Inside your soul

Inside your soul... delusions.       Кожа Коулман покрылась мурашками. И она не могла понять, это от того, что температура продолжала падать, или от витающего в воздухе тестостерона. Нет, первое, определенно первое.  — Извинись. — буквально зарычал Холланд, и не будь Зендая сейчас на взводе, её брови мгновенно взлетели бы вверх от таких резких перемен в парне. Куда делся тот мальчишка? Сейчас он больше смахивал на мужчину, нежели на нелепого паренька-добряка, что так её раздражал.  — Нашла себе защитника, а, принцесса? — слащавый голос блондина вонзался в перепонки Коулман, и вдруг, мороз пробежал по нежной коже. Осознание накатывало на неё большой волной. «Сколько же всего он может рассказать…» Но не успела эта мысль плотно засесть в её голове, как Грей снова заговорил:  — А ты знаешь, что она шлюха, парень? Зендая забыла как дышать, предвещая самое худшее. «Мразь, шлюха, сволочь… Кто угодно, только не наркоманка. Только не наркоманка…» — пронеслось в голове. Слышать о себе правду всегда больно, особенно из уст такой сволочи, как Оуэн. Ошибка, гигантская ошибка её прошлого, что преследует и до сих пор.  — Не смей говорить так о ней. — Том старался говорить спокойно, но был на грани. Это было видно по тому, как крепко были сжаты его кулаки. Девушка это тоже заметила, и так тщательно игнорируемое тепло в её груди начало опять разрастаться, подобно раковой опухоли, что росла в разы быстрее.  — Воу воу, не буду чувак, — блондин поднял руки в знак отступления, — только ты еще вспомнишь мои слова. Если у тебя нет этого, — он достал пакетик с галюциногенным веществом, — тогда надолго тебе её не удержать. Взгляд Тома задержался на таблетках, и пару секунд он, казалось, что-то обдумывал. За эти пару секунд, сердце кареглазой перестало функционировать и она забыла как дышать. Девушка смотрела на пакетик не дыша, а затем медленно перевела взгляд на Холланда. «Он мог всё испортить и он это сделал.» — подумала она, осознав, что пути назад нет. Что она ощущала в тот момент? Страх, панику, злобу… Хотелось наброситься на Оуэна и выбить из него всё дерьмо, а затем стукнуть британца по башке чем-то тяжелым, и сказать, что ему все привиделось. Но затем, на место паники, пришел здравый смысл. «Холланд всего лишь пешка, какая разница, что он подумает?» — это твердил ей разум, но необъяснимое волнение, что расцветало в груди с каждой секундой всё больше, заглушало его голос. В голове билось одно: «Он знает… Он знает… Он знает…» Глубокая морщинка залегла меж непослушных бровей. Его кулаки чесались с каждой секундой всё больше, и это было так непривычно и странно, если учитывать то, что Том по натуре своей не задира и драк не любил. Голубоглазый перевёл насмешливый взгляд на шатенку. Она вся сжалась за спиной Холланда, как запуганная кошка, но в глазах её горела ярость, говорившая, что скажи он еще хоть слово, она выцарапает ему глаза.  — Ну, мне пора. — мерзкая усмешка не сходила с его лица, и только Богу известно, как Зендае хотелось её стереть, проехавшись по наглой роже кулаком. — Держи, малышка, тебе нужно расслабиться. — он швырнул пакетик к ногам девушки, и быстро унёс ноги, чувствуя, что еще секунда, и он не оберётся хлопот. Трус. Как только парень скрылся из виду, ярость и невыносимое напряжение начали отпускать Коулман, их заменила дикая усталость, резко навалившаяся на неё. Она рвано выдохнула и чуть не взвыла от всего произошедшего за последние минуты, но такой роскоши, тем более при Холланде, она себе позволить не могла, поэтому просто упала на лавочку позади неё и закрыла лицо руками. Как она устала… Из головы словно разом исчезли все мысли, уступая место тишине, и лишь сопение парня стоявшего рядом нарушало её. «Вечно всё портит…» Том стоял и хмуро косился на пакетик с пурпурным веществом. Он не идиот, чтобы верить каждому слову незнакомого парня, но и отрицать увиденное он не мог. Девушка явно его знала не первый день, об этом говорили её испуганные глаза и странное поведение. Только чего же она испугалась? Блондин не смахивал на серийного убийцу, нарколыгу максимум. Неужели она тож… Том резко прервал эту мысль, так и не дав ей родиться у себя в голове, а затем перевёл тяжёлый и слегка взволнованный взгляд на Зендаю. Девушка неподвижно сидела на лавке, закрыв лицо руками. «Плачет?» — мелькнуло в мыслях. Но дыхание её было ровным, что говорило об обратном.  — Ты замёрзла. — констатировал факт Том, глядя на её руки, покрытые «гусиной кожей». — Пойдём в машину. Он не думал, когда говорил это, а когда слова, все же, сорвались с языка, мысленно дал себе подзатыльник, ведь чёрта с два она согласиться. Возьмет и просто пошлет его. И какого же было его удивление, когда она поднялась, и медленно пошагала в сторону парковки. Она не знала, почему послушалась, просто в какой-то момент ей надоело противиться, и ноги сами понесли её к автомобилю. Сегодня она слишком устала для роли упрямой стервы. Том быстро поднял брошенный пакетик с незнакомым веществом, и сунув его в карман, нагнал девушку. Он впервые видел её такой. Опущенной. Словно из неё вытянули все жизненные силы. Она шла волоча ноги, а в голове крутилось лишь: «Устала…» Молчание преследовало их всю дорогу к машине. Краем глаза, Том заметил Баталона, что стоял вместе с Лорой у какой-то устрашающей горки и активно махал ему, жестом призывая к себе. Но кудрявый лишь отмахнулся, мол: «Позже». Когда они добрались до парковки, открыл девушке дверцу, пропуская её внутрь.  — Хочешь уехать? — спросил кудрявый, обыскивая заднее сиденье. Где-то здесь должна была лежать кофта Лоры. Зендая молчала.  — Не говори никому о том, что произошло. — заговорил она, когда он сел рядом, протягивая ей вещь Харриер. Голос её был сдавленным, словно она готова была разрыдаться. — Пожалуйста.  — Конечно. — кивнул он, с беспокойством глядя на шатенку. — её лицо не выражало ничего, кроме усталости, но Холланд разглядел там еще кое-что. Каким образом, ей удалось выжать из себя это «пожалуйста», она так и не поняла, оно само вырвалось наружу. Она взяла кофту, и накинула её на плечи. Том очень о многом хотел спросить, но понимал, не место и не время. И вновь повисла тишина, но она больше не была смущающей. Зендая слишком устала, чтоб разговаривать, а Том это просто чувствовал. Через некоторое время мулатка уже тихо посапывала, уткнувшись носом в теплую кофту, от которой так и веяло сладковатыми духами Лоры. Том, тем временем, вынул из кармана подобранный им пакетик. Мысли о сказанных блондином словах никак не шли из головы. Он покосился на шатенку, чьи точённые брови были слегка нахмурены даже во время сна. «Ты не можешь это принимать. Только не ты».

***

      Наутро, Зендая проснулась в своём номере, что слегка сбило её с толку. Не уж то она уснула?! Заметив, что всё еще находится во вчерашней одежде, она промычала. Чёёёрт! Неужели он отнёс её в номер? Кто «он», догадаться не трудно. Она упала назад на подушку, из-за чего её волосы растрепались и теперь были похожи на густую, спутанную гриву. События вчерашнего вечера одно за другим всплывали в памяти.  — Сука. Тихо, но уверенно наружу вырвалось сухое ругательство. Оуэн мать его Грэй опять всё испортил. Холланд слышал это, Холланд слышал всё до последнего… Всё. Это пугало её больше, чем что-либо. «Он знает. А что, если он не поверил в это? — рассуждала Коулман. — Мало ли, что может сказать законченный наркоман. Нет. — выдохнула она. — Холланд не дурак, в этом то и проблема. Не понял сейчас — поймёт позже…» Мысли бились о стенки черепной коробки, провоцируя головную боль. Какая ей вообще разница, что подумает этот мальчишка?! Вдруг, в голове ярко и чётко всплыл его вчерашний образ. Тогда он совершенно не был похож на мальчишку. Да от него за километр несло тестостероном, Боже! Она буквально ощутила, то непонятное, необъяснимое чувство, что одолело её, как только он загородил её собой. Теплое пятно появлялось внизу живота, и разрасталось всё больше, с каждой секундой, что она думала об этом. И, чёрт возьми, это было приятно. И пугало.  — Блять. — выдохнула она. «Я не могу этого допустить». Она вмиг сорвалась с постели и полетела в душ. Нужно было снять напряжение.

