидел за одним столом с Иркой, двоюродной сестрой Арсения. К Арсению за два месяца, прошедшие с того, первого звонка, он, кажется, даже ни разу не повернулся. Но появилась между ними тайна, невидимая для других ниточка, тоненькая и туго натянутая. Арсений набирал Шастуна, когда было скучно, и верный Антон всегда охотно и счастливо откликался. Он не обижался на Арса и даже не пытался, что-то менять в их отношениях. Шастун никогда не был у Арсения дома, они ни разу не ходили в кино, не встречались чтобы покататься на велосипедах. Да ничего этого и не требовалось! Была какая-то неповторимая прелесть, в редких звонках Арсения. А вот Ира, Антонова соседка по парте и сестра Арсения, бывала у Арса едва ли не каждый день. И не имела бы Ира к телефонной трубке никакого отношения, только однажды ни к селу ни к городу ляпнула… —Ну ты, Арс, вообще! Прямо как мой Антошка! Арсений сразу поджал губы. —Твой?! Ты что ему родственница?! Тётка двоюродная?! —Шастун — мой хвостик! — махнула рукой Ира. — Он вообще только благодаря мне из класса в класс переползает. Точнее за мной! Это была совершеннейшая чепуха, и Ира прекрасно понимала, что говорит чепуху, но остановиться не могла. — Он, если хочешь знать, для меня всё сделает! Одно моё слово! — уверенно закончила она. — Вот как?! — прищурился Арсений. Неведомый злой бес толкнул его под руку. Арсений схватил телефонную трубку и, думая лишь о том, как бы покрепче досадить зазнавшейся сестренке, набрал знакомый номер.  — Ты чего? — успела удивиться Ира.  — Шастун, голос! — торжествующе скомандовал Арсений и сунул трубку Ире. Ирины глаза сначала округлились, а затем полезли на лоб. Она прижала трубку к уху так, словно её неожиданно вызвали на переговоры с Марсом. Из трубки несся захлёбывающийся, счастливый визг щенка, которого приласкал нежно и беззаветно любимый хозяин. Голос Антона, Ира не могла не узнать. — Ну, ты даёшь, Шастун! — придя в себя, произнесла Ира. Щенячий визг в телефонной трубке захлебнулся. — Ты даёшь!.. — повторила Ира. И сразу же засобиралась домой. Арсений её не удерживал. Едва за подругой закрылась дверь, Арсений бросился к телефону. Шастун трубку снял сразу. — Шастун! Антон! Это я, Арсений! Тоша, ты слышишь?! — закричал парень. Трубка молчала. Там, в Антоновой квартире, стояла чужая, непривычная тишина. Арсений нажал пальцем на рычаг и заплакал… Через пару минут, телефон Арсения зазвонил. Он снял трубку и услышал до боли знакомый голос. —Попов, голос! И Арсений заскулил. Он был сейчас неимоверно счастлив… Впрочем как и Антон.