Пари

Камайннэ проснулся один в широкой, холодной постели. Пират уже ушел, милосердно оставив его досыпать. Каждая клеточка тела ныла от боли, мышцы ломило, между ног пульсировал сплошной нарыв. Камайннэ застонал, пытаясь слезть с кровати. Надо было принять ванну, пока есть возможность. И без того удивительно, что после ухода клиента его не бросили обратно в ту клетку, где держали до сих пор за строптивость. По-видимому, все в борделе утомились, и им пока не было дела до затраханного до изнеможения раба. Впрочем, Камайннэ отдавал себе отчет, что, если бы не Мадвер, ему пришлось бы гораздо хуже. Латуриец дополз до ванны в полу, на секунду его охватило отчаяние – такой техники на его планете не было, но стоило прикоснуться к темному квадрату с рисунками на бортике, оборудование вспомнило оставленные Мадвером настройки, и на дне забурлило. Через минуту Камайннэ опустился в ванну и запрокинул голову на бортик. Горячая вода слегка облегчила его страдания. Он с ужасом подумал, что сегодня вечером его снова могут отдать кому-нибудь на потеху. Он вряд ли сможет даже сопротивляться, да и что толку – этим он только добавляет им развлечения. Рано или поздно он смирится… с ролью шлюхи… да ему уже все равно – только больно, а в душе пустота… Нет, неправда - просто он очень устал, но шлюхой он не будет! Камайннэ медленно поднял правую руку и так же медленно запустил когти в левое предплечье, разрывая сосуды. В голове лениво шевельнулась мысль – слишком глубоко, сложно будет вскрыть другую руку, но можно ведь зубами… Дверь распахнулась, на пороге возник Мадвер. Увидев, расплывающееся в ванне синее пятно, он подскочил к интеру и выдернул его руки из воды. - Ты что, охешел?! – он пережал захватом ладони рваную рану. - Отстань от меня! – Камайннэ слабо попытался отнять руку. – Это не твое дело! Дай мне спокойно умереть! - Очень даже мое! Ты моя собственность, и я не намерен ее лишаться! Пусть даже и не я за нее заплатил. Подержи сам рану, я тебе перевяжу. Ну?! Интер не двинулся: - Не хочу… я не хочу быть шлюхой. Отвали! В этом борделе полно других шлюх, переживешь, если не трахнешь меня напоследок. - Да что ж ты такой дурной-то, а?! – Мадвер пытался одной рукой оторвать кусок от своей рубашки. – Я тебя выкупил у Чехей, я заберу тебя отсюда. Ты теперь мой. Да подержи ты руку, успеешь еще на тот свет! - Заберешь?! – Камайннэ перестал вырываться и недоверчиво уставился на персилианина. - Да. Говорю же, ты теперь моя собственность. Не думаю, что ребята обрадуются, когда увидят мой счет от Чехей, но это уж не мое дело, они проспорили, - он усмехнулся и еще раз попросил. – Подержи. Пожалуйста. Камайннэ сжал собственное, истекающее кровью предплечье. Мадвер порвал простыню, туго перебинтовал ему рану и заставил согнуть руку в локте, прижав ее к плечу. - Ну, жить будешь, - выдохнул он, снимая с интера только что полученным ключардом рабские браслеты. – Хорошо еще, что не стал торговаться, а то мог ведь и не успеть. Шерц знал, что ты такой дурной! Вылезай давай, и так уже весь в крови, - он вытащил его из ванны и завернул в остатки порванной простыни. Камайннэ сидел в таксомобиле у ног Мадвера и кутался в алую тряпку. Что с ним теперь будет, он представлял весьма смутно, но выбраться из этого проклятого заведения уже было благословением. Голова кружилась от слабости и кровопотери, он привалился к коленям персилианина, и тот положил ладонь ему на макушку. Странно, но от этого успокаивающего жеста на сердце слегка потеплело. Камайннэ прикрыл глаза и задремал. - Просыпайся, приехали. Латуриец попытался самостоятельно выбраться из машины и чуть не упал – непослушные ноги за что-то зацепились. Мадвер успел остановить падение, подхватив его под локоть. - Сам идти можешь? - спросил пират, вытаскивая его из такси. - Могу, - стиснув зубы, ответил Камайннэ. Через пару минут он пожалел о своем геройстве: задеревеневшие мышцы отказывались слушаться, отзываясь болью на любое движение. Слабость накатывала одуряющими волнами. Латуриец шел, пошатываясь, почти ничего вокруг не замечая. В голове осталась единственная мысль - дойти и лечь. Однако, когда они вступили в коридор с двумя рядами одинаковых безликих дверей с номерами, интер очнулся и с беспокойством заозирался. Это слишком походило на такой же бордель, из которого его забрали, только дешевый. Мадвер остановился и приложил ладонь к сенсорной панели, дверь отъехала в стену. Латуриец неуверенно шагнул вслед за пиратом в небольшую комнату с гораздо менее впечатляющей кроватью, покрытой простой синтетической тканью. - Ты здесь живешь? – с недоверием спросил Камайннэ, привалившись к стене. - Нет, это гостиница. Мой дом на Персиле. А Нагаяха - это один большой бордель, по совместительству с рынком рабов. Гостиница… Камайннэ с облегчением выдохнул. - Можно мне прилечь? Я плохо себя чувствую, - попросил латуриец, с трудом удерживаясь, чтобы не сползти на пол. - Угу, ложись, - пират кивнул на кровать, и Камайннэ проковылял по указанному направлению и с тихим стоном опустился на постель. - Дай руку твою посмотрю, - Мадвер присел рядом. - А Персиль и Нагаяха… это… разные города? - спросил интер, протягивая замотанное тряпкой запястье. - Нет, это разные планеты, - персилианин осмотрел алую тряпку, обильно пропитавшуюся синим, но с нее не капало – кровь остановилась. - Вы превратили в бордель целую планету?! – недоверчиво переспросил латуриец. - Да, мы такие, - возможно, Камайннэ почудилось, но, кажется, пират произнес это с гордостью. Интер только хмыкнул и прижал свою пострадавшую конечность к груди. - Я вот что… - начал Мадвер, потирая подбородок, - в медицинский магазин смотаюсь, чтобы перевязать тебя как следует. И пожрать заодно нам куплю по дороге. Тут гостиница дешевая, еду в номера не носят и за прислугу тоже надо платить, а так как от тебя пока толку нету, то, в общем, сегодня придется мне самому. - А почему ты не взял рабов из дома? - Потому же, почему живу в такой убогой дыре. Я нищий и могу себе позволить максимум еще один рот. Да и смысл себе гарем разводить? За разнообразием дешевле в бордель сбегать… главное только не западать на такие игрушки как ты, а то не всегда подворачиваются олухи, готовые забиться на пари, а стоишь ты до-о-орого, - он потрепал интера по серебристо-белым волосам. - А это? – Камайннэ приподнялся на локте и осторожно коснулся серьги в ухе пирата – она выглядела отнюдь не дешево. - А это выпендреж, - ухмыльнулся Мадвер. – Я пират или где? Ладно, ты мне вот что скажи, ты без меня тут вены себе не вскроешь? - Нет, - помедлив, ответил Камайннэ. - Смотри, я совсем не хочу найти тебя тут уже остывшим. Ты там не придумай себе ничего, я тебя продавать не собираюсь, а то ведь такую дорогую игрушку я сам себе никогда не куплю. Ну что, договорились? Посидишь тут смирненько? Не вздумаешь самоубиваться или там бежать? У меня маячок от твоего ошейника. - Бежать? Куда? В следующий бордель через дорогу? – криво усмехнулся Камайннэ. - Ну, вот и хорошо, я знал, что ты у меня умница. А кончать с жизнью погоди, это всегда успеется. А у меня тебе, может, и понравится, - Мадвер на секунду приложил указательный палец к его щеке и помчался по магазинам. Камайннэ, свернулся в комок, подтянув колени к груди, и закрыл глаза. Так хорошо было лежать на мягком и ни о чем не думать, и даже боль отодвинулась куда-то далеко. Хорошо, что он не в клетке, не в этом проклятом борделе… Поневоле он начал проникаться благодарностью к Мадверу. Пират вернулся с пакетами, вывалил все на широкий низкий столик у кровати и снова присел рядом с задремавшим интером. Тот приоткрыл сверкнувшие металлическим блеском щелочки между ресниц. - Вставай, надо руку тебе нормально перевязать. Интер нехотя поднялся и сел, сонно моргая. Мадвер, сам морщась, хотя на лице Камайннэ не шевельнулся ни один мускул, размотал заскорузлую тряпку на его руке. Рана опять закровила, но персилианин прижал к ней салфетку с резко пахнущим раствором и кровь остановилась, он залил предплечье интера биоклеем и натянул ему на руку плотно обхвативший запястье эластичный бинт. - Ты умеешь лечить? – слегка удивленно спросил Камайннэ. - У нас на корабле врачом камарг – мерзкая тварь со щупальцами, и добро бы он был просто страшный, так он занудный, что иногда думаешь - лучше б ты помер, чем он тебе весь мозг съест своими разглагольствованиями. А, не дай Тоир, оставит в медблоке под наблюдением... в общем все, что мы можем сделать без его помощи, мы делаем сами, - осклабился Мадвер. - Ясно, - интер слабо улыбнулся. - Как тебя зовут, чудо? - Камайннэ. - Я буду звать тебя Кай, чтобы язык не ломать. - А мне называть тебя… хозяин? – последнее слово латуриец неохотно выдавил сквозь зубы, но в душе он понимал, что называть хозяином Мадвера – не худший вариант. - Нет, - пират покачал головой и ухмыльнулся в ответ на взлетевшие вверх брови инопланетянина. – Меня называть «хозяин», - последнее слово он произнес с такой интонацией, что Камайннэ почувствовал горячий толчок крови в низ живота и тут же припомнились тысячи шерцев, плясавшие в этих зеленых глазах, когда персилианин его облизывал. - Если моя раса завоюет твою, я оставлю тебя себе, - с легкой хрипотцой в голосе проговорил латуриец. - Нда-а? И что ты со мной сделаешь? – заинтересованно спросил пират, придвигаясь ближе. – Превратишь в сексуального раба, да? - Мне почему-то кажется, что ты не слишком огорчишься. Мадвер рассмеялся: - Ну, еще бы! Держу пари, я сумею в любом качестве заставить тебя раздвинуть передо мной ноги и… - он наклонился к его уху, - пустить меня в ту хорошо запрятанную дырочку у тебя внутри. Жар бросился в лицо Камайннэ от охватившего его стыда, он вздрогнул и окаменел, чувствуя, как язык Мадвера скользит по шее. Латуриец судорожно выдохнул - за дерзость сейчас придется расплатиться болью. Персилиане были слишком ненасытны, и тему сексуального рабства лучше было не поднимать, а просить сейчас пощады после того, что наговорил, он уже не мог. - Не вздыхай так, - Мадвер оторвался от него. – Не надо глупости болтать и не будешь нарываться. Ладно, не буду я тебя трогать, пока не оклемаешься. - Спасибо… хозяин. - Вот-вот, ты почаще это говори, тренируйся, может, однажды научишься правильно, - с усмешкой добавил он. – Есть хочешь? – пират приступил к потрошению второго пакета. - Не особенно. - Нет, тебе надо поесть. Когда ты последний раз ел? Ай, да все равно – тебя ж еще вечером наизнанку вывернуло. На-ка, давай, я вот тебе тут похлебки купил, - он распечатал контейнер с густым, еще горячим супом и вручил интеру. После первого глотка аппетит проснулся, и Камайннэ с удовольствием залил в себя все ароматное содержимое контейнера. Горячая пища совсем его разморила, и он уже с трудом удерживался в вертикальном положении. - Хозяин, можно я посплю еще? - Можно, только тряпку эту с себя сними. Камайннэ стянул с плеч разорванную простыню, стараясь не обращать внимание на то, что невольно выставляет на обозрение свое обнаженное, покрытое синяками и ссадинами тело. - Так, надо на тебя что-то накинуть, - Мадвер порылся в большой сумке, стоявшей у шкафа, и выудил оттуда свою рубашку. – Держи. Камайннэ благодарно в нее закутался и забрался под одеяло. - Ну ты спи, а я пошел. Надеюсь, что наш договор насчет самоубивания остается в силе? - Угу, спасибо за все… хозяин… За Мадвером закрылась дверь, и Камайннэ ощутил себя неуютно в одиночестве в этом чужом городе, на чужой планете… Когда он проснулся, было уже темно, Мадвер еще не вернулся и на душе у латурийца заскреблись зловредные царапучие животные. Этот дрянной город явно был пропитан криминалом и с его темных улочек можно было и не вернуться. Хотелось есть, Камайннэ порылся в оставленных в беспорядке на столике пакетах и обнаружил там сэндвич с мясом. Перекусив, он, кряхтя от боли, слез с кровати и подошел к небольшому окну. Какая-то темная неприветливая улица, которую освещал свет от фонарей их гостиницы. Мадвер жил в настоящей дыре: то ли у него было много долгов, то ли работорговцы не так уж хорошо зарабатывали… или их лорды (он точно вчера что-то слышал про лорда) не слишком щедро делились с командой. Беспокойство Камайннэ усилилось – кто знает, по каким злачным и весьма опасным местам шляется пират в поисках дешевых развлечений. Что будет с ним, с Камайннэ, если тот так и не вернется? Свобода казалась весьма сомнительной. Чужая планета, рабский ошейник, дешевый мотель – кто знает, в какую, еще более паршивую передрягу он может угодить?! Да и сил не было ни на что, каждое движение давалось с неимоверным трудом и болью. Камайннэ вздрогнул, услышав открывающуюся дверь. Но это, к его облегчению и даже радости, оказался Мадвер. - Выспался?! - спросил с порога пират. - Я боюсь, я еще долго буду способен только спать, - отозвался Камайннэ. - Ладно, переживу, тут борделей полно, а что еще делать на Нагаяхе? А сейчас давай ужинать и спать, - он стал распаковывать принесенную с собой еду. – Кстати о борделях, я что-то не встречал нигде больше таких как ты. И на рынке шлялся – тоже не видел. Обычно, как поступает новая партия с планеты, так новинки на каждом углу. - Нас захватили не с планеты, - Камайннэ вернулся на кровать, подобрался ближе к краю возле столика и взял себе сэндвич. - Нашу Латуру вы бы так просто не взяли. Это был всего лишь разведывательный корабль. - А ты… был капитаном? – вдруг заинтересовался Мадвер и даже жевать перестал. - Почему сразу капитаном? Я второй пилот. А капитан наш погиб, защищая корабль. Мне повезло меньше… - Ух-ты! Пилот! Круто, всегда мечтал научиться водить такие большие межпланетные штуки. - И что мешает? - Камайннэ отметил, что, как ни нелепо это было в данной ситуации, внутри приятно шевельнулось самолюбие в ответ на слова пирата. - Денег на космошколу нет, - пожал плечом Мадвер. - Значит, разведывательный корабль… и вас тут совсем немного… ну хоть в чем-то мне повезло в этой жизни! Отхватил себе эксклюзив на халяву. Да еще и теперь у меня зарезервировано тепленькое местечко, если ваша раса заявится мстить, - он подмигнул интеру и вгрызся в свой сэндвич. *** - Я забил нам место в чартере, - сообщил Мадвер, устраиваясь ко сну и притягивая к себе интера. - Через дня три, если народу наберется, полетим на Персиль. - Персиль – это твоя родная планета? - Угу. - И что там? Тоже бордель только поменьше или наоборот побольше? - Не-ет, - рассмеялся Мадвер. – Там красиво. Горы, леса, моря, древние города… Хотя бордели тоже, конечно же, имеются - куда ж без них! Камайннэ расслабился. Присутствие персилианина подействовало на него успокаивающе, с ним он чувствовал себя менее неуютно в чужом враждебном мире. Все-таки Мадвер вытащил его – и из того ночного кошмара, и из борделя... и скоро вообще увезет с этой проклятой планеты. Изломанное тело было невероятно благодарно персилианину за мягкую постель, горячую пищу и за лекарства, притупившие боль... ну и собственно за то, что новоявленный хозяин ограничился объятием сегодняшней ночью.