***

      Второй день съёмок, и ты просыпаешься уже с меньшим энтузиазмом чем вчера. Идти в душ совсем не хотелось, тем более, если ты принимал его на ночь глядя. Перевернувшись на спину, Том зашел в «Instagram». Он был далёк от всех этих социальных сетей и технологий, и заходил лишь изредка в излюбленную сеть всех селебрити, чтобы проверить, что нового произошло в мире, а еще прочесть пару сообщений от братьев, что писали ему каждый день. Пролистав ленту и зайдя в директ, Том чуть не выронил телефон из рук. Сообщения от братьев на сей раз не обрадовали. Спустя пару минут Том уже на всех парах нёсся в кафетерий в надежде найти там Джейкоба, но у самого входа наткнулся на совершенно другую особу. Коулман сидела за своим излюбленным столиком у окна. На столе стояла маленькая чашечка кофе, а вокруг были разбросаны какие-то бумаги. «Читает сценарий?» Волосы девушки были влажными, а на лице присутствовал лёгкий макияж, что придавал её лицу свежести. Душ немного помог разложить свои мысли по полочкам, хоть и не все. Когда дикая усталость и упадок сил покинули её, благодаря восьмичасовому сну и утренним процедурам, в голове начало проясняться. Оуэн. Этот поддонок снова заставил её тратить и без того искалеченные нервы, и присутствие Холланда, что как, а зло проявился в самый неподходящий момент (и плевать, что в тот момент она почувствовала небольшое облегчение) никак не помогало. Жалкая ложь. Она ненавидела Грэя всеми фибрами своей души, и сейчас, осознание того, что он разболтал всё, чего она так страшилась, пускай и намёками, не давало ей покоя. «Холланд не дурак… Холланд не дурак…» — твердил ей разум, и считать его таковым огромная ошибка. Она понимала, что он всё понял. Он знает. Вопрос теперь в том, поверил ли он этому… Хотя это скорее не вопрос. Зендая знала, что поверил. Должен был. И то, что он ничего ей не сказал, всего лишь результат воспитания. Британцы… Она сжала в руке карандаш. Лучше бы он говорил, говорил всё, что думает, тогда было бы проще послать его и расставить все точки над «і». Тогда было бы проще сказать, что её жизнь это не его дело. Но пока он молчал об этом, она и рта раскрыть не могла. Заговорить первой, значит лишь подтвердить слова ублюдка, а процентов десять глупой и безнадёжной надежды всё еще жили в ней, надежды на то, что кудрявый не поверил ни одному его слову. Но опять-таки, Холланд не дурак, и это угнетало больше всего. Она наркоманка… Как бы она ни ненавидела это слово, как бы ни боялась его, эта мысль прозвучала слишком громко в её голове. Наркоманка. Ну и хер с ним! Нужно бояться не этого. Всё зависит теперь только от того, насколько этот британец болтлив. Если он расскажет кому-то, она клянётся Богу, что убьёт его, какой бы прожженной атеисткой она ни была. Убьёт. В этот момент ей показалось, как хруснул карандаш в её руке. Простой грифельный карандаш… Как давно она его не держала. Рисование всегда помогало отвлечься. И выйдя из душа, повинуясь какому-то непонятному порыву, актриса достала из заднего кармана своего чемодана заточенный карандаш и пару клочков бумаги. Нужно было расслабиться. И сейчас, сидя в кафетерии и пытаясь отвлечься, девушка до хруста сжимала тот самый карандаш, понимая, что от мыслей, атаковавших её голову, так просто не избавиться.Рука сама собой потянулась к заднему карману джинс, проверяя наличие затасканной пачки сигарет в нём. И тут шатенку одолело неприятное чувство чужого взгляда на её коже. Такое зудящее, пронизывающее…  — Сука. — вымолвила она, стоило только ей встретиться взглядом с карими, наивными глазами. И ей плевать, услышал ли он это, так как сматерилась она совсем не тихо. Похер. Абсолютно. В последнее время мат стал входить в привычку, как и пачка мерзких ментоловых сигарет. Парень начал подходить, и девушку накрыло желанием сбежать, просто взять и уйти, но она понимала, что это был не выход. По мере того, насколько близко Том приближался к столику Коулман, ему всё лучше было видно, что бумаги, разбросанные по всему столу вовсе не сценарий.  — Красиво. — единственное, что он вымолвил, присаживаясь напротив. Очередной взрыв произошел внутри, из-за чего она медленно выдохнула. Он ломал её панцирь, выстраевымый годами, одним только словом, и она не могла понять что в нем бесит её больше, это, или что-то другое. Ответ был очевиден — всё разом. «Не позволяй никому ломать тебя.»  — Я, кажется, тебя не звала. — без эмоционально ответила она, хоть внутри и разгоралось пламя.  — Нам нужно поговорить. — проигнорировав её реплику он облокотился локтяли на стол. Он уже не улыбался, хоть это радовало. Но неконтролируемая дрожь пробежалась по телу. Липкий страх, который она ненавидела, начинал расползаться внутри. «Только не о вчерашнем… Прошу.»  — О чём? — она опустила глаза в незаконченный рисунок, ожидая худшего. «Только не о вчерашнем.»  — О вчерашнем. «Сука!» Она резко подняла на него глаза, уставившись в серьёзное, но одновременно такое спокойное лицо с едва проявляющимися детскими чертами. Он нервничал явно меньше чем она.  — Я не хочу об этом. «Вот как значит? Ты же только что размышляла, что будет гораздо проще, не молчи он. И вот, он пришёл поговорить, а ты прячешься как трусливая сучка?» — рука снова сжала карандаш.  — Зен… — он осёкся. Ему жуть как неудобно было называть её Зендаей, но он понимал, что девушке сокращения её имени явно не понравятся. — Это так или иначе коснётся тебя. — он смотрел на неё, как провинившийся щенок на свою хозяйку, сжимая в кармане штанов телефон.  — Не думаешь, что это уже коснулось меня? — не выдерживает она. Какого хрена он говорит с ней, как куратор исправительного центра?! Кем он себя возомнил?! Внутри всё кипело, готово вот-вот вырваться наружу.  — Что? — сейчас он выглядел еще более растерянным, и это немного сбило шатенку с толку. Что он вообще хочет сказать? Нутро подсказывало, хотел бы наехать — так б себя не вёл. — Ты уже видела фотки?  — Что? — настала её очередь удивляться. — О чем ты говоришь, Холланд? — не выдержала она и спросила чуть более резко, слегка наклонившись вперёд. Он раздражал абсолютно всем, что заставляло волоски на её руках вставать дыбом. Говори прямо!  — Фотографии. — он протянул ей телефон, который она неохотно приняла. — Они появились в сети совсем недавно, надеюсь еще можно что-то исправить. Он продолжал говорить, но она не особо слушала, рассматривая снимки у него на телефоне. На них девушка покоилась на руках Холланда, который нёс её в отель. Первое время её мозг отказывался понимать, но потом… «Пиздец. Мало того мне просто знать, что он отнёс меня в номер, так теперь тому еще есть визуальное подтверждение. За чтооооо блять?!» — вопила она внутри, а её лицо оставалось всё таким же безразличным.  — …надеюсь всё еще можно исправить…  — Ты уже это говорил. — оборвала его Коулман отдавая телефон обратно и переводя на него безразличный взгляд. Он смотрел на неё, и взгляд его так и передавал его чувства. Извинение и мольба о помощи так и читались в нём, а девушка оставалась какой-то отрешенной, что сбивало его с толку. У неё под кожей всё зудело от раздражения. «Какого хрена он так смотрит?» Взгляд невольно скользнул по неприкрытым мускулам.  — Я не знаю, что тебе сказать. — выдохнула она. — Мы облажались, это факт. — кареглазая отпила свой кофе. Она прекрасно осознавала чем череваты такие снимки, но часть её была бесконечно благодарна вселенной, что дела сложились именно так. «Возможно, учитывая это, он забудет о случившемся вчера?» И часть её, кричала, вопила ей, что она дура, а вторая часть обзавелась надеждой, от которой светились глаза.  — Эти фото могут вылезти нам боком. — пояснил он, искренне не понимая такого спокойствия девушки. Секунду назад она смотрела на него так, словно готова была разорвать, и он мог понять почему. Но, если она не знала о фотках… Тогда что? И почему сейчас, узнав обо всем, она так спокойна? — Что нам делать?  — Идти к Уоттсу, видимо. — пожала она плечами, наслаждаясь душевным спокойствием и благодаря Бога, что актёр не поднял тему, которой она так опасалась. Она и понятия не имела, насколько это спокойствие временное и обманчивое. Вдруг парень подорвался с места, и не ожидая такого, Коулман дёрнулась, вновь глядя на него. Его лицо больше не было таким растерянным и невинным, теперь он смотрел на неё прямо, с плохо скрываемым раздражением во взгляде. «Он умеет психовать? Вот это поворот!» — ей еле удалось скрыть усмешку, что так и просилась вырваться наружу. Парень выдохнул, сжимая телефон, развернулся и направился прочь, а кудрявая, немного поглядев ему в след, принялась допивать свой кофе. «Снимки… Подумаешь. Снимки не наркота, мальчик, от них можно легко избавиться.» Ох знай она тогда, насколько сильно она ошибалась